Попаданка в разводе. С детьми (СИ)

Глава 7

Поверенный Дерека ожидался уже на следующий день.

Всю ночь я провалялась без сна, вздрагивая от каждого шороха и пугаясь тени, которую отбрасывало дерево, растущее у стены. Я прижимала к себе дочь и до дрожи боялась, что Антонио снова попробует пробраться к нам.

С рассветом я поднялась, понимая, что уснуть уже не получится, и побрела на кухню. Марта уже вовсю хозяйничала там, замешивая тесто на оладушки.

– Выглядишь неважно, – сказала женщина, ставя передо мной тарелку с медом и кружку с чаем.

В сковородке шкворчало масло и вскоре на тарелке оказалось полдюжины золотистых оладий с румяной корочкой. Есть совершенно не хотелось. После бессонной ночи тошнота подкатывала к горлу, и я решила ограничиться чаем с медом. Марта только головой покачала. Я догадывалась, о чем она думает, и с ужасом понимала, что ее опасения могут подтвердиться.

Оставаться в неизвестности было невыносимо. Скорее бы прибыл этот лекарь с чудо-тестом на беременность!

Ближе к обеду мы собрались в соседнее поместье. К сожалению, новой одеждой я не разжилась, и пришлось пойти в том же наряде, что и в прошлый раз. Я очень хотела раздобыть новое платье, но решила не рисковать, пока есть угроза встречи с бывшими родственниками.

Мы с Амалией проследовали в соседский особняк в сопровождении Марты. В ее обществе было как-то спокойнее, хотя я все равно всю дорогу озиралась по сторонам.

Дверь открыл уже знакомый дворецкий. Он проводил нас с дочерью к хозяину, а Марта пошла знакомиться с местными служанками. У нее было ответственное задание: разузнать, что где можно купить, раздобыть адреса портных, обувных лавок и вообще собрать побольше информации, которая поможет в ведении хозяйства.

Дерек встретил нас в гостиной. Он сидел в глубоком кресле у окна, закинув ногу на ногу. Длинные косые осенние лучи проникали сквозь окно и ярко освещали его смелое открытое лицо. Я на секунду замерла,, залюбовавшись.

– Присаживайтесь, Дария, – он приветливо кивнул мне, – а Санна уже заждалась подругу в своей комнате.

Дочка унеслась наверх, а я скромно присела на краешек кресла. Горничная принесла поднос, груженый кофейником, молочником и маленькими фарфоровыми чашечками. От знакомого аромата у меня рот наполнился слюной. Неужели и правда кофе? Я же ни разу в этом мире не пила этот некогда любимый мною напиток.

– Вы пробовали кофий? – спросил Дерек, наливая тягучую темную жидкость в маленькие, словно наперстки, чашечки.

Я радостно приняла напиток из его рук и с блаженством втянула вожделенный аромат. Не скажу, что это лучший кофе в моей жизни, но он, определенно, был хорош.

– Не все ценят этот напиток, а я люблю иногда себя побаловать. Бодрит, – довольно прищурился мужчина.

– Надеюсь, Антонио вас не беспокоил больше? – уточнил мой собеседник после пары минут молчания. – Выглядите несколько встревоженной.

Я улыбнулась, представив, какой измученной и помятой предстала после бессонной ночи. Но Дерек был джентльменом, поэтому высказался максимально тактично.

– Вы правы, я опасаюсь за свою жизнь и за дочь. И очень хочу поскорее избавиться от этой угрозы, – ответила я, осторожно ставя чашку на поднос.

– Надеюсь, мой поверенный поможет вам разобраться, а затем…

Договорить Дерек не успел. Дверь открылась и в комнату буквально вкатился невысокий полный мужчина с блестящей лысиной, от которой отражались лучи двух светил. Был он весь какой-то сосредоточенный, но при этом активный. Взгляд внимательный, цепкий.

– А вот Фоамин, – Дерек подал руку вошедшему, – я оставлю вас наедине. Думаю, что беседа потребует конфиденциальности.

Хозяин вышел, а его поверенный присел рядом со мной.

