Мой любимый Метаморф

Последний конфликт. Эпилог

Маруффа Эйгэ

— Ты правда чувствуешь направление? — в десятый раз переспросила я у Макса, пока мы петляли коридорами на зоннёнском корабле.

— Да, — в десятый раз ответил мне Макс, прислушиваясь к внутренним ощущениям, — но я еще не умею управлять этим, и картинка все время ускользает, поэтому мы движемся так медленно…

С каждой минутой мы с Максом всё больше изумлялись и трепетали: после посещения прошлого наши тела серьезно преобразились. Все предыдущие способности возросли в несколько раз. Например, чтобы считывать чужие мысли, теперь мне достаточно было представить перед собой человека и попытаться ментально на него надавить. Почти сразу же мне приоткрывалась его тайная часть сознания. Раньше для достижения подобного результата мне нужно было очень долго концентрироваться и серьезно издеваться над разумом подопытного существа, да и результат всё равно не был таким впечатляющим.

А Макс мог теперь левитировать и переноситься на далекие расстояния.

Помимо этих талантов он обнаружил у себя способность находить направление к объекту только по образу его в своей голове. Тестированием именно этого дара мы сейчас и занимались.

Макс представлял в разуме Руэля и шел в том направлении, которое предчувствовал.

Кстати, оказалось, что они с ним давно знакомы и даже учились вместе в том же самом ИВВА! Я была искренне удивлена, услышав историю о киборге, который оказался вовсе не киборгом* (*первая книга цикла — прим. авт.).

К Исиде я больше не ревновала: я умею доверять.

— Здесь налево, — произнес Макс, хватая меня за руку и сворачивая в очередной блистательно-белый коридор.

Но меня вдруг что-то пронзило.

Предчувствие. Опасность!

— Макс, стой! — я резко затормозила и прислушалась к себе. — Ты слышишь? Кто-то приближается! И это… враг!

Макс не слышал. Похоже, теперь уже у меня обнаружился очередной дар.

— Давай свернем в эту комнату! — предложила я и бесцеремонно затолкала Макса в первую попавшуюся дверь.

Это помещение напоминало кабинет для совещаний. Белое с потолка до пола — в обычном зоннёнском стиле — оно было минималистически украшено несколькими изображениями растений на одной стене и парочкой зоннёнских символов на другой. Большой овальный стол посреди, ряд стульев и больше ровным счетом ничего.

— Посидим тут, — заявила я, и мы присели на крайние стулья.

Я прислушалась к своим ощущениям.

Нет, опасность не исчезла, и на меня накатила некая обреченность. Наверное, нас ищут целенаправленно, поэтому я себя так чувствую!

— Макс, готовься! — пробормотала я, готовая в любой момент расправить крылья.

Они ворвались неожиданно — два незнакомых иширца с бластерами в руках.

Стрелять они начали мгновенно, но мы с Максом были к этому очень даже готовы.

Я взлетела, Макс телепортировался им за спины и нанес одному из нападавших сильнейший удар в шею.

К моему огромному удивлению, иширец лишь немного дернулся и мгновенно развернулся для атаки. Завязалась рукопашная.

Второй иширец направил оружие на меня, но я сманеврировала настолько быстро, насколько вообще была способна. Выстрел бластера проделал дыру в стене, но иширец мгновенно поменял оружие и выхватил из-за пояса какой-то подозрительный флакончик, который тотчас же распылил.

Скорее всего, какой-то «нервно-паралитик».

Я задержала дыхание и бросилась в атаку.

От моего удара рукою мужчина резво увернулся. Кстати, свой газ он спокойно вдыхал и не испытывал никакого вреда. Я почувствовала покалывание на коже и резь в глазах: это вещество, похоже, вызывало еще и ожоги!

Да кто же они вообще такие??? Киборги, что ли? Но их лица и тела были слишком живыми.

Макс и его противник уже катались по полу, сцепившись в схватке, как два медведя.

Я поняла, что мне нужно применять тяжелую артиллерию: метальный удар!

Но для этого нужно было сконцентрироваться, а резвые нападки иширца не позволяли мне расслабиться. Так! Я теперь обновленное существо, спасибо Нэю! Я теперь могу гораздо больше, чем раньше!!!

И бросилась вперед, широко распахнув крылья.

Иширец попал в кокон этих крыльев, который его полностью парализовал. Я включила ментальные способности на максимум, и он тут же взревел, хватаясь за голову.

Я давила на него без жалости, потому что сейчас на кону стояли наши жизни. Энергия заискрилась в коконе еще мощнее, а мужчина покачнулся и мертвецки закатил глаза. Из его уха потекла кровь, а я стремительно убрала крылья, отскакивая от него в сторону.

Повалившись на пол, иширец замер, уставившись в потолок остекленевшими глазами, а я почувствовала, как мои ноги подогнулись от переизбытка напряжения.

Макс оседлал своего противника и пытался выдавить у него из руки короткий нож. Но иширец ударом ноги сбил его с себя, и они мгновенно поменялись местами. Теперь уже Макс был внизу и пытался ослабить на своей шее удушающий захват.

