(Не) свободные

Глава 20

Маркус

Поговорить с Оливией не получилось.

Маркус даже не успел сойти с постамента, как его схватил за руку отец и потянул в сторону, подальше от любопытных глаз.

Давление его хищника было таким сильным, что собственный зверь зарычал, неуверенно стоя на лапах. Выдержать гнев старшего очень сложно, почти невозможно. Сколько раз в юности отец ломал его, сколько раз давил своим авторитетом, заставляя совершать поступки против воли.

Если раньше это было понятно и даже правильно (юный оборотень во время полового созревания легко мог утратить контроль над зверем), то сейчас такое давление воспринималось как насилие.

Маркус вздрогнул, напрягаясь и готовясь к боли. Но даже несмотря на это отказываться от Оливии он не собирался и готовился бороться до конца.

– Ты что творишь? – рыкнул Аркор-старший.

Его чёрные глаза блеснули яростью, а зрачок удлинился, показывая, до какой степени пожилой мужчина был взбешен и как близко подошёл к краю.

– Сказал лишь то, что считаю нужным, – с трудом произнёс Маркус, очень медленно, через силу и превозмогая боль, выпрямившись и стойко выдержав взгляд отца.

– Они не пара! Шарлотта и этот человек. Ты же отлично это знаешь! Она проверяла это еще четыре года назад.

Давление не уменьшилось, но откуда-то взялись силы бороться.

– Я это знаю, ты знаешь, её родители и родственники. Но все остальные, – молодой оборотень, расправив плечи, кивнул в сторону гостей, которые, не стесняясь, громко обсуждали произошедшее, – они-то ничего не знают. Даже больше скажу: им всё равно. Да, Шарлотта и Фергюсон не пара, отмеченная Луной, но кого это сейчас волнует? Пара — это вообще редкость. Разве отсутствие метки помешало вам с матерью создать нормальную семью?

– Ты помог им! – проигнорировав вопрос сына, рыкнул мужчина.

– Помог, – не стал отрицать Маркус. – Сказал, что надо делать, организовал эту вечеринку. Теперь, когда всем всё известно, повернуть назад просто невозможно. И на этот раз замять скандал не удастся. Хочешь лишить меня наследства, выгнать с должности? Давай, я сопротивляться не стану. Большой мальчик, найду работу у наших конкурентов. Думаю, они захотят получить меня к себе. А Фегрюсон молодец, этого у него не отнимешь. Столько лет упорной работы, труда, и всё для того, чтобы приблизиться к Шарлотте, чтобы вынудить взять его в фирму.

Чем больше он говорил, тем сильнее менялось лицо отца. Черты заострялись, деформировались, удлинялись клыки, грозя порвать кожу на губах, а радужка глаз светлела, из чёрной превратившись в золотистую.

– Ты должен всё исправить! – через силу произнёс пожилой мужчина. – Немедленно.

– Не должен, – вырываясь из его захвата, произнёс оборотень. – Я свой выбор сделал, отец, и тебе стоит его принять.

– Ты всё затеял из-за этой рыжей шлюхи?

Как, оказывается, легко вернуть силы и уничтожить контроль старшего, превратив его в пыль.

Последние оковы спали, стоило услышать оскорбления в сторону ведьмы.

– Я не буду просить тебя извиниться и даже сделаю вид, что не слышал. Только потому, что ты мой отец и я слишком тебя уважаю. Но скажу всего один раз, только один: никогда не смей так говорить о ней.

– Она же ведьма, сын. Ведьма! – вновь попытался достучаться до него старый оборотень. – Очнись, таких много вокруг. Хочешь спать – спи. Но жизнь зачем себе ломать?

– Таких больше нет, – уверенно ответил Маркус.

– Ты так в этом уверен? Знаешь девчонку всего пару дней, а уже решил… что решил-то? Что влюбился? В ведьму?

Он не стал лгать и четно признался:

– Не знаю, любовь ли это, но Оливия мне нужна. Сколько это продлится – день, месяц, год, всю жизнь, – не хочу знать. Буду жить сегодняшним днём.

– Сегодняшним? – переспросил Аркор-старший. – О чём ты, сын? Разве этому я тебя учил?

– Нет. Но я верю своим инстинктам, и они кричат о том, что она та самая. Даже без метки, Оливия та, что мне нужна.

