Наследник Тени. Том II

Глава 4 Болезненный сон

Аркенстрок отдалённо напоминал Москву с её вечно суетливыми жителями.

Ох, уж эти «захватчики нерезиновой»…

Помню, поначалу меня это сильно раздражало, ибо в Питере никто и никуда не спешил. Все на очень спокойном, как говорит молодёжь — «вайбе».

А когда я сам пару раз побывал в столице нашей необъятной родины, то мне всё стало понятно. Нет, ну а что? Если бы у меня дорога от работы до дома занимала несколько часов — я бы, вообще, передвигался только бегом!

Но Москва и Питер даже рядом не стояли с местным колоритом.

Всюду сновали местные жители и гости Аркенстрока в самых разных нарядах. От обычных туник до цветастых халатов из невиданных тканей. Сразу видно — город-порт.

На каждом шагу, кто-нибудь предлагал товары или услуги. И чем ближе мы подходили к базару Аркенстрока, тем громче нас зазывали, на что-нибудь посмотреть, или что-нибудь купить.

Вот он — маркетинг средневекового фэнтези!

— Это… что? — я указал на огромную клетку, в которой сидел гуманоидный ящер. Вот это здоровяк! В нём росту два с половиной метра. А мышцы, как у заядлого бодибилдера.

— Аскен — разумная рептилия. — ответила Эйра, внимательно разглядывая торговые палатки городского базара.

— Но почему он в клетке?

— Потому что, аскены — бывшие кровные враги Его Королевского Величества. Они пытались захватить местные земли, но Король мало того, что отбился, так ещё и поработил их расу. Теперь все аскены — рабы.

— Навсегда⁈ — ужаснулся я.

— Зависит от настроения Короля. Но пока они даже одного поколения не отпахали. Поэтому, возможно, в будущем ветер изменит направление. — пожала плечами Госпожа Слэйт: — Контрибуция оказалась слишком высокой. А за грехи отцов всегда будут платить дети. Такова жизнь.

— Не люблю эту фразу…

— Ну, что я могу поделать, если реально — такова жизнь? О! Нашла! — Эйра взглядом указала на нашу цель.

Анна Брускефф — одна из подруг главной демоницы сидела в самом мрачном углу и пыталась продавать небольшие букетики из ярко-жёлтых цветов. Никогда таких не видел…

Нелепый бутон из рваных лепестков, которые втыкались в центр, формируя жалкую пародию на тюльпан. Вкуса у меня, как такого — никогда и не было, но даже я считал эти цветы некрасивыми.

Теперь понятно, почему девчонка подрабатывала у суккубов.

Но меня смущало другое. А сколько ей лет? Дай бог — шестнадцать! И уже преступница. Хотя, по внешности и не скажешь.

Выглядела она максимально просто. Большие голубые глаза, как у ребёнка и пушистые коровьи ресницы. Во взгляде читался лёгкий романтический инфантилизм и полное отсутствие интеллекта.

Одета девчушка была в старое платье, которое больше напоминало поношенную монашескую робу. И судя по многочисленным швам и заплаткам — данная одежда повидала некоторое дерьмо. Много некоторого дерьма.

— М-да… — протянула Эйра: — Что-то она не сильно похожа на сообщницу суккубов.

— Скажу больше — мне, вообще, кажется, что Анэва её… Как бы это помягче сказать? Нае… дурачивает. — согласился я: — Она выглядит, как типичная дурочка.

— Вот не надо оскорблять чистейшее дитя! — возмутился кот и хлопнул пушистым хвостом по земле, подняв небольшое облако пыли: — Она совсем невинна… В её голове только искренность!

— И глупость.

— Рив! — возмутился Вас и ткнул меня мордой в плечо.

— Ощущение, что цветы у неё покупают чисто из жалости.

— Какая разница? Главное, что покупают! Поверь, это не самый мерзкий способ заработать на жизнь. Оу… — кот пригляделся к толпе местных жителей, среди которых шёл один из полуросликов, которых мы вытащили из моря: — Да, это ж Тиша! Хэй! Маленький братишка! Ты как?

