(Не) свободные

Глава 14

Маркус

Даже в мокром купальнике Лив была горячей.

Вкусная, сладкая, обжигающая. Стоило только коснуться её, провести рукой по гладкой шелковистой коже, как все благие, да и вообще любые, мысли испарились, расстаяли дымом, оставив только жгучее первобытноe желание.

Схватить, прижаться к разгоряченному женскому телу, вдавливая в себя так сильно, словно желая стать единым целым. С силой провести по спине, опускаясь к талии оттуда к упругим ягодицам, накрывая одну из них. Сжать, смять, напиться ей, иссушить до дна. Словно этот безумный, обжигающий огонёк мог согреть его заледеневшую душу вечного циника.

И Лив отвечала. Сначала замерла, словно пойманный зверёк, а после со всей страстью ответила на поцелуй, приоткрывая рот, скользя ладонями по его плечам, зарываясь пальцами в волосы.

Едва слышный стон, сорвавшийся с её губ, подстегнул на более решительные действия.

Тонкая ткань купальника обтягивала словно вторая кожа, не оставляя даже намека на фантазию. Зато воскрешала воспоминания о грешной, безумной ночи, которая невидимой нитью связала их обоих. Теперь Маркус был в этом совершенно уверен. Пусть метки не было, пусть это всего лишь сумасшествие зверя, пусть у неё есть муж. Какое это имело значение, когда они вместе? Когда его руки продолжают лихорадочно скользить по округлому телу, не переставая целовать сладкие губы?

Прорычав что-то неразборчивое, оборотень впечатал её в каменную колону, которая удерживала крышу. Рука нетерпеливо дернула лямку купальника вниз, стремясь освободить упругую грудь, да и всё тело.

Оливия дернулась в его руках, словно пыталась вырваться. Зверь внутри протестующие зарычал и это глухое ворчание разрушило тишину беседки, возвращая в реальность. Ту самую реальность, где она была замужем, а он помолвлен с другой.

Ведьма нашла другой способ оттолкнуть мужчину - просто взяла и до крови прокусила его губу.

Охнув, Маркус отскочил в сторону, прижимая пальцы к ранке. И это не разозлило, а скорее еще больше взбудоражило внутреннего хищника.

- Ты что творишь?! - прошипела Оливия, дрожащими руками поправляя лямки купальника, приглаживая влажные волосы.

Аркор ничего не ответил, просто стоял и смотрел, как ведьма подняла с деревянного пола свои вещи и шляпку.

Да и что он мог сказать в своё оправдание? Какие слова должен был подобрать, чтобы объяснить свои поступки?

После тяжелого и неприятного разговора с отцом, ноги сами принесли его сюда. Маркус знал, что это неправильно, нельзя было им встречаться и уж тем более было сумасшествием уединиться в беседке, где их в любой момент могли застать. Но доводы разума были бессильны, когда дело касалось рыжей ведьмы.

Вот и сейчас от одного только взгляда на неё, у мужчины болезненным узлом закручивалось всё внутри.

- Ты хоть понимаешь, что будет, если нас кто-то обнаружит? Если просто кто-то увидит вместе? – продолжала шипеть Лив, даже не пытаясь скрыть гнева.

Но, Луна! Как же ей это шло. Припухшие от его поцелуев губы, покрасневшие щеки, сверкающие расплавленным золотом глаза. Если уж сгореть, то с ней, от её рук.

- Это всё что тебя беспокоит? – хриплым от сдерживаемого желания, поинтересовался Маркус.

Застыла на мгновение, скользя по нему пристальным взглядом.

- Я же просила оставить меня в покое.

- Просила, - не стал отрицать оборотень. – Просто я не могу.

- Признайся сразу, ты просто не хочешь. Тебе понравилось играть мной, как кошка с мышкой.

- Нет, - твёрдо произнёс мужчина. – Я не могу. Хочу, но не могу.

Молодая женщина вздрогнула, отступая на полшага и мотнула головой.

- Я знаю, что у вас означает укус. Отец Туор рассказал мне. Но метки нет! Посмотри же! – Оливия повернулась боком, убирая волосы с шеи, демонстрируя совершенно чистую и гладкую кожу. – Смотри! Ничего нет!