– Дария, не бойтесь меня. Господин Филс в общих чертах обрисовал ситуацию, в которой вы оказались. Но мне, как вы понимаете, нужны будут подробности для того, чтобы досконально во всем разобраться, – Фоамин говорил уверенно и спокойно, без суеты.

Я вздохнула, представляя во сколько мне обойдутся его услуги. Он, словно прочитал мои мысли.

– Господин Филс пожелал взять на себя все расходы по этому делу, – улыбнулся он, – поэтому я готов разобраться со всей тщательностью.

– Это приятно, но я бы не хотела быть обузой для Дерека, – ответила я.

– Он платит мне ежемесячное жалование, так что большую часть работы я выполню в рамках своего договора, – успокоил меня Фоамин.

Было в этом коротышке что-то располагающее. Захотелось поверить, что он и правда поможет во всем разобраться.

– Давайте начнем с бумаг и постараемся восстановить цепочку событий, которые привели к той ситуации, в которой вы оказались, – мужчина достал крошечные очки и протянул руку за документами, которые я принесла.

Я с волнением передала ему все, что мне удалось забрать из тайника мужа, и надеялась, что смогу ответить на вопросы, которые этот дотошный юрист будет задавать.

Поверенный внимательно изучил мои документы, несколько раз погладил свою лысинку, потом сделал какие-то пометки в записной книжечке.

С волнением следила за его действиями. Мне казалось, что он молчит из-за того, что дела мои совсем плохи и вот-вот с извинениями скажет, что я должна вернуться к Антонио.

Минуты тянулись, я в волнении теребила складки на юбке. Наконец, адвокат отложил документы и посмотрел на меня, по-отечески улыбнувшись.

– Самый главный вопрос, который меня сейчас интересует: чего вы в итоге хотите добиться, госпожа Дария?

– Я очень боюсь за свою жизнь, поэтому хочу узнать, можно ли расторгнуть мой брак с Антонио Руше? – мой голос дрогнул от волнения.

– У меня есть все основания полагать, что союз ваш был заключен без соблюдения полагающихся процедур. У вас не закончился траур, в бумагах не хватает подписи старосты и печати духовника, – перечислял Фоамин, загибая пухлые пальцы.

– Значит, брак можно признать недействительным? – едва не подскочила я от радости.

Но мужчина лишь покачал головой.

– Увы, несмотря на все нарушения, этого не отменить. Развестись — да, но отменить принятое решение уже нельзя. Но уверены ли вы, что именно этого хотите? Может это лишь каприз беременной женщины.

Я сжала губы. И этот уверен в том, что я нахожусь в положении!

– Возможно, сначала мне и правда казалось, что с Антонио жизнь моя будет лучше. Это же так просто — вверить ответственность за свою жизнь другому человеку, и больше ничего самой не решать. Но недавно я узнала, что муж мой распродает мое имущество, доставшееся в наследство от Корра. А когда я возмутилась, то избил меня так, что я едва не умерла, – я всхлипнула, надеясь сыграть на жалости.

Фоамин участливо тронул меня за руку.

– Вы не можете свидетельствовать против своего мужа, дорогая, – с сожалением сказал он, – разве что он ненароком убьет вас. Да и то с женой всегда можно обстряпать все так, будто это случайно произошло.

– Его мать утверждает, что я беременна. Но я уверена, что это не так. Поэтому вчера муж напал на меня, выпив фертигранс, Дерек свидетель! – выпалила я, надеясь, что этого аргумента будет достаточно.

– Если он и правда желает от вас избавиться, то это было бы для него идеальным исходом. Молодая жена умерла родами, а отец стал единственным опекуном и распорядителем имущества. Даже если бы младенец пережил мать на несколько часов, муж бы все равно стал полноправным владельцем всего вашего имущества, – поверенный говорил холодно и спокойно о таких ужасных вещах.

– А как же моя дочь? Она же тоже должна будет иметь право на мое имущество? – возмутилась я.

