По воле богов. Выбор богини. Книга четвертая. Часть первая

Глава 26

Магистр Пармус, сам того не ведая, так Вивьен озадачил своими речами, что у нее гудела голова. Радовало только, что с момента упадка магических сил прошло три дня, и пока приступ не повторялся. Она понимала, что это только начало, и, как говорил дядя Лариус, таких приступов станет больше. А значит, дальше будет хуже.

В доме Моро никто никаких расспросов ей не учинял, и это было странно. Вивьен не покидало ощущение, что все, – и лорд Кристиан, и Арно, и Его Светлость, – знали о случившемся в Академии.

Тренировки на полигоне декан Лангранж отменил. Обещал, что временно. И Вивьен, не любившая праздность и скуку, – последнее серьезное и интересное дело они с лордом Асканом закончили седмицу назад, – сидела в библиотеке резиденции Моро, обложивших книгами о драконах, подборка которой, против ее ожиданий, оказалась весьма богатой и разнообразной. Никогда раньше она ими не интересовалась, не было повода. А теперь зависла над огромным разложенным на столе красочным атласом Драконьих Земель.

Территории их отличались обширностью и разнообразием. Им принадлежали роскошные горные хребты, отделявшие их от Империи, моря с островами, необъятные равнины и древние леса. На названия морей ящеры явно не поскупились: Берилловое, Сапфировое, Агатовое, Морганитовое, Жемчужное… Они явно питали слабость к драгоценным камням, как и она сама. Пожалуй, это их даже роднило. Листая страницы атласа, Вивьен рассматривала отдельные укрупненные изображения морей с их рваными линиями берегов, россыпью мелких и крупных островов. Даже на карте им постарались придать оттенки камней, название которых они носили: изумрудный, глубокий синий, черный, розоватый… Любопытно было бы увидеть их вживую.

В Морганитовом море еще взгляд привлек остров, очертаниями напоминавший обнаженную женскую фигуру. Вивьен вооружилась магической лупой и поднесла ее к изображению. Под выпуклым стеклом всплыло название.

Драконье сердце.

Вивьен поводила лупой над островом. В круглом окошке мелькнули галечный берег с розоватой пеной прибоя, огромные, как на Ремсе, валуны и сосновые леса.

– Выбираешь места для свадебного путешествия?

Вивьен так увлеклась, что не заметила, как в библиотеку вошел Арно. Он заглянул ей через плечо.

– О! Не советую. Сандэр не согласится.

– Почему?.. Там красиво.

– Может, и красиво. Сан не любит драконов и всё, что с ними связано.

Видимо, у них с Гвендолин это наследственное.

– А как же Теодора? – слетело с языка раньше, чем Вивьен успела подумать.

– Какая… – сначала озадачился Арно, но быстро спохватился. – А при чем здесь Теодора?

Вивьен уставилась на Арно. А что, если он не знает? И Его Светлость тоже?

– Магистр Пармус упоминал, что ее мать родом из тех земель.

– Ну, если Сандэра это не смутило, когда он забирал ее из родного дома, значит, к ней у него нет предубеждений.

Ну и отлично. Осведомлен Моро о пикантных подробностях происхождения Теодоры или нет – это не ее дело. Пусть сами разбираются.

– Знаешь, я давно хотела спросить… Если Теа – твоя невеста, почему она не идет с тобой на императорский бал?

Арно недовольно поморщился.

– Это ненастоящая помолвка, только чтобы оградить леди Тэнье от посягательств и дать ей шанс закончить Академию.

– Но ведь все должны думать, что настоящая. Тебе не кажется, что в вашу помолвку никто не верит?

– Почему?

– Я тебя в Академии ни разу не видела. А здесь ей бывать нельзя, хрупкая девичья репутация может пострадать.

– Это условия ее тетки леди Виолы Тэнье, я тут ни при чем.

– А если сама она кем-то увлечется? Ты даже не знаешь, чем она дышит, как живет.

