Снежная лавка госпожи Дюваль

Глава 4

Быстро зарядила мышеловки, расставила их по кладовке и кухне, а затем разложила продукты. В процессе рассмотрела холодильник. В жизни бы не догадалась, что синий сундук, окованный железом, и, есть холодный шкаф, если бы не кристалл.

Как работал артефакт я не понимала пока, но удивлялась, почему в комплекте нет морозилки! И почему холодильный шкаф выглядит как ларь. Намного удобнее, когда всё стоит на полочках и на уровне глаз. Надо разобраться и обязательно модернизировать эту модель.

Пока я раздумывала над этими вещами, Лео натаскал дров. В этот раз мы затопили два камина: и кухонный, и тот, что располагался в гостиной-столовой на первом этаже. Пора сделать особняк хоть немного теплее, иначе, нам с Лео грозила перспектива просто подхватить какой-нибудь бронхит. А здесь несовременный мир. Антибиотиков ещё никто не изобрёл. Я знала, что их добывают из особой разновидности плесени, но выделить сама уж точно не смогу! Население же здесь оздоравливалось травками, молитвами и с помощью зелий от магов-целителей. Позволить себе дорогостоящее лечение у мага не каждый дворянин мог, только зелья обходились в большой медяк. Бедняки даже помыслить подобной роскоши не могли, им приходилось заботиться о себе сами. Отпаиваться лечебными травами, хорошо хоть они пока были бесплатными.

Я ещё раз показала брату, как складывать дрова, как пользоваться кресалом и кремнем. Затем Лео под мои наблюдаем, сам затопил камин. После чего мы надели фартуки и взялись за готовку.

Первым делом начали стряпать ржаные булочки. Печь дрожжевой хлеб нам было некогда, покупать выходило дороговато. Поэтому я решила чуть-чуть поэкспериментировать.

Лео перетёр каштаны в муку, я просеяла ржаную и подготовила немного пива. Быстро замесила муку, добавила соль и соду, затем влила пиво, на глазах у удивлённого Лео. Накрыла тесто и оставила настаиваться не двадцать минут.

— Сестра, ты уверена, что на пиве можно испечь хлеб? — испуганно переспросил Лео.

— Уверенна. Так, в рецепте написано. Не переживай, — успокоила брата.

Я не соврала, действительно видела такое описание, но получится у меня или нет, не знала. Очень большую роль играло качество муки, пива и опытность повара.

Но была уверена, что у меня получится съедобный продукт.

— Давай поставим пока томиться кашу? Покажу тебе, как варить кашу дружбу, — я подмигнула Лео и на его глазах взяла по чашке проса и риса, а затем смешала всё в одной миске.

— А эти белые зёрна точно съедобны? — каждое моё действие вызывало и мальчугана сомнение.

— Да. То, что считаные единицы знает об этой зерновой культуре, не умаляет её достоинств.

— А по-моему, продавец спихнул тебе залежалый товар.

Я усмехнулась и покачала головой. Конечно, продвигать новый продукт на рынке, где его никто никогда не пробовал, очень тяжело. Поэтому торговец был рад отдать мне зерно, с которым не знал, что делать. А я — счастлива купить такой ценный товар по себестоимости.

— Вот когда попробуешь, поймёшь, что это очень вкусно!

Я показала Лео, как надо промывать крупу, залила её молоком и водой, добавила чуть-чуть сахара и соли для вкуса и отправила вариться.

А затем начала показывать, как скоблить и разделывать рыбу. Вдвоём мы быстро начистили несколько штук, натёрли солью и травами, а затем отправили жариться на сковороду.

Тем временем подошло тесто. Мы накатали шарики и положили их на противень и отправили в духовку.

Когда по кухне начал расплываться аппетитный аромат еды, Лео перестал волноваться.

— Сестра, я сегодня почему-то очень рад твоей амнезульке… — тихо признался мальчуган, когда я дала ему нарезать капусту для супа. — Ты будто очнулась и стала такой деятельной, вспоминаешь рецепты и заклинания, которые учила в академии. Мало того, ты стала такой жизнерадостной... постоянно улыбаешься и не плачешь…

Я сглотнула от внезапного откровения. Абигейл… Бедняжка не выдержала подобного удара судьбы. Она отчаянно боролась, но под конец у неё начали опускаться руки.

— Я люблю тебя, сестрёнка. Обещай, что больше не будешь грустить! — боднул меня головой Лео.

— Обещаю, — ответила я и потрепала его по волосам. — А ты режь давай, не отвлекайся.

— Зачем мы так много готовим? — вдруг уточнил Лео.

В этот момент вода в котелке закипела и пошла снимать пенку с мяса.

— Чтобы в холодном шкафу была еда. Я не могу готовить каждый день, — пояснила я брату. — Гораздо проще разогреть, нежели готовить.

— А чем ты собираешься заниматься, тогда? — нахмурился Лео.

— Как чем работать и учиться! Нам же надо открыть лавку! — я слегка щёлкнула Лео по лбу, забрала нарезанные овощи и скинула их в кипящую воду.

— Ну вот, скоро всё будет готово, — я довольно потёрла нос. — Пора делать сладкие пироги. Скоро освободится духовка.

Лео отнёс грязную посуду в раковину, а я начала готовить кекс. Пару яиц, сахар, молоко, масло, мука, сода, щепотка соли. Всё смешала, добавила запаренный изюм и поставила готовиться.

Лео смотрел на меня как на богиню еды.

— Сестра, я иногда думаю, что когда ты ударилась, тебя подменили. Ты будто сходила на обучение поваров или прожила другую жизнь…

— Ха-ха, какие глупости ты говоришь, — нервно засмеялась я, начиная мыть посуду.

А у саму бросило в холод. Вдруг кто-то узнает, что в теле Абигейль душа из другого мира, что тогда со мной сделают? А вдруг сожгут? Я тряхнула головой, отгоняя мысли прочь. И покопаться в воспоминаниях Аби на этот счёт пока некогда.

— Да и правда, что это я. Просто, видимо, проснулась твоя чудинка, как у всех магов.

— Наверно, — кивнула я. — Помешай пока кашу, — быстренько перевела тему.

— Аби, а можно я схожу, погуляю, после обеда? — через несколько минут спросил Лео.

— Конечно, только ключи возьми. Я хочу навестить соседей и вернуть часть одолженных средств.

Лео кивнул и начал протирать посуду, что я мыла. Вскоре мы закончили убираться, еда сготовилась.

Мы уселись за стол и начали есть. Лео поглощал блюда не жуя, так, будто голодал несколько лет и постоянно нахваливал меня.

— Амнезуля пошла тебе на пользу. Я такой вкуснятины никогда не ел! У меня уже живот полный, а я не хочу останавливаться, — в конце пожаловался он, доедая кусок пирога и запивая его травяным чаем.

— Не передай, а то живот заболит.

Брат с сожалением посмотрел на пирог и тяжело вздохнул.

— Когда кончится, я приготовлю ещё, — успокоила Лео.

Только после этого он встал и пошатываясь, пошёл наверх, широко зевая и потягиваясь.

— Надо сходить в храм и поблагодарить богов, что они подсунули эти книги. Даже наша кухарка готовила хуже! Вот бы отец мог попробовать эти блюда…

Я задумалась, а это весьма неплохая идея. Может быть, в храме я получу объяснение происходящему. Но сначала надо покопаться в памяти Аби.

Ло ушёл наверх, но так и не спустился. И когда я закончила убирать посуду, нашла мальчика спящим на кровати в обнимку с чистой рубахой. Вымотался ребёнок.

Я не стала его трогать, просто накрыла пледом, а сама взяла пару кусков пирога и пошла отдавать долги соседям. Все они оказались люди хорошему и с радостью приняли мой небольшой вкусный подарок. Поэтому на обратном пути домой я шла, напевая весёлый мотив, и думала о своём. Скрипела сапогами по снегу, вдыхала аромат города и прониклась чувствами к этому месту.