– Она околдовала тебя, – прошептал отец. – Свела с ума.

– Не надо, отец, ты делаешь только хуже, – покачал головой мужчина и отступил. – Надеюсь, когда-нибудь вы с матерью сможете принять мой выбор.

– А я надеюсь, что ты скоро одумаешься.

Маркус вышел в зал и быстро осмотрелся, пытаясь найти Оливию. Она стояла у окна во время его речи, но сейчас там никого не было. Да и не ощущал оборотень её в комнате. Неужели ушла?

Мужчина быстро пошёл к выходу, игнорируя шепотки, обращения и попытки его остановить или задержать. Хотя кое-кому это удалось.

– Маркус, что здесь происходит? – встав на пути друга, быстро спросил Кайл.

– Ты же сам всё слышал.

– Тот бред, что ты нёс? Слышал, а теперь хочу узнать у тебя правду. Где Шарлотта?

– В храме с Фергюсоном.

– Ты позволил какому-то человеку забрать её?!

– Она сама ушла, по собственной воле. От меня ничего не зависело.

– Шарлотта твоя невеста! – с нажимом произнес Кайл.

– Уже нет. И это стоит принять, – покачал головой Маркус и, развернувшись, пошёл прочь.

В холле он внезапно застыл, услышав, как администратор на ресепшен громко шепталась с одним из служащих.

– Говорят, чуть живая. Маг делает, что может, но сам понимаешь. Теперь вот скорую ждем. Лишь бы успела.

– Да, такой скандал нам не нужен. Репутацию испортит.

И вроде ничего особенного, а сердце в груди вдруг сжалось. Повернувшись, мужчина пристально взглянул на девушку.

– Какую скорую?

Администратор ойкнула, и глазки забегали.

– Да это... так…

– Я задал вопрос: кому вызвали скорую?

– Женщине стало плохо, – нехотя отозвалась она. – Домик номер пять.

Оливия…

Оливия

– Что здесь происходит?!

Отчим ворвался в спальню как раз в тот момент, когда нашими общими усилиями (моими и молодого мага из отеля, который, несмотря на юный возраст и трясущиеся руки, оказался весьма толковым лекарем) удалось более-менее стабилизировать состояние мамы. Она не пришла в себя, и пульс всё еще был нитевидным, но по крайней мере он был, и кожа из синюшной стала белой.

– Я хочу знать, что здесь происходит? Что вы делаете у постели моей жены? Кто вообще позволил здесь появляться?! – орал оборотень и тут же нашёл виновного. – Это ты!!!

Палец был направлен в мою сторону, как и взгляд безумных хищных глаз.

– Опять ты! Пошла вон!

– Иди сам! – крикнула я, продолжая держать за руку и осторожно вливать в неё силу, буквально по капельке.

Больше было просто нельзя. Мама была человеком, и любое резкое вмешательство могло только ухудшить состояние. Это как запустить слона в посудную лавку, пытаясь за раз вынести всё. Несколько неправильных и неточных движений – и всё будет уничтожено.

– Осторожнее, – тихо попросил маг, который сидел с другой стороны.

От него не укрылось моё состояние.

– Ты! – взревел отчим, сжимая кулаки.

Клянусь, прыгни он на меня сейчас, я бы без раздумья спалила ему всю рожу. И угрызений совести по этому поводу точно не испытывала бы.

Но возникший за его спиной Маркус моментально скрутил мужчину, заблокировав и не давая тому возможности даже шелохнуться.

– Пусти, – прохрипел Форстор, давясь слюной и вытаращив глаза от натуги. – Пусти…

– Успокойся, – резко приказал молодой оборотень, и силу зверя я отследила даже своим ведьминым чутьём.

Форстор обмяк, скривился и разом вспотел.

До чего же жалкое зрелище.

– Да я… только… что они здесь делают?

Маркус поднял на меня взгляд и быстро спросил:

– Что случилось?

– Мама, – ответила я, стараясь проглотить ком, вставший у горла. Вот только держалась, готова была бороться со всеми, а стоило ему появиться – и слёзы сами собой накатили. – Она пыталась покончить с собой, таблеток наглоталась. Если бы я не зашла… а ведь я не собиралась, то…

Договорить не получилось. Ком разросся до гигантских размеров и совсем перекрыл голосовые связки. Шмыгнув носом, я замолчала. Собственно, больше можно было ничего не говорить, и так всё понятно.