– Увлечется? Вряд ли… Она уже влюблена. – усмехнулся Арно. – Ее сердце безнадежно занято.

– Откуда такая уверенность?

– Я не вчера родился, а Теа – совсем дитя, у нее всё на лице написано. Очаровать ее – не особо трудная задача, учитывая, что она росла в глуши и избытком кавалеров не избалована. Я навещал ее в Академии несколько раз, мы даже гуляли по Урсулану в присутствии ее тетки, когда та приезжала. Она милая девочка. Предсказуемая, правильная и послушная, и мне с ней скучно… Всё. Никаких коварных планов по ее соблазнению у меня не было и нет. А то, что все юные неопытные девы склонны романтизировать и влюбляться в своих женихов, так это давно известно. Разорвем помолвку – сразу разлюбит и забудет.

– Звучит сомнительно и обидно.

– Не тебе осуждать равнодушие и холодность в отношениях. На себя посмотри… – ткнул в больное Арно. – И потом, у нас с ней чисто деловое соглашение. Если она увлеклась всерьёз, что ж… Ее чувства – это только ее чувства.

– Допустим. А бал? Теодора любит балы, и лишать ее такого удовольствия преступно и жестоко, особенно со стороны жениха. Какие у нее здесь развлечения? Ей было бы полезно развеяться.

– А в приграничной крепости, где она жила, она каждую седмицу на балах отплясывала, да? Хорошо, если на одном или двух за всю свою жизнь побывала.

– Знаешь, так странно… – Вивьен развернулась лицом к Арно и сложила руки на груди, – С одной стороны, ты вроде говоришь все правильно и логично, и по-своему прав. А с другой… Не хочешь составить мне компанию на полигоне?.. Я как раз сегодня собиралась размяться…

Арно при этих словах потерял расслабленность и подобрался, самодовольная ухмылка сошла с его губ. Он посерьезнел.

– Не хочу. Через час вернется Сандэр, разминайся с ним.

– Боишься?

– Может быть… А может, хочу, чтобы ты побольше времени проводила с ним и, наконец, научилась ему улыбаться… Извини, и так заболтался тут с тобой. До вечера! – Арно резко развернулся и вышел из библиотеки.

Вивьен посмотрела ему вслед.

Сбежал. Трус.

Но почти сразу в коридоре снова раздались шаги, и Вивьен решила, что Арно передумал и вернулся, но в библиотеку вошел лорд Кристиан Моро.

– Что случилось с Арно?.. Он меня в коридоре чуть с ног не сбил. Вы опять поругались?

Вивьен снова уткнулась в карту.

– Нет. Мы обсуждали балы и Драконьи Земли.

– Любопытно. – он подошел и встал рядом с ней у стола с развернутым атласом. – Знаешь, я всегда мечтал попасть туда. Говорят, там удивительно красивые места. Терракотовые и цвета марсалы горы, с высоты их отвесных стен, словно фата невесты, тянутся шлейфы белых пенистых водопадов. На каменных плато горячие источники бьют столбами фонтанов вверх… Сочная мягкая трава, необычные цветы, прозрачная голубая вода в озерах… В их лесах растут огромные, как великаны, деревья, очень древние, развесистые, чтобы обхватить любое, нужно собрать пятнадцать человек! Эти исполины застали юность Богов… Когда-нибудь все брошу и отправлюсь туда пешком. В руки посох, кожаный дорожный мешок за спину и в путь…

Вивьен наклонилась над атласом, словно пытаясь разглядеть все эти красоты.

– Вы так заманчиво рассказываете, сразу захотелось попасть туда и увидеть все собственными глазами.

– Не надейся, Сандэр тебя туда не отпустит. – рассмеялся лорд Моро.

А при чем тут Сандэр? Ах да…

– А вас император. – подхватила шутку Вивьен. – Вы же не только Верховный маг Империи, но его друг и советник. Мне отец рассказывал.

– Боюсь, ты права, не отпустит. – вздохнул Кристиан. – Вот видишь, значит, нам с тобой остается только рассматривать атлас и мечтать…

Только мечтать?