Вдруг кто-то дёрнул меня на себя, я поскользнулась и упала сверху на чьё то твёрдое плечо.

— Смотри, куда прёшь! — крикнул разъярённый возница, придерживая взмыленных лошадей. — Что под копыта бросаетесь? Жизни не жалко?

Я подняла взор и столкнулась с жёлтыми, будто расплавленное золото глазами Реджинальда Хоука.

— Очень рискованный способ завладеть моим вниманием, госпожа Дюваль, не находите? — грубоватым тоном заметил глава стражи, пока я возлежала на нём.

Его колючий взгляд пронизывал меня холодом с ног до головы. Я покраснела, понимая, в какую неловкую ситуацию попала. Как же двусмысленно это выглядит. Я поспешила подняться, ругая себя за невнимательность. Вот же безголовая дурочка с головой ушла в свои мысли так, что не заметила ничего вокруг. Стала переходить дорогу и не посмотрела по сторонам, в итоге чуть не попала под копыта лошади, везущей карету. А этот драконородный тут же воспринял всё на свой счёт! Подумал, что я ради него бросилась под колёса! Вот же самовлюблённый гад! Полнейшая глупость — кидаться под колёса телеги из-за мужика!

Я встала, отряхнула подол и поправила слегка съехавшую шапку.

— Вы правда думаете, что все вокруг жаждут вашего внимания? — с сарказмом переспросила я. — Не стоит обольщаться, вы совсем меня не интересуете, господин Хоук! Позвольте заметить, вы вовсе не красавчик, коим мните себя! — очень естественно соврала я. — Но благодарю за спасение! — я сделала реверанс, который не раз видела в фильмах и пошла домой.

— Ха-ха, интересно! — донеслось мне вслед.

Я не стала оборачиваться, чтобы понять, что так рассмешило этого драконородного. Просто прибавила шагу. Даже если источник его смеха я — пускай! Мне плевать! Хватит мне в жизни одного мудака. Теперь я буду выбирать спутника жизни с умом, не позволю себя использовать и буду внимательна.

“Ей-ей, может, ты зря нагрубила?” — тут же спросил меня мой внутренний голос. — “Стоило поблагодарить господина за спасение и наладить дружеские отношения. Не первый раз помогает. К тому же ты собиралась объявить Ирвина в розыск и подать в суд, чтобы отвоевать свою часть наследства и не платить за его долги. А в этом деле бы мог помочь начальник городской стражи…”

Я замерла. Блин! Если так подумать, то и правда не стоило грубить! Вот же… Я мысленно обругала себя. Так, Аби-Аля в следующий раз сначала думай, а потом открывай рот. И держи себя в руках!

Сейчас уже поздно и глупо возвращаться ради извинений. Что ж, придётся зайти и извиниться потом! И принести ему какой-нибудь вкусный десерт. Тогда его ледяное эгоистичное сердце дрогнет, и он поможет мне. Ведь не зря же говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок? Вот Сашке нравилась моя стряпня… Так стоп! Сашка вообще ужасный пример. Если бы мне кто-нибудь на работу принёс вкусный обед, я бы точно растаяла! Значит, и господину Хоуку мои извинения понравятся!

Я решительно кивнула своим мыслям и побыстрее пошла домой, тем более что ветер усилился и пронизывал насквозь, даже пальто уже не согревало. Брр! Пальцы на руках и ногах начали коченеть.

Я зашла домой и услышала весёлый смех брата и женский незнакомый мне голос. Я скинула пальто и тут же пошла в столовую, откуда доносился звук.

— Аби, к нам вернулась нянюшка Илма! — воскликнул брат и отсалютовал мне чашкой чая с куском пирога.

Напротив него сидела пожилая женщина в белом чепце и переднике, в сером выцветшем платье. Тёмные седые волосы были зачёсаны и убраны под головной убор. Доброе морщинистое лицо расплылось в улыбке при виде меня.

— Госпожа Абигейл, как я рада, что вы в полном здравии!

Женщина тяжело поднялась со стула, кинулась ко мне и крепко обняла.

— А ты что как неродная?!

— Я же головой ударилась, память ещё сбоит. Тут помню, там не помню… — развела я руками.

— А я… Я как узнала, что вы остались одни, да ещё заболели, так сразу всё бросила и поехала к вам. Сердце было не на месте. Всё тревожилась и гнила за вас, — растроганно шептала женщина.

Она буквально сочилась добротой и невероятной любовью, а ещё от неё почему-то пахло семьёй. Поэтому я невольно обняла её в ответ и уткнулась в плечо.

— Я же вас всех растила с пелёнок! Нянчила… — она погладила меня и звонко поцеловала. — Как представила, что вы одни в этом огромном доме, некому вам дать совет и утешить, так собрала свои пожитки и приехала, — повторилась женщина. — Но едва переступила порог, учуяла аромат еды, так от сердца отлегло. Вы молодцы, неплохо справлялись без меня.

— Выбора-то нет, — улыбнулась я и, закончив обниматься, подошла к камину. Протянула озябшие руки к огню и чуть не замурлыкала от удовольствия. Тепло начало быстро распространяться по телу от кончиков пальцев до спины.

Именно в этот Ильма решила добавить.

— Больше я вас ни за что не оставлю! Вам же совсем некому помочь, если вы опять влипнете в неприятности. Да и кто вам есть будет готовить, кто будет помогать убираться?

Я нервно сглотнула.

И начала рыться в памяти Абигейл. Кто же такая это няня Илма? Стоило ли мне бояться, что она раскроет меня? Это юный неокрепший ум я могла провести, а пожилая женщина, вырастившая Аби, быстро догадается, что я не она!

Судя по беглому просмотру памяти Илма и правда работала в доме и была нашей няней. Два года назад Орвилл рассчитал её, потому что Илма перестала справляться, а у нас не хватало финансов на жалованье трём служанкам. В доме осталась лишь кухарка и горничная Беки. Илма уехала к детям в деревню, а сейчас вернулась, едва до неё дошли слухи, что мы в беде. И она, как никто другой, знала Абигейл, поэтому мне следовало отказаться от помощи старушки. К том же, платить мне ей было нечем.

— Готовлю я, нянюшка, — честно призналась я. — Этот пирог, что за обе щеки уплетает брат, весьма хорошее доказательство моих способностей. Думаю слухи, что до вас дошли, содержали сведения, что мы разорены и по уши в долгах. Посему платить жалованье вам нечем, — я не стала утаивать факты. — Мы едва сводим концы с концами. Мы даже были вынуждены уволить всю челядь. Прошу нас простить.

Илма замахала руками и пустила слезу.

— Ох, и где это видано, чтобы госпожа сама готовила, прибиралась, портила свои нежные ручки?! — запричитала она. — Если бы ваша матушка и батюшка об этом узнали… — она громко всхлипнула, промокнула глаза платочком, а потом решительно заявила. — Ничего, я всё понимаю. Денег мне не нужно. Я приехала помогать вам. В конце концов, вам, госпожа, надо позаботиться о себе, а я позабочусь о вашем быте! И если говорить начистоту, даже если вы меня будете выгонять, не уйду. Гнить мне в аду, если допущу такое!

— Э-э-э-э, спасибо… — с лёгким испугом выдохнула я.

— Илма, а, может, хоть иногда Аби будет помогать тебе готовить? — с надеждой переспросил Лео и посмотрел на меня.

— Ну, если только иногда, — разрешила Илма и сама с удовольствием взяла второй кусочек пирога. — Я прекрасно понимаю ваши чувства, господин Лео, у госпожи кулинарный талант!

— Раз мы всё обсудили, я пойду открывать мастерскую, — сообщила своим домочадцам и пошла за инструментами.

— О, я тебе помогу, сестрёнка! — тут же соскочил со стула Леонард.

Пирог и чай были моментально забыты. Мальчугану не терпелось помочь снять доски с перехода и самому заглянуть в заброшенную мастерскую.

