По воле богов. Выбор богини. Книга четвертая. Часть первая

Глава 25

На первом ряду трибуны полигона Академии сидели Вивьен, Теодора и Орис. Лекции недавно закончились, и они пришли на свою первую самостоятельную тренировку.

Вивьен пила воду из фляжки и выжидательно поглядывала в сторону входа на полигон. Теа грызла яблоко и слушала Ориса, а Орис жевал пирожок с мясом, который прихватил из академической столовой, и разглагольствовал, цитируя учебник по высшей базовой магии, кажется, для третьего курса.

– Молодые темные маги обычно злы, азартны, задиристы, коварны и мстительны. Именно поэтому они нуждаются в жестком внешнем контроле и учатся постоянному внутреннему контролю. – умничал он перед Теодорой. – Знаешь, чем темная магия от черной отличается?

Теодора неопределенно пожала плечами.

– Ну так… Чёрная магия стремится к абсолютной власти над своим носителем и пожирает его в случае неповиновения, – ответила не слишком уверено она. – проявляя свою самую темную сущность.

Вивьен сощурилась и чуть слышно усмехнулась, не отводя взгляда от полигона, где над заданием мучались трое адептов четвертого курса. У них не получалось уничтожить остатки сложной магической защитной конструкции в форме пирамиды. В ответ на каждую неудачную попытку броня, внешне напоминавшая огромные пчелиные соты, метко выплевывала в сторону всех троих липкую жижу ядрёно-желтого цвета. По опыту Вивьен знала, что пахла жижа отвратительно и зловонный запах, если она попадала на кожу или одежду, выветривался нескоро. Парни уворачивались, закрывались магическим пологом, бурно спорили и матерились, повторяя раз за разом неудачные атаки, но сдаваться и уходить не спешили.

– А доводилось ли тебе когда-нибудь видеть черных магов вживую? – деловито и тоном умудренного жизненным опытом мага уточнил Орис у Теодоры, снова вызвав едва заметную улыбку у Вивьен.

– Да. – обыденно и без хвастовства ответила Теа.

Вивьен медленно повернула голову в ее сторону.

– Да ладно? – ошалел от неожиданности Орис и даже на месте подскочил, сразу забыв про назидательный тон. – Где? Когда?

– Я была маленькая, на замок дяди напали черные маги и убили мою маму, меня ранили. Я тогда еле выжила… Мне было лет десять или одиннадцать, точно не помню.

– Ого! – выдал оборотень сочувственно.

Он хотел спросить что-то еще, но к ним подошли те самые четверокурсники, и Орис примолк, настороженно косясь на парней.

– Эй, Орис! Выбрал правильную компанию, что казаться более крутым и сильным магом? – поддел один из них, высокий и худой, немного манерный и внешне напомнивший Вивьен Трависа.

– Добрый день, дамы! – картинно поклонились все трое Вивьен и Теодоре. – А вы чего тут прохлаждаетесь?

Вивьен смерила парней пристальным взглядом и плотно закрутила крышку на фляжке. Она узнала их. «Золотые мальчики», надежда Академии и всея Империи. Старые магические рода, богатые поместья, большие каменные дома – дворцы в Урсулане… Ничего не забыла? Кажется, так сказал про них Джойс Белд в ее самый первый день в Академии.

– Дела у нас здесь. – натянуто улыбнулась Вивьен. – Важные.

– Что за дела? – поинтересовался смазливый брюнет, облокачиваясь о перила прямо перед Вивьен и слащаво улыбаясь: – Лангранж в курсе?

– Вам-то какая разница? – не выдержала Теодора. – Идите куда шли.

– Не дерзи старшим, мелкая, – вступил в разговор третий, короткостриженый, белобрысый, крепко сложенный парень, – а то Расселу пожалуемся.

– А вы только жаловаться умеете? – резко поднялась с места Вивьен, так что брюнет отпрянул назад, и щелчком пальцев послала в сторону «пчелиных сот» маленький магический шар, размером со сливу.

Парни с ленивым любопытством проследили за полетом шара. «Слива» зависла перед пирамидкой, словно примеряясь и оценивая, где лучше ударить, а потом резко взлетела и упала сверху, провалилась внутрь, и конструкция прямо на глазах начала таять и расползаться в стороны.

Троица молча переглянулась, долговязый почесал затылок и хмыкнул с досадой, белобрысый скривился и сплюнул на землю.

– Ладно, пошли… О чем с ними разговаривать? А то еще наябедничают своим… – брюнет понизил голос, и Вивьен не расслышала конца фразы, после которой парни заржали и двинулись дальше вдоль трибун.

– Не обращайте внимание, – смущенно буркнул Орис, обладавший прекрасным слухом. – они просто придурки.

Но далеко компания не ушла, устроившись на соседней трибуне. Вивьен встала и развернулась спиной к полигону, чтобы не видеть их.

– А мы кого ждем? – поинтересовался Орис, бодро расстегивая и скидывая плащ. – Кто те безумцы-храбрецы, что согласились быть уложенным нами на обе лопатки?

В этот момент на полигоне появился Рассел.

– Ты позвала Рассела? – удивленно протянул оборотень, обращаясь в Теодоре.

– То, что она его позвала не самое странное, учитывая, что Рассел до сих пор ее куратор. – сказала Вивьен. – Странно, что он согласился.

– А кого еще ждем? – на всякий случай уточнил Орис.

Почти следом за Расселом на полигоне появился Джойс Белд.

– Ого! А этого как уговорили?

Вивьен оглянулась и, увидев Джойса, улыбнулась и помахала ему рукой.

– Обаяние и ласка – два самых опасных оружия женщины. С их помощью можно уговорить кого угодно на что угодно.

Ну почти. Когда обаяние и ласка не дали нужных плодов, в ход пошли шантаж и угрозы. Но Орису и Теодоре не обязательно было об этом знать. В конце концов, иногда важнее результат.

– Или ты сомневаешься во мне? – с ехидцей уточнила Вивьен, глядя на Ориса.

Он снова перевел взгляд ей за спину, в сторону входа на полигон:

– Теперь точно нет.

Вивьен обернулась, следуя за взглядом оборотня, и на ее лице застыло недоумение. В тренировочной одежде, – свободной темной рубахе и штанах, заправленных в сапоги, без плаща, – уверенным шагом по полигону в их сторону направлялся декан Лангранж.

– Теперь-то нам точно наваляют так, что мало не покажется. – приуныл Орис. – А вы не могли других найти?

– Зачем других? – возразила Вивьен. – Учиться надо на тех, кто сильнее.

– Опять будет меня ругать. – вздохнула Теодора, мрачно глядя на приближавшегося с неотвратимостью урагана Лангранжа.

– Ага, и меня… – подхватил оборотень.

– Не переживайте, – утешила обоих Вивьен, – достанется всем.

***

Седмицу спустя

Резиденция Моро

Когда Вивьен спустилась в столовую, там были только Арно, уже занявший свое место за столом, и Бридж, возившийся у сервировочного столика.

– Вивьен, доброе утро! О-о-о… – расплылся в улыбке Арно. – Чудесно выглядишь, прям как в старые добрые времена… Сразу вспоминаю прошлое лето. Посиделки у костра, теплые звездные ночи, акатлановая клетка на скрипучей телеге, цветущие луга, леса по обе стороны дороги, и ваши с Саном бесконечные перебранки… Незабываемая идиллия!

Бридж поднял при этих словах на юную госпожу глаза и выронил из рук очередную тарелку. Та, как обычно, разлетелась вдребезги. Он даже не бросился собирать осколки, а несколько мгновений пялился, не моргая.