Вивьен представила себе розовые волны Морганитового моря, светло-серую гальку, шуршащую под ногами, горько-мятный запах соснового леса. И название красивое.

Драконье сердце.

Интересно, а порталом туда можно добраться?

***

Вивьен, погруженная в свои размышления, возвращалась после лекций по парковой тропинке Академии к экипажу, когда дорогу ей преградил здоровяк в форме императорского гвардейца.

– Здравствуйте, миледи! – отвесили ей элегантный поклон.

– Здравствуйте! – ответила она и попыталась пойти дальше, но гвардеец расставил руки в стороны, отрезая путь.

В чем дело?.. Вивьен раздраженно подняла глаза на незнакомца и, продираясь сквозь дебри узнавания, удивленно выдавила:

– Шен?

Широкий в плечах, узкий в талии, высокий, в синей с белым форме. Шен был статен и красив, как гвардейский конь. Камзол сидел на нем как влитой и удивительно ему шел.

– Так точно, моя госпожа! – отрапортовал излишне торжественно оборотень. – Пожалуйте вашу нежную ручку для поцелуя.

Где он набрался этой пошлости? Опять к портовым девицам повадился ходить? Вивьен спрятала руки за спину. На всякий случай.

– Обойдешься… – строго отрезала она. – Как ты меня нашел?

– Ну вот, – неубедительно делая вид, что обиделся, произнес оборотень, – вместо радости и заслуженных жарких поцелуев нате вам «как ты меня нашел»! Можно было и повежливей… Я, между прочим, к тебе с весточкой от твоей любимой подруги.

– От Сали? – обрадовалась Вивьен.

Строгость слетела с нее, как птичка с ветки, и она тут же протянула руку ладонью вверх.

– Давай.

Шен расстегнул несколько пуговиц на камзоле и полез во внутренний карман, вытащил свернутый вчетверо листок, но прежде чем вручить, решил снова попытать счастья.

– Может хотя бы невинный поцелуй в щечку?

Вивьен покачала головой.

– Письмо!

Шен картинно закатил глаза и положил белый квадратик на ее ладонь.

– Жестокая!..

Вивьен тут же его развернула и жадно пробежалась по строчкам, дочитав до конца, она подняла на оборотня взор.

– Это написано почти три месяца назад, еще на каникулах.

– И что?.. Я был занят. – не смущаясь, с достоинством возразил Шен. – У меня служба. Охрана императора Доминика. И не сразу вернулся в Урсулан…

– Сали просила о помощи! Ковену грозила опасность.

– Ну просила… Ну грозила… Так ничего ж не случилось за это время, – сразу заскучал и пожал плечами Шен.

– А если бы случилось?

Оборотень пренебрежительно фыркнул в ответ.

– Да кому они нужны… Кстати, почему «грозила»? – наконец, сообразил он. – Теперь не грозит?

Вивьен почувствовала, как на нее начала накатывать неконтролируемая злость, ей захотелось придушить оборотня. Усилием воли она попыталась взять себя в руки.

– ……

Гнев вылился в емкую и выразительную фразу, от которой самодовольная улыбочка слетела с лица Шена.

– Уходи! – припечатала она в конце.

– Ой, перестань… Что я такого сделал? В чем я виноват?

– Убирайся с глаз моих долой!

Земля задрожала под ногами, воздух вокруг загустел, и до оборотня дошло, что она не шутит.

– Ладно, ладно, не кипятись, Вив… Ты чего?.. Видно, Моро на тебя плохо действует. Ты стала какой-то раздраженной и дерганной. Раньше ты такой не была.

– Видеть тебя не желаю!

И тут за ее спиной раздался вежливый спокойный голос.

– Дитя, вам досаждает этот молодой оборотень?

Вивьен вздрогнула от неожиданности и оглянулась.

Позади нее стоял худощавый старичок в мантии магистра, в широкополой старомодной шляпе и с изящной тростью в руках.