Вместе с Лео нам быстро удалось открыть двери. Вторая половина дома уже много лет не использовалась. Её законсервировали вместе с магазином на первом этаже. Как результат, там скопилось много пыли и паутины. Затхлый сырой запах неприятно покалывал нос. Я даже поёжилась. Но здесь, в отличие от остального дома, всё ещё висели картины, какие-то грамоты и даже красивые портьеры на окнах.

Мы прошли через переход на втором этаже и сразу оказались у кабинета и мастерской. Там хоть и было холодно, но царил порядок. Все предметы мебели завесили белой тканью, а лишние вещи сложили в коробки.

Мы спустились на первый этаж в лавку и склад. Там тоже прослеживались рука рачительного хозяина, который надеялся в скором времени вернуться к семейному бизнесу и сохранить всё в наилучшем виде. На полках под тканью стояли нераспроданные музыкальные шкатулки и даже холодильный шкаф. На третьем этаже комнаты по-прежнему ожидали слуг и служащих дома. В общем, необходимо было просто прибраться и как следует протопить здание, чтобы избавиться от запаха сырости.

Этот процесс мы не стали откладывать в долгий ящик и начали уборку. Втроём к ночи мы привели в порядок кабинет и мастерскую. Так что уложив домочадцев спать, я удобно устроилась в кресле и погрузилась в изучение записей о магии, создании артефактов и воспоминания Абигейл.

Что ж, мои наскоро сделанные выводы оказались ошибочны. Удивительно, как у меня вообще получился голем-снеговик. Создавать артефакты непросто, это была какая-то смесь физики, химии и программирования, роли которого выступали магические заклинания и руны, если искать какие-то аналоги в современном мире. А для использования магии, в том числе той, что я заморозила кредиторов бандитской наружности, требовались заклинания и мана. И то и другое у меня имелось, однако Абигейл обладала весьма скудным потенциалом. Поэтому артефакторика являлась пределом её возможностей. По этой же причине она не могла сделать больших големов, огромные артефакты и применять боевые заклинания.

Очевидно, что смерть, либо травма, либо моё вселение в её тело повлияло на Аби, поэтому запас сил вырос.

Что же касалось моих планов по созданию грелок для рук, улучшению холодильника и новому открытию лавки, для участия в тендере, то мне требовалось время. Я тщательно изучала лекции Абигейл и её память, дневники предков Дюваль и их раскладки по созданию холодильного шкафа. Когда я закончила с этим, моя голова раскалывалась от объёма знаний, которые требовалось усвоить, а на дворе была поздняя ночь. Свечи почти догорели, и камин потух. Но во всём этом было кое-что приятное: оказывается, Дюваль продали свои чертежи королевской артефакторской мастерской и получали процент с продаж и за счёт этого и жили. Договор был составлен так, что мы могли продать свою разработку и другим мастерским и также производить холодильники самостоятельно. Вот что долгие годы позволяло семейству Дюваль оставаться на плаву. Однако отчёт о продажах и выручка придут лишь к весне, и даже этот доход не покроет все долги Ирвина.

От усталости я потёрла глаза рукой.

— Соберись, Аби-Аля, начнём с малого. Нельзя отчаиваться и отступать. Терпение и труд всё перетрут. Сначала закончим уборку в мастерской, создадим грелки, а затем перейдём к артефактам. Поэкспериментируем на маленьких фигурках големов. А теперь спать, об остальном подумаем утром на свежую голову! — сказала я себе самой и поплелась в спальню.

От волнения я проснулась рано, на рассвете. Хотя для нас, жителей современных мегаполисов, это было вовсе не утро, ведь зимой световой день намного короче и солнце встаёт куда позже, нежели летом. Но здесь, в Тотбурге люди жили, больше ориентируясь на солнце, и жизнь начиналась и заканчивалась с его лучами.

Сегодня я ночевала в спальне барона, Лео в другой, а нянюшка в комнате для слуг над мастерской. И судя по тому, что в доме было тепло, она уже тоже встала и протопила камины. Я потянулась и покаталась с боку на бок по мягкому матрасу, наслаждаясь шелковистостью постельного белья. Затем раскинула руки и ноги звездой и задумалась.

Меня не отпускала мысль о том, что я заняла тело Абигейл. Я боялась как внезапного возвращения в свой мир, так и раскрытия того факта, что я не Абигейл, принятия меня за какого-нибудь демона… От таких допущений воображение рисовало жуткие картины моего линчевания, меня прошибал пот, а сердце норовило выскочить из груди. Нет, такого поворота событий нельзя допустить. Я должна походить на люэну Абигейл, хотя бы минимально, пока я здесь.

Сколько я не копалась в памяти Аби, никакой информации о путешественниках сквозь миры я не нашла. Возможно, их тут и не было, а может, всё это тщательно скрывалось.

Вдруг я всё же не умерла в своём мире… тогда я вернусь домой?! Или просто исчезну? Пронзила меня следующая мысль. Я потёрла лицо руками, тихонько завывая. А затем решительно сжала кулаки. Нет, если кто и мог такое провернуть, то, исключительно бог. Поэтому самым лучшим решением будет наведаться в храм! Так, а что здесь с религией?!

Я прикрыла глаза. Яркие картинки закружили меня в хороводе сменяющихся кадров. Я будто смотрела фильм. На основании его сделала несколько простых выводов: у каждого народа, проживающего в этом мире, свои божества и многие являлись язычниками. Люди во Фрухтранде поклонялись трём богам. И именно им возводили храмы. Верховный бог Алоис, его младший брат Манфрид и их сестра Марлис. Алоис отвечал за рай, Манфрид за ад, а Марлис, богиня справедливости — за перерождение и суд.

Вот именно к марлис мне и стоило обратиться, возможно, она ответит на мои молитвы. Я поднялась с постели, быстро приняла ванну, оделась в платье и добавила к своему списку дел поход в церковь.

— Доброе утро, госпожа Абигейл, я как раз шла вас будить. Завтрак уже накрыт, — сообщила нянюшка и слегка склонила голову.

— Благодарю, Илма, — вежливо произнесла я и зашла в трапезную.

Теперь стол выглядел как в старые времена из воспоминаний Аби: застелен изящной скатертью и красиво сервирован, пусть и деревянными ложками. Дорогие мельхиоровые все распродали.

Я улыбнулась и уселась за стол. Няня просто погрела приготовленную мной вчерашнюю еду, а новую варить не стала, чтобы лишний раз не переводить продукты.

— Что вы собираетесь делать, госпожа? — тут же осведомилась о моих планах Илма, едва я начала пить чай.

— Привести в порядок лавку, сделать несколько артефактов, сходить в церковь и принести извинения начальнику стражи — господину Хоуку.

— Незачем тебе ходить к этому гаду! — широко зевая, пробормотал Лео.

— А вот и есть зачем! — отрезала я. — Я хочу подать заявление о розыске Ирвина, а ещё на передел имущества. Как маг, унаследовавший семейный дар, я имею право стать основной наследницей. Тогда, возможно, я смогу вообще ничего не платить кредитором и признать расписки Ирвина неправомерными.

— Ох, святая Марлис, — сложила ладошки Илма и поцеловала изображение богов, что носила на шее. — Госпожа, а коли не выйдет? Судебные издержки весьма велики!

— Ничего, но и выигрыш в случае успеха ещё более значим.

— И всё равно, я против, чтобы ты встречалась с драконородным, — Лео начал вяло ковыряться в каше. Весь этот разговор определённо портил ему аппетит.

— Я понимаю, что тебе не нравится его происхождение и самомнение…

— Нет, дело не только в этом. Он очень пугает. От одного его взгляда у меня мороз по коже, сестра. Он похож настоящего убийцу. Ты видела его руки, шрамы… Наверняка не раз бывал в сражениях. И на нас… на нас он смотрит как на грязь под своими ногами, — отвёл глаза в сторону Лео. — К тому же он виноват…

— Глупости! Господин Реджинальд Хоук не виноват в моей травме. Такое могло произойти с каждым. Если и кто и виновен, то владелец здания, что не почистил козырёк и убрал сосульки. А господин Хоук дал тебе визитку и деньги! Наоборот, помог.

