Призрак

ГЛАВА 10

Эймс

АД И ЕЕ ТРОЕ

«Война создает странные постели».

Хелен Томас

Хорошо утоптанная тропинка пролегала через лес цвета индиго. Деревья вблизи этого проклятого места уже сбросили листву. А может быть, даже листва знала, что любое проявление красоты здесь напрасно. Все ближе и ближе я подкрадывался к холодному, пропитанному туманом участку отчаяния. Я добрался до кованых ворот с возвышающимися пиками на наконечниках. На острых ограждениях не было видно ни ржавчины, ни гнили, в отличие от того, что корчилось внутри. Когда они не открылись, я прорычал:

— Открывай.

— Для кого? — спросил женский голос, слишком женственный и нежный для этого места.

— Ты знаешь для кого, блядь. — У меня кончилось терпение. Это должно было быть легкое убийство. Веселое убийство. Убийство, чтобы выпустить пар. Мы с ребятами должны были почувствовать, что этот мешок дерьма пересек наши границы. Но этот ублюдок, вероятно, проскользнул мимо меня и подкинул письмо в почтовый ящик Блайт. Теперь я ломал голову, гадая, кто он, что он может. Ворота распахнулись с громким скрипом, и я вошел внутрь.

— Много драматизма?

Ворота захлопнулись. Никто в рассказах не упоминал о том, что за Адскими Вратами любили мелодрамы. Оказавшись внутри, я почувствовал это, попробовал на вкус. Я глубоко вдохнул свой любимый запах, особенно здесь. Ужас.

— Кэт, — позвал я, прислонившись к гробнице. — Я знаю, что ты наблюдаешь за мной с дерева или еще откуда-то. Я не в настроении для игр.

Листья зашуршали, когда Кэт вышла на бесплодный участок. Когда она запрыгнула на могильный камень, ее черная шерсть заблестела в свете восходящей луны.

— Как мило, что ты зашел. — Она лизнула лапу. — Пришел дать депозит или снять деньги?

— Сегодня, к сожалению, ни того, ни другого. У меня… проблемы.

— Я уверена, что есть врачи, которые могут помочь. — Она провела длинным кошачьим хвостом по камню.

Я бросил на животное острый взгляд.

— Похоже, ты не очень хорошо справляешься со своей работой. Возможно, мне стоит поискать тебе замену.

Она перестала вылизывать лапу.

— Что? Я безупречна в своей работе. Эти ублюдки горят, их пытают день и ночь. А те, что на кладбище, чувствуют себя комфортно. Я слежу за всеми фронтами, а ты неторопливо заходишь, когда тебе заблагорассудится.

Во мне поднимается раздражение.

— Я проделал весь этот путь не для того, чтобы спорить с домашним питомцем.

Кошка зашипела, обнажив свои белоснежные зубы.

— И я не планировала вечно играть роль помощницы жалкого скелета с привидениями, но мы здесь.

Я потер виски, чувствуя, как за глазами нарастала головная боль.

— Ты кого-то выпустила, не так ли?

Черная кошка выпрямилась.

— Конечно, нет. С чего бы мне это делать?

— Ты мне скажи.

Она зашагала туда-сюда по узкому камню.

— Это не имеет смысла. Почему ты так говоришь? Это какой-то тест, чтобы проверить, не оступилась ли я? Я нахожусь здесь или там каждую несчастную ночь…

— Успокойся, у тебя нет проблем. Если только ты не врешь. — Кэт зашипела. — Тогда, возможно, ты сможешь ответить мне на эту загадку. Эш-Гроув принимает девушку, убегающую от жестокого отчима. Он находит ее. Я планирую убить его.

Кэт сузила свои желтые глаза, молча слушая.

— Если ты планировал убить его, то где он? За последние месяцы у меня не появилось ни одного нового человека.

— Вот именно — загадка. Где он? Потому что… — я достал письмо из заднего кармана и поднес к ее морде, — она получила это по почте, когда я находился прямо у ее двери.

— Это невозможно.