– Доброе утро! – поприветствовала всех и сразу Вивьен.

Арно поднялся, обошел стол, взялся за высокую спинку стула, выдвинул его для Вивьен, приглашая, и когда она села, придвинул стул ближе к столу и наклонился к ее уху:

– Если хочешь, чтобы Сандэр запретил тебе посещать Академию, ты на верном пути.

– И в мыслях такого не было. – широко улыбнулась ему Вивьен.

Сегодня она первый раз собиралась на учебу в новой форме. И с новой прической. Костюм, на манер мужского из черной замши тонкой выделки, со штанами прямого кроя на широком ремне, приталенным коротким камзолом до бедра и свободной белой шелковой рубашкой с широкими манжетами, сшила для нее за полторы седмицы Изольда Тье.

Волосы ей коротко постригла Мирэй магическими ножницами вчера после ужина. Получилось не сразу, они провозились несколько часов, не прекращая болтать и смеяться. Вивьен возвращала длину семь раз, пока не осталась довольна увиденным в зеркале.

И теперь она снова была похожа на мальчишку-подростка, если не считать хрупкость и изящество фигуры и соблазнительно выступавших под рубашкой, заправленной в штаны, округлостей.

Глаза Сандэра озорно сверкнули, когда он вошел в столовую, и его взгляд остановился на Вивьен.

– Что ты задумала? – спросил он, усаживаясь за стол. – Снова решила прогуляться по бескрайним просторам Империи? Я бы настоятельно советовал отложить приключения хотя бы до весны, сейчас не самые спокойные времена.

– Нет. Это для практики на полигоне. Так удобнее.

– Пожалуй… – Сандэр беззастенчиво уставился на ключицы, видневшиеся в высоком распахнутом вороте женской рубашки, а потом добавил: – Отец уже уехал во дворец, сегодня я тебя подвезу до Академии.

– Ты же обычно верхом. – удивился Арно.

– В хорошей компании иногда приятно и в экипаже прокатиться. – подмигнул он Вивьен, и та поперхнулась кофе.

После завтрака, когда Арно по привычке вышел вслед за Вивьен из дома и сунулся к экипажу, Сандэр обернулся к нему. Что именно там произошло, Вивьен не поняла, но Арно внезапно расхотел ехать с ними. Сразу засуетился, извинился, вспомнил, что забыл у себя в покоях что-то важное, без чего никак не может обойтись на императорской службе, развернулся, но пошел не в дом, а в сторону конюшен.

Вивьен оторопело уставилась ему вслед, но Сандэр быстренько подсадил ее в экипаж, бесцеремонно заталкивая внутрь.

– Поехали, поехали, Вивьен, у нас времени мало. Ты опоздаешь к началу занятий.

– А Арно?

– Не переживай, он взрослый мальчик, доберется сам. Дорогу знает.

Осознание того, что она оказалась наедине с Сандэром в маленьком замкнутом пространстве, накрыло внезапно, как только за экипажем закрылись ворота резиденции Моро, словно отрезая все пути к отступлению.

Сандэр сел на диванчик напротив, и Вивьен сдвинулась в дальний, увеличивая расстояние между ними.

– Боишься меня? – не укрылся ее маневр от Его Светлости.

– Нет. – ответила Вивьен, наблюдая за Сандэром пристальным взглядом.

– Это правильно. Ты не должна меня бояться.

И после этих слов стал медленно раздеваться.

Сначала расстегнул и снял камзол, потом принялся за пуговицы на манжетах и воротнике, потащил из-под ремня рубашку и стянул ее через голову, бросил сверху камзола.

Вивьен из своего угла молча следила за каждым его движением. Когда Сандэр остался голым по пояс, Вивьен увидела разлившийся с левого бока огромный синяк.

– Ушиб?

– Да. Поможешь?

Она сразу забыла про настороженность и подозрительность, быстро пересела к нему, потерла ладони, и их охватило очищающее голубое свечение.

– Повернитесь ко мне, не так… Да, вот так. Мне надо проверить ребра. Здесь больно?.. А так? Дышать тяжело?

– Немного.

Вивьен недоверчиво глянула на Моро. Ушибы всегда очень болезненны, а с таким сильным ему требовался покой не меньше, чем на пару седмиц.

– Почему не пошли в лазарет?

– Я вернулся только утром. Да и зачем, когда дома есть своя целительница?

– Да-а-а? Все-таки целительница?.. – отозвалась Вивьен, осторожно пуская с кончиков пальцев магические щупы и оценивая опасность внутренних повреждений. Кожа Моро под подушечками ее пальцев была огненно-горячей: – А я думала, вам нужен дома еще один темный маг…

Сандер охнул и поморщился, когда экипаж дернулся, и Вивьен случайно вжалась ладонью в ушибленный бок.

– Целителей у нас пока хватает, а опытных темных магов мало. И потом… Я Дария знаю… Он меня не выпустит из лазарета, пока не залечит всего и до смерти, явись я к нему.

– И правильно сделает. Вам сейчас нужен покой. Так… ребра целы, хорошо, но есть трещина. Будет больно.

– Я потерплю.

– Очень больно. Лучше вернуться домой.

– Нет.

– Тогда остановите экипаж. Сейчас слишком трясет.

– У меня нет времени, Доминик не любит ждать. Да и ты опоздаешь.

– Тогда…

Вивьен нахмурилась и закусила нижнюю губу в раздумьях.

Ей нужно, чтобы не трясло и не качало, иначе направленного точечного лечения в месте трещины ребра не получится. Волны будут смещаться и не попадут в поврежденное место.

– Тогда?

– Давайте, сдвигайтесь к краю сиденья.

Теперь Вивьен начала быстро раздеваться. Скинула камзол, расстегнула манжеты, закатала рукава шелковой сорочки. И забралась на сиденье за спиной Сандэра, села, свесив ноги от него по обе стороны.

– Руки чуть поднимите, – скомандовала она.

Сандэр послушался.

– Можно не так высоко, если неудобно… Что случилось с тем, кто ударил вас?

– Я его убил… Правда, не за это.

Как смешно устроена жизнь: один черный маг калечит, другой лечит. Вивьен вздохнула и крепко обхватила Моро правой рукой за обнаженный торс, левую положила на поврежденное ребро. Он едва заметно вздрогнул, но она почувствовала.

– Больно?

– Нет. Просто у тебя руки холодные.

– Теплые. Вам удобно?

– Так и сидел бы целый день.

Вивьен недоверчиво хмыкнула.

– А как же Доминик?.. Вы же торопились с докладом.

Сандэр рассмеялся в ответ.

– Весь день в объятиях обворожительной девушки?.. Он бы меня понял и простил.

– Вот как?.. Какая-то у вас с ним неправильная логика.

– У нас-то как раз правильная.

Вивьен в этот момент пожалела, что не знала Дария, к которому Моро не хотел идти, она бы сдала ему Главного инквизитора без малейшего угрызения совести с рук на руки.

Целительная магия потекла сквозь ее кожу в тело Сандэра ровным мощным потоком. Ладонь слегка покалывало.

– Очень больно? Если станет совсем нестерпимо, сразу скажите.

– Приятно. – ответил Сандэр.

Вивьен с сомнением посмотрела на темноволосый затылок. Не может такого быть. Сращивание трещин болезненнее сращивания костей. Ему должно быть дурно, тошнотворно, Моро должен был выть и метаться от боли. Она много раз видела, как ведут себя те же оборотни во время такой процедуры, а они ребята не из слабаков.

Может, надо посильнее, этого недостаточно?