Маркус отпустил Форстора, и тот, застонав, отполз в сторону, потирая плечо.

– Как она? – спросил Аркор, шагнув ко мне.

– Уже лучше.

– Удерживаем, – коротко бросил маг и вдруг широко улыбнулся. – Дотянем до скорой, а там вытащат. В больнице её мигом на ноги поставят.

– Никаких магов! – очнулся отчим. – Мою жену будут осматривать только оборотни.

– До больницы оборотней лишних двадцать минут, – покачал головой маг. – Могут не довезти. Да и зачем такие сложности? У магов её примут, тем более если вы повезёте.

– Я сказал, к оборотням! – рявкнул отчим, вскакивая со стула, и тут же вновь осел под суровым взглядом Маркуса. – Алита моя жена и мне решать! – закончил он не очень уверенно, и глазки забегали туда-сюда.

– Если она твоя жена и ты так печёшься о её здоровье, то должен спасти её. Поумерь гордыню и включи мозг. Мы отвезём её в больницу магов.

– К-какое право ты имеешь здесь командовать?! То, что ты Аркор, не делает тебя старшим! – срывающимся голосом заметил отчим и снова встал, поправляя пиджак. – Пока я старший в этой семье, поэтому я и буду решать.

Чего он так упёрся в эту больницу?

– Я не буду с тобой спорить, – ответил Маркус совершенно спокойно. – Просто сделаю так, как считаю нужным. Захочешь меня остановить – попробуй.

Именно в этот момент тишину отеля нарушил вой скорой, которая въехала в ворота.

Прибывшая бригада быстро погрузила маму на носилки, подключила какие-то датчики, приборы и понесла в машину.

Я побежала следом, боясь оставить её даже на мгновение.

– В больницу магов, – велел Маркус, забираясь вместе со мной в машину скорой и присаживаясь рядом.

– Ведьма? – бросив на меня взгляд, спросил врач. – Кем приходится пострадавшая?

– Мать, – ответила я, находя ладонь мужчины и благодарно сжимая.

Его поддержка мне сейчас была нужна как никогда. Оборотень тут же обнял за плечи, прижимая к себе.

– Всё будет хорошо, – шепнул на ушко и невесомо поцеловал в висок.

– Тогда примут, – заявил мужчина и крикнул водителю: – Трогай.

Следующий час пролетел как в тумане.

Быстрая дорога с мигалками, в течение которой я не сводила взгляда с бледного лица матери, мысленно умоляя её держаться, обещая ей всё на свете. Потом приёмное отделение, оформление каких-то документов, которые взял на себя Маркус. И долгое, очень долгое ожидание у белых дверей.

– Я принёс тебе чай, – произнёс оборотень, присаживаясь рядом и вручая мне пластиковый стаканчик с горячей жидкостью.

Надо же, а я не заметила, что он куда-то уходил.

– Спасибо, – произнесла я, взяв стаканчик, но пить не спешила, пытаясь согреть озябшие ладони.

Огненная ведьма и замерзла. Это же невероятно, невозможно. Но я действительно мёрзла.

– Всё будет хорошо, – вновь произнёс мужчина.

Я кивнула, глядя перед собой.

– Её вытащат, подлечат. Я договорился о полном обследовании. Ты понимаешь, что потом ей будет нужна специализированная клиника?

Снова кивнула.

Клиника. И весьма дорогая. Что я могла продать? Квартиру, салон? Да всё что угодно, если Чарльз оставит это имущество мне. Главное, чтобы вытащили, чтобы спасли. А там я найду средства поставить мать на ноги.

– Я помогу, – произнёс оборотень. – Твой брат сейчас где?

– Форстор определил его в частную школу, – ответила я. – Он приезжает домой только на каникулах.

– Ясно. Ему надо будет сообщить.

– Отчим должен сказать, – заметила я, не став уточнять, что со сводным братом мы очень мало общались.

Снова тишина.

Маркус ласково коснулся моего плеча, провёл по щеке.

– Лив…

– М-м?

– Посмотри на меня.