- Ты дрожишь и голос срывается, - заметил Маркус, отследив её реакцию, почувствовав горьковый вкус страха и тревоги.

Ведьма чего-то боялась и тщательно старалась скрыть.

Зажмурилась на мгновение, словно собираясь с силами. И потом, взглянув на него, тихо попросила:

- Оставь меня, пожалуйста. Для тебя это игра, новые ощущения, а для меня жизнь. И ты… ты можешь лишить меня её.

Маркус тут же напрягся.

- И что это значит?

Она мотнула головой, направляясь к выходу.

- Оливия, я задал вопрос. Фергюсон тебя обидел? Он тебе угрожал?

- Мои отношения с мужем касаются только нас с Чарльзом. Не вмешивайся! – резко заявила молодая женщина и собралась уже уходить, когда внезапно более пристально его оглядела.

- Замри.

- Что?

- Руки за спину и не двигайся.

Его брови поползли вверх.

- Ролевые игры? Не думал, что ты такое любишь.

- А ты меньше думай и не двигайся, - положив вещи на скамейку, заявила Оливия, подходя ближе. – Тебе нельзя в таком виде возвращаться.

Мужчина опустил глаза осматривая себя. Оказывается, рубашка и брюки успели промокнуть и немного испачкаться в песке.

- Я высушу, но не советую мне мешать иначе могу и обжечь.

- Понял, - усмехнулся Маркус, послушно убирая руки за спину и застывая.

Ведьма подошла ближе и осторожно провела рукой по его груди. Дыхание тут же сбилось и сердце в груди застучало быстрее.

- Ты обещал, - повторила Оливия, заметив, как он дёрнулся.

Сушка заняла не более тридцати секунд, которые показались для мужчины вечностью. Но только всё было завершено, как она отступила, подхватила вещи и собралась уходить, но неожиданно застыла на нижней ступеньке.

Обернувшись, Лив вдруг произнесла:

- А ты знал, что Чарльз и твоя невеста когда-то были очень близко знакомы?

И не дожидаясь ответа, ушла, оставив оборотня одного.

Маркус вышел из беседки не сразу. Сев на лавочку и вытянув вперёд ноги, мужчина некоторое время просто сидел, сложив руки на груди и уставившись невидящим взглядом в решетчатую стену напротив, увитую густой растительностью.

Подумать ему было о чём. Во-первых, как он оказался в такой ситуации, что готов поставить всё на кон, ради непонятной, запретной и в какой-то мере преступной связи с ведьмой? Ну, а во-вторых, что теперь с этим делать? Отступить и забыть обо всём, как о сне? Просто «Здравствуйте - до свидания»? Быстро просмотреть договор с Фергюсоном и вернуться к обычной жизни? Не смотреть, не думать, не ждать?

Интересное предложение, которое имело мало общего с действительностью. Даже не думая и не вспоминая об Оливии, Маркус всё равно чувствовал её приближение, знал, где она и что делает. Её аромат преследовал его везде, а глаза не давали спать по ночам.

Как сбежать от самого себя? Да и разве хочется это сделать?

«Для тебя это игра, новые ощущения, а для меня жизнь. И ты… ты можешь лишить меня её»…

Нет, это не просто оговорка, не просто фраза, которая должна была отвадить его от неё. За ней скрывалось что-то другое, личное и опасное.

Если подумать, то Маркус всегда мог отступить и всё бросить. Так почему бы не провести небольшое расследование? Из чистого любопытства и только?

Мужчина встал со скамейки и вышел из беседки, повернув голову в сторону пляжа, откуда слышались приглушенные женские голоса и смех.

Шарлотта. С ней тоже не мешало поговорить, но не сейчас. Если Оливия сказала правду, то надо подготовиться, раздобывать факты, выждать удобный момент и ударить.

Красивое лицо мужчины исказилось от предвкушающей, хищной улыбки, которая не затронула заледеневших чёрных глаз.

Аркор очень не любил, когда его обманывали или вводили в заблуждение. Очень сильно. И Шарлотта отлично это знала.