Она увеличила силу магические тока, прикрыла веки и неосознанно прижалась лбом к обнаженной спине Сандэра. От таких потерь всегда кружилась голова и начинало резко клонить в сон.

– А теперь?

Сандэр положил горячие сухие ладони поверх рук Вивьен, державших его, погладил и сказал негромко:

– Давно не было так хорошо.

Это невозможно.

– Врете. Зачем?

– И не собирался. Это правда.

Она открыла глаза, медленно отстранилась, убрала руки и уперлась спиной в спинку диванчика. Вздохнула и прикрыла веки:

– Всё. Можете одеваться. Пока хватит.

Она почувствовала, как он пересел, стало сразу свободнее и прохладнее. На плечи навалился груз усталости. Ей жутко захотелось спать.

Еле слышно скользила по телу шелковая ткань, Моро одевался. Она не видела, но чувствовала его движения. И еще пристальный взгляд. Вивьен могла поспорить, что он смотрел на нее. Застегивал пуговицы и смотрел.

Она так и сидела, смежив веки.

– Ты как?

Моро оделся и сел рядом, взял ее за руку и прижал ладонью сначала к своим губам, потом к щеке.

– Хорошо. Устала немного. Сейчас отпустит. На вас ушла прорва сил, милорд.

– Да-а-а, я еще та бездонная бочка. Хочешь, отвезу тебя обратно домой?

Вивьен сразу открыла глаза и села ровно, подобралась. Высвободила руку, которую Сандэр не сразу отпустил.

– Нет. Сегодня тренировка и меня ждут.

У нее теперь была команда. Своя. Она не могла её подвести.

– Что? Лангранж совсем вас загонял? – Сандэр снова сел напротив, натягивая камзол и поправляя под ним манжеты.

Вивьен пожала плечами.

– Не особо. С Шайен Терром мне и посильнее доставалось. – и заметив, как посерьезнел Моро после этих слов, добавила с явным облегчением, глядя в окно: – Мы почти приехали.

– Тебя проводить? – спросил Сандэр, когда экипаж остановился у ворот Академии.

– Я сама. – она опередила его движение, распахнула дверцу и выскочила наружу, как ужаленная, забыв про усталость.

***

Вивьен вышла на полигон и протяжно выдохнула от удивления.

Обычно полупустое учебное поле почти полностью заполонили парни в черной форме факультета Темной магии и темно-синей с Боевого.

Полигон гудел, как гнездо диких лесных пчёл.

Внешне всё выглядело вполне миролюбиво. Но пройдя с десяток шагов вглубь толпы, Вивьен остро ощутила напряжение и тревожность, которыми было пронизано окружающее пространство: косые взгляды, обмен колкими, недобрыми шуточками, взаимная нетерпимость, всеобщее раздражение и неприязнь, и агрессия, от которой дубела спина и покалывала шея.

Между факультетами боевиков и темных магов, редко в каких академиях, складывались дружеские отношения. Вот и здесь «синих» недолюбливали за нагловатое, самоуверенное поведение, недалекость и неизменный головокружительный успех у противоположного пола, «черных» – за высокомерие и вечную претенциозность.

Увести девчонку у парня из магов было делом чести для любого боевика, впрочем, как и наоборот. Но наоборот, случалось крайне редко. Высокородные мальчики брезгливо смотрели на учениц родной Академии, среди которых не было ни одной настоящей леди, а те две единственные красавицы, которые соответствовали их строгим требованиям, были уже крепко и безнадежно присвоены наследниками рода Моро, конкурировать с которыми никто в здравом уме не собирался.

Обучавшиеся в Академии девицы, в свою очередь, млели от горячих и обаятельных боевиков, большая часть которых принадлежала к оборотням, и сторонились мрачных, мстительных и надменных темных магов. Единственным неизменным объектом женского внимания и поклонения уже который год оставался декан Лангранж, красивый, загадочный и неприступный. На него засматривались, по нему тайно вздыхали и обреченно сохли. И на Целительском, и на Артефактологии.

Вивьен пробиралась сквозь толпу, выискивая глазами Ориса и Теодору.

Парни в синей форме, разбившись на небольшие компании, праздно болтали, стараясь скоротать время до начала занятия. Некоторые из них, не тратя время впустую, разминались на тренировочных мечах, остальные поглядывали на них, оценивая старания и подбадривая.

– Эй, мелкий, куда прёшь? – Вивьен больно толкнули в спину, так что она чуть не споткнулась и не упала лицом в землю.

Она развернулась к говорившему, уперлась взглядом в широкую «синюю» грудь и задрала голову вверх. Над ней, по-хозяйски уперев руки в бока и заслонив собой полнеба, нависал здоровенный оборотень.

– Тебя смотреть не учили? Или думаешь, если темный маг, то можешь всех толкать направо и налево, и тебе за это ничего не будет? Даже если невинно пострадает куча народа?

То, что ей при любом раскладе обязательно что-нибудь да будет, она поняла сразу по тону и лицу «невинно пострадавшего». Но Вивьен не хотелось ввязываться в очередную драку. Не все еще забыли о последней.

– Извини, я ищу свою команду и не хоте…

– Слыхали?! Он не хотел… – с издевкой перебил боевик, даже не дослушав ее, и приглашающе обвел глазами стоявших рядом однокурсников, призывая присоединиться к порицанию нахального поведения «черного». – Он слишком торопился, потому что искал свою команду! У господина торопыги-темного мага здесь дела! А мы так собрались, от нечего делать, просто поболтать.

Тон, которым излагал свои мысли здоровяк, не предвещал ничего хорошего. Оборотни почти сразу сомкнули вокруг них плотное кольцо и с предвкушением наблюдали за назревавшей разборкой.

Вивьен обвела взглядом окружившую их толпу. Хоть бы одно сочувствующее или доброе лицо! Нет, здесь никто не собирался ей помогать.

– Меня ждут. Я могу пройти?

Окончание каждой ее фразы тонуло в надрывном хохоте.

– Нет, не можешь. Если ждут, то подождут еще малость… За оскорбление надо отвечать. Или ты не привык?

Оборотень красиво поиграл перед носом у Вивьен мечом, и она начала понемногу терять терпение.

– Какое оскорбление? Я кому-то слово обидное сказала?

– Оскорбить можно и не напрямую… Не проявив должного уважения к старшим. Или пренебрежительным отношением к тем, кто ничуть не слабее, а в чём-то и посильнее тебя будет.

Ладно. Она честно хотела, как лучше.

– Да?.. И в чём же я слабее?..

Освальд Лангранж стоял в компании декана Боевого Факультета и еще нескольких магистров высоко на трибуне. Полигон простирался перед ними как на ладони.

– Что там за бурное веселье? – повернул голову в сторону учебного поля темный маг, привлеченный шумом, свистом, улюлюканьем и подбадривавшими воплями. – Опять твои орлы сцепились, мускулами играют?

Декан боевого факультета, стоявший сложив руки на груди, спиной к полигону, развернулся и несколько мгновений всматривался в происходившее звериным зрением оборотня, а потом усмехнулся вслух:

– Вроде того… Только один мой орел, а второй твой. Вернее, орлица.

Освальд, едва глянув в сторону плотного кольца, окружившего драчунов, выругался, и, утрачивая привычную холодность и сдержанность, почти бегом понесся с трибун вниз на поле, подавая знаки дежурным магистрам на наблюдательных вышках.

– Освальд, да не спеши ты так! – крикнул ему вслед боевик. – У меня крепкие парни, они и не такое выдерживали!