Из-под шляпы виднелись черные ровно подстриженные волосы. Пальцы правой руки, сжимавшие набалдашник трости, были длинные, музыкальные, с красивыми, ухоженными лунками ровных гладких ногтей. На безымянном пальце красовался крупный перстень с рубином, Вивьен сразу признала в нем мощный защитный артефакт, к тому же великолепно и со знанием дела изготовленный. Прямая спина и уверенная манера держаться, не опуская взгляда, элегантность, с которой он носил простую одежду, укрепляли в мысли, что перед ними потомок древнего магического рода.

– Позвольте предложить вам свою помощь. – мягко сказал он, обращаясь к ней.

– Какая помощь, магистр? – гордо расправил плечи и выкатил грудь колесом Шен. – Мы старые друзья, ведем приятельскую беседу, я привез весточку от лучшей подруги и моей сестры… Леди со мной в полной безопасности.

– Приятельскую?.. Сомневаюсь… Меня не покидает ощущение, что юной леди неприятно ваше общество, господин императорский гвардеец. – старичок был невозмутим, подчеркнуто вежлив.

Он смотрел на оборотня спокойно, без вызова. В незнакомце не было ни капли воинственности или агрессии, но даже Шен звериным чутьем уловил, что связываться с ним опасно.

– Тебе пора. – напомнила Вивьен, глянув на оборотня.

Он постоял, молча разглядывания мага и что-то прикидывая в голове, и произнес:

– Ладно. Еще увидимся. Пока, Вив!

Недовольно зыркнул по сторонам и зашагал в сторону выхода из парка. Старичок невозмутимо отреагировал на уход гвардейца и улыбнулся Вивьен.

– Позвольте представиться, – он приподнял шляпу и чуть склонил голову набок, – Гил Зиркас, магистр артефактологии.

– Меня зовут Вивьен. Я с Темной магии.

– О, как необычно. – искренне восхитился магистр. – В мое время девушек на этом факультете не было ни одной. Если вам к выходу в город, могу вас проводить. Со мной будет надежнее. Пойдемте…

Вивьен кивнула, и они двинулись вместе по тропинке.

Несмотря на тросточку, двигался магистр Зиркас весьма проворно и быстро.

– У нас артефактологию преподает магистр Кирк Лау.

– Да, я знаю Кирка. Он весьма талантливый артефактолог и предмет дает замечательно. Знает и любит свое дело.

– А вы кого обучаете? Я вас раньше не видела.

– Немудрено. Я редко бываю в той части Академии, где расположен ваш факультет. Учу разбираться в артефактах и делать самые простенькие боевиков, целителей, структурщиков, историков, портальщиков, да, в общем, всех остальных.

– Я тоже люблю артефакты.

– Вот как? Это большая редкость, их мало кто любит.

Вивьен рассмеялась.

– Почему?

– Занятие это, знаете ли, нудное, требует въедливости, глубоких знаний и усидчивости, тут любая ошибка может слишком дорого стоить… А почему тогда не пошли на Артефактологию?

– Так сложилось… Да и темную магию не особо люблю, я раньше целительством занималась.

– Согласен, для девушек целительство весьма привлекательно и более перспективно. Особенно они любят лекции и практику по приворотным зельям, на них обычно жемчужинке негде упасть. Вот никогда не понимал, зачем там учат этим глупостям. Излишество это…

– Привороты весьма болезненны, и чтобы знать, как их снимать, надо понимать, как и на что они воздействуют. Иногда последствия настолько серьезны, что требуется вмешательство целителя…

– О, – задумчиво протянул магистр Зиркас, – никогда не рассматривал вопрос с этой стороны. Но пожалуй, вы правы. Тогда это многое объясняет, беру свои слова обратно… Вы весьма здраво и практично рассуждаете для столь юного возраста… Ваши родители, наверное, вами очень гордятся. Нам с женой Боги дочерей не дали, хотя я мечтал о девочке, похожей на жену. Мой старший сын подавал большие надежды в артефактологии, а младший в детстве мечтал стать целителем. Талантливые были мальчики, очень… Мы их обожали, нарадоваться не могли… Ну вот, мы и пришли…

Они подошли в высокому кованому забору, отделявшему парк Академии от улицы. Калитка была открыта настежь, экипаж стоял прямо напротив нее.