— Никто из нас не может его почувствовать, увидеть. Либо он чем-то похож на нас, либо ему помогают.

Она села на маленький черный камень, подобрав под себя лапы.

— Тогда пусть он заберет девочку. Она не стоит таких проблем. Какая разница, если один человек умрет?

Я стиснул зубы. В тот момент мне больше всего на свете хотелось сбросить эту глупую кошку в колодец. Она заметила мой гнев и наклонила голову.

— Тебе нравится девушка? — я скрестил руки, храня молчание. Кошка откинула свою пушистую голову назад, обнажив клыки в гоготе: — Ну, будь я проклята.

— Ты проклята. — Я вздохнул. — Просто дай мне намек. Я знаю, что ты что-то знаешь. Ты всегда так делаешь, маленькая гребаная гадина.

Шершавым языком она лизала лапу, а потом, выпрямившись, подравняла усы. Тщеславному маленькому созданию нравилось, что я просил ее о помощи.

— Я буду держать ухо востро и посмотрим, что услышу. Но что я могу посоветовать? Возможно, вам стоит пересмотреть свое мнение об этом человеке. Это единственное, что привлекло ваше внимание? — она вздрогнула. — Это не какая-то обычная девушка.

— Спасибо, ты, как всегда, очень полезна. Позволю тебе вернуться к охоте на мышей и откашливанию комочков шерсти.

Шипя, она грациозно спрыгнула вниз. Голая земля под нами задрожала. Внезапно верхний слой приподнялся, как будто это был просто ковер, а не сотни фунтов грязи. Мы покачнулись, но я удержал равновесие на своей любимой могиле. Кошка на мгновение остановилась, одна лапа замерла на середине шага.

— Это происходит все чаще и чаще. Если бы ты только соизволил пошевелить пальцем, возможно, смог бы заставить их вести себя хорошо.

— Спасибо за совет, но у меня все под контролем. Иди лови грызуна или гоняйся за своим хвостом.

Мяукнув, она выругалась:

— Урод.

И ушла прочь.

Я, по крайней мере, получил один ответ. Кем бы или чем бы он ни был, он вышел не отсюда. Все мои души были посчитаны и вопили о своем освобождении. Их вопли сразу же облегчила мою головную боль. Конечно, ситуация за Адскими Вратами все больше выходила из-под контроля, и неспособность получить полный доступ к своей истинной форме была прискорбной, но что могло случиться? Это я выясню позже. Пока же существовала более серьезная угроза, чем вмешательство мертвых психопатов. Был настоящий живой психопат, преследующий невинную девушку. Завтра я разберу город по камешкам и найду этого ублюдка. А пока мы с ребятами могли бы легко обеспечить безопасность Блайт. Откинув крышку гробницы, я достал сменную одежду, а также белую и чёрную краски. Но сегодня было первое октября. Начало Святок, единственное время в году, когда я мог быть свободным — мы все могли. Перевоплотившись в Скелет, я впустил его в себя, но мало кто знал, насколько хуже моя истинная форма.

Зачесав волосы назад и накинув черную кожаную куртку, я красил костяшки пальцев и проверял себя в маленьком зеркале, которое хранил в гробнице Джозефа Уоттса — Расчленителя. Он один из моих самых давних страдальцев на этом кладбище. Это вызвало у меня ностальгию.

Я проверил свой телефон, и, как и ожидалось, моя Голубая точка была припаркована на стоянке в поле далеко внизу. Я скоро увижу ее. И буду видеть ее каждую ночь до тех пор, пока она будет жить здесь и, возможно, даже дольше. Мое увлечение Блайт Перл только росло. Ее страх звал меня, как сирена. Дьявольщина, она была такой сладкой на вкус.

Я задавался вопросом, совпадал ли вкус ее киски со вкусом ее восхитительного ужаса. Я никогда не смогу этого узнать… но одна эта мысль заставила меня обезуметь.

И сегодня вечером я был на свободе в этом лесу.

И точно знал, на кого хотел поохотиться.