– Какое оружие предпочитаешь в это время дня? – насмешничал оборотень, довольный своим остроумием и заранее предвкушая победу над стоявшим передним смазливым хлюпиком невысокого роста.

– Никакое.

И без объявления войны тот со всей силы врезал ему под колено носком сапога. Боль так резко и остро пронизала тело насквозь, что ноги у оборотня подкосились и он осел на землю. Сделав к боевику быстрый шаг, «черный» ребрами ладоней резко и коротко ударил с обеих сторон по основанию крепкой мощной шеи противника, а затем такой же удар нанес по предплечьям. Выкатив глаза и прошипев ругательство, оборотень начал медленно падать лицом в песок.

Всё испортил декан Лангранж, вихрем ворвавшийся в центр возбужденно галдевшей толпы.

– Вивьен!

Она уже сидела верхом на поверженном боевике с занесенным перед его носом кулаком, и собиралась последним ударом поставить точку в стихийно возникшей дискуссии о тонкостях вежливого общения на территории полигона.

Ошалевший от стремительности происходящего парень лежал по стойке «смирно» и не сопротивлялся по той простой причине, что еще отходил от легкого паралича мышц рук и ног, который ему устроила Вивьен. От собственной беспомощности им овладел небывалый животный страх, который раньше боевику был неведом. Единственное, что он мог делать, это дышать и одуревшими глазами смотреть на неотвратимо приближавшийся к его носу небольшой, но уверенный в своей правоте, кулак.

Декан перехватил занесенную для удара руку и сдернул Вивьен с оборотня, ставя на ноги и разворачивая к себе лицом:

– Вивьен!.. Ты что творишь?!

Толпа зрителей, к которым прибавились и адепты в черной форме, притихла, а затем по ней густой волной, из уст в уста, потекло многократно повторяемое девичье имя, сопровождаемое удивленными возгласами и переглядами.

Декан бросил беглый взгляд на вытянувшегося на земле оборотня и снова обратился к Вивьен, тряхнув ее за плечи.

– Почему он не может двигаться? Магию применяла?

Вивьен, еще находясь в азарте боя, фыркнула, скинула руки Лангранжа и отпрыгнула назад, ощерившись, как дикая кошка.

– Вот еще! – бросила ему с вызовом, сверкая глазами. – Мне на таких идиотов магию жалко тратить!

Лангранж в два шага преодолел разделявшее их расстояние и, схватив ее за локоть, потащил в сторону выхода.

«Синие» и «черные» расступались перед ними, освобождая дорогу. Вивьен оглянулась на поверженного врага. Оборотень не вполне отошел от болевого потрясения и молниеносности произошедшего.

Встретившись с ним взглядом, она грозно скосила глаза к переносице, оскалилась, клацнула зубами, а потом скорчила жуткую рожицу, высунув розовый язык.

По толпе прокатился судорожный ропот, а едва поднявшийся на не слушавшихся его ногах парень, снова рухнул на землю.

– Вивьен! – одернул ее Лангранж, от которого не укрылось ее хулиганство. – Что ты, как маленькая?!.. Довольна, да?

– Нет! Если бы вы явились немного позже, была бы довольна больше!

До выхода с полигона оставалось шагов десять, когда перед ними, как из-под земли, вырос высокий, широкоплечий мужчина в длинном плаще и накинутом на голову капюшоне.

Он преградил им путь.

– А вы что, уже уходите? – произнес насмешливо он. – Как жаль. Сейчас начнется самое интересное…

– Мы вернемся, как только повторим правила посещения Академии и поведения на полигоне. Кстати, Вивьен, познакомься с деканом Боевого факультета…

Незнакомец откинул с головы капюшон, обнажая длинные до плеч белоснежные волосы.

… – Корвелом Праймом.

На Вивьен словно ведро холодной воды выплеснули, она замерла с широко распахнутыми глазами.

– Какая встреча!.. Ну, здравствуй, Вивьен! – заулыбался Корвел. – Давненько не виделись. Ты почти не изменилась с нашей последней встречи. Хотя, что я говорю, стала еще красивее.

– Вы что, знакомы? – неприятно удивился Лангранж, переводя взгляд с Корвела на Вивьен и обратно.

– Да, – с особенным удовольствием протянул декан боевиков, словно они с Вивьен были старыми добрыми друзьями, – нас представил друг другу Сандэр Моро в прошлом году. Летом. Не так ли, Вивьен?

– Так.

– Вивьен! – кто-то старался докричаться до нее сквозь сотни голосов на полигоне.

Она встрепенулась, озираясь, и увидела их. Сквозь толпу продирались Теодора и Орис.

Как вовремя! Нашлись! Она радостно помахала им рукой, в один миг забывая и про Лангранжа, и про Корвела, и про недавнюю драку.

Они подлетели, запыхавшись, ошарашенно рассматривая и ее новый костюм, и короткие волосы, и не сразу обратили внимание на стоявших тут же двух деканов.

Теа даже провела ладонью по замшевому рукаву камзола и коснулась коротких волос Вивьен.

– Орис тебя не узнал, а я сразу догадалась, почувствовала, что это ты… Тебе очень идет, – с восторгом говорила она под смущенное молчание Ориса, – ты такая хорошенькая в этой форме…

– Уже уходишь? – заволновался Орис, почуяв неладное. – Занятие вот-вот начнется! Куда?!

– Не переживайте, она к вам вернется. – сухо произнес Лангранж. – Вивьен, шагай вперед!

– У тебя неприятности? – полушепотом сочувственно предположила Теодора, обращаясь к Вивьен и не рассчитывая, что Лангранж ее услышит. – Нужна помощь? – и когда Вивьен в ответ мотнула головой, погладила ее по плечу. – Держись, всё будет хорошо…

– Вы надолго? – спросил Орис.

– Нет, ненадолго. Вивьен?! – позвал Лангранж не торопившуюся последовать за ним ученицу.

Вивьен выразительно глянула на Ориса и Теодору и нехотя двинулась следом. Орис нахмурился, посмотрел в спину удалявшемуся Лангранжу, и повернулся к декану боевиков.

Тот поймал его взгляд и усмехнулся:

– Что? Даже не поздороваешься?

– Здравствуй, дядя.

Покинув учебное поле, Вивьен и Лангранж шли в полном молчании, и каждый размышлял о своем, но как только полигон остался далеко позади, тишину нарушили оба и сразу:

– Это ты сбежала от Моро год назад?

– Орис – племянник декана Прайма?

Вопросы прозвучали хором, в один голос, как и ответы:

– Да.

И до самого кабинета декана они снова не обменялись ни единым словом.

А в кабинете Лангранжа прорвало.

Сначала он молча указал ей на стул, скинул плащ и когда она села, разразился грозной речью.

– Что за наряд? Кто тебе позволил в таком виде являться в Академию?!.. Ты понимаешь, что здесь не принято, чтобы девушка ходила в мужской одежде? Это не допустимо!

Вивьен нащупала в кармане листочек с выдержками из Устава Академии. Вот не зря полночи потратила, всё-таки пригодился.

– Правилами и Уставом Академии не запрещено, а значит, допустимо. – возразила Вивьен, протягивая Лангранжу листок с выдержками. – Одежда сшита на меня, а значит, она не мужская, а женская.

Ей, всю жизнь носившей и платья, и штаны, такие ограничения казались нелепыми и надуманными. До за глупые ограничения!

– Ты прекрасно понимаешь, о чем я! Как Моро только тебя из дома в таком виде выпустил?

– Спокойно выпустил, даже подвез до Академии. Он с понимаем отнесся к тому, что в платье тренироваться очень неудобно.

После этих слов декан перестал возмущаться вслух, с недовольным видом развернул лист и пробежался по нему глазами.