— Ничего он не собирался давать… — Лео покраснел и сжал в руках ложку, так сильно, что показалось, того гляди её сломает!

— То есть он прошёл мимо девушки в беде? Вот бесчувственный чурбан! — тут же возмутилась Илма.

— Когда сестра меня оттолкнула, а на неё сверху упал лёд… я остолбенел. Просто смотрел, как под её головой искрящийся белый снег окрашивается в алый! А он даже не заметил, просто пошёл дальше. Лишь когда люди начали кричать и говорить, он обратил на нас внимание. Подошёл, обмотал голову Аби своим шарфом, донёс до дома, кинул визитку, монетку и велел вызвать лекаря. Даже не извинился. Целитель у нас один на город и денег на его услуги едва хватало, но он не явился к нам. Конечно, зачем ему такой нищий сброд, когда есть клиенты побогаче. А потом, когда я пришёл к Хоуку с просьбой о помощи, он проигнорировал нас!

— Послушай, — я строго посмотрела на Леонарда. — Это не вина господина Хоука. Он вообще не обязан был нам помогать. Подумаешь, слишком сильно хлопнул дверью. С таким подходом к этой истории можно притянуть за уши кого угодно. Но господин Хоук не толкал меня под падающие сосульки, не кидал их в меня и уж точно не желал моей смерти. Он был вообще не обязан помогать. Просто сжалился над нами. Понимаю, ты хочешь кого-то обвинить, выместить на ком-то злость. Но поверь, господин Хоук этого не заслуживает. Вчера, когда я задумалась и едва не попала под копыта лошади, он снова меня спас. И узнав положение нашей семьи, посчитал меня очередной ушлой девицей, возжелавшей женить его на себе!

— Какой кошмар! — ужаснулась нянюшка и присела на стул.

Лео надулся и покраснел.

— Пусть я и благодарен ему за твоё спасение, он мне всё равно не нравится!

Да пока что мальчику очень тяжело признавать свою вину. Ничего, перерастёт.

— Поэтому я хочу приготовить пирог и отнести господину Хоуку в знак благодарности и извинения за доставленные неудобства. А также попрошу совета в нашем деле.

— Хорошее решение, госпожа Абигейл, — похвалила меня Илма. — Вы выросли прекрасной рассудительной девушкой, — умилялась она. — Ваша матушка и батюшка непременно бы гордились вами!

— Ну что вы, — от такой похвалы я засмущалась. У меня вспыхнуло лицо, и я снова нервно потеребила мочку уха.

— Но тогда вам совершенно некогда заниматься мытьём лавки. В храм трёх богов лучше сходить в первой половине дня. Пеките ваш пирог и идите по делам! — велела няня.

В принципе я была не против, но перекладывать дела на пожилую женщину мне было жутко неудобно. Меня учили уважать старость.

— Ничего-ничего! — тут же прочитала мои мысли Илма. — Воды мне принесёт Лео, я возьму швабру и потихоньку вымою всё. Готовить мне не придётся, ведь вы вчера хорошо расстарались, госпожа. А я всё равно не могу сидеть сложа руки.

Я неуверенно кивнула и пошла ставить пирог. Быстро затворила тесто для заливного кекса, насыпала туда чуть-чуть дроблённых орехов и изюма, а затем отправила в духовку. Сама же в это время вышла во внутренний двор и решила попрактиковаться в магии.

Вчерашний вечер не прошёл зря. Я чётко усвоила, как моё тело накапливает ману, где её источник и как правильно нужно кастовать заклинания, как создавать големов. Поэтому через десять минут рядом со мной стояла несколько маленьких зверюшек. Я наделила их простыми функциями и пошла показывать домочадцам.

— Ого, что это за чудики, сестра? — тут же воодушевился Лео.

Присел на корточки и начал рассматривать.

— Это заяц, олень и медведь…

— Никогда таких не видел! Ты их в каком-то бестиарии нашла? Или сказок перечитала?

— Да-а-а-а, — меня бросило в пот, и я нервно засмеялась. Влипла! Кажется, здесь таких зверей не водится. И как мне теперь отмазываться?! — Я… я… выдумала их! Правда, миленькие?

— Да, забавные. Но, а что ты будешь делать с такими големами? — тут же задал следующий вопрос любопытный мальчуган.

— Хочу их продавать. Если их увеличить, то они смогут заменить лошадей, например…

Илма скептически выгнула бровь.

— Помню, вы подобным баловались с детства! Вот времена-то были, — она стряхнула с тарелки воду и начала её протирать полотенцем. Прикрыла глаза, ускользая в прошлое. — Но такое никто покупать не будет.

— Они могут быть посыльными, охранниками, доставщиками, даже гонцами. А ещё могут здорово украсить и оживить праздник! — тут я вытащила свой козырь — объявление о проведении конкурса.

— Госпожа Абигейл, бросьте эти глупости! — покачала головой нянюшка. — Лучше поищете себе мужа или на худой конец собирайте музыкальные шкатулки. Неженское это дело соваться в мужскую профессию. Пусть супруг решает ваши проблемы.

— Интересно за кого мне выйти замуж?! Не вижу тут очереди за порогом! Если найдёшь, покажи! — вспылила я. — Выходить за наглого Гарриета Хана не собираюсь! Пусть хоть золотые горы обещает, не пойду! — в конце речи от напряжения я даже слегка топнула ногой.

— Простите, госпожа! — тут же отступились Илма. — Я не сомневаюсь в ваших талантах. Просто этот мир слишком жесток, особенно для женщин, и вдвойне для тех, у кого за спиной нет защитников, госпожа Абигейл. — Нянюшка помрачнела и сжала полотенце, так что костяшки её рук побелели.

Я тут же успокоилась, глядя на её реакцию. Стоило проявить больше выдержки. Ну чего я разъярилась в самом деле? Няня Илма прожила долгую жизнь и знает этот мир куда лучше меня, поэтому так и говорит. Наверняка она столкнулась и испытала всё на собственной шкуре. И желает лучшей доли для меня.

— Я уже пробовала найти работу, но сбилась с ног, — здесь я не соврала Абигейл и правда искала работу. Но такой белоручке как она, постоянно отказывали. А иди работать магом — диплом не получила, а к тяжёлому труду непригодна, да и унизительно это для благородной дамы! Впрочем, голод не тётка, если что я куда угодно пойду. Но своим домочадцам говорить об этом не стала. — Вариантов у меня немного. Если бы у меня был чудесный жених — человек, на которого я могу положиться, любящий меня, я бы не сомневалась и мигом вышла за него. Увы, рядом со мной таких нет. Поэтому я сама позабочусь о себе и своей семье! И всё, о чём я прошу — это просто поддержать меня и верить… хотя бы чуть-чуть!

— Госпожа, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь вам, и, естественно, поддержу вас, если таково ваше решение! — Илма лучезарно улыбнулась.

— Сестрёнка, я тоже тебя поддержу! Думаю, твои артефакты непременно понравятся людям и они их оценят! — подбодрил меня Лео. — Твой снеговик уже навёл шороху!

Я улыбнулась и пошла доставать пирог из духовки. Вкусный аромат выпечки начал расплываться по кухне, дразня обонятельные рецепторы.

Я надела рукавчики, наклонилась и вытащила красивый, румяный кекс. Ну господин Хоук, если ваше сердце не растает от моих слов, то желудок уж точно дрогнет от такого аромата и вкуса!

Я упаковала пирог в коробку, переоделась в лучшую одежду, что у меня была — синее форменное платье, красное ученическое пальто, надела тёплые чулки, сапожки и алую шапку боярку, отделанную белым мехом. Подмигнула своему отражению.

— Красотка! Тебе всё по плечу! — приободрила саму себя напоследок и выбежала из дома в суровую зиму.

