Подарок для Демона (СИ)

Глава 20

Следующие несколько дней занималась исследованием замка. Он был огромный. Километры переплетенных между собой узких и широких коридоров соединяли более тысячи комнат и залов. Обойти все это пространство за день представлялось нереальным. Саймон был моим гидом. Он показал несколько магических переходов, замаскированных под огромные картины в тяжелых резных рамах. Это было удивительным и полезным изобретением, что-то, вроде, небольших стационарных порталов, способных переместить тебя из центрального холла в какое-нибудь дальнее помещение. Например, портрет молодой леди, читающей книгу, вел в библиотеку, пейзаж из цветущих кустов — в зимний сад, а шикарный натюрморт с бокалами искристого напитка и великолепным графином помогал быстро перебраться в винный погребок.

Блондин всегда находился рядом, готовый в любой момент прийти на помощь советом или делом, но при этом соблюдая определенную дистанцию между нами. Я же, делая вид, что продолжаю сердиться на своего друга, в душе давно простила его предательство. Такое самопожертвование, проявленное Саймоном, не могло оставить мое сердце равнодушным, была безгранично благодарна и рада его компании.

Зато все это время старалась всячески избегать встречи с хозяином замка. Никак не могла привыкнуть называть жесткого Господина отцом. Этот монстр вселял в меня лишь ужас, особенно после случая с наказанием. Наряду с этим чувством, в моей душе поселилась обида: любящий родитель не поступил бы так с родной дочерью, а, значит, я нужна ему лишь для определенных целей.

Господин-демон, в свою очередь, тоже не горел желанием меня видеть. Отныне, я даже не удосуживалась приглашения в столовую. Еду мне подавали прямо в спальню. Саймону было запрещено кушать вместе со мной, а потому приходилось трапезничать в гордом одиночестве.

Столько лет я мечтала иметь семью. Пыталась представить своих родителей, которых никогда не видела и с горечью оплакивала, считая погибшими. И, вот, когда, наконец, обрела отца, поняла, что не испытываю радости.

«Что ж, хотя бы теперь знаю, что (как минимум наполовину) я — демон. Узнать бы еще, кем была моя мать…»

— Я помню ее, — задумчиво проговорил красавец-блондин, подходя ближе и опускаясь на пол у моих ног.

Опершись спиной о софу и закинув голову, он внимательно следил через цветное окно за летающей снаружи птицей.

— Снова читаешь мои мысли? — проворчала недовольно.

Удобно расположившись на мягком ложе, я сидела с книжкой в руках и смотрела поверх страниц на витражные стекла. Библиотека стала одним из любимых уголков замка, здесь было много солнца и пахло многовековыми знаниями из-за собрания множества древних фолиантов.

— Не могу устоять, — улыбнулся он, — ты снова забыла закрыться, моя принцесса.

— Так, что ты там говорил про мою мать? — перевела разговор в интересующее меня русло.

— Это целая история. Расскажу, если хочешь.

— Конечно хочу! — ответила я, с готовностью откладывая в сторону сборник старых легенд.

