Попаданка в разводе. С детьми (СИ)

Глава 4

Дом Герония стоял на окраине небольшой деревушки, в довольно живописном месте. С дороги открывался чудесный вид на горы и красивейшее озеро.

Почти курорт!

В таком месте люди должны селиться с огромным удовольствием, но почему-то большинство домов не выглядели жилыми. Заросшие травой калитки говорили о том, что хозяева довольно давно покинули эти места. Лишь из труб нескольких домов вился вверх сизый дымок.

Мужчина отпустил поводья, но лошадь сама знала, куда идти. Героний ловко спрыгнул и пошел открывать ворота. Не успела телега въехать во двор, как на крыльцо вышла встревоженная пожилая женщина.

– Геронюшка! – воскликнула она и всплеснула руками.

– Марта, душа моя! – муж поспешил обнять жену. – Я вот девочек привез. Принимай гостей!

Женщина посмотрела на нас с такой теплотой, словно мы были родственниками. Героний подхватил Амалию на руки, а я неловко спустилась сама. Тело от долгой езды онемело.

– Чего же мы под дождем мокнем? – сказала она. – Идемте в дом скорее. Небось совсем продрогли в дороге!

Уговаривать нас не пришлось.

В доме было чисто и очень уютно. Обычный пятистенок: в одной части кухня, а в другой жилая часть. И хоть большого богатства не было, но стены чисто выбелены, на окнах свежие занавески, а на столе остывал горячий хлеб.

Хозяйка согрела чай и собрала нехитрый обед. Каша, хлеб с сыром и сушеные яблоки вместо десерта.

Амалия ела с аппетитом, а Марта с умилением смотрела на нее, подперев щеку рукой. Мне даже не по себе стало.

– Опять приходили? – спросил Героний у жены.

А та встрепенулась, отвлеклась от своих мыслей. Сразу погрустнела и молча кивнула. Хозяин только рукой махнул и вышел из дома.

Что-то у них тут странное происходило. Может, и не стоило соглашаться и ехать. Я выглянула в окно в надежде, что дождь закончился. Но небо заволокло тяжелыми осенними тучами. Уйти сегодня не получится.

– Вас как зовут-то, девицы? – спросила хозяйка.

– Меня зовут Амалия, а мама – Дария. Мы сбежали от маминого мужа, который очень злой! – выпалила дочурка, а я только рот от удивления открыла.

С такой точно в разведку не стоит ходить!

Марта поняла, что дочь разболтала все наши секреты и улыбнулась.

– У меня внучка тоже такой болтушкой была, – сказала она немного погодя, – идем, Амалия, я покажу тебе нашу кошку. Она очень любит с ниточкой играть.

Придумав для девочки интересное занятие, женщина вернулась ко мне и налила нам еще по одной кружке чая.

– Значит, от мужа сбежала? – спросила она.

Не знаю, почему я решила, что этой женщине можно доверять. Поняла каким-то шестым чувством.

За ароматным чаем я рассказала, что очнулась три дня назад, не помня последние несколько лет своей жизни. И что раньше я была довольно состоятельной женщиной, жила с любимым мужем. А увидела себя забитой нищенкой, которую гонял муж-пьяница. За которого я выскочила, не отгоревав положенного года после смерти первого супруга.

– Спросить совета мне было не у кого, все вокруг даже виду не подавали, что что-то не так. Я узнала, что мой новый муж и его мамочка распродают мое имущество, а я в собственном доме живу на правах служанки.

Марта смотрела на меня со смесью ужаса и сочувствия. От нее не укрылся и желто-зеленый след от синяка, который еще не до конца сошел с лица.

– И куда же вы решили податься? – спросила она. – Может, родственники есть?

– Приезжала тетка одна, как раз на следующий день после того, как муженек меня разукрасил. Даже слова не сказала, будто так и надо было.

– Вот вы, девоньки, попали, – вздохнула Марта, – муж, наверное, в розыск подаст.

Я неопределенно пожала плечами.

– Пока у нас можете пожить. Тут сейчас почти никого не осталось, вопросов некому задавать будет. А если что, скажу, что дочка вернулась. Она примерно твоего возраста была.

– Была? – эхом повторила я.