Однако полурослик никак не отреагировал. Мне, вообще, показалось, что он под запретными веществами или гипнозом… В глазах читалась пустота и отрешённость.

— Чего это он? — удивился я.

— Может быть, только сейчас осознал, что потерял своих друзей? — предположил кот: — Такое бывает. Когда осознание приходит лишь со временем… И потом ходишь, как в воду опущенный.

— Скорее всего. Может, стоит ему помочь? — предложил я.

— Нет! — строго отрезала Эйра: — У нас сейчас другое задание в приоритете. С полуросликами разберёмся позже. — Госпожа Слэйт поправила капитанскую треуголку и уверенным шагом направилась к девчонке: — Возможно, это наш единственный ключ… И мы придём к наместнику не с пустыми руками.

Быть детективом, конечно, здорово. Но лично я всегда терялся в хитросплетениях расследования. Надеюсь, в будущем мне такое будет попадаться реже.

— Привет, красавица! По чём букетик? — поинтересовалась Капитанша и максимально дружелюбно улыбнулась.

— Здравствуйте! Три эскудино. — огромные голубые глаза невинно посмотрели на Эйру.

— Вот. — Госпожа Слэйт протянула три медные монетки.

— Пожалуйста! — Анна радостно вручила небольшой букетик из семи цветков.

— Спасибо большое! Кстати, как они называются?

— К сожалению, истинного названия никто не знает, поскольку моя мать единственная, кто выращивает подобные цветы. Но мы с мамой называем их элриками.

— Элрики, значит? Красивые!

— Правда? Я тоже так считаю! А ещё они очень вкусно пахнут, если поставить их возле открытого окна. Элрики стоят долго! И могут жить с небольшим количеством пресной воды. Здорово, правда?

— Действительно. — казалось, что Эйра и сама искренне радовалась купленному букету. Ох уж эти девчонки: — Слушай, тебя же зовут Анна?

— Да. — кивнула девчонка: — А вас?

— Эйра. Эйра Слэйт.

— Ого! А вы, случаем, не тот самый капитан, про которого поёт наш бард?

— Возможно. Только вот, про что же он поёт?

— Про то, как вы храбро сражаетесь с исчадиями! И что у вас красивая попа…

— Ну, надо же. — улыбнулась Эйра: — Не думала, что слухи обо мне добрались до Аркенстрока.

— Поверьте мне на слово — вы здесь самая настоящая легенда! — огромные глаза девчушки заблестели: — И мне очень приятно, что такие люди, как вы — тоже восхищаются элриками. Но, что-то мне подсказывает… что вы здесь не из-за цветов?

— Всё верно. Я приехала по одному очень важному делу.

— Правда? Но… в Аркенстроке совсем нет монстров! У нас всё тихо и спокойно. Город, как город. Иногда даже скучно… — вздохнула Анна.

— А как же твои рогатые подруги?

— Госпожа Анэва? О! Что вы? Она очень хорошая! Только вот… её семья очень стесняется своих рогов. — оглядевшись по сторонам, тихо прошептала девчонка, словно раскрыла для нас страшную тайну: — Поэтому, им приходится прятаться. Но иногда Госпоже Анэве становится очень тоскливо! И я привожу для них компанию. Ведь вместе всегда веселей. Мне так мама говорила! А ещё… Госпожа Анэва платит по четыре альбы за каждого весёлого гостя. Правда, я совсем не понимаю, почему? Но мама говорит, чтобы я не задавала глупых вопросов… И продолжала приводить к Госпоже Анэве весёлых гостей. Мама ругается, если я долго этого не делаю.

Абьюзивно-эксплуатационные отношения с родителями. Чудесно! Видимо, этот грех весьма распространен не только в моем родном мире…

— Вот как? Что ж, интересная у вас дружба. Но Госпожа Анэва решила помочь мне и вступила в команду.

— Правда? Жаль, конечно. Госпожа Анэва очень милая. Но я за неё рада! — улыбнулась девчушка: — А вот мама явно расстроится…

— Госпожа Анэва вольна выбирать свой путь.

— Выходит, теперь она будет охотиться на монстров вместе с вами?

— Не только на монстров. Кстати, ты не встречала здесь драконов?