– Хорт знает что такое! – он смял листок и бросил в ведро для мусора.

И наконец, задал вопрос, который интересовал его гораздо больше:

– А что ты делала в Алгее в прошлым летом?

При чём здесь прошлое лето?.. Она только что устроила на полигоне драку и справедливо предполагала, что ее захотят наказать. Разве он не об этом хотел с ней поговорить?

– Путешествовала.

– Одна?

Какая к хорту разница?.. Вивьен выдержала паузу.

– С будущим женихом.

– От которого после сбежала?

– Это внутрисемейные дела, и я не собираюсь их ни с кем обсуждать.

– Ты Моро даже родового имени не назвала! – по голосу Лангранжа было понятно, что он начал терять терпение.

– Это не помешало ему меня найти!..

Лангранж пробуравил ее мрачным взглядом.

– Столько странных совпадений… – более спокойно произнес он. —Валорийская княжна инкогнито путешествует по Алгеи. В это же время, случайно, где-то на окраине Империи у некоего таинственного мага происходит мощный выброс силы. Туда снаряжают целый отряд инквизиторов во главе с Моро, чтобы во всем разобраться. Там он никого не находит, но на обратной дороге Сандэр убивает Сайруса Крума, с которым опять-таки случайно сталкивается в каком-то лесу. И все до сих пор гадают, зачем черного мага понесло в этот лес, что он там делал и кого искал?.. А может, ты путешествовала не одна?

Конечно, не одна. Она была с Лео.

– Не понимаю, о чем вы? К чему весь этот разговор?

– Ни к чему. Хотел кое-что прояснить для себя.

И как? Прояснил?

– Поговорите с Его Светлостью, мне вам нечего сказать. Всё, что он сочтет нужным, он вам расскажет… Всё? Теперь я могу идти? Меня ждет моя команда.

– Последний вопрос. Не думал, что когда-нибудь буду задавать его леди, тем более принцессе… Правда ли, что ты тогда подралась с оборотнями?

– Нет, неправда. Только с одним.

Вернее, с двумя. Но случай с братом Корвела она и за драку-то не считала. Так, небольшое недоразумение.

Бровь декана удивленно взлетела вверх, в глазах сверкнул озорной огонек.

– С кем-то из задиристых мальчишек Прайма?

– Не совсем. – Вивьен чуть помедлила и осторожно уточнила: – С ним самим…

***

– Юнг, встал и за мной. Живо! – скомандовал Корвел боевику, который понемногу приходил в себя и только-только начинал чувствовать собственные руки и ноги.

Он поднялся и, прихрамывая, поплелся за деканом Праймом. Вместе они подошли в нижнему ряду трибун, где никого не было.

– Какого хорта ты связался с девчонкой?

– Да я не знал, что это девчонка! Я бы ни в жизни, клянусь… От нее ничем не пахло, чтобы понять, кто она!

– А тебя это не смутило? Мозгами забыл воспользоваться?.. Мелкий, худенький, плечи узкие, есть талия, бедра, если присмотреться, даже грудь можно было заметить. И при этом прячет запах. И что, у тебя не возникло никаких подозрений?

– Виноват, не подумал. Я не знал, что у них, – Юнг кивнул в сторону парней в черной форме, – вторая девка есть… виноват, девица… Я видел одну, так она на другом краю полигона с мелким кошаком стояла. – и тут же с испугом глянул на декана. – Виноват! С вашим племянником… А что их две, я не знал…

– Да. Запомни. Их две… Ректор вернул совместные тренировки магов и боевиков, чтобы вы, балбесы, не только мечами и руками махать научились, но и соображать. И делать правильные выводы. Ты хоть понимаешь, что оскорбил валорийскую княжну? Невесту Главного инквизитора?

– А? – парень от неожиданности с размаху сел на лавку, оказавшуюся позади него, так что та жалобно скрипнула. – Она невеста лорда Моро?.. Ну, слава Богам!.. А то мне такое привиделось!

– Ты о чём? – насторожился Корвел и на всякий случай оглянулся, чтобы убедиться, что их никто не слышит.

– Ну, когда она меня того… завалила на землю и… виноват, оседлала… Я в глаза ей глянул, а там тьма… Чернота во всю глубину. Пропасть! Прям как у черных магов!

– Угу, – сложил руки на груди декан, – а черных крыльев за спиной у нее не было случайно?

Юнг на мгновение озадачился и растерянно почесал затылок.

– Не-е-е, крыльев точно не было.

– Уверен? – уже не скрывал насмешливый тон декан.

– Да-а-а, – догадавшись, что Прайм шутит, протянул, расплываясь в улыбке, оборотень, – такое бы все заметили…

***

Лангранж лютовал третий день.

Очередную тренировку он начал с того, что выдворил с полигона всех желающих потренироваться в свободное от учебы время, коих снова набралось слишком много.

Последнюю седмицу на факультете Темной магии творилось странное. Почти всеми потоками всех курсов одномоментно овладела необъяснимая тяга к внеурочным занятиям для оттачивания своих магических навыков. Раньше невозможно было никого на полигон загнать, а теперь выгнать.

В сложившихся обстоятельствах резко взлетели авторитет и популярность рыжего Джойса и Рассела. Под завистливыми взглядами парней, покидавших полигон по настойчивому требованию декана, оба старшекурсника чувствовали себя едва ли не избранными и втайне жутко этим гордились.

Вивьен сидела на траве, обняв колени, нервно перекатывала во рту травинку и исподлобья наблюдала за Лангранжем. Какая муха его укусила?

– Чего он так свирепствует? – не выдержала она, глянув в сторону Ориса, расположившегося полулежа на траве рядом.

– Не догадываешься? – приподнялся на локтях тот. – Ты еще на Теодору натяни обтягивающие портки и посмотри, чем это закончится.

– А чем? – сразу заинтересовалась Теодора.

– Ничем хорошим! – строго зыркнул на нее оборотень.

Теодора прыснула:

– Ты прям как моя тетушка Виола, только хуже!

– Ага. – скривился Орис.

– Кстати, мысль-то дельная…Что думаешь, Теа? – Вивьен бросила на девушку оценивающий взгляд. – В штанах намного удобнее. У меня есть на примете портниха, она прекрасно и быстро справится.

– Даже не думай! – погрозил Теодоре пальцем Орис. – Лангранжа тогда точно удар хватит…

– А что такого? – не сильно испугалась Ориса она. – Я дома верхом всегда ездила в широких штанах, похожих на юбку. И ничего!

– Ты еще и верхом ездила? – Орис с притворным ужасом округлил глаза и картинно вздохнул. – Боги, куда катится этот мир?.. Эдак вы все скоро начнете повально носить мужскую одежду, потом делать мужскую работу, потом сами себе мужей выбирать, потом жить своим умом, а дальше что? Захватите мир и начнете властвовать?

– Мир?.. Я точно – нет. – отозвалась Вивьен. – Слишком много ответственности… К тому же ты не представляешь, сколько для этого понадобится сил и времени. Сначала ты захватишь мир, а потом этот мир, со своими заморочками и проблемами, захватит тебя. А мне нравится свобода.

– И мне. – фыркнула и рассмеялась Теодора.

– А про остальное, значит, согласны?.. О, вон Лангранж сюда идет. Всё, Вив, поднимайся. – Орис встал сам, отряхнулся и протянул ей руку. – Закончилась ваша свобода…

***

Первая схватка завершилась полным и сокрушительным разгромом.

Лангранж дал им короткую передышку, и Вивьен, сидя на скамейке первого ряда трибуны, пыталась отдышаться и пустым взглядом пялилась в никуда.