Мужчина неспеша направился к главному входу, поднялся по лестнице, когда ему на встречу выскочил Кайл. Молодой мужчина, перепрыгивая через две ступеньки явно куда-то спешил, но, увидев друга, резко затормозил.

- О, привет! – широко улыбнулся оборотень, откидывая с лица рваную светлую чёлку. – Ну как? Оливия привела тебя в чувство?

Маркус едва не споткнулся, резко вскидывая голову.

- Что? – быстро переспросил Аркор, впиваясь взглядом в улыбающегося друга.

Кайл заморгал, пытаясь понять, что сказал не так.

- Ты же был в «Огненной лилии»? – не уверено поинтересовался Моритор. – Или передумал.

Маркусу понадобилось несколько секунд, чтобы усмирить зверя. Внутреннему хищнику совершенно не понравилось, как другой оборотень говорил о Лив, какая у него была улыбка и так далее. Пришлось напомнить ему, что Кайл друг, ревновать не имеет смысла и лучше успокоиться, чтобы не привлекать лишнее внимание.

- Да, - медленно ответил оборотень, скользнув взглядом по площадке перед отелем и размышляя о том, стоит ли сказать Кайлу о том, что Оливия здесь.

С одной стороны, надо было. Что будет, если они случайно встретятся здесь? А с другой, очень сильно не хотелось.

- Удалось пробиться к Оливии? – склонив голову на бок, спросил оборотень.

И то, как именно Кайл произносил её имя, зверю тоже сильно не нравилось. Странно, Фергюсон не вызывал такой злости, как лучший друг. Может, потому что он не был оборотнем?

- Да, - убирая руки в карманы брюк, кивнул молодой мужчина. – Получилось.

- Ну и как? – снова улыбаясь спросил Кайл. – Правда она классная?

Зверь опять зарычал. И Маркусу пришлось мысленно шикнуть на него.

- Ми Даррен отличный специалист, - уклончиво отозвался он.

- А какая женщина, - мечтательно закатил глаза друг.

Это хорошо, что он не успел отследить, как полыхнули гневом чёрные глаза Аркора прежде, чем тот сумел успокоиться.

- Ведьма, - напомнил Маркус.

- Ой брось, не думал, что ты приверженец расовых предрассудков, - отмахнулся Кайл. – В конце концов, я не собираюсь на ней жениться, всего лишь секс.

Мужчина с трудом смог прикрыть рычание кашлем.

- Как знаешь, - просипел Аркор, - твоё дело. Я пойду, а то дел много.

- О, точно, - хлопнул Кайл себя по лбу. – Я же опаздываю. Давай, созвонимся! И расслабься, а то смотреть страшно.

Маркус кивнул и продолжил путь, быстро вбегая по ступенькам и входя внутрь отеля. Оттуда сразу в кабинет.

Закрыв дверь, оборотень некоторое время стоял, прижавшись спиной к двери и устремив взгляд в потолок. Холодный душ бы сейчас.

Позже.

Вернувшись за стол, Маркус включил ноутбук и потянулся за телефоном.

Аркору понадобилось три часа, чтобы узнать всю подноготную отношений Чарльза Фергюсона и Оливии Даррен. Пришлось на кое-кого надавить, прижать и даже поугрожать, а кому-то и дать небольшую сумму в качестве благодарности за услугу.

Крутанувшись в кресле, оборотень уставился в окно, потирая подбородок, чувствуя, как легкая щетина покалывала на коже.

Итак, что мы имеем? Самоуверенного, амбициозного человека, который решил влезть на ступеньку выше. Сначала дружба с Форстером, который в тот момент успел хорошенько прогореть и даже заложить дом. А затем неожиданный брак с его невесткой.

Оливия Даррен, дочь известного мага Оливера Даррена, который погиб во время испытаний пятнадцать лет назад, оставив дочери небольшое состояние. Правда, от него благодаря стараниям Форстора, через несколько лет ничего не осталось. Мало того, этот оборотень отправил непокорную падчерицу в спец клинику для лунатиков.

Маркус поджал губы с силой сжимая ручку, которая, не выдержав напора, разломилась напополам.

Он слышал об этой клинике и жестоких методах, которые там практиковались. Оборотню сложно было там выжить, но каково юной рыжей ведьме? Как она смогла пережить всё это и не сломаться?