– За вами? – он кивнул в сторону экипажа.

– За мной.

– Приятно было познакомиться. Ну а теперь я с вашего позволения откланяюсь.

– Доброго пути, магистр Зиркас.

Магистр снова приподнял шляпу, надел, чуть поклонился и неторопливо пошел через дорогу в сторону домов.

Прежде чем сесть в экипаж, Вивьен посмотрела ему вслед.

Милый старичок. Она точно знала, что никогда раньше его не видела, но его лицо показалось ей знакомым.

***

Несчастный случай на полигоне Академии молниеносно оброс домыслами и легендами, и Орис устал от навязчивого внимания однокурсников и их расспросов. Хотел он того или нет, но его жизнь с того злосчастного дня дала крутой поворот.

В мгновение ока из изгоя он превратился в знаменитость, с которой все хотели дружить. Орис не рвался заводить новых приятелей, и на удивление всем вел себя весьма сдержанно и отстраненно, чем разжигал к себе еще больший интерес. И если после всех произошедших событий Вивьен и Теодору побаивались, то Орису откровенно завидовали.

– Слушай, Ор, а правда, что они из-за Лангранжа подрались, и одна другую чуть не убила? И их еле растащили Джойс с Расселом?

– Фрай, ты глухой?.. Илон говорил, что обе в Ориса втюрились. Орис, подтверди.

– Вообще-то, они леди, и у них женихи есть. – пытался вразумить спорщиков Орис.

– А это тут при чем?

– Согласен с Трависом, одно другому не мешает.

– Знаем мы этих леди-недотрог, —подмигнул дружкам Травис, – почти у каждой через пару лет после замужества любовник заводится, а то и не один.

– Ага, особенно при таких ходоках и любителях сладенького, как братья Моро им этого точно не избежать.

Парни заржали.

– Признайся Ор, они горячие штучки? Будь у меня такой выбор, я бы тоже растерялся…

– Фрай, ты придурок! Зачем выбирать, если можно с обеими мутить?..

Орис злился и огрызался, но поток глупых вопросов не иссякал.

Дополнительных тренировок пока не было, а во время тех, что проходили в учебное время и по расписанию, Лангранж вел себя, как заботливая наседка, и не отходил от Вивьен и Теодоры ни на шаг, чем жутко злил Ориса.

Оборотень чувствовал себя лишним в его присутствии. На контрасте с деканом его тяготили собственный слабый магический резерв и беспомощность. Вот и сейчас он наблюдал за ними издалека, с трибуны.

– Орис, здоров! – подошел к нему Джойс и сел рядом. – Как жизнь?.. Про новые тренировки пока не слышно?

– Не-а…

– Ясно… – помолчал он и потом спросил: – А че такое с Лангранжем? – кивнул в сторону учебного поля, где декан, жестикулируя, что-то объяснял Теодоре, а Вивьен со скучающим видом стояла рядом, ковыряя носком сапога камушки в песке.

– В смысле?

– Не пойму, почему он всё время улыбается? – Джойс, прищурившись, всматривался в декана. – У него лицо перекосило, что ли?

– А?.. Нет, это… – тяжко вздохнул Орис, – чтобы быть красивым…

– Чего? – не понял Джойс.

– Слушай, а я когда улыбаюсь, красивый?

Орис повернулся лицом к Джойсу и улыбнулся, обнажая ровный белый ряд зубов. Улыбка вышла немного тоскливая.

– Чего? – опешил и вытаращил глаза Джойс. – Ты вообще как, Орис, хорошо себя чувствуешь?

– Если честно, то паршиво. Но к делу это не относится.