— Как же? Встречала! Мы с ним… «приятели по несчастьям».

— Это он так сказал?

— Ага. Но я считала его другом… Дориан показал мне, где растут дикие, но очень вкусные яблоки. Мы иногда ходили туда беседовать. Он рассказывал мне про свои невероятные приключения, когда был рыцарем! Это было та-а-ак интересно…

— Ты знаешь, где он сейчас?

— Дориан внезапно пропал. Но я видела, как совсем недавно он летел к Чёрной скале. Это там… — Анна указала на горный хребет: — Там большущее поле с высокой травой! И на одной из вершин лежит яйцо золотого дракона.

— Это яйцо Дориана?

— Нет. Он не знает, чьё. Но очень переживает! Дориан слишком чуткий к чужим бедам. И это вызывает у меня странное ощущение… Смотрю в его глаза, а внутри всё пылает. А потом резко замерзает. Не понимаю этого. Возможно, заболела. А ещё я смеюсь над его несмешными шутками. Не знаю, почему… Само получается.

— Так, значит, они смешные? — предположил Вас.

— Нет. Я рассказала одну маме. Она ударила меня скалкой по голове и сказала помыть язык. — с грустью ответила Анна.

— Бедолага. — вздохнула Эйра и погладила девчушку по голове: — Выходит, Дориан сейчас на Чёрной скале?

— Я не знаю. У него есть крылья. И он может улететь, куда угодно в любое время. А ещё у него появилась другая «приятельница по несчастьям». Она, вроде, хорошая… Но меня, почему-то очень злит, когда они общаются. Дориан сказал, что она поможет добыть яйцо.

— Что за другая приятельница?

— Бледная девочка со страшными глазами. Дориан сказал, что она хорошая. А лично я так не считаю. — Анна очень мило надула щёчки: — Только вот, не могу объяснить, почему.

— Так, а у бледной девчонки со страшными глазами есть имя?

— Ванда… Говорят, она беглая принцесса. Но это лишь слухи. Понимаете… Бледная кожа — признак высшего сословия. Но я в этом сильно сомневаюсь. Ванда не похожа на принцессу. Совсем-совсем не похожа!

— Почему?

— Принцессы воспитаны! И ходят в дорогих платьях. А Ванда ругается… Ходит в обносках. И смотрит на меня так… Плохо очень смотрит. Особенно, когда они общались с Дорианом. Я чувствовала, словно… меня обокрали. Плохая Ванда! И никакая она не принцесса.

— Хм… Интересно. Спасибо, Анна! — Эйра вручила девчонке ещё две серебряные монеты.

— За что? — удивилась Анна.

— За хорошее настроение.

— Это слишком много…

— Хорошее настроение — бесценно. — заключила Госпожа Слэйт, и потрепав девчонку по светлым волосам, повернулась ко мне: — Что ж, теперь у нас появились зацепки.

— А вы уверены, что Дориан и Искрёнок — это один и тот же дракон? — уточнил я.

— Драконы — существа редкие. Особенно, если речь идёт про молодых ящеров. Осталось только поговорить с наместником Гриндлом, а затем… есть очень большой шанс, что нам предстоит отправиться в горы.

— А у нас есть оборудование? — поинтересовался я.

— Руки и ноги. Большего и не надо. — усмехнулась Эйра и жестом позвала нас за собой.

Бледная девчонка со страшными глазами и дракон, который переживал за яйцо сородича… Однако, загадочная история намечается.

Прям, как говорил великий: «Ничего не понятно, но очень интересно».

Наместники в этом мире выполняли роль мэра и губернатора… В общем, были основной региональной властью. И Господин Гриндл не являлся исключением.

Огромное поместье напоминало слегка уменьшенную версию Петродворца. Единственным серьёзным отличием был шикарный двор с прудом и парком. Ну, и в самом здании виднелись вставки из ярко-красного гранита. Подобного в великолепном архитектурном творении Императорской эпохи я не припоминал.

— Госпожа Слэйт… — понурый, но при этом весьма широкий мужчина с аккуратными бакенбардами, что плавно переходили в короткостриженую бороду, поприветствовал нас. Выглядел он весьма уставшим… Глаза покраснели, а под ними уже сформировались здоровенные мешки, в которые белки могли бы с лёгкостью укомплектовать свои запасы на зиму: — Рад приветствовать вас! Ни в чём себе не отказывайте и… Чувствуйте себя, как дома.