– Кажется, вы не очень хорошо знаете законы, – снисходительно улыбнулся мужчина, – наследство от вас она бы получила лишь в том случае, если бы вы не вышли повторно замуж или указали это одним из условий при заключении союза. Но здесь нет особых указаний, а значит, наследовать вам будет только ребенок, родившийся в новом браке, а от него все имущество попадет отцу.

Он потряс документом, а я в ужасе запустила пальцы в волосы и до боли сжала кожу головы. Какая же эта Дария была идиотка! Как можно оставить свою дочь ни с чем?

– Неужели ничего нельзя сделать? – едва слышно спросила я.

– Ну почему же? – Фоамин пригладил лысинку. – Если беременности нет, и вы не живете с мужем одним хозяйством, чему есть свидетели, то союз можно расторгнуть.

Я так активно кивала, что в глазах рябить начало.

– Только будьте готовы к тому, что ваши родственники вынесут из поместья и дома все, что смогут открутить, – вздохнул мужчина, – городской дом, конечно, в хорошем месте, а у поместья останется земля. Но не стоит надеяться, что там что-то останется.

Слезы навернулись на глаза. Злость на Антонио и его мамашу, обида на эту никчемную Дарию и бессилие.

Фоамин поднялся с кресла и принялся мерить комнату шагами. Со стороны казалось, будто он не идет, а катится, как колобок. Видно было, что он усиленно размышляет.

– Знаете, я мог бы снять у вас городской особняк. Он находится рядом с центром, и я бы мог использовать его, чтобы принимать клиентов, когда бываю там по делам, – задумчиво произнес он.

– А как же Антонио? – подпрыгнула я.

– Конечно, ваш муж может распоряжаться имуществом. Но именно ваше имя стоит в документах. И мы можем попробовать заключить договор аренды. Он будет не совсем юридически чист, и если господин Руше найдет другого арендатора, то сможет оспорить наш договор. В суде. А уж я постараюсь сделать так, чтобы процесс затянулся на несколько месяцев.

– А если он просто придет и вынесет все из дома? – мне не верилось, что такое решение возможно.

– Пока там будут находиться мои вещи и будет жить мой помощник, у него это не получится, – хитро улыбнулся колобок, – к тому же я передам вам деньги за аренду при двух свидетелях. И в случае, если ваш муж ко мне заявится, скажу, чтобы шел выяснять отношения со своей женой, которой я заплатил. Пока он найдет адвоката, пока составят иск в суд, вы уже и развестись сможете.

Договор мы оформили тут же, его заверил Дерек и тот самый помощник Фоамина. А мои руки ощущали приятную тяжесть мешочка с монетами.

А мне до сих пор не верилось, что вместо того, чтобы заплатить за консультацию, я получила живые деньги за сдачу дома, который в глаза не видела.

– Я навещу вас после визита лекаря, чтобы обсудить дальнейший план действий, – Фоамин поклонился, – заодно привезу новости о состоянии вашего дома.

Марта добыла много полезной информации, которая должна была значительно облегчить нашу жизнь. Она не вытерпела и решила поделиться со мной самым важным по дороге домой.

– В соседнем городке можно купить готовой одежды, всего час езды, – радовалась женщина, – сможем вас с Амалией приодеть к зиме. А то не по статусу платье у вас, и пальтишко худое. Я-то не знала, что вы из благородных, по-простому обращалась.

Она немного смутилась.

– Я очень благодарна вам с Геронием, – я тронула ее за руку, – вы спасли нас от неминуемой смерти. Я никогда этого не забуду. А платье и купить можно. К тому же у нас теперь денег достаточно. Сегодня надо будет обсудить и вашу зарплату.

– Что это ты удумала, Дария! – возмутилась Марта. – Мы к тебе, как к дочери, а ты нас оплатой хочешь оскорбить! И так живем в твоем доме на всем готовом. Теперь ведь ты нас, бездомных, приютила.

– Начнем с того, что вся утварь, которая в доме есть — ваша, – напомнила я, – а деньги вам с мужем нужны будут того же платья прикупить или еще чего по мелочи. Да и, может, захотите съехать от нас…

– И оставить вас одних дома, когда вокруг этот шакал бродит? Нет уж! Я муженька вашего сама лично граблями огрею, если еще раз нос покажет! – женщина так трогательно переживала за нашу с дочкой судьбу, что я не смогла сдержаться и обняла ее.