– А-а-а, все с тобой ясно… Еще как относится. Тебе нужно выпустить пар, малыш, – многозначительно произнес рыжий и похлопал дружески оборотня по плечу, – понимаешь, о чем я? Развеяться в компании веселых, безотказных и умелых девчонок. Эти две цацы, – он кивнул в сторону Вивьен и Теодоры, – из тебя все соки выпили своими закидонами, они даже святого доведут до припадка… Я знаю, о чем говорю, у меня есть сестра …

У Ориса дома их было около трех десятков, и со всеми он всегда ладил. И вообще, среди девчонок он чувствовал себя как рыба в воде.

Оборотень поднялся.

– Ты куда?

– Не знаю… Пойду, прогуляюсь.

– Так занятие еще не закончилось.

– Плевать.

Джойс посмотрел ему в спину и осуждающе покачал головой.

Орис спустился с трибун и пошел прямиком через поле. Где-то на середине его остановил магистр Торет.

– В чем дело, Орис? Далеко собрался?

– У меня живот болит, я в лазарет, – бросил он и пошагал дальше.

Почти у выхода его догнала Вивьен.

– Стой, Орис!.. Ты куда?

– У меня живот разболелся. – глядя мимо нее, пробубнил он.

– Давай я посмотрю, – потянулась к нему она.

Орис оттолкнул девичьи руки.

– Возвращайся к Лангранжу, он же для тебя старается!

– Что?..

– «Вы такой красивый, когда улыбаетесь!» – передразнил ее Орис, порывисто развернулся и почти бегом направился в сторону учебного корпуса.

Вивьен застыла в изумлении, таращась ему в спину.

– Что случилось? – подлетела к ней сзади Теодора.

– У Ориса живот заболел…

– Что-то серьезное?

– Не знаю, – продолжала смотреть ему вслед Вивьен. – он не захотел, чтобы я его осмотрела.

– Ему плохо?

– Похоже на то…

***

Три дня подряд в расписании стояли только лекции, и тогда Вивьен нарочно приезжала в Академию пораньше, чтобы не спеша пройтись по безлюдному парку, походить между сонными корпусами, посидеть в пустой аудитории, листая лекции или учебники.

И только она уютно устроилась с яблоком в руках, поставила на стол фляжечку с водой, разложила свои записи и книги, как в аудиторию влетела взмыленная и напуганная Теодора.

– Слава Богам, мне не показалось, что это ты была в парке!

На вопрос «что случилось?» она умоляющее посмотрела на Вивьен, прошептала:

– Пожалуйста, пойдем скорее.

И, ничего толком не объяснив, потащила Вивьен за собой к выходу.

Пока бежали, Вивьен попыталась расспросить Теодору, но та бросила:

– Ничего не спрашивай, ладно?

И Вивьен озадачилась и молчала всю дорогу, рисуя себе в воображении картины одну ужаснее другой.

Теа жила близко к парку в небольшом старинном здании из темно-бордового камня, больше похожем на особняк, с угловыми башенками и высокими острыми окнами. Ко входу вел короткий изогнутый мостик с замысловатой ажурной кладкой, под которым журчал прозрачный ручей.

Домик стоял уединенно, чуть поодаль от других корпусов Академии, со всех сторон его обступали высокие синеиглые ели с размашистыми пушистыми лапами и росло несколько огромных дубов.

Не чуя под собой ног, обе влетели по широкой винтовой лестнице на этаж, где жила Теодора. Теа стремительно вошла в комнату, пропустила Вивьен, захлопнула дверь и прижалась к ней спиной, пытаясь отдышаться.

Вивьен осмотрелась.

Комната была большая, с высоким потолком, светлыми стенами цвета мяты, красивой дорогой мебелью из темного дерева и камином. Жилище Сали в Академии Дарамуса было куда скромнее и по размерам, и по обстановке. Следов борьбы и кровавых луж Вивьен при первом беглом осмотре не обнаружила и уже почти выдохнула с облегчением, когда заметила на полу у стены рядом с камином …его.