Немудрено, что после произошедшего она ушла из дома и начала самостоятельную жизнь.

Попыталась…

Маркус взял из лотка принтера лист с характеристикой неблагонадёжной ведьмы и копию докладной записки.

Губы скривились в злой гримасе.

Судя по всему, непокорная Оливия отказала начальнику, который стремился залезть ей под юбку и в следствие чего лишилась работы и жилья.

И тут как принц появился Фергюсон.

Фиктивный брак? Похоже на то. Они редко появлялись вместе, всегда на званных вечерах или банкетах. Лив сопровождала человека как примерная жена, поддерживая миф об идеальной семье. Но больше ничего общего.

Маркус взял следующую распечатку.

Квартира и салон были записаны на Фергюсона. Кроме того, оборотню удалось заполучить копию брачного контракта, по которому Лив ставили в жуткие условия и рамки. Если она надумает подать на развод и каким-либо образом дискредитирует себя, то лишится всего. Мало того, заплатит огромную неустойку с шестью нулями.

Вот что ведьма говорила, когда просила не ломать ей жизнь. За провал сделки и роман с оборотнем Фергюсон отомстит именно жене, разом лишив всего.

Если только Маркус не вмешается.

Конкретного плана не было, для него нужно время, но кое-какие мысли в голове уже были. Ну а пока… пока ему надо поговорить с невестой.

Шарлотта расположилась в общей гостиной на первом этаже. Блондинка лежала на животе, устроившись на диване и потягивала из трубочки коктейль. Вокруг разместились подруги, которые тут же замолчали, стоило ему войти.

- Добрый вечер, - произнёс мужчина. – Шарлотта, нам надо поговорить.

- Что?

Оборотница вскинула голову, бросив на него недовольный взгляд.

- Поговорить, - обманчиво ласковым тоном повторил Маркус. – Прямо сейчас. Это важно.

Её подруги оказались догадливее. То ли металл в голосе уловили, то ли во взгляде что-то заметили, но не прошло и трёх минут, как модели, собрав свои пожитки, скрылись прочь, вяло попрощавшись на выходе.

- Ты испортил нам вечеринку, - мрачно произнесла Шарлотта, выпрямляясь на диване и закидывая ногу на ногу. – Как всегда, - добавила она, размешивая трубочку в стакане с коктейлем.

На него не смотрела, но напряглась, явно готовясь к скандалу.

- Ничего не хочешь мне рассказать? – поинтересовался мужчина, медленно шагая по комнате.

- Если ждёшь, что я буду извиняться за то, что посвятила твоих родителей в наши проблемы, то не дождёшься.

- Я не про это, - отмахнулся Маркус. – Твоё право унижаться и рассказывать МОИМ родителям о СВОИХ проблемах.

- Почему же моих? Это у тебя не встаёт, - ехидно отозвалась невеста, бросив на него косой взгляд.

- Ошибаешься. Встаёт, но не на тебя. Так что проблема твоя, если именно ты не смогла возбудить своего будущего мужа.

Стакан с коктейлем пролетел через всю комнату и с грохотом врезался в стену.

Лед, осколки стекла, кусочки фруктов: всё это осыпалось на пол, оставив после себя грязный и влажный след на поверхности.

- Ненавижу тебя! – выдохнула Шарлотта, вскакивая с дивана. – Как же я тебя ненавижу!

А Маркус в свою очередь с тоской подумал, как же это всё его достало. Каждый раз одно и то же. Истерики, крики, разбитая посуда, слова ненависти и обещания отомстить. Почему-то мужчина был на сто процентов уверен, что после свадьбы, которую все так ждут, ситуация не изменится, а возможно даже ухудшится.

Провести с истеричкой всю свою жизнь, заключить брак, который уже сейчас раздражал до боли в зубах. Рожать детей, изображать счастливую ячейку общества из года в год. Маркус внезапно почувствовал себя загнанным в ловушку, из которой нет выхода.

У родителей получилось построить идеальную семью, у него не выйдет. И уж точно не с Шарлоттой. Когда-нибудь оборотница достанет его так, что он не выдержит и свернёт её шейку.