– Сгинула она. Темная история, – отмахнулась женщина, – но мы соседям сказали, что уехали они с дочерью. Пусть лучше думают, что девочки наши в другую страну подались, чем так.

Я не стала мучить женщину лишними расспросами. Но зато теперь стало понятно, почему ее муж так проникся к нам и решил помочь даже с риском для себя.

Довольная Амалия играла с молодой кошечкой, совершенно не отвлекаясь на заботы взрослых.

Я же пошла знакомиться с удобствами, которые были во дворе. Идти пришлось вдоль забора, который едва доставал мне до пояса, поэтому я очень хорошо видела соседский двор. Точнее то, что он был полностью заросшим. За прошедшее лето трава ни разу не была скошена, и теперь высохшие стебли, мокрые и полусгнившие, торчали из земли, как кресты на старом кладбище.

Жуткое зрелище.

Когда я возвращалась из присутственного места, то мой взгляд зацепился за окна в доме соседей теперь уже с другой стороны. Он тоже был покинут. На окне остался засохший цветок, а на веревке во дворе так и болталось забытое белье, которое теперь трепал осенний ветер и поливал холодный дождь.

Видимо, жители покидали эту местность быстро, не задумываясь о том, чтобы забрать все нажитое с собой.

Чую, и нам с дочкой надо поскорее выбираться. Только бы этот дождь противный закончился, а то дорогу развезло, увязнем в два счета.

– Окрестностями любуешься? – спросил Героний, выходя из конюшни.

От неожиданности я аж подпрыгнула.

– Да, когда-то это был цветущий край. Весной тут, знаешь, какая красота была! – вздохнул мужчина.

Я кивнула. Местность действительно была сказочной. Только что-то превратило ее в иллюстрацию из истории ужасов.

– Дочь моя, когда как девчонка твоя была, любила выбежать за ворота в поле и собирать цветы. А в самый зной мы с Мартой бросали работу и шли все вместе на озеро купаться, – Героний погрузился в воспоминания, – тогда многие так делали. Так семьями и отдыхали.

– А что случилось? Куда все делись? – осторожно спросила я, боясь услышать жуткую историю.

– Дык как обычно это бывает! – махнул рукой мужчина. – Принесла нелегкая лорда заезжего. И так ему тут понравилось, что решил он тут замок себе построить. А нас всех разогнать. Наш-то хозяин никогда крестьян не притеснял. А этот сказал, что в таком красивом месте негоже немытым мордам вид портить.

Мы стояли под дождем. Я не перебивала мужчину, хоть ему и тяжело было говорить.

– Кому-то денег предложил, кого-то запугал. Зять наш сначала не соглашался, ругался с лордовыми прихвостнями. А потом прибежал взъерошенный, сказал, что обо всем договорился, скоро получит много денег, но надо им ехать скорее. Мать как чувствовала, упрашивала дочь остаться дома. Но они разве послушают? Погрузили вещи и уехали к его родителям. Только потом мы узнали, что туда они так и не доехали.

– А где же… – начала было я.

– Да кто ж знает. Только лорд потом заявился и сказал, что нашей семье точно никаких денег не даст, а как все уедут, так он спалит деревню вместе со всеми несогласными.

Я только охнула. Невиданная жестокость.

– Неужели ничего нельзя сделать? – спросила я.

Есть ведь законы какие-то.

– Да мы уж и у своего бывшего хозяина просили защиты. Так он только руками развел: землю у него забрали вместе с крестьянами. А уж кто как дальше жить будет – не его дело. Вот так и езжу в город продавать кое-чего, да жилье нам новое подыскиваю. До холодов велено освободить дома.

Я стояла, пораженная этой ужасной историей. Было очень жаль стариков, чьи близкие стали жертвой произвола родовитой сволочи.

– Так что живите у нас, сколько нам тут самим осталось, – предложил Героний, – а потом как поедем лучшей доли искать, так и вы с нами тоже. Поддержим друг друга.

Дверь распахнулась и на пороге показалась Марта.

– И долго ты девку под дождем держать собрался, старый пень? – женщина уперла руки в бока и накинулась на мужа.

– Ой, и правда! – спохватился Героний. – Пойдемте лучше чай попьем, согреемся.