– И что он тут делает?

Она смотрела на накрытого одеялом Ориса, безмятежно спящего на полу.

Ха! Вот тебе, Арно, и предсказуемая, послушная девочка. Скучная и правильная!

Теа нервно теребила в пальцах кончик косы, переброшенной через плечо.

– Он ночью пришел. Залез по дереву и запрыгнул в окно. Там дуб внизу растет большой, и ветки как раз напротив.

Вивьен сделала два шага назад и выглянула в окно.

– Третий этаж. И сюда дотягиваются только прутики… Как он сумел?

– Он котиком пришел. – виновато пояснила Теа.

Котиком?.. Видела Вивьен этих «котиков» Корвела Прайма, они размером с подросшего теленка. Как только его ветки выдержали?

Она подошла к спящему, присела на корточки и откинула край одеяла, которым заботливо был укрыт Орис. Оборотень спал голым.

Та-а-а-к… У него еще и рун «нетленных одежд» не было. Замечательно.

– Крепкий, здоровый сон… Могу сказать, как целитель, с ним всё в порядке.

– Я сначала не хотела пускать, испугалась, но он так жалобно орал под окном…

Орис? Орал под окном?

– Надеюсь, он прилично себя вел?

Теа помялась, но решительно заявила:

– Очень… Сначала мы разговаривали, а потом он сказал, что очень устал, прилег и уснул. Я его накрыла одеялом.

– Почему ты его не прогнала?

– Он обратно по дереву вылезти не смог, сказал, что высоты боится, а через дверь… без одежды… Вдруг его кто-нибудь увидел бы, да и холодно ночью…

– За оборот на территории Академии его могут запросто исключить без права восстановления.

– Я поэтому тебя и позвала… Ты же что-нибудь придумаешь, да? Не злись на него, Орис очень хороший…

Вивьен вздохнула. Никто с этим и не спорил.

– Надо его будить и отправлять к себе. Если мы втроем не появимся на лекции, Лангранж, учитывая, как он за нами бдит в последнее время, объявит всеобщую тревогу, начнет искать, однозначно найдет, и тогда нам точно несдобровать.

Она слегка потрясла оборотня за плечо и негромко произнесла:

– Орис, просыпайся. Пора вставать…

Он даже не пошевельнулся, только сладко улыбнулся и почмокал во сне губами. Вивьен снова позвала и попыталась посильнее растолкать оборотня, но результат остался прежним.

– Вот же хорт! – с досадой подытожила она.

– Подожди, давай я! – решительно предложила Теа. – Я умею.

– Уверена?

– Да. Я сто раз видела, как тетя Виола будила дядю, если он вечером возвращался домой во хмелю и спал до утра в гостиной на диване.

Вивьен посторонилась, освобождая ей место, поднялась на ноги и отошла, с интересом наблюдая за происходящим. Теодора опустилась на колени перед спящим оборотнем, нагнулась к его уху и суровым командным, хорошо поставленным голосом, который в ней сложно было даже предположить, гаркнула:

– Ригнова кочерыжка хорт фортейский сингула маршем налево! Подъё-ё-ём!

Орис вскочил как ужаленный, плохо соображая где он и что происходит. Одеяло свалилось, и оборотень предстал перед девушками во всей естественной красоте сильного молодого мужского тела и полной утренней боевой готовности. Вытаращился на Вивьен, которая заливалась смехом, потом на Теодору, которая еле успела отпрянуть назад от его прыжка, сидела на полу и снизу вверх смотрела на голого оборотня круглыми глазами.

Парень заметался по комнате, перепрыгивая через стулья, кресла, тумбочки, и снося все препятствия, что встречались на его пути, ища, чем прикрыться, и напрочь забыв про одеяло, которое так и осталось валяться на полу.

В конце концов, он сдернул с пустого обеденного стола атласную скатерть с длинной шелковой бахромой, обернул ее вокруг бедер и свободный хвост забросил на плечо. И застыл, вопросительно глядя то на Вивьен, то на Теодору.