На улице поднялся ветер, а солнце скрылось за тучу. Мелкие хлопья снега летели прямо в глаза, нос и рот. Мороз обжигал щёки, так что хотелось закутаться в шарф поглубже, а лучше вернуться домой к жаркому камину. Укрыться пледом и заварить себе какао!

— Так, — одёрнула себя. — Что ещё за мысли. Скоро деньги кончатся, и будешь ты питаться водой, и никакого тебе чая, не то что какао!

Я прибавила шагу и поспешила на центральную площадь в храм трёх святых. Он располагался ближе всего к нашему дому.

Высокий, красивый храм в романском стиле привлекал внимание своей основательностью и величественностью. Конечно, он не образовывал латинский крест по своей форме, а был построен в виде прямоугольника с полукруглым окончанием и боковыми ответвлениями. Посетителей встречала входная группа с тремя остроконечными башнями, в которых располагалась звонница и другие хозяйственные помещения. Далее шёл зал с колоннами, мозаиками с изображениями святых. В конце храма находился алтарь со статуями богов под куполообразной крышей, украшенной фресками.

В помещение царил полумрак и тишина. Мягкий огонь свечей слабо освещал пространство, как свет из узких окон. Зато создавал таинственную атмосферу и настраивал на нужный лад. Люди, заходившие сюда, покупали подношения — красивые фигурные свечи, зажигали их у ликов святых и богов, молились и уходили.

Я, последовав примеру горожан, купила три свечи, подошла к статуям богов, зажгла их и поставила каждую в отдельное кандило, а затем обратилась к ним со своей просьбой.

Но мне, как и ожидалось, никто не ответил, не подал никакого знака. Даже свеча не полыхнула сильнее. Я уже хотела уйти, как поняла, что лик богини начал расплываться, а я внезапно перед собой увидела старушку. Ту самую, у которой покупала игрушку. Вдруг её губы растянулись в улыбке, и она шепнула:

— Круг перерождений совершён. Потерянная добрая душа вернулась на место. Исполни мечту. Твой дом отныне здесь.

А я даже глазом моргнуть не успела, как снова увидела перед собой статую. Показалось? Я потёрла глаза рукой. А затем выскочила из храма. Дела… Видимо, это и есть ответ, на все мои вопросы. Только легче не стало. Ладно, буду решать проблемы по мере их поступления. Буду стараться соответствовать стандартам аристократов и списывать свои странности на чудинки всех магов, любимцев богов.

Решительно похлопала себя по щекам и направили свои стопы в городскую ратушу.

Как я выяснила из воспоминаний Абигейл, там находился суд, отделение стражи и совет.

Здание, как и церковь, было полностью построено из серого камня и выглядело весьма красиво, хоть и более скромно, нежели храм или замок. Его также украшали милые фигурки зверей, барельефы, декоративные аркады, полуциркульные арки и большая башня с часами. Напротив ратуши, как у храма, красовался фонтан. Правда, сейчас он был занесён снегом, и я не могла разобрать, что находится в его центре.

Я поднялась по ступенькам, решительно выдохнула, толкнула массивную дверь и вошла. Внутри толпился народ, что пришёл к судье со своими вопросами. Я осторожно обошла всех и приблизилась к стражнику, несущему здесь службу. Натянула милую улыбку и просила:

— Господин, не подскажите, а где мне найти капитана городской стражи Реджинальда Хоука.

— Вам надо подняться на второй этаж, свернуть направо в первый кабинет, — неохотно пробубнил служивый.

— Благодарю!

Мужчина ничего не сказал, лишь проводил меня кислым взглядом. Мне это не понравилось. Под ложечкой засосало от плохого предчувствия. Тем не менее мне следовало урегулировать свой вопрос. Едва я поднялась на второй этаж, как увидела Гарриета. Я быстро шмыгнула за угол, пока он меня не заметил. Вжалась в нишу и закрыла рот ладошкой, пытаясь скрыть даже своё дыхание.

Интересно, что он здесь забыл? Впрочем, ответ долго искать не пришлось. Краем глаза я заметила, как Хан пожал руку нескольким людям весьма презентабельной внешности. Все они сжимали бумаги, свёрнутые трубочкой. До меня донеслись их голоса и преждевременные поздравления Гарриета с победой.

Я быстренько сложила два и два. Хан пришёл подать заявление на конкурс, как и те двое. И они поздравляли Хана, ничуть не сомневаясь в его победе, но желали все же попытать удачу или хотя бы создать видимость конкуренции.

Внезапно они двинулись в мою сторону. Я попятилась и не придумала ничего лучше, чем заскочить в ближайший кабинет.

— Вы что-то хотели, леди? — раздался у меня за спиной знакомый голос.

Я охнула и обернулась.

За массивным деревянным столом, заваленным кучей бумаг, сидел Реджинальд Хоук. Он даже не оторвал взгляд от документа, просто машинально задал дежурный вопрос.

— Здравствуйте, господин Хоук, — нервно выпалила я.

— Опять вы, — обратил внимание на меня драконородный и выгнул бровь. — Каким ветром вас сюда занесло, госпожа Дюваль? Что на этот раз устроите?

— Ох, вы всё не так поняли! — сконфуженно произнесла я и замахал руками. Мысленно ткнула себя: "Соберись, Аби-Аля." — Я пришла извиниться за недоразумение. Мой брат ещё слишком юн, вспыльчив и горяч. Мы остались одни, поэтому ему так тяжело. В той ситуации, когда на меня с крыши свалился снег и сосульки, вы поступили очень благородно. Не бросили даму в беде и помогли. Многие способны лишь тяжело вздыхать, но не вы. Мой брат незаслуженно обвинил вас и оскорбил. Поэтому прошу принять в качестве извинений кекс. Я сама испекла его для вас.

Я поставила на стол коробку, перевязанную лентой, и замерла, ожидая ответа.

Реджинальд наклонил голову вбок, пряди его чёрных волос упали с плеча и шелковистой волной опустились на крепкую шею. Он лениво поднял руку, чтобы взять моё подношение. Ткань синего кителя опасно натянулась на бицепсах, обрисовывая стальные мышцы. Я сглотнула, наблюдая за тем, как моя коробка с кексом была безжалостно смята его пальцами. Братишка был прав, драконородный выглядел очень опасным и вместе с тем ужасно привлекательным. Мне стоило держаться от него как можно дальше.

— Упс, не думал, что она настолько хрупкая! — с притворным сожалением произнёс он и улыбнулся, обнажая чуть более длинные и заострённые клыки, нежели у людей.

— Ох, не переживайте! Я сама виновата, стоило принести вам подарок в более прочной упаковке, или открыть самостоятельно. Кто ж знал, что вы плохо контролируете свою силу! — я отзеркалила Реджинальду его улыбку и продолжила. — Но уверена, оттого что пирог помялся, он не стал менее вкусным!

Сердце в груди заполошно застучало оттого, что я собиралась сделать, но я просто отринула страх. Ну не съест же он меня в самом деле за подобную выходку?

Я быстро обогнула стол. Выхватила коробку из его пальцев, развязала ленту и явила миру свой кулинарный шедевр. В то же мгновение по комнате пополз приятный сладкий аромат сдобы.

Я схватила нож для бумаги, который лежал на краю стола, откромсала им кусочек кекса и поднесла к чуть поджатым губам драконородного.

И ещё более нагло заявила:

— Вы же не дадите пропасть моим трудам?

Внезапно Реджинальд обхватил моё запястье своей рукой и довольно болезненно сжал, надавливая пальцами на болевые точки.

— Вы так настойчиво хотите меня накормить, что это пугает? Признавайтесь, госпожа Дюваль, там приворотное зелье?