— И я рада встрече, Ваше Сиятельство. Вижу… вы совсем убиты горем?

— Смею заметить, что Его Сиятельство ничего не пьёт и не ест с самого момента пропажи Господина Искрёнка. — подметила пришибленная сова, которая вновь уселась ко мне на плечо.

— Вы не понимаете! Он… Он мой лучший друг! — казалось, что ещё немного и здоровенный наместник взвоет: — Я не знаю, где он. Я не знаю, что с ним. Это сводит меня с ума… Но с другой стороны — а с вами было бы иначе, если бы ваш лучший друг внезапно сбежал из дома и пропал?

— Простите, а кто дал ему имя «Искрёнок»? — уточнил я: — Разве он не Дориан?

— Дориан — слишком грубо! А Искрёнок — идеально передаёт его характер. — пояснил убитый горем наместник.

— Простите, Ваша Светлость… Но, может, стоит пригласить гостей к чаю? — предложил миниатюрный дворецкий, которого было невидно из-за широкой спины Гриндла.

— Ох, действительно! Спасибо, Жеран… Я стал слишком рассеянным в последнее время… — проведя массивной ладонью по лицу, ответил наместник: — Может, чаю?

— Воздержимся! — Эйра аж выставила ладонь в знак отказа: — Боюсь, что дело не требует отлагательств. Ибо сами понимаете — сейчас каждая секунда на вес золота.

— Госпожа, вы такая проницательная… — с мощным грохотом здоровяк рухнул на колени и сжал меня в жестких объятиях. А его слёзы и сопли начали быстро стекать на моё аттире охотника. Прекрасно! Благо, что я был человеком сердобольным и весьма эмпатичным, посему приобнял бедного наместника и даже утешающе похлопал по спине.

— Пушиня ввела нас в курсе дела. И мы уже начали расследование. Опросили некоторых возможных свидетелей. Но для полноты картины мне необходима информация от вас.

— Я весь внимание! — Гриндл посмотрел на Капитаншу заплаканными глазами.

— Скажите, вы знаете Ванду?

— Бледноликую? Конечно! Кто ж её не знает… Моя жена с ума из-за неё сходит!

— В плане?

— Ох… Это долгая история. — вздохнул наместник: — Дело в том, что мой кузен… Чёрт его дери — обожает розыгрыши. Особенно, его страсть проявляется ко всяческим зачарованным шутихам и артефактам, при помощи которых можно издеваться над родственниками. В один не самый прекрасный день, этот олух притащил ко мне в поместье волшебное зеркало. Торжественно вручил его моей жене и сказал, что это зеркало говорит правду и только правду. А чтобы проверить — сказал уточнить у зеркала, кто самая прекрасная женщина в Аркенстроке. Чтоб ему пусто было… Нет, Рамлей — красавица, каких свет не видывал. Но я же не ходил и не разглядывал всех девушек Аркенстрока! Да и красота — вещь очень относительная, как мне кажется. Для кого краса — для кого коза-дереза. Но моя ж поверила… Повесила зеркало! Спросила у него… А оно ей и выдало, что никого краше моей Рамлей во всём Аркенстроке не найти. Ох, какая важная она ходила! Нос задрала… Вся такая из себя. Правда, в один не самый прекрасный день всё изменилось. Зеркало выдало, что теперь самой красивой девушкой в Аркенстроке была Бледноликая. Глазищи красные! Кожа белее снега… А голосок такой, что все животные к ней сбегаются. Ну, прям мёдом намазано. Ох, Рамлей и обозлилась! Даже хотела убийцу нанять, чтобы тот девчонке сердце вырезал. Но я запретил! Вот ещё! Из-за придурей моего кузена девушек невинных резать.

— Замечали ли вы за Вандой, что-нибудь странное? — спросила Эйра.

— Странное, говорите? — здоровяк задумался: — Честно говоря — я за ней не слежу, в отличии от моей ненаглядной. А Рамлей обиду затаила! За каждым шагом Бледноликой следила. Рассказывала всякие небылицы, чтобы меня позлить…

— Например?