- Ненавижу! Ненавижу! – продолжала вопить невеста, швыряя в разные стороны подушки, журналы, какие-то статуэтки.

Не в него, так бы молодая женщина не рискнула. Она просто всё расскидывала, давая возможность гневу выплеснуться или просто изображала истерику. Временами Маркусу казалось, что ей это нравилось. Изображать из себя страдающую, вечно несчастную и угнетённую злобным женихом, ходить с кислой миной на лице и тоскливо вдыхать, мечтая о прекрасном принце. Это же так романтично.

- Ты спала с Фергюсоном? – напрямик спросил Аркор, внимательно наблюдая за её реакцией.

Шарлотта застыла в нелепой позе, медленно опуская руку, в которой сжимала очередную безделушку, что хотела швырнуть. На лице растерянность, в глазах страх. Подавить его она не успела.

- Я задал вопрос. Ты спала с Чарльзом Фергюсоном? И не надо спрашивать кто это. Ты отлично знаешь, именно с его женой ты развлекалась сегодня на пляже в компании своих подруг.

Безделушка выскользнула из ослабевших рук и с гулким ударом приземлилась на ковёр. Шарлотта сглотнула, пытаясь пригладить золотистые волосы.

- Я знаю кто это, - нервно отозвалась она, - только не понимаю откуда такие вопросы.

Руки трясутся, голос дрожит, глаза бегают.

- Давно? – сухо поинтересовался Маркус, возобновляя своё путешествие по комнате, обходя её, словно хищник жертву, медленно описывая круги, подбираясь всё ближе.

Её зверь чувствовал и трясся вместе с хозяйкой, поджав хвост и жалобно поскуливая.

- Что, давно? – взвизгнула Шарлотта. – В чём ты меня подозреваешь? И вообще! Ты же знаешь всех моих мужчин, сам говорил.

- Говорил, - согласился мужчина и задумчиво произнёс. – Значит, это было до объявления о помолвке.

Судя по тому, как она вздрогнула, угадал.

- Три года назад? Или четыре? Всё-таки четыре.

Даже возможно больше, если вспомнить, что браку Фергюсона и Оливии почти четыре года. Сомневаюсь, что он женился на одной и в то же время крутил роман с другой. И не просто с другой, с Шарлоттой. Та конкуренции бы не потерпела, даже фиктивной.

- Это всё твои фантазии! Доказательств нет!

- Надо же какая интересная постановка ответа. Доказательств нет и не будет. Так? Но ты не отрицаешь, что роман с человеком у тебя был.

Оборотница задержала дыхание и затравленно взглянула на него.

- Тебе плевать на мои романы, что значит один человек. И… Это было давно! Очень давно! Он женат! На ведьме!

Маркус кивнул, продолжая медленно подбираться к ней.

- А не Фергюсон ли тот самый человек, побег с которым твоя семья предупредила несколько лет назад?

Судя по тому, как часто Шарлотта задышала и как сникли плечи, именно так оно и было.

- Значит, он, - подытожил Маркус. – Интересно.

- Что тебе интересно? – взвизгнула Шарлотта и затряслась всем телом. – Прошло столько лет! Оставь его в покое! Оставь! Я не знала, что он будет здесь! Ничего не знала!

- Как ты его защищаешь, неужели так дорог? – неприятно усмехнулся оборотень, вызывая у невесты жалобный всхлип.

- Что ты хочешь? – Оборотница подняла на него полные слёз глаза.

Впервые она не играла, не бесилась, не устраивала истерик, открывшись и став удивительно беззащитной и жалкой.

- У меня к тебе предложение, - медленно произнёс мужчина.

- К-какое предложение?

- То самое, которое освободит нас обоих от навязанного брака.

- Что?! – просипела она, всё еще боясь ему поверить. – Ты же всегда был за, всегда поддерживал родителей, несмотря на мои просьбы.

- Я передумал. Но проблема в том, что нас так просто не отпустят. На что ты готова пойти, чтобы освободиться от меня?

Шарлотта жадно облизала губы, не сводя с него воспаленного, немного безумного взгляда.

- На всё.

- Отлично. Тогда нам придётся некоторое время работать вместе. Потерпишь?

- Да!

- Тогда слушай моё предложение.