Его глаза грозно сверкнули, не обещая ничего хорошего. Мужчина повёл носом вдоль куска пирога, будто мог разложить запах не мельчайшие компоненты и различить яд. А я внезапно ощутила себя такой крошечной, хрупкой и ничтожной по сравнению с сидящим напротив меня хищником. Глупая, как я вообще додумалась до того, чтобы дразнить это существо?! Он же может в один миг свернуть мне шею, да что там просто раздавить как надоедливую мошку и не заметить. Мне следовало что-то сказать ему, но язык отчего-то прилип к нёбу, а горло сдавило. Мне было необходимо убедить Реджинальда, что я не собиралась травить его, но я оцепенела. Просто моргала и словно загипнотизированная смотрела, как он подносит мою руку с пирогом всё ближе к своему рту. Размыкает полные губы, вонзает клыки в нежный, воздушный бисквит и с задумчивым лицом пережёвывает его.

А ведь всего одно его слово и меня кинут в темницу. Одно слово и моя вторая жизнь закончится, едва начавшись. Теперь-то я поняла, о чём говорила няня Илма. Я зажмурилась не в силах смотреть и замерла, как вдруг услышала…

— Весьма аппетитно, — довольным голосом пробормотал драконородный, который всё ещё продолжал сжимать моё запястье.

Я распахнула глаза и уставилась в его, только сейчас понимая, что даже сидя он был всего лишь на голову ниже меня. Огромный, словно гора. Опасный, как самый свирепый хищник. К таким нельзя приближаться. Сердце так колотилось в груди, что его стук отдавался в ушах. Я собралась с духом и просипела, едва не заикаясь на каждом слове:

— Я не добавляла туда ничего, если… если желаете, я сама могу съесть кусок…

Тем временем Реджинальд ещё раз откусил кекс и коснулся губами моих пальцев. Горячие… Нет, для моих заледеневших рук они показались обжигающими. Жар стыда охватил меня с головы до пят. Поверить не могу, что я взрослая женщина, давно познавшая любовные ласки, так смущаюсь!

Капитан медленно прожевал пирог, облизнул губы и произнёс, глядя мне в глаза.

— Я не против… — при этом он так криво улыбнулся, слизнул остатки пирога с моих пальцев. Всё до последней крошки. Я почувствовала, как его горячий влажный язык касается моей кожи, как клыки чуть прикусывают подушечки, посылая разряды тока. Порочно и неуместно! Что он творит?!Я абсолютно не понимала драконородного, что сидел напротив меня. Чёрт возьми! Мне стоило вырвать руку, отчитать наглеца и уйти. Но пусть это было непристойно и дерзко, опасно и пугающе, вместе с тем мне это нравилось. Какая-то часть меня жаждала узнать, а что он сделает дальше? Как далеко зайдёт? Та испорченная девчонка внутри меня, желала узнать, а как много себе позволит господин Хоук?

Едва он закончил, как дёрнул меня на себя, усаживая на колени, отломил пальцами кусочек и поднёс к моим губам. В этот момент я вырвалась из плена его медовых глаз, мысленно дав себе подзатыльник.

Аля-Аби, что ты творишь?! Эта игра зашла слишком далеко! Пора остановится. Иначе… Иначе ты можешь лишиться тех крох репутации, что имеешь! Аристократка, дочь барона, Абигайл Дюваль, не следует находиться в кабинете наедине с мужчиной дольше пяти минут! Аристократки, не разрешают облизывать свои пальцы… Даже поцелуй чуть выше запястья недопустим…

Я размахнулась и влепила ему пощёчину. Вскочила с его коленей и отпрыгнула в сторону. Реджинальд даже не дёрнулся, просто распахнул глаза пошире. Кажется, ещё ни одна дама не давала ему отворот поворот. Он коснулся пальцами горящей щеки, будто не верил в происходящее. Спустя мгновение его губы растянулись в хищной улыбке, и он прошелестел:

— Занятно!

— Я… Простите! Как и говорила ранее, меня не интересуют отношения с вами… — затараторила я и попятилась к двери.

Реджинальд же грациозно поднялся с кресла и начала неумолимо надвигаться на меня.

— Я пришла извиниться. Не более! В пи-пирог ничего не сыпала! Клянусь! Я просто… Просто… Вы и сами знаете, что мой брат Ирвин проиграл всё… Даже дом заложил! Я хотела подать на него в розыск и обратиться в суд для пересмотра прав на наследство и тут! Я же… маг!

Но сколько бы я ни говорила, Реджинальд не останавливался. Он продолжал наступать, снял один-единственный перстень со своего пальца, отбросил его в сторону, подцепил узел шейного платка-галстука и загнал меня в угол с абсолютно беспристрастным лицом. Лишь его сияющие хищным блеском глаза говорили мне, что, кажется, он сделал меня своей добычей и ни за что не отпустит.

— Люэна Абигейл… сколько в вас магической силы? — спросил Реджинальд, в тот момент, когда мои лопатки коснулись дверного полотна.

Я начала нащупывать рукой ручку, чтобы попытаться сбежать.

Но Реджинальд поставил ладони по обе стороны от меня, захлопывая свой капкан.

— Не-немного, — пролепетала я, боясь поднять взгляд выше го груди.

— Ну же люэна Абигейль, посмотрите мне в глаза! — он обхватил пальцами мой подбородок и задрал голову вверх.

Я снова утонула в расплавленном золоте его радужек.

— Неужели я вам совсем не нравлюсь? Неужели вы не хотели бы…

Что? Мне не показалось? Он всерьёз спрашивает о том, нравится ли он мне? Намекает, хочу ли я с ним переспать?! Ну и гад же! Ярость от его бесстыдных слов и поведения, наконец побороли страх.

Эй, я ведь тоже себя не на помойке нашла! Не на ту напал, красавчик! Больше я не поведусь на твоё личико и гипнотические глаза!

Я подняла ногу и со всей силы вдавила каблук в его ступню. В ту же секунду толкнула Реджинальда в грудь! Драконородный охнул и отступил.

— Не нахожу! Вы отвратительны! Как вы можете, такое предлагать мне?! Вам не стыдно! Я к вам со всей душой! Я думала, мы можем стать друзьями… А вы…

Реджинальд оторопел. Кажется, мои слова его задели.

— И хватит сверкать на меня своими жёлтыми глазами! Вы не кошачья мята, а я не кошка — не поведусь!

Я открыла дверь, выскочила из кабинета и побежала прямо коридору. Всё хватит с меня на сегодня. Найду другой способ! Справлюсь и без Реджинальда Хоука.

Когда я вернулась домой, на Тотбург опустились унылые сумерки. Я тихонько снял пальто и прошла в столовую к камину, в который заботливая нянюшка снова подбросила дров. Они весело потрескивали, согревая наше жилище. Протянула негнущиеся красные пальцы к огню и зажмурилась, наслаждаясь теплом.

— Как прошло, госпожа Абигейл? — осведомилась зашедшая в гостиную Илма.

— Лучше, чем я ожидала, — соврала я, и совесть неприятно кольнула.

Однако рассказывать правду домочадцам я не собиралась. Хватит одной меня терзающейся от мрачных мыслей. Пусть поживут хоть немного в спокойствие. Я обязательно совсем разберусь. Справлюсь. Как делала это всегда в своей прошлой жизни.

— Ох, значит, боги услышали мои молитвы! Вам подать ужин, госпожа? — тут же уточнила Илма.

— Ужин? — я посмотрела на часы. Красивые фигурные стрелки показывали полпятого. Желудок, до этого не подававший никаких признаков жизни, заурчал, требуя еды. Неужели так быстро пролетело время?

— Да, и чай поставь, — велела я.

Илма ушла, а я заметила, что в доме стало намного чище и свежее. Илма по мере своих сил и возможностей приводила особняк в порядок.

— И куда подевался мой братишка? — спросила у няни, когда она принесла поднос с едой. Обычно он первым встречал меня и расспрашивал обо всём.

— Так гулять убежал. Едва помог мне и сразу исчез. Ох, уж этот сорванец, — женщина с улыбкой покачала головой.

Я тоже не удержала лица при воспоминании о мальчугане. Это он ещё молодец, столько терпел, ухаживал за сестрой. А сейчас, когда кризис миновал, ему наверняка отчаянно хотелось побегать со сверстниками. Он ведь ребёнок. А детям свойственно непоседливость, любознательность, игривость и жажда приключений.