Настроение было паршивым. Вот интересно, дотянет она здесь того момента, когда у них начнет хоть что-то получаться?

А пока… Орис постоянно переживал по поводу своего резерва и не использовал магию на полную мощь. Теодора боялась сделать что-нибудь не так, и поэтому все время только и делала всё не так. И да, Лангранж оказался прав. Действовать в одиночку ей было проще и привычнее, чем управлять командой. Этому ее не учили ни отец, ни Шайен Терр. Осознание всех вытекавших отсюда выводов ввергало её в еще большие уныние и мрак. Вивьен еще сильнее не хотелось покидать родной мир, бросая здесь всё, что ей было так дорого, где был родной дом. Что толку от бесконечных странствий и путешествий, если тебе некуда после них вернуться, и некому о них рассказать, сидя с чашечкой ароматного отвара у полыхавшего камина?

Теа сидела рядом и виновато, телячьими глазами, смотрела на Лангранжа.

Он, в отличие от них троих, валившихся с ног от усталости, с прилипшими к лбам и вискам от пота волосами, оставался бодр, свеж и просто возмутительно неотразим.

Пока он отыгрывался на Теодоре, но это ненадолго. Вивьен понимала, рано или поздно настанет и ее черёд.

– Вот скажи мне, ты вообще за чью команду радеешь? – ехидным голосом пытал он Теодору.

Теа растерялась.

– За… свою? – пискнула то ли вопросительно, то ли утвердительно она.

– Уверена?

Теа беспомощно посмотрела сначала на Вивьен, потом на Ориса. Орис не выдержал и одними губами подсказал: «Да-а-а». Теа перевела взгляд на декана.

– Д-да…

– Ладно, допустим… Тогда объясни мне, какого хорта ты позволила Расселу беспрепятственно обойти тебя со спины? Ты же его видела…

– Простите… Да, видела… – всхлипнула Теа. – Я попыталась помешать, но у меня не получилось.

– А знаешь почему?

– Нет…

– Потому что ты неправильно рассчитала и не отсекла Рассела, а замкнула в круг своей защиты. И всё!.. Этого оказалось достаточно, чтобы всех вас уничтожить…

– Разве? – недоверчиво всхлипнула Теодора.

– Представь себе!.. Я не понимаю, ведь хорошо же начали! – всплеснул руками Лангранж. – Как можно было так всё испортить?.. Проколоться на таком пустяке?

– Я… я случайно… не сразу сообразила… Простите… простите…

Пока она оправдывалась, Лангранж обратил свой взор на Вивьен.

– Вивьен, почему киснем?

Она уставилась на декана.

И правда? Чего ей киснуть?! У нее же такая команда! И проблем нет! Вот просто ни одной… Живи да радуйся.

– Что у тебя с магией?

Вивьен сразу встрепенулась. А что у нее с магией?

– Нормально всё.

– Я заметил, что у тебя магический поток стал рваным, нестабильным.

– Вам показалось.

Не показалось. Она и сама почувствовала. Пока это проявлялось слабо и редко, но признаки были тревожными. Похоже, приближалось то, о чем предупреждал ее дядя Лариус.

Лангранж пришил ее к месту долгим изучающим взглядом, но Вивьен не дрогнула.

– Ладно, в целом уже немного лучше. – помолчав, смягчился декан, и Орис, уныло слушавший его, сразу просветлел лицом и приободрился. – Но работы предстоит еще очень и очень много, так что не расслабляемся… Ты меня понял, Орис? – тот с готовностью закивал. – Отлично. Даю еще пять минут и возвращаемся на поле.

И пошел к сидевшим неподалеку Расселу и Джойсу отдавать очередные указания. Орис подождал, пока Лангранж отойдет подальше, и радостным шепотом объявил:

– Слыхали?!.. Он нас похвалил!

– Из жалости. – остудила его пыл Вивьен. – Чтобы мы окончательно не скатились в бездну отчаяния.

– Вовсе нет. Ты сама говорила ему, что надо верить в учеников… Он в нас поверил! Мы заслужили… Наконец-то! – и поймав осуждающий взгляд Вивьен, пояснил: – Я понимаю, Вив, ты привыкла всегда побеждать…

– Ты нарываешься сейчас, да, Орис? Предупреждаю, у меня сегодня не то настроение…

– Я не нарываюсь, я объясняю… Мы-то с Теодорой раньше и того, что сейчас делаем, не умели… И мы не можем сравнивать себя с тобой, это бессмысленно. Мы можем сравнивать себя только с самими собой, какими мы были раньше. И есть заметная разница, правда, Теа?

– Ну… не знаю… – засомневалась Теа. – У меня и раньше не очень получалось, и сейчас пока тоже…

– Хватит рассиживаться! По местам! Туда, где я расставил метки! – крикнул Лангранж, прерывая их обсуждение, и они, дружно вздохнув и переглянувшись, гуськом вяло потянулись на поле.

Вивьен прошла чуть дальше, чем обычно, к красному флажку. Остановилась, осматриваясь. На поле остались только они втроем. Лангранж встал далеко у трибун, Джойс и Рассел куда-то исчезли. Она повертела головой. Что-то новенькое. Теперь на них будут нападать из-под покрова невидимости? И пока она, крутясь на месте, размышляла, заметит ли Лангранж ее магические щупы, или, может, лучше посмотреть через ауры, Теа неожиданно закричала:

– Вивьен, сзади! – и ударила со всей силы в появившегося из ниоткуда за спиной Вивьен Рассела.

Вивьен, уворачиваясь от прямого попадания, успела мельком глянуть на Теодору и заметить, – если ей только не показалось, – что волна магии у той формируется не только из источника в центре чуть ниже ключиц, но и изо лба, потом увидела летевший прямо на нее сгусток огненно-оранжевого цвета, привычно выставила магический барьер, и только когда ее сбило с ног и сдернуло с места высоко вверх и опрокинуло в стремительном полете из-за мощных встречных потоков воздуха, она сообразила, что магических сил у неё нет. Совсем.

Вивьен отшвырнуло, как тряпичную куклу, далеко за край поля. Защита кулона-артефакта смягчила падение, но от столкновения с землей тело сдавило болью.

Она потеряла сознание.

***

Потолок был невыносимо белым, без лепнины и росписи. Идеально чистым и скучным, как в лазарете. Он тошнотворно покачивался и плыл.

А?.. В лазарете?..

Вивьен заволновалась и пошевелила руками, провела ими по телу, потом подвигала ногами. Вроде всё на месте и целое. А что не так?.. Надо вспомнить, как она сюда попала. Мысль не успела помчаться дальше, как над ней нависло что-то темное и расплывчатое. Вивьен с трудом сосредоточилась на странном пятне. Смотреть на него было болезненно и неудобно. Она вдавила голову в подушку в попытке отстраниться и разглядеть его получше. Дымка медленно рассеялась, являя ее взору встревоженное лицо декана факультета Темной магии.

– Очнулась!.. Слава Богам, она очнулась! Вивьен, ты меня слышишь?.. Видишь?.. Назови мое имя.

Лангранж?..

Тихий стон вырвался быстрее, чем она успела сообразить и сдержаться. Только не он! Сейчас снова затянет своё любимое про безопасность и умение работать в команде. Вернее, неумение. Как там учил отец?.. Чтобы выиграть время, противника нужно сбить с толку чем-нибудь неожиданным.

– Декан Лангранж?.. – иссохшими губами произнесла Вивьен. – Вы такой красивый, когда улыбаетесь…

– Что?.. Кажется, бредит. – сказал он кому-то, обернувшись назад.