— Что парней городских очаровывает. В лес уводит. А они потом странные возвращаются! Как не в себе. Ничего не помнят… Жалуются на слабость. Но я-то знаю… Ванда — обычная девчонка с необычной внешностью. Парни за ней — нет-нет, да ухлёстывают. Это нормально! Мужчины падки на женскую красоту… А если она необычная — пиши пропало! Весна у них в голове, сердце и штанах. Или просто хворь поймали. Такое тоже бывает. В общем, нормальная Ванда девчонка! Плохого ничего сказать не могу.

— Хм-м… Возможно ли, что Искрёнок… тоже за ней ушёл?

— ЧТО⁈ — казалось, что наместник сейчас обрушится на Эйру с тирадой и руганью, но внезапно остановился. Подумал. И начал бледнеть: — Вот стерва! Вертихвостка… Это она у меня друга угнала!

— Не стоит делать поспешных выводов. Мне просто нужно понять. Взрослые драконы очень неравнодушны к человеческим девушкам. Особенно — к девственницам. Может быть, Искрёнок интересовался девушками? Вы не замечали подобного?

— Искрёнок интересуется только литературой, едой и вином. А ещё бесконечными разговорами с Его Сиятельством ночью на балконе. — ответила сова, вспорхнув с моего плеча на голову Эйры.

— Может быть, ты не замечала? — предположила Госпожа Слэйт.

— Вот-вот! — кивнул кот: — Мальчики далеко не всегда рассказывают своим родителям о первом увлечении. Стесняются. Для них же это в первый раз. Они попросту не понимают.

— М-м-м… — наместник глубоко задумался: — Я склонен сомневаться, что Искрёнок влюбился. Слишком он…

— Тюфяк. — подметила сова.

— Пушиня! А ну брысь! — прогромыхал Гриндл и махнул могучей рукой. Сова лишь обречённо вздохнула.

— И тем не менее — мы не можем упускать этот момент. — произнесла Эйра: — Подскажите, где нам найти Ванду?

— Она живёт в старой церквушке на окраине города. В Тенистой роще. Вон там! — наместник указал на ивовую рощу возле горной речушки: — В городе появляется редко. Так что, наверняка вы застанете её дома.

— Благодарю. — кивнула Эйра: — Мы прогуляемся до неё. И если что-то узнаем — сообщим.

— Удачи, ребята! Держу за вас кулачки. — вздохнул Гриндл, и потом ещё очень долго провожал нас крайне грустным взглядом.

— Вы с наместником Гриндлом давно знакомы? — спросил я, когда мы уже вышли за пределы центрального района города.

— Не сказала бы. Просто он частенько заезжал в Виннегард, где у нас неоднократно случались зимовки. Наши отношения… сугубо деловые, если ты об этом. — ответила Эйра и остановилась возле облысевшего дерева.

— Нет, я не об этом. Меня ваша личная жизнь не интересует. Хотя, уже интересует… Ведь я же ваш суженый. — усмехнулся я.

— Да-да, дорогой. Прости, но иногда у меня самой идёт голова кругом от количества людей, которые хотят похвастаться тем, что «украли сердце Капитана Слэйт»… Но рано или поздно им надоест. В нашем деле — главное быть терпеливым.

— Что ж, тогда последую вашему совету.

Раньше я всегда принимал подобные шутки на свой счёт. Мне казалось, что таким образом мадмуазель заигрывает со мной… Правда настигла меня внезапно. Когда я этого совсем не ждал. С тех пор всегда отношусь к подобному только, как к юмору. И не более.

— А что же касается деловых встреч с Гриндлом — было у него одно интересное хобби. — Эйра присела на колено, и вытащив перочинный нож, сделала несколько надрезов на коре сухого дерева: — По молодости он очень любил охотиться на вурдалаков. Вырезал их целыми кланами!

— Вы имеете в виду вампиров?

— Ага. Высших. Средних. Низших. Для Гриндла не было особой разницы. Он убивал абсолютно всех, кто хоть как-то относился к роду вампиров. Не поверишь, но наводку на Меламори тоже дал мне он.