Вивьен к этому времени еще хохотала, вытирая слезы, а Теодора поднялась на ноги, поправляя юбку.

– Ригнова кочерыжка?.. Теа, ты полна сюрпризов, – еле выговорила сквозь смех Вивьен, – научи меня этому заклинанию…

– Это не заклинание.

– Да?.. А действует как настоящее заклинание, даже лучше.

– Вы чего тут обе делаете? – заговорил Орис, переводя взгляд с одной на другую.

– Вообще-то, это моя комната. – напомнила ему Теодора. – Я здесь живу.

– Да. А я зашла уточнить, что ты предпочитаешь на завтрак? – сказала с легким поклоном Вивьен, фыркнула и снова рассмеялась.

– Ха-ха-ха! – передразнил ее Орис. – Не смешно. Где моя одежда?

– Зачем она тебе? Выглядишь роскошно, скатерть тебе к лицу, ходи так. Ткань, цвет, фасон просто созданы для тебя… Думаю, Теодора ее тебе уступит…

И снова расхохоталась. Теа фыркнула, глядя на Ориса, и тоже к ней присоединилась.

Вивьен не кривила душой. На поджарого, ладного оборотня было приятно посмотреть. И на замотанного в скатерть, и без нее.

– Издеваешься?

– Нет. А одежда твоя, наверное, осталась там, где ты в кота обернулся…

– Я еще и оборачивался? – ужаснулся Орис.

– То есть то, что ты проснулся голым в комнате Теодоры, тебя ни на какие мысли не натолкнуло? – отсмеявшись, съязвила Вивьен. – Так проходит каждое твое утро?

– Ты совсем-совсем ничего не помнишь? – обиженно уставилась на него Теодора.

– А я еще и помнить что-то должен? – совсем упавшим голосом произнес Орис.

– Ну знаешь, это переходит всякие границы! – деланно возмущенно произнесла Вивьен, наблюдая за реакцией Ориса на ее слова. – Ты у девушки в комнате ночь провел. Такое обычно не забывается!

Орис перевел на Теодору виноватый взгляд.

– Прости, я не хотел ничего такого… Я… мы… У нас что-то было?

Теодора покачала головой.

– Ты пришел поздно вечером, я собиралась ложиться спать. Влез в окно. Мы долго говорили, потом ты сказал, что ужасно устал и тебе нужно прилечь отдохнуть. Лег. Там. – она кивнула в сторону стены. – И проспал до утра.

– И это всё?

– Всё. – подтвердила Теа.

Оборотень облегченно выдохнул.

Вивьен подошла к столу, с которого Орис стащил скатерть, выдвинула стул и села, положив ногу на ногу.

– Значит так… нам нужно понять, что с тобой делать дальше. Кстати, мне вот интересно, а как ты поняла, что орущее животное под окном, это Орис?

Теодора нахмурилась.

– Не знаю… Я просто увидела котика, услышала его голос и поняла, что это Орис. Оно как-то само…

– Как-то само… – в задумчивости повторила Вивьен. – Ясно.

Она пристально смотрела на Теодору. Признать в звере человека мог только истинный оборотень.

– Надеюсь, что котика, кроме тебя, никто не видел, а если и видел, то не понял, что это Орис. Иначе слухов и сплетен не оберешься… – Вивьен сложив руки на груди, разглядывала рисунок на ткани, обернутой вокруг бедер Ориса, заставляя его слегка нервничать и смущаться, и перебирала в уме удобные точки выхода из портала. – Как же тебя отправить к себе с наименьшими потерями для всех нас?

– Если ты мне дашь свои штаны, я смогу сам дойти до общаги.

– Угу… – в тон ему ответила ему Вивьен. – Если ты сможешь влезть в мои штаны, я застрелюсь из арбалета.

– А сколько у нас еще времени? – спохватилась Теа. – Лангранж же не начал нас искать?

– Надеюсь, пока нет.

В этот момент в дверь негромко, но настойчиво постучали.