С тяжелым сердцем я смотрела на пока еще уютный дом, в котором, я уверена, эти люди прожили много счастливых моментов. И совсем скоро он станет пепелищем, чтобы на его месте возвели дворец для богатых и влиятельных.

Управляющий лорда прибыл уже на следующий день.

Мы к тому времени только успели проснуться и позавтракать. Я помогала Марте посуду вымыть, а дочь возилась с кошкой.

– Героний, ну не упрямься, – говорил незваный гость, стоя на пороге, дальше которого хозяин дома его не пустил, – подумай о своих женщинах!

Как Марта не старалась укрыть нас за занавеской, но проворный слуга заметил, что в доме прибавилось обитателей.

– Уезжай сейчас. И живы будете, и скарб какой-никакой сможете забрать, – говорил незнакомец доверительно, – отступных из-за проступка зятя вам не дадут, но ведь и не держат насильно! Ты мужик рукастый, обустроишь еще хозяйство.

– Это мой дом, – упрямился Героний, – я здесь вырос, здесь мне и помирать!

– Ой, дурак старый, – пробормотала Марта, с упреком глядя на муженька.

Управляющий только рукой махнул с досады и вышел, хлопнув дверью.

Марта бросилась на грудь мужу.

– Геронюшка, неужто ты и правда собрался в доме остаться, когда его поджигать придут?! – воскликнула она.

– Да с живыми людьми не станут, – неуверенно ответил мужчина.

Они стояли друг напротив друга, держась за руки, как когда-то в молодости. Из глаз Герония, обрамленных сеткой морщин, покатилась горькая мужская слеза.

– Куда я приведу свою жену-красавицу? – сказал он, неловко утирая глаза рукавом. – Под мостом зимовать?

– Мы построим новый дом, – обняла его жена с нежностью, – и девочек возьмем с собой. Люди в беде должны помогать друг другу.

Они посмотрели на нас с такой теплотой, словно мы были одной семьей.

– Баба, Деда, смотрите, что Лиська умеет! – воскликнула Амалия неожиданно.

Старики с умилением пошли смотреть на трюк, которому девочка обучила кошку. А я так и не поняла, в какой момент произошло это сближение. Вот уже и дочь к ним как к родным тянется. А они всего-то нас накормили и не шпыняли девочку.

– Героний, Марта, нам нужно поговорить, – сказала я и достала документы на имение Амалии.

Остальное пока решила не показывать. Мало ли. Будет потом приятным сюрпризом.

Я положила документы на стол. Героний с интересом изучил бумагу, а Марта, судя по всему, грамоты не знала.

– Я давно не была в имении, и понятия не имею, что там есть. Если честно, раньше я особо и не интересовалась, откуда берутся продукты на столе и деньги в кошельке. Да и не мое это имущество, а дочери, поэтому не знаю, что нас там ждет. Но муж и свекровь не должны были до него добраться.

Марта немного испугалась, оказалось, что путь до имения был неблизкий. А вот Героний, наоборот, приосанился. Он видел вызов и был готов принять его.

– Что ж, девочки, собираемся! – хлопнул он ладонью по колену.

– Ура! Баба и Деда едут с нами! – закричала Амалия, которой не должно было быть при этом разговоре, но шустрая девчонка как-то пробралась под стол и сидела там с кошкой. – А Лиську возьмем?

– Возьмем, – улыбнулась я.

Дождь закончился еще ночью, небо прояснилось, дорога просохла.

Героний вытащил телегу и принялся укладывать в нее пожитки, которые можно было перевезти. Марта пекла в дорогу хлеб, варила картошку. А мы с Амалией помогали относить в телегу посуду, постельное и прочую утварь. Трижды дочка относила свою пушистую подружку в телегу, и столько же раз кошка сбегала.

– Ничего, малышка, когда поедем, она сама к нам прибежит, – сказала я, чтобы успокоить девочку, – как же мы в новом доме без кошки?

Ехать собирались с рассветом. Уже все вещи были упакованы и накрыты непромокаемым тентом. Лошадь тщательно вычищена и накормлена. Все было готово.

Но лечь спать нам в ту ночь так и не удалось.

– Смотрите, огоньки! – воскликнула Амалия, укладываясь вечером в постель. – Они пляшут!