– Пить…

– Я позову целителя и принесу воды, – раздался негромкий тревожный голос Ориса из-за спины Лангранжа, и спустя несколько мгновений скрипнула дверь.

Вивьен оперлась на локти, Лангранж помог ей, и она села на кровати, свесив ноги.

Комната качнулась, но сильные руки бережно обняли за плечи и поддержали. Тонкий мужской с легкой отрезвляющей холодинкой, аромат приятно окутал Вивьен со всех сторон.

– Всё? Сидишь?.. Я отпускаю?

– Кажется, да…

– Как ты себя чувствуешь? Голова кружится?

– Немного…

– Что-то болит?

Она пока сама не поняла, может, и болит. В последних воспоминаниях всплыли резкий взлет, переворот в воздухе, и неумолимо быстро приближавшаяся к ней трава полигона. Или она к траве… И еще неприятная пустота в груди. А сейчас?.. Она повела плечами, сбрасывая остатки навалившейся после обморока тяжести и дурноты.

Вот же хорт! Сейчас силы хоть отбавляй!

Вивьен вцепилась ладонями в края кровати, чтобы не завалиться спиной назад, медленно обвела комнату мутным взглядом. У противоположной стены на кушетке, больше похожей на диванчик, по-детски подложив ладони под щеку, спала Теодора.

– Ой… – глядя на неё, только и смогла сказать Вивьен.

– Да, вот так… Теодора очень испугалась за тебя. Её трясло от рыданий, – пояснил декан, – магистр Хорум дал ей успокоительных капель, и ее сморило.

Лангранж принес стул, стоявший в ногах диванчика Теодоры, поставил напротив Вивьен и сел.

– Почему ты не закрылась? Ты же видела, что она атаковала.

Видела. Она продолжала любоваться безмятежным видом спящей Теодоры.

– Вивьен, посмотри на меня.

Она едва слышно вздохнула и перевела взгляд на декана. Ей только допроса сейчас не хватало.

– Что с твоей магией? Откуда такие колебания? Это из-за них у тебя не получилось?

Вивьен молчала и смотрела на Лангранжа. Его лицо было очень приятно разглядывать: породистое, смуглое, с большими ярко-карими влажно блестящими глаза и четко очерченной изогнутой линий век с длинными ресницами, густыми черными бровями, правильным с горбинкой носом и крупным ртом.

– Вивьен? – не выдержал декан, пока она, не смущаясь, водила глазами по его лицу.

– Я не знаю. Со мной такое впервые.

Лангранж испытывающе смотрел на нее.

– Это правда.

– Верю.

– Меня тошнит. – предприняла попытку прекратить неприятный разговор Вивьен.

– Немудрено после всего случившегося. Я даже удивляюсь, как ты так скоро пришла в себя… Магистр Хорум сказал, что ты восстанавливаешься с ошеломительной быстротой.

Дверь распахнулась и на пороге появились Орис и Пармус Хорум. Вивьен мысленно поблагодарила всех Богов, они спасли ее от дальнейших объяснений наедине с деканом.

– О, миледи, наконец-то! – обрадовался целитель.

Орис подошел и сунул ей в руки высокий прохладный бокал с водой, в который она жадно вцепилась и начала пить, наблюдая, как декан к ее немалому облегчению, уступает насиженное место целителю.

– Я могу попросить оставить нас? – обратился Пармус к оборотню и Лангранжу.

Декан кивнул Орису в сторону двери, оба вышли, и Вивьен, наконец, оторвалась от бокала с водой.

– Ну-с, – целитель дождался, пока дверь закроется, и потер ладони, улыбаясь, – как самочувствие? На что хотите пожаловаться?..

Вивьен задумалась.

Да много на что. И много на кого…

На отца, который до сих пор не вернулся из экспедиции, на дядю, который подписал помолвочный договор, на Его Светлость Сандэра Моро, который виноват во всех ее бедах, на черных магов, из-за которых в ее жизни всё пошло кувырком, на Лангранжа с его вечным недовольным лицом, на Теодору, которая не может сосредоточиться и бьет куда попало, на Ориса с его вечными страхами, на жизнь в целом…

Список был длинным. Раньше как-то всё по-другому было, спокойнее, что ли, предсказуемее. Вивьен с тем же любопытством, с каким десяток минут назад изучала Лангранжа, теперь рассматривала Пармуса.

Он напоминал ей айка Яфа Нагури.

Те же густые снежные волосы, высокий чистый лоб, лучики морщин, разбегавшиеся от внешних уголков глаз к вискам, глубокий взгляд. Та же суховатая поджарая фигура и прямая спина. Целитель удивительным образом располагал к себе, с ним хотелось поделиться всеми своими бедами. Ну, почти всеми.

– Немного кружится голова и болит плечо…

– Плечо было выбито, пришлось его вправить. А голова… после такого удара… Я сделал что мог, к вечеру отпустит. Как же вас так угораздило, миледи?.. Декан Лангранж сказал, что у вас наблюдались магические рывки, и я, опасаясь за ваше здоровье, позволил себе немного глубже изучить вашу ауру. – Вивьен настороженно уставилась на него. – Не бойтесь, миледи, ничего лишнего я не сделал, на вас такая защита, что с ней и захочешь – не сладишь… В целом у вас всё хорошо, но мое внимание привлекла одна небольшая странность. В одном месте, на уровне головы имеются насечки со странными блеклыми вкраплениями. Их сразу-то не заметишь, они словно прячутся, и они очень сильные. Подозреваю, что вы можете чувствовать от них некоторую подавленность, возможно, угнетенность. Может это из-за них?

– На мне нет чужого влияния. – уверенно возразила Вивьен.

– А это не чужое. Я бы, скорее, отнес это к разновидности самоограничения.

– Как это?.. Разве такое бывает?

Пармус пожал плечами.

– Я не силен в темной магии, миледи, я светлый маг, целитель, у нас такое невозможно…

– Подождите… Хотите сказать, что блок наложен мной?

– Похоже на то.

Может, в этом и кроется причина непонятной гнетущей тяжести, что она испытывала всегда.

– А можно понять, как давно это у меня?

– Думаю, давно. Лет восемь, а то и все десять, точно.

– А снять его можно?

– Скорее всего, да. Но тут я вам не помощник. Видеть – вижу, а вот снять не смогу… Возможно, это по силам вашему отцу. Ведь его зовут Вальтер?

– Вы его знаете? – оживилась Вивьен.

– Вот старость, – с горечью усмехнулся Пармус, – поразительное дело, что творит с памятью… Я ведь только сегодня понял, что был знаком и с вами, и с вашим отцом. Еще в первую встречу в доме Его Светлости почувствовал, что похожую ауру видел когда-то давно… И только сегодня вспомнил где и когда.

– И где же? – заерзала на кровати Вивьен.

– Много-много лет назад в далеких Землях Драконов… Я ведь и сам валориец, а на чужбине земляков начинаешь особенно ценить. Вот и я обрадовался, когда встретил его. Дело в том, что чужаков драконы не жалуют. Они свои земли считают священными, и люди там – большая редкость… Вы тогда были совсем крохой, года два или три… Темные кудри, большие синие глаза с длинными ресницами, очаровательный носик и пухлые розовые щечки, как у куколки. И все время улыбались или смеялись, всё-то вам чудно было… Драконы чуть вас не выкрали, у них какое-то древнее предсказание к тому времени выискалось… – Пармус нахмурился, вспоминая. – Уж и не помню какое… Ваш отец быстро сообразил, что к чему, и домой отправил вас … Ох и злились же эти ящеры на него. Но он молодец, выкрутился и в прекрасных отношениях с ними остался. Не каждому такое по силам. Да, такие вот дела…

– Жаль, совсем не помню ни драконов, ни вас. – расстроилась Вивьен. – И отец никогда ничего не рассказывал.