— Не удивлён. Только вот, не совсем могу понять, зачем ему это?

— Что именно? — срезав кору, Эйра внимательно её осмотрела.

— Ну… Охота на вампиров.

— Увы, тогда он не был сильно разговорчив насчёт своего прошлого. Да и я не спрашивала. Помогала Гриндлу замести следы… Ибо вампиры — существа крайне злопамятные. — Капитанша отбросила кусочек коры, и поднявшись, стряхнула с колен сухую листву: — Собственно, потому в Аркенстроке действует запрет на вампиров, и Меламори не может сойти.

— О, как… Теперь понятно.

Мы направились дальше, пока не вышли к берегу горной реки. Маленькая церквушка в золотистых ивах выглядела так, словно это кадр с «пинтереста». Вот хоть сейчас бери качественную зеркалку и фотографируй для осеннего настроения.

Но я бы ещё для атмосферности добавил тыкв. Чтоб прям наверняка! Хэллоуин там… Просмотр «Гарри Поттера» с выдуманной женщиной. Ух, красота. М-да…

— Добро пожаловать… — произнёс грозный мужской бас, и старенькая калитка со скрипом распахнулась. Нас встречал очень грустный молодой зооморф — здоровенный осёл. Выглядел он ничуть не лучше наместника.

— Здравствуйте! — Эйра вновь включила свою максимально дружелюбную улыбку: — Подскажите, а Госпожа Ванда сейчас дома?

— Дома. — с грустью сообщил зооморф, поведя ослиным ушком: — А вы по какому вопросу?

— Хотели бы с ней поговорить по поводу нашего… общего друга.

— Друга. — казалось, что это слово ударило ослика в самое сердце. Он едва не зарыдал, а затем и вовсе отошёл в сторону, освобождая нам проход.

— Благодарю. — кивнула Эйра: — Выглядите не очень… Что-то случилось?

— Любовь зла. Но не полюбишь ты осла.

— Ясненько…

Мы все переглянулись, а затем направились в сторону обшарпанной двери.

Атмосфера Хэллоуина, как-то быстро испарилась… На замену ей пришло ощущение, будто мы внутри сна при температуре тридцать девять.

Не успела Эйра постучать, как дверь распахнулась и к нам навстречу вышла милая девушка лет девятнадцати на вид. Она дружелюбно улыбалась и внимательно смотрела на нас ярко-красными глазами… Кожа реально белее снега! А волосы чёрные, словно сама тьма.

— Добрый день! — сладеньким голоском произнесла Ванда.

— Простите, а как вы… — Госпожа Слэйт с непониманием посмотрела на Бледноликую.

— Прибиралась возле двери. Услышала прекрасный голос Бенджамина! Решила проверить, как он тут…

— ХОЗЯЙКА!!! — взвыл здоровенный осёл, и быстро побежал к нам. Однако врезался в невидимый энергетический барьер и рухнул в жухлую листву.

— Ох… Бенджамин такой неловкий! — виновато улыбнулась Ванда и заглянула в дом: — Тиша! Рэймонд! Унесите Господина Ослика за забор, пока он не распугал мне тут всех гостей.

На крыльцо вышли знакомые полурослики. Вид у них был всё такой же задурманенный и отстраненный.

— Парни? — кот с подозрением взглянул на ребят, которые подняли зооморфа, а затем перекинули его через забор: — С вами всё хорошо?

— О, не стоит пока на них давить. — Ванда стала очень грустной: — Они потеряли всех своих друзей. Я вызвалась им помочь… Но нужно время, чтобы мальчики пришли в себя.

— Хорошо… — задумчиво ответил Вас, продолжая внимательно изучать полуросликов.

— Что ж, раз уж вы всё равно пришли — то, может, чаю? Из пресной воды! Как вы любите! — Бледноликая снова дружелюбно улыбалась.

— Почему бы и нет? — ответила Эйра.

Честно, я даже не знал, что из всего увиденного для меня было ужаснее — явно зачарованные полурослики, или крайне странное поведение Ванды? Это уже не сон при температуре тридцать девять. Это начало самого настоящего хоррора…