– Полно тебе, Дария! Негоже госпоже служанку обнимать! – шутя отстранилась она.

– Ты же сказала, что я вам как дочь, а теперь вот в служанки собралась, – напомнила я.

– Ты меня поняла, – строго сказала Марта, – для всех мы слуги ваши. А уж что промеж нас раньше было, знать никому не следует.

На том и порешили. На следующий день женщина собралась вместе с соседской экономкой поехать в городок на еженедельную ярмарку, чтобы закупить одежду и самое необходимое из продуктов. Я добавила к списку новые стеганые одеяла, теплую одежду и обувь для них с Геронием и игрушки для Амалии. Немного посовещавшись, мы решили еще и десяток курочек взять.

– И вообще, везде смотри и все запоминай, – попросила я, – как будет возможность, вместе поедем. Денег у нас теперь хоть и достаточно, но больше взять неоткуда, надо подумать, чем мы можем заработать на жизнь.

– Где это видано, чтобы барышня работала? – всплеснула руками Марта. – Мужнюю жену всегда супруг содержит.

– Нет уж, на эти грабли я второй раз не наступлю, и когда нас с Антонио разведут, то буду только на себя рассчитывать, – решительно ответила я, а женщина только головой покачала.

А я серьезно задумалась о том, что полученные деньги надо использовать с умом, а не проесть за зиму. Правда, по словам Марты, мы смогли бы безбедно жить на эту сумму целый год, а если не шиковать — то и три.

По весне Героний собирался разбить огород, свои овощи к столу всегда хорошо иметь. Значит, нам семена нужны будут.

– Здесь, конечно, холоднее, чем там, откуда мы приехали, – вздыхал мужчина, – но уж кое-какую зелень сможем вырастить.

Про рассаду здесь не слышали, и высаживали семена сразу в грунт. Поэтому нежные побеги зачастую погибали от весенних заморозков. Думаю, супруги сильно удивятся, когда я им расскажу о том, как вести сельское хозяйство в условиях зоны рискованного земледелия.

Надо только заранее сколотить деревянные ящики и наполнить их землей до того, как снег ляжет. А там пусть стоят в сарае, пока не придет их час.

Согласовав все покупки, я выделила Марте пять серебряных монет.

– Вы чего это удумали, мне и двух хватит! – замахала руками женщина.

– А одежда? А обувь? На четверых человек. А еще бы смену белья не одну. Давай уж не будем так сильно экономить. Это и правда все нужное. А позже мы обязательно придумаем, как еще заработать, – успокоила я ее.

Марта поджала губы, сгребла деньги в мешочек и пошла к соседям, где Мерик уже собирал повозку, но почти тут же она прибежала назад.

– Дария, там лекарь прибыл. Тебя ожидает, – сказала она, тяжело дыша.

Я вздрогнула.

Этого момента я ждала и так сильно боялась.

В соседнее поместье двинулись уже всем семейством. Серьезная Марта вела Амалию за руку, чтобы не убежала далеко. Героний шел чуть позади, как бы приглядывая за нами издалека.

Я же шла, не чуя ног. От этого осмотра зависит вся моя дальнейшая жизнь. А что, если мои родственнички уже успели перехватить лекаря и посулить ему вознаграждение, лишь бы признал меня беременной?

В Доме Филсов царило оживление. У входа стояла закрытая белая карета с нарисованными на дверцах ночным и дневными светилами. Вокруг сновали слуги, разгружая какие-то ящики и сундучки.

Санна прыгала по ступенькам крыльца, стараясь перескочить через одну, чем несколько затрудняла разгрузку. На лавочке неподалеку устроилась Афалина с книжкой. Она откровенно скучала и лишь изредка бросала неодобрительные взгляды на свою подопечную. Несмотря на то, что развлечение девочки ей не нравилось, занять чем-то еще ребенка она не спешила.