— Союз твоих родителей был очень необычным, — начал Саймон свой рассказ. — Он — темный, она — светлая, такие браки, как ты знаешь, запрещены, потому что есть большая вероятность не получить потомства. А, если у таких родителей и рождаются дети, то не доживают до зрелого возраста из-за внутреннего конфликта светлого и темного начала, — я согласно кивнула (все это были прописные истины, которые мы проходили в Академии). — Твою мать звали Элоизой. Твой отец привез ее издалека, когда был еще молод и любил путешествовать. Он наплевал на все запреты, потому как был Королем и сам устанавливал законы в своем королевстве. Она была необычайно красивой девушкой и невероятно сильной чародейкой, женщиной-магом, которых из всех миров наберутся лишь единицы. Я назвал бы ее ангелом, если бы у нас существовала такая раса, — тут он замолчал и только через минуту продолжил: — Твой отец был ею одержим, и, к сожалению, не он один. Любой мужчина, находящийся рядом, незамедлительно терял голову. Близкий друг Короля, Бельфедор Уллас, влюбился в нее тоже, начал домогаться и всячески преследовать. Элоиза боялась рассказать об этом своему мужу, а потому терпела притязания, как могла. Не получив желаемого, Бельфедор оговорил твою мать, в надежде, что Король изгонит ее, и он сможет прибрать красавицу к своим рукам. Он заявил, что Королева пыталась его соблазнить, и к всеобщему удивлению, твой отец поверил своему другу, а не ей, обвинив Элоизу в измене. Он всегда был вспыльчив и горяч, и часто принимал необдуманные решения. Когда опомнился, было уже поздно. Королева не стала ждать приговора, она сбежала и затерялась в одном из миров, где ни ее муж, ни Бельфедор не смогли отыскать. А через три года стало известно, что Элоиза родила дочь…

— Как же об этом стало известно? — завороженно спросила я, не выдержав образовавшейся паузы.

— Роды были тяжелыми… Она так и не смогла оправиться. Перед смертью бывшая Королева написала мужу письмо, в котором рассказала о твоем существовании и попросила позаботиться о дочери. Это известие нашло адресата только через несколько лет. К тому времени твой отец изо всех сил пытался забыть жену, перебирая разных женщин. Он не хотел тебя видеть, считая, что ребенок будет постоянным напоминанием о потерянной любви, да и не проживет долго, а еще одной утраты он бы не вынес. Единственное, что Король для тебя сделал, это оплатил будущее обучение в Академии, на тот случай, если ты останешься жива.

— Он женился снова?

— Нет. Он так и не смог найти женщину, подобную твоей матери, а довольствоваться меньшим — не хотел.

Мы надолго замолчали, думая каждый о своем.

— Значит, все эти годы мой отец ничего не хотел обо мне знать…? — с горечью резюмировала я.

— Это не так, Кейт. Время от времени он заставлял меня разыскивать тебя и узнавать, как ты растешь? В чем нуждаешься?

— …жива ли я…? — мертвецким тоном продолжила его речь.

— Да! То, что ты выжила, это просто чудо! — восхищенно подхватил мой друг.

«Чудо…» — повторила про себя и снова задумалась. Мне стало невыносимо грустно от услышанного рассказа. Столько лет я пыталась найти хоть какую-нибудь информацию о своей семье, узнать кем были мои родители, кем была я, но все попытки оказывались тщетны. И вот, сейчас, когда все, наконец-то, прояснилось, не знала, что с этим делать.

Слезы навернулись на глазах, и чтобы не расплакаться, я резко поменяла тему разговора:

— Постой, Саймон! — удивленно протянула я, сделав огромные глаза. — До меня только сейчас дошло: ты лично знал мою мать?! И ты присматриваешь за мной с трехлетнего возраста?!

— Да… — неуверенно ответил мой друг, пытаясь понять, не сболтнул ли чего лишнего.

— Сколько же тогда тебе лет?

Саймон загадочно посмотрел мне в глаза, чуть заметно коснулся щиколотки и, оставляя дорожку из мурашек, скользнул вверх по моей ноге.

— Больше, чем ты можешь себе представить, — хитро улыбнулся он.

— Боже, Саймон! Ты реально такой старый? — протянула я, издеваясь.

— Я не старый, — нахмурился он.

— Да, ты, просто, древний старик! — засмеялась, подтрунивая над ним.

— Нет, же! — он схватил меня за ногу и стянул на пол.

— Старик! Старик! — приговаривая, схватила мягкий подголовник с софы и в шутку ударила им блондина.

Затем вскочила на ноги и, продолжая дразнить, побежала вон из зала. Он запустил подушку в сторону и, крикнув мне вслед:

— Ну, ты сама напросилась! — устремился за мной следом.