Я рассеянно глянула за окно. Уже стемнело, а Лео задерживался. Сердце тревожно пропустило удар. Тотбург мало походил на современный город, здесь не было полиции и камер наблюдения, ярких фонарей, свет которых разгонял весь мрак. Поэтому гулять после захода солнца не следовало. Мне даже не надо было заглядывать в воспоминания Аби, чтобы понять — это лихой час.

— А где он гуляет? Надо позвать его домой, — решительно произнесла я и уже хотела пойти встречать братца.

Няня Илма словно опомнилась и кивнула. Мы не успели ничего предпринять, когда дверь открылась, и в дом зашёл Леонард.

Чересчур большая шапка для него слегка съехала, на пальто отсутствовали пуговицы, а некоторые заплатки и вовсе оторвались. А на лице наливался синяк.

— Это ещё что? — тут же ахнула Илма и прижала руки к груди.

— Лео, ты в порядке, — я бросилась к брату.

Он сердито посмотрел на нас, словно не хотел, чтобы мы были свидетелями его и позора, и грубовато проворчал:

— В порядке.

Тут же сбросил пальто, сапоги, покрытые толстым слоем снега, и, кинулся наверх к себе в комнату, громко топая босыми ногами.

— Пого… — я хотела остановить брата, расспросить.

Однако, няня Илма мягко удержала меня за плечо.

— Госпожа Абигейл, дайте мальчику время успокоиться. Не стоит его смущать.

Сердце болезненно сжалось. Как это не докучать? Как оставить в покое? Мне хотелось узнать, кто это сделал, выяснить все подробности и наказать обидчиков. Потому что никто не имел права обижать моего брата. Сердце требовало обнять мальчугана и настучать всем забиякам по башке. Но разумная, более рациональная часть меня соглашалась с Илмой. Моё вмешательство могло сделать только хуже.

Поэтому я несколько раз глубоко вдохнула, восстанавливая душевное равновесие, и попросила Илму:

— Отнеси ему ужин и лёд, пусть подержит под глазом, так отёк будет меньше.

— Сделаю, госпожа Абигейл, — одобрительно кивнула няня. — Вы сами сядьте, поешьте, а то всё остынет.

Я шумно выдохнула и вернулась за стол, погружаясь в тяжёлые мысли. Обычная ли ссора произошла между ребятами? Может, Лео дразнили из-за нашего положения или внешнего вида? Все же дети бывают очень жестокими. Ещё более жестокими и беспощадными, нежели взрослые. Но здесь я уж точно ничем не могла помочь брату.

Я быстро запихнула в себя еду и решила заняться тем, что могло нам всем помочь — пошла мастерить грелки.

Я зашла в кладовку, взяла сушёные травы, что купила на рынке, крупы и ткани. Затем пошла в мастерскую.

Няня Илма сняла все чехлы, все покрывала и полностью подготовила крыло. Удивительно, но ей удалось справиться за день. Теперь тут пахло чистотой, травами и лёгким дымком от камина.

Я разложила всё на рабочем столе, сходила за записями Абигейл и предков. И начала размышлять о том, какие грелки я буду делать.

У меня было несколько вариантов. Первый, самый простой: сшить много маленьких тканевых мешочков, заполнить их рисом или солью. Я тут же прикинула стоимость.

Соль выходила дороже, поэтому лучше крупой. Такой вариант, как раз годился для этих мест. Рис долго сохранял тепло и позволял длительное время наслаждаться прогулками в морозную погоду. Такие грелки можно было сшить в виде сердечек, фигурок животных, украсить ткань вышивкой, а внутрь положить не только крупу, но и душистые травы. Например, лаванду, что я купила. Помимо вкусного приятного аромата, она отлично отпугивала насекомых. Предполагаю, что эта опция грелки будет не лишней в этом средневековом мире. Один минус, греть её можно только на печке, и она в сравнении с другими видами проигрывает.

Второй вариант, химическая грелка, выходила куда сложнее в изготовлении. Для неё требовался семидесяти процентный уксус, сода и вода. В результате химической реакции ингредиентов и кислорода выделялось тепло. Такая вещица работала около четырёх часов, и для её активации не требовалось сложных условий. Замёрз на улице, открыл пробку, впустил кислород, закрыл и греешься! Красота. Одна беда, я не знала, в какую ёмкость можно залить получившуюся смесь. В современном мире использовали пакеты и пластиковые бутылки. А здесь что?

Третий вариант, артефакт, выходил ещё более дорогостоящим. Я хотела взять и сделать нечто вроде небольших металлических бляшек, которые будут разогреваться до комфортной температуры за счёт магических камней. Хорошо бы совместить эту функцию, например, с карманными часами. Но если просто сделать красивой, то можно носить как подвеску или украшение. Степень дороговизны регулировалась бы материалами и сложностью. И если у меня получится, аристократы непременно оценят подобный девайс и станут дарить своим близким. Одно “но”, такую вещь за вечер не соберёшь.

Я пододвинула к себе ткань, взяла ножницы и иголки. Начну с самого простого. А пока работаю, может, в голову придёт идея с ёмкостью для химической грелки.

Дело спорилось. За несколько часов усердного труда у меня получилось двадцать грелок с крупой. Половину я сделала в виде простых прямоугольников, а остальные в виде сердечек для дам.

Я встала, разогнулась, выполнила несколько наклонов, покрутила косточками и уже собралась сесть читать записи лекций и дневники семьи Дюваль, когда дверь в мастерскую отворилась и в образовавшуюся щель просунулась голова Леонарда.

— Можно, — шёпотом просили Лео, словно боялся, что может помешать.

— Конечно, — улыбнулась я, радуясь тому, что мальчуган пришёл ко мне сам.

— А что мастеришь? — тут же спросил он, подходя к столу и рассматривая грелки.

— Грелки для рук, — пояснила я. — Кладёшь такую на камин или печь, греешь. Потом засовываешь в карман перед выходом на улицу и тебе тепло, пока она остывает.

— Здорово. Эти со звёздами и солнышком для мужчин, а в виде сердечка для девочек? — Лео потрогал и даже понюхал мешочки, набитые рисом и лавандой. — О, они ещё и пахнут приятно!

— Всё верно! Нравится?

— Ага, идея очень хорошая. О таких маленьких, безопасных грелках, я ещё никогда не слышал, — восхищённо протянул Лео. — А ты ещё что-то будешь делать? — он посмотрел на лежащие на столе открытые тетради.

— Собираюсь делать другой тип грелок — самонагревающиеся. Но из-за того, что внутри них будет жидкость, не могу придумать, какую ёмкость использовать для них.

— Фляжки? — тут же предложил Лео.

Я выгнула бровь, не понимая, о чём он говорит. Братишка же быстро ринулся к стеллажу и вытащил оттуда несколько небольших кожаных фляжек с деревянной пробкой.

— Вот, это заготовки! Вероятно, с ними что-то хотели сделать, но так и не пустили в дело.

Я тщательно осмотрела их и пришла в восторг. Они идеально подходили для моей задумки!

— Ты гений, Лео! — я не удержалась, потрепала его по голове и звонко чмокнула в щеку.

Леонард покраснел и довольно заулыбался.

— А можно я тебе ещё чем-нибудь помогу? — осторожно спросил мальчуган, комкая края своей рубашки.

— Можно! Будем делать грелки вместе. Тащи все бутылки, завяжи на лице платок и вперёд!

Химическая реакция — это всегда весело и кажется настоящим чудом, если видишь её впервые. Поэтому когда я принесла все ингредиенты, нашла необходимые ёмкости и весы, то Лео, который вовсю помогал мне, пришёл в искренний восторг.

— Сестрёнка! Сестрёнка, как ты до того додумалась? — не унимался он.

— Это всё моя амнезия и поход в храм. Боги были милостивы ко мне. Я усердно молилась, и меня на обратном пути осенила эта идея, — приврала я.