Героний бросился к окну, а потом взревел как раненый зверь.

– На выход! Быстро! Как есть, не одеваясь! – воскликнул он, распахивая дверь так, что она чуть с петель не слетела.

– Пожар! – воскликнул Героний, выбегая из дома. – Скорее к телеге!

Как были, так мы и подскочили. Амалия в одной сорочке и одеяле. Я, вспомнив школьные уроки по эвакуации при пожаре, схватила наши платья со стула, куклу-хранительницу документов и башмаки. Марта накинула плащ и выбежала следом.

За деревьями бушевало пламя, озаряя все вокруг красно-оранжевым светом. Вот огненные языки лизнули крышу покинутого соседнего дома, и спустя мгновение она с треском обвалилась.

Героний уже вел лошадь, которая от ужаса крутила головой и упиралась.

– Не задерживайтесь, уходите скорее! – крикнул мужчина не останавливаясь.

Я скорее повела дочь к телеге, радуясь тому, каким предусмотрительным оказался старик. Из соседних домов, где еще оставались жильцы, выбегали испуганные люди. Каждый занимался спасением своего добра. Никто и не думал тушить пожар. Всем было понятно, что это бесполезно.

Пока хозяин запрягал лошадь, его жена успела вытащить корзину с едой и еще какие-то вещи.

Тем временем пламя неумолимо надвигалось. Старое дерево, стоящее между домами, вспыхнуло и сгорело за считаные минуты, словно спичка. От него занялась и стена нашего дома.

Героний и Марта онемели от ужаса, глядя, как их уютное жилище пожирает ненасытное огненное чудовище. Пора было ехать, но они были не в силах сдвинуться с места. Страшное зрелище словно загипнотизировало их.

– Мама! Там Луська осталась! – завопила Амалия и бросилась к дому.

За стеклом по подоконнику в ужасе металась кошка. Стена дома со стороны входа уже занялась. Еще несколько минут, и дом будет полностью охвачен огнем.

– Стой! – крикнула я, едва успев перехватить малышку.

– Луська! Мама, ее нельзя бросить! – рыдала девочка, вырываясь и отталкивая меня маленькими кулачками.

И откуда столько силы в маленьком тельце? Я с трудом удерживала ее. Бедный ребенок! Надо было увести ее, чтобы она не видела последних минут жизни своей пушистой подружки.

Кошка тем временем орала и из последних сил царапала когтями по стеклу. И в этот момент оцепенение с супругов спало.

– Да что ж, я, не человек, что ли?! – закричал Героний, схватил топор, позабытый у сарая, и сорвался с места.

– Геронюшка! – бросилась за мужем Марта.

– Уйди! – рыкнул на нее муж, и она послушно отступила.

Один короткий удар выбил оконную раму, стекло, упав, разбилось на несколько частей.

Обезумевшая кошка выскочила из дома и заметалась по двору. Героний снял с себя куртку и ловко накинул ее на несчастное животное, а затем сгреб в охапку. Он, не спеша, вернулся к телеге и вручил сверток с затихшей Луськой Амалии.

– Пора трогаться. Самое ценное мы забрали, – сказал мужчина и помог нам всем забраться в кузов.

Не сразу, но лошадь поняла, что от нее хочет хозяин. Она с трудом смогла сдвинуть груженную спасенным скарбом телегу.

От соседних домов тем временем тоже тронулись понурые путники. Скитальцы не смотрели друг на друга. Потеря не сблизила их. Никто не проронил ни слова.

Тем временем пламя охватило уже весь дом, проникло внутрь, вырывалось из окон. Лопались стекла, трещали перекрытия. Крыша обвалилась в тот миг, когда мы доехали до окраины села.

Марта плакала, не стесняясь своего горя. По загрубевшей коже Герония катились слезы. И только одно существо чувствовало себя безмятежно – кошка, с опаленными усами и подгорелым хвостом громко мурлыкала, свернувшись на коленях у Амалии.

Скорбная процессия тянулась по дороге в сторону от полыхающей деревни. Всего было не больше десяти повозок, остальные покинули свои дома раньше.

Наша телега была где-то в середине. Героний не стремился обогнать бывших соседей, двигаясь со скоростью потока. Погорельцы не разговаривали между собой, но всех объединяло это ужасное событие и годы, что они прожили бок о бок.