– Ну, ему видней было, как правильно поступить… Сколько лет прошло с тех пор, вы совсем взрослой стали. Красавица, невеста уже. Кстати, про драконов…

Пармус обернулся в сторону Теодоры.

– Одного вы точно знаете.

– Теа?

Вивьен подскочила на месте, сразу забыв про болячки.

– Да. Правда, нечистокровный… Полукровка, а может, и на четверть… Мне не довелось познакомиться с ее матерью, чтобы узнать.

– Но у нее аура обычного человека! – засомневалась Вивьен, вглядываясь в Теодору.

– Так что ж с того? До первого оборота, если таковой когда-нибудь случится, она и останется человеческой.

Вот это новость! Вивьен притихла, обдумывая слова целителя. Внезапно ее осенила догадка:

– А что у драконов магия есть?

Хорум кивнул.

– Они весьма могущественные магические существа, миледи.

– И она как-то по-особенному проявляется?

– Не изучал этот вопрос, но допускаю, что да, не так, как у обычных магов… Драконы они вообще особенные. У них всё не такое, как у наших оборотней, а все сложнее, жестче, сильнее. И чувства, и ощущения, и действия, и сила… Ну и по размерам они в обороте огромны.

Ха! Вот почему у Лангранжа ничего не вышло. Он учил Теодору, как обычного темного мага, а она дракон! Может, у них все по-другому?

– А это точно? – кивнула в сторону Теодоры Вивьен. – Ну, что дракон?

– Я могу ошибаться, но есть некоторые признаки… Необычный, довольно редкий для людей цвет глаз. Золотисто – желтый. У драконов я такой встречал сплошь и рядом. И взрослеют они позднее. Ну и огромная магическая сила.

Да, силы у Теодоры было хоть отбавляй. Вивьен поймала себя на мысли, что всегда, неосознанно, считала ее намного младше себя.

– Но на самом деле, – помолчав и дав Вивьен время осмыслить новости, продолжил целитель, – я хотел поговорить с вами не о Теодоре, это так, к слову пришлось. А о вас.

– Обо мне?

– Да… Декан Лангранж, упомянул в разговоре, что наблюдал у вас проблемы с магией. И когда он сюда вас принес, ваш источник еле теплился, а потом резко начал вбрасывать в кровь магию и восстанавливать кости, связки. На моих глазах ваша аура менялась. Это было весьма необычное и впечатляющее зрелище… – подытожил магистр Пармус. – И мне тут в голову пришла одна мысль…

Пармус положил ладони на колени и потер их так, словно у него ныли суставы, помолчал.

– Слышали ли вы когда-нибудь, моя госпожа, об абелитах? Может быть отец вам о них рассказывал?

Вивьен задумалась и уверенно покачала головой:

– Нет.

– Крайне редкая разновидность магов. Настолько редкая, что их давно никто не видел, и все о них забыли… Есть упоминания в древних манускриптах, одни только легенды дошли до наших дней. Так вот… Первый признак абелита – это меняющаяся магия… Она перетекает из светлой в… – целитель сделал паузу, кашлянул в кулак, отчего Вивьен внутренне напряглась, – … темную и обратно, может вплетать в эту цепочку любую, абсолютно любую известную магию в мире, или даже все… Абелиты – эдакие метаморфы от магии, могут воспроизвести любую магию, с которой хоть раз сталкивались.

Вивьен слушала целителя, вспоминая, как легко «заразилась» черной магией и отец не мог избавить ее от этого проклятия, и как неожиданно заполучила в управление четыре ведьминские стихии на инициации в ковене Семи Лун прошлым летом.

– Вы знаете, кто такие метаморфы, миледи?

– Да.

– Абелиты были самыми сильными и крайне опасными магами. Весьма жестокими и мстительными, почти непобедимыми… Их не любили, боялись, ненавидели. Но почитали… Есть предположения, что некоторые из них умели создавать новые миры …

– Я ничего такого не умею делать. – растерянно прошептала Вивьен и замолчала, испуганно глядя на Пармуса. – Я – не абелит…

Она часто заморгала, растерянно глядя себе под ноги. Нет. Это невозможно. Такое отец бы не стал скрывать от нее. Ведь не стал?

– Да я ни в чем вас не обвиняю, миледи, не беспокойтесь. Я не болтлив, и не мое это дело. Да и расскажи я такое хоть кому, мне никто и не поверит…

– Мне бы хотелось узнать об абелитах поподробнее. Где о них можно почитать? Или кого спросить?

– Боюсь, спросить о них некого. А вот почитать… Попросите Его Светлость обратится к Святейшему Оракулу, у него богатейшая библиотека, наверняка там найдется что-нибудь о них… Я помню только очень старую легенду, – продолжил Пармус, – мне ее рассказывала еще моя матушка… В ней говорилось о кровожадном Боге-абелите Аресезе, которого низвергли другие Боги, устав от его постоянной жажды крови и войн. Они создали против него союз, чтобы вместе победить его, и когда Арезес понял, что ему не миновать гибели, то запер часть своей божественной силы в особом сосуде и спрятал его в одном из миров. Он думал, когда вернется к жизни, – а он очень рассчитывал переродиться, – она ему понадобится. И его верный слуга, Хадим, в одной из книг зашифровал описание того места. Видимо, Арезес боялся, что память может подвести после перерождения… Кстати, с именем Арезеса старые маги раньше связывали появление у нас черной магии. Они считали, что черная магия и есть часть его спрятанной силы, которую кто-то разбудил.

– Кто-то нашел эту записку и использовал?

– Вроде того. Но это всего лишь легенда, миледи… Я, знаете ли, люблю всякие легенды собирать. Да вот, хотя бы про Азуринью… Слышали такую?

– Да, отец рассказывал.

– Это одна из моих любимых…

Вивьен спускалась по ступенькам здания лазарета. Магистр Пармус признал ее вполне здоровой и способной самостоятельно отправится домой. Теодора так и осталась спать на диванчике.

На лавочке внизу ее терпеливо ждали Орис и … декан Лангранж. Смотрелась эта компания странно. Оба поднялись, едва завидев ее.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Лангранж.

– Хорошо.

– Я провожу тебя до… – в один голос начали они с Орисом и удивленно посмотрели друг на друга.

– Орис, ты на сегодня свободен. – отрезал декан.

– Но я хотел…

– Я сказал свободен.

– Ладно. – обиженно сверкнул глазами оборотень. – Пока, Вив, увидимся!

И, не оглядываясь, поплелся по тропинке к жилым корпусам Академии. Вивьен сощурилась ему вслед и пошла по дороге в сторону парка, на выходе из которого ее, как обычно, ждал экипаж.

– Что сказал магистр Пармус? Почему он отпустил тебя?

– Он сказал, что я здорова и могу возвращаться домой.

Вивьен еще находилась под впечатлением от услышанного и продолжала оставаться задумчивой.

– Завтра придешь на занятия?

– Что? А, да, приду… Декан Лангранж?

– Да?

– У вас, случайно, нет среди знакомых дракона?

– Кого?

– Хотя вряд ли… Ладно, это я так, размышляю вслух. – Вивьен ускорила шаг.

– Вивьен, Вивьен, подожди… Какого дракона? Зачем он тебе?.. Что ты задумала?

– Ничего, я пошутила!..