Но в самом деле не могла же я рассказать, что знаю это из своей прошлой жизни?

— Здорово! Я бы тоже так хотел, — с лёгкой грустью произнёс мальчуган, и на его лицо, словно наползла мрачная тень.

— Эти солевые грелки, ты можешь делать и сам. Здесь нет ни крупицы волшебства, это просто химия. Следуя правилам и рецепту, подобную вещь может изготовить любой человек, — тут я вспомнила, что в этом мире живут и иные расы, поэтому поспешно добавила, — или другие разумные существа.

— Значит, даже такой бесталанный, никчёмный пацан как я, может сделать подобное чудо? — Лео с надеждой посмотрел на меня.

А мне вдруг стало страшно. Что же творится в голове у брата? Какие демоны терзают его? И кто вложил в его голову такие ужасные мысли?

Я обхватила лицо Лео ладонями, чуть подняла и посмотрела ему в глаза.

— А разве ты сейчас уже этим не занимался? И кто тебе сказал, что ты никчёмный и бесталанный?

Лео отвёл взгляд и опустил ресницы.

— Ты сейчас издеваешься? — обиженно произнёс он, вырвался из моих рук и побежал к выходу.

Моё сердце будто сжали ледяной рукой. Чёрт! Ошиблась! Я должна была выразиться мягче. Пульс подскочил, и я сама, не ожидая от себя такой прыткости, быстро догнала Лео. Обхватила его острые плечи и остановила.

— Да погоди ты! Давай поговорим. Извини, если обидела. Ты же знаешь, что моя память подводит меня. Что ты имел в виду, говоря про себя такие слова.

Лео попытался снова вырваться. Рассказывать о своих недостатках не очень хотелось. Как и показывать слабость. Лишь в первый день он позволил себе плакать, а сейчас отчаянно не хотел показывать влажные глаза. Но глядя на мою решимость, он понимал, что я его не отпущу, поэтому шумно хлюпнул носом и еле слышно пробормотал.

— Ирвин великолепно фехтует, считает и пишет. Отец хотел купить ему офицерский чин через пару лет. Ты одарена родовой магией, наверняка закончишь академию и станешь квалифицированным магом-артефактором, а я... Я ничего могу!

Столько надрыва слышалось в тихих словах, столько боли и отчаяния, что внутри всё переворачивалось.

— Сегодня, Густав, сын мясника хвастался, что его отправили в школу. Я знаю, что это обычная школа для горожан… Но мне недоступна даже она, не говоря о гимназии, куда ходит Отилла и Лукаш. Они красовались и начали вслух считать, спросили меня, а я… я ошибся. Тогда все захохотали. Громче всех Сигард, сын управляющего на шахте. Они смеялись и говорили, что я за барон, если хожу в обносках и не могу даже выучиться грамоте. Я хотел ударить Сигарда, но сам получил по шее…

Кошмар! Бедный ребёнок. Я обняла Лео, как можно крепче, и, еле сдерживая слёзы, прошептала:

— Прости! Это всё из-за нашей бедности… Потерпи немного, и у тебя будет всё и гимназия, и одежда. Однако пойми, те ребята, что так говорят, уж точно не друзья тебе! Те, кто судит всех по одежде, недостоин тебя! Ведь главное вовсе не тряпьё, а то какое у человека сердце и душа! У тебя огромное доброе сердце, братишка. И тебе совершенно нечему завидовать. Считать, писать и читать может научиться кто угодно. Тут не надо обладать талантом, главное усердие. Магия? Но ты и без магии сможешь неплохо устроиться в жизни. Сила и мускулы? Так, ты ещё маленький и скудно питаешься. Вот как начнёшь регулярно есть, тренироваться и заниматься непременно вытянешься и станешь гораздо сильней. У тебя ещё всё впереди. Ирвин, знаешь ли, тоже не стал сразу сильным. Уверена, даже драконородные рождаются маленькими и слабыми. А сила и умения, нарабатываются годами усердных трудов. Поэтому Лео у тебя всё впереди и всё обязательно получится, главное — верить в себя и ни за что не сдаваться!

— Ты, правда, так думаешь? — Лео с надеждой посмотрел на меня.

Я улыбнулась и погладила его по волосам.

— Не думаю, знаю! — авторитетно заявила я.

Лео прижался ко мне ещё сильнее.

Мы закончили работать глубокой ночью. Вернее, я отправила Лео спать, а сама слегка схитрила. Взяла записи предков Дюваль и лекции Абигейл и пошла изучать их в постель. Конечно, воспоминания предыдущей хозяйки тела мне помогали, но я боялась что-то упустить и хотела полностью удостовериться во всём. Помимо прочего, в заметки своих предков, оставленные в мастерской, Абигейл не лезла. Считала себя недостаточно талантливой. Хотя судя по её воспоминаниям и записям, начала уже пытаться разрабатывать новую модель холодильного шкафа.

Я долго читала, но мыслями постоянно возвращалась к Реджинальду. Этот чёртов мужчина, почему-то настойчиво лез мне в голову. Брр! Мне не ведь не показалось, что его пренебрежительное отношение ко мне резко изменилось после его пощёчины? Это его “Интересно”, прозвучало с такими нотками, будто он же наметил меня своей жертвой… И вполне это продемонстрировал. Когда поняла, что из-за усталости вообще не сосредоточиться, попыталась заснуть, но этот драконородный и во сне ко мне явился. И там в сновиденье мы жарко целовались… Я проснулась в мокрой сорочке и с ноющим от желания животом. Яростно растёрла лицо.

— Аля-Аби, а ну, не смей мечтать о таком гаде! Он уж точно не хороший мальчик и абсолютно не подходит для семейной жизни! Так что держись от него подальше, — проговорила самой себе, словно мантру. Быстро умылась холодной и водой и оделась.

Весь следующий день я снова работала в мастерской. Требовалось создать побольше товаров для раздачи пробных экземпляров и последующей продажи. Писала инструкции и размышляла о настоящих артефактах. Лео мне помогал. Так что к вечеру он уже самостоятельно делал грелки. Чем очень гордился. А у меня появилось время осмотреть вывеску и здание лавки снаружи.

Я спустилась на первый этаж рабочего крыла дома, где располагался магазин и склад товаров, открыла дверь и вышла на улицу. Окна закрывали деревянные створки по типу жалюзи, а сама вывеска уже поблёкла, и часть букв стёрлась. Так что я с трудом могла прочитать назвать “Снежная лавка Дюваль”. Название мне нравилось, и из уважения к династии и предыдущей хозяйке тела я не собиралась его менять. Однако хотела сделать вывеску более яркой, насыщенной и красочной. Поэтому, вытащив со склада лестницу, я сняла её.

— Госпожа, вы собираетесь открываться? — спросил меня мужчина с большим животом и в белом фартуке из здания напротив.

— Да, собираюсь, — ответила я. — Послезавтра!

Мой быстрый ответ, так ошарашил мужчину, что он потерял дар речи. Я оглянулась и прочитала вывеску за его спиной “Мясные деликатесы Кремера”. Большое количество посетителей говорило, что с этим соседом стоит дружить. Вот только не их ли сынок дразнил Лео? Ну да ладно, это не важно. Мы же просто соседи. И популярность их заведения мне играет на руку.

— Обязательно заглядывайте! Возможно, наши товары придутся вам по душе.

— Ох, это отличная новость. Мой отец рассказывал, что когда вы работали, у нас было гораздо больше клиентов. Так что поздравляю вас, госпожа Дюваль.

Я кивнула. Правда, поздравлять тут пока особо не с чем, да и неправильно. Но я не стала одёргивать мужчину.

Сама тем временем быстро осмотрела ближайшие дома. Буквально через одно здание от нас располагалось ателье, ещё чуть дальше — магазин волшебных вещиц Гаррета Хана. Его вывеска подсвечивалась фонарями, а за стеклом витрины стояли товары, привлекающие зевак своей красотой. А этот гад, кажется, немного смыслит в маркетинге. Ничего, я ни за что не отступлю!