– Госпожа Дария, а правда, что у вас в животике маленький малыш? – бросилась ко мне Санна, лишь только увидела. – Амалия будет такой счастливой, если у нее будет братик или сестричка! Всегда будет, с кем поиграть! Ах, как бы я хотела, чтобы у меня была сестра. А можно я буду приходить к вам, чтобы поиграть с малышом?

Девочка завалила меня вопросами, ее глаза светились такой радостью, что я не смогла сказать, что очень надеюсь на то, что никакого ребеночка нет.

А Амалия сразу стала такой важной. Еще бы, у нее будет что-то, чего нет у подружки.

– Идите поиграйте пока, – предложила я девочкам, – а мне надо с доктором поговорить.

Я с трудом отделалась от будущих нянек и проследовала внутрь особняка. Служанка проводила меня в маленькую комнатку. Я ожидала увидеть кровать или какое-то смотровое кресло, но ничего этого здесь не было.

В малой гостиной был лишь узкий диван, пара кресел и какой-то чемоданчик на столе. Расположиться совсем негде. Вслед за мной вошел высокий худощавый мужчина в белоснежном костюме. На вид лет сорок, волосы собраны в низкий хвост, на руках перчатки. Вслед за ним вошли две женщины: совсем молоденькая и пожилая. Но ни одна из них не была похожа на повитуху. Скорее, ассистентки или секретарши.

Кажется, я выглядела слишком испуганной.

– Успокойтесь, госпожа Руше, – сказала мужчина, – сначала я расскажу вам, как пройдет осмотр. Потом, если вы не против, мы пригласим свидетелей, чтобы они засвидетельствовали результат.

Я кивнула, вспомнив, что в средние века королевы рожали при огромном скоплении народа, чтобы любой желающий мог удостовериться в том, что ребенок законнорожденный. Я конечно, не монарших кровей, но один раз потерпеть можно.

Лекарь раскрыл чемоданчик, в котором на атласной подушке лежал прозрачный шар. Кажется, стеклянный.

– Сейчас вы возьмете артефакт в руки. Возможно, вы почувствуете покалывание в пальцах, но не переживайте, оно совершенно безопасно для вас и малыша. Магические лучи Эвисферы определят наличие беременности, срок и пол ребенка. Все это отразится внутри шара.

Ничего себе у них тут технологии! А казалось бы, средневековье.

– А если беременности нет? – уточнила я.

– Шар останется безмолвным, – терпеливо пояснил лекарь.

В комнату вошел Дерек и еще один незнакомый мужчина.

– А вот и счастливый папаша! – обрадовалась пожилая женщина, подталкивая мужчину ко мне. – Наверное, сыночка хотите, девочки-то у вас уже есть. Обе на мамочку похожи. Ну ничего, будет у вас сынок еще!

Лекарь шикнул на нее и продолжил:

– Не отвлекайтесь, нам еще в Пекторию ехать на срочный вызов. Местный лорд очень хочет узнать, ждет ли его жена наследника. Они даже предлагали премию за скорость, но я не смог отменить визит к господину Филсу.

Дерек лишь кивнул и придвинул тугой мешочек с монетами. Лекарь припрятал гонорар в маленький сундучок и снова вспомнил о моем существовании.

– Золотой свет скажет нам о том, что госпожа Дария ждет мальчика, а серебряный — девочку. Чем ярче свет, тем больше срок беременности. А на поздних сроках можно в артефакте рассмотреть будущего малыша. Готовы? – он посмотрел на меня.

Я кивнула. Лучше побыстрее с этим закончить.

– Возьмите Эвисферу в руки, – сказало светило местной гинекологии, – и она все нам расскажет.

Я уже тянулась к шару, когда послышался шум и отборная ругань. К сожалению, этот голос я хорошо знала.

– Я не могу вас пустить, мадам! – дворецкий старался не потерять самообладание.

Но ничто не может остановить целеустремленную хамку, особенно хорошие манеры. До нас донеслись звуки борьбы, шлепок, удар, кто-то взвыл и после этого дверь распахнулась, с треском врезавшись в противоположную стену. К сожалению, удар принял на себя дворецкий, и сейчас он держался за рассеченную скулу.