Мы с Амалией приткнулись между тюками с вещами, накрылись почти с головой и дремали. Между нами уютно устроилась кошка.

– Я этого так не оставлю! – внезапно воскликнул мужчина, ехавший впереди.

Его слова донеслись сквозь ленивую дрему, которая сковала меня, поэтому я не стала высовываться из-под плаща, чтобы рассмотреть говорившего.

Со всех сторон послышался одобрительный гул голосов, только Героний сжал зубы и не стал призывать кого-то невидимого к ответу.

– Надо требовать компенсации! – прокаркала старуха сзади.

– Лорд же сказал, что не даст, – флегматично сказал кто-то.

– Мы поедем к губернатору! Прямо сейчас! Да! – погорельцы воодушевились. – Пусть он накажет лорда. Все же знают, что это его люди устроили пожар!

– А как вы докажете? Наше слово против слова управляющего ничего не значит, – хмуро возразил Героний, – пробовали уже.

– Ты говори, да не заговаривайся! Зятек твой деньги прикарманил и сбежал! – окрысились на него бывшие соседи и друзья. – Видать, с большими деньгами жена с дочкой не ко двору пришлись, вот он и вернул их по месту производства.

Со всех сторон послышался гогот.

Героний только головой мотнул, но спорить не стал. Для всех мы были его пропавшими дочерью и внучкой, и, признав это, он лишил себя права на установление истины.

В тягостном молчании доехали до развилки. Погорельцы повернули к Челну, а мы двинулись в противоположную сторону. Туда, где призрачной надеждой маячило имение и спокойная жизнь.

Мы ехали почти всю ночь без остановки. И лишь к утру завернули на постоялый двор.

– Может, снимем комнату и помоемся? Мы же все в саже, – спросила Марта.

– Не время сейчас. Надо покинуть графство до ночи. Вдруг кого-то из нас будут искать, – ответил ей муж, – сейчас дадим лошади отдыха, да сами поедим горячего.

Несмотря на раннее утро, в трактире было оживленно. Мы заказали горячей похлебки и душистого чая.

Только отхлебнув травяного отвара, я поняла, как сильно продрогла во время ночной поездки.

– Деда, а когда мы приедем? Завтра? – оживилась Амалия после еды.

– Нет, голубушка, – старик погладил девочку по голове, – наше королевство хоть и не такое большое, как Пектория, но состоит из нескольких владений. И между этим местом и графством Морре лежит еще несколько таких же.

– А Пектория – это где? – не унимался любознательный ребенок.

– За морем. Это удивительная страна, населенная магами. От них у наших лекарей бывают всякие магические инструменты, которые кости лечат или живот просматривают, – ответил мужчина.

Амалия только засмеялась, представляя, как заглядывает ко мне в живот.

А я задумалась. Магия ли это или в этом мире есть более развитые цивилизации? Кажется, меня вынесло где-то на отшибе мира.

Интересно, есть ли тут технология, которая позволит узнать о беременности до того, как я почувствую шевеления предполагаемого ребенка?

Героний же уже вовсю рассказывал девочке про чудесных эльфов и драконов, которые живут в дальних странах, правят людьми и совершают чудесные подвиги.

Под эти прекрасные добрые сказки мы и доехали до границы.

Несмотря на то, что королевство Эзахел было единым государством, на границе владений стояли заставы, проверяющие документы. Каких-то списков или баз данных у стражников не было, никаких отметок они тоже не ставили. Тем не менее нужно было предъявить метрики всем проезжающим.

В волнении я стала искать наши документы, ведь заранее я не догадалась их приготовить. Но Героний опередил меня, предъявив на проверку целую стопку потрепанных свидетельств, где были указаны он, его жена и дочь с внучкой. Строгий проверяющий изучил бумаги и велел пропустить нас на территорию соседнего графства.

После заставы мы ехали в тяжелом молчании. Марта тихонько всхлипывала, ее муж смотрел прямо перед собой невидящим взором.

Если мужчина предъявил настоящие метрики своих пропавших родственников, значит, тех уже нет в живых. Ведь не могли они легально уехать из графства без документов.