Это оказалось сложнее, чем я думала. Мне понадобилось секунд тридцать, чтобы заставить себя поднять голову и взглянуть на мужчину. И еще секунд десять, чтобы тот лёд, который сковывал сердце, начал медленно таять, а вместе с ним стали просыпаться чувства.

Осторожное прикосновение тёплых губ, от которого сердце ухнуло вниз. А вместе с ним и стаканчик с чаем, выскользнувший из ослабевших пальцев.

– Ой! – выдохнула я, шарахнувшись в сторону, и неуверенно улыбнулась.

– Ну вот, – с облегчением произнёс мужчина, щелкнув меня по носу. – Такой ты мне нравишься намного больше.

– Спасибо. За всё.

За то, что рядом, что не дал погрязнуть в страхе, что сдержал отчима, за улыбку и тепло, которое согрело озябшую душу.

– Обращайся.

Пришедшая уборщица, бросив на нас недовольный взгляд, заставила встать и отступить к окну.

Гроза за окном уже закончилась, и небо постепенно начало светлеть.

– Чарльз и Шарлотта действительно пара? – спросила я, вспомнив о вечеринке.

– Нет. Они не пара и не отмечены богиней, но это не мешает им любить друг друга и мечтать быть вместе.

– Чарльз и Шарлотта… никогда бы не подумала.

– Они умело скрывались. По-другому никак. Четыре года назад их уже разлучали.

Я кивнула, задавая самый главный вопрос:

– Так я свободна? Он даст мне развод?

– О тебе сейчас Фергюсон думает в последнюю очередь, но документы подписаны и находятся у моего адвоката. Он уже начал бракоразводный процесс. Учитывая ваш брачный контракт, он будет коротким.

– Ты знал и помогал им, – уверенно произнесла я.

– Да. У меня свои причины не желать этого союза, – проведя ладонью по моему плечу, отозвался оборотень и обаятельно улыбнулся.

А я не могла не улыбнуться в ответ.

– Ты хитрый лис.

– Или просто наглый волк, который никогда не упустит своего, – наклоняясь к моим губам, шепнул Маркус.

– А разве я твоя? – усмехнулась я, когда расстояние между нашими лицами сократилось до десятка сантиметров.

– Ты еще этого не поняла?

Громко поставив ведро в специальную тележку и топая, уборщица прошагала мимо, заставив нас оторваться друг от друга и переглянуться.

– А что твоя семья? – спросила осторожно, возвращаясь на неудобный пластиковый стул.

– А что моя семья? – присаживаясь рядом и вытягивая длинные ноги вперёд, поинтересовался мужчина.

– Как они отреагировали?

– Предсказуемо. Они примут. Надо просто немного времени.

– И что дальше? – откидываясь на удобную спинку и скрестив руки на груди, спросила я.

– А что дальше? – снова нацепил на себя непонимающий вид мужчина, но я по глазам видела: играет.

– Издеваешься?

– Нет. Просто не думал, что ты такая прагматичная.

– Я? – искренне удивилась в ответ, развернувшись к нему всем корпусом. – Я прагматичная?

– Ну да. Лично я не хочу думать о будущем. Не хочу строить планы.

– Ты?! – фыркнула в ответ и многозначительно на него глянула. – Да быть такого не может. – Да у тебя на лице написано, что ты педант, который любит, когда все разложено по полочкам и идёт строго по инструкции.

– Видишь, как ты на меня влияешь? – отозвался мужчина.

– На комплимент не очень похоже.

– А зря. Это комплимент. Ты делаешь меня другим, заставляешь по-новому взглянуть на мир, – серьёзно ответил Маркус. – Это… интересно.

– Смотри, перегоришь, – ответила ему тихо.

– И не мечтай, Лив. Не перегорю и не сгорю, как бы ни старалась одна огненная ведьма, – подаваясь ко мне, тихо произнёс оборотень. – Я всё еще хочу тебя. Так, словно не было этих ночей вместе… больше. Намного больше.

– Но метка…

– Она мне не нужна, чтобы понять, что ты не просто очередной каприз.

В этот момент дверь открылась и на пороге появился маг в белом халате. Взъерошенный, уставший, что-то просматривающий в пачке бумаг, которую сжимал в руке.

Подняв на меня воспалённые глаза, он удивленно заморгал и неуверенно произнёс:

– Оливия?