– Я — самое заинтересованное лицо! – закричала Олимпия Руше, врываясь в комнату. – Без меня нельзя проводить проверку! Я вас, мошенников, знаю!

Ее лицо было искажено злобой. Лекарь невольно прикрыл от нее драгоценный артефакт, с которым его уже ждали за границей. А то от этой дамочки чего угодно можно ожидать. Еще разобьет ненароком, а потом опять Антонио с зельем Фертигранс меня-таки подкараулит за углом.

– Кстати, а где сам господин Руше? – подал голос Дерек, встав со своего места и невзначай прикрыв меня от возможных нападок.

– Он пока занят, – стушевалась дама, поджав губы.

– Если вы не против, чтобы она осталась, то давайте успокоимся и продолжим, – торопился лекарь.

Я не стала спорить и кивнула. В конце концов, Олимпия и Антонио рано или поздно узнают о результате. Так что пусть уж сразу. Свекровь тут же пристроилась на стульчик у двери и даже как-то сразу притихла. Прониклась важностью момента.

Лекарь обрадовался, что все успокоились и снова вернулся к процедуре.

– Возьмите Эвисферу в руки, – напомнил он, легонько подталкивая меня в сторону столика с ящиком.

Я осторожно взяла шар в руки. Мне казалось, что он должен много весить, но, к моему удивлению, он оказался не тяжелее воздушного шарика. Легкий и почти прозрачный, лишь какой-то серый сгусток внутри клубился, как маленькое облачко.

– И как его включить? – я вопросительно посмотрела на лекаря.

Ничего не происходило. Я думала, что сейчас на меня еще датчики навесят или подключат питание.

Мужчина задумчиво почесал затылок.

– Вы чувствуете покалывание в пальцах? – уточнил он.

Я прислушалась к своим ощущениям. Ничего. Я отрицательно покачала головой.

Мужчина засуетился, достал еще какие-то сферы и разложил их на столе.

– Да он обманщик! Шарлатана позвали, и рады! – бурчала Олимпия со своего места, хорошо, что не вставала и в процесс не вмешивалась.

Эскулап навесил на меня несколько подвесок с маленькими сферами так, чтобы одна была напротив солнечного сплетения, а вторая ниже, там, где, по его мнению, должен был располагаться плод.

И тут я почувствовала. От неожиданности даже вскрикнула, но Эвисферу из рук не выпустила. Мне даже показалось, что я и пальцы от нее отлепить не смогу, так плотно они ее обхватили.

Но несмотря на все неприятные ощущения, внутри сферы ничего не поменялось. Там все так же равнодушно вращалось серое облачко.

– Сожалею, но госпожа Дария не беременна, – сказал он убитым голосом, а я не смогла сдержать вздоха облегчения.

– Не переживайте, у вас с мужем еще будет много деток, – лекарь неправильно истолковал мое поведение.

Он поспешно начал складывать свои инструменты в ящички и сундучки. Бережно забрал из моих рук сферу и уложил ее на мягкую подушечку.

– Это обман! Показывайте свои фокусы на ярмарках! – взвилась Олимпия, понимая, что шансов заполучить мое имущество у них с сыночком не осталось.

– Мадам, попрошу не разбрасываться обвинениями! – строго прервал ее истерику лекарь. – У нас большое количество клиентов, в том числе королевской крови.

Скандальную женщину вывел из комнаты дворецкий, в благодарность лекарь выдал ему какой-то порошок, который должен был облегчить его страдания.

Дерек тем временем опустил на стол мешочек с монетками.

– Здесь больше, чем мы договаривались, – заметил лекарь, заглянув внутрь, – я берегу свою честь и не беру лишнего.

– Это за срочность. И за то, чтобы вы выписали заключение прямо сейчас, а не прислали его по почте.

Лекарь согласился и уже через несколько минут я была счастливой обладательницей справки об отсутствии беременности, заверенной незаинтересованными свидетелями.

Сложно перестать удивляться порядкам в этом мире.

Тем не менее, эта бумага была практически вольной от домашнего рабства под гнетом Антонио и его мамаши. Все остальное — формальность.