Я попробовала двинуться в их сторону, но ощутила себя настолько обессиленной, что смогла всего лишь ползти на четвереньках. Неужели мой противник был настолько силён, что я отдала на борьбу с ним все свои силы?

Макс уже хрипел, когда я начала настраиваться на ментальный удар. В глазах темнело: наверное, я все-таки вдохнула немного того парализующего газа.

Но ударить я не успела: дверь в помещение разъехалась в стороны, и в комнату ввалился Талиэн. Мгновенно оценив обстановку, он мощной хваткой вцепился в руки иширца и буквально оторвал его от Макса.

Через мгновение он расправил свои крылья, поражавшие гигантскими размерами и мощью, и смертельный кокон схватил врага в удушающие объятья.

Через минуту всё было кончено.

Энайя помогла мне подняться, когда рядом из пространства вынырнул зоннён.

От усталости, стресса и неожиданности я даже не узнала его.

В бело-золотом одеянии до пят, с длинными золотыми волосами — он больше походил на ожившую картину, а не на парня, который пробирался вместе с нами по опасным пещерам…

Это был Руэль.

Нахмурившись, он быстро оценил обстановку, а потом стремительно приблизился ко мне и, положив свою теплую ладонь на мою макушку, вдруг обрушил на меня мощный тепловой поток. Я вздрогнула от неожиданного чувства уюта и обновления, хлынувшего в мое тело, и усталость мгновенно отступила. Не знала, что зоннёны способны на такое.

Макс тоже поднялся на ноги, и синяки на его шее, оставленные иширцем, начали прямо на глазах исчезать: его регенерация тканей также усилилась.

— Простите, друзья, — проговорил Руэль, — это мой недосмотр! Я не ожидал, что военные с Ишира решатся на подобную неслыханную дерзость, но я рад, что им не удалось довести до конца задуманное! А еще я хочу сказать вам со всей ответственностью: я вас им не отдам!

Он посмотрел каждому в глаза, и я остро ощутила, как по воздуху растеклась наша общая благодарность.

— Я так понимаю, они требуют нашей экстрадиции на Ишир? — осторожно поинтересовался Макс, а Руэль кивнул.

— Да, это так, но я знаю, как разрешить эту проблему…

Он не договорил, потому что послышался какой-то тонкий сигнал, отчего Руэль нахмурился, а потом сказал:

— У меня нет времени вам ничего объяснять, просто доверьтесь мне. Возьмитесь за руки, мы перенесемся в зал приемов. Будьте готовы… молчать. Все разговоры я беру на себя.

Мы схватили ладони друг друга, и нас захватила мощная волна телепортации, перенёсшая нас в огромное помещение, больше напоминающее тронный зал в историческом музее, чем современное помещение.

В золотых украшениях на белых стенах и с мозаично-гладким полом, сильно напомнившим мне комнату предтечей — зал приемов меня поразил. Я не сразу заметила мрачную группу иширцев в военной форме, но, когда это случилось, я ощутила некоторое беспокойство.

Генерал во главе иширцев был мне определенно знаком. Руководство Цвинна неоднократно предупреждало меня о нем. Такой человек привык всегда добиваться своего и идти по головам. Не удивительно, что он посмел натравить на нас убийц на чужой территории!

Руэль жестом приказал нам идти за ним, и мы, подобравшись, двинулись вперед.

Страха у меня не было. Удивительно, но Руэлю я безгранично доверяла. Даже не знаю, когда же я успела проникнуться к нему этим доверием так сильно. Наверное, на уровне интуиции чувствовала, что этот зоннён — достойный союзник.

Когда мы остановились напротив иширской делегации, генерал Фриман окинул нас ледяным взглядом. Мне мгновенно захотелось проникнуть ему в голову, но я побоялась копать слишком глубоко, чтобы не дать очередного повода к конфликту, поэтому только поверхностно мазнула по его мыслям.

Он был дико зол. Внутри себя он рвал и метал. Ненавидел зоннёнов и нас всем своим существом и мысленно раздирал нас всех на части.

Я даже восхитилась его способностью контролировать свое лицо.

Лицемерно кивнув Руэлю, иширец пробежался по всем нам псевдоравнодушным взглядом и произнёс:

— Думаю, вы поступаете очень благоразумно, отдавая нам этих шпионов и преступников, — его голос звучал высокомерно и властно. — Требую, чтобы они были переданы нам немедленно!

Руэль тоже, видимо, подивился его безграничной наглости, поэтому весьма недипломатично усмехнулся.

— Тела подосланных вами убийц еще не остыли, а вы уже так дерзко разбрасываетесь требованиями, генерал Фриман! — елейным насмешливым голосом проговорил он. — По-моему, вы забываетесь…

На мгновение в глазах генерала промелькнула такая обжигающая ненависть, что, если бы взглядом можно было убивать, от нас всех не осталось бы мокрого места. Но он быстро взял себя в руки.

— Можете написать жалобу в Аппарат Управления планетой, — произнес он сквозь зубы, — но это не отменяет того, что сейчас вы укрываете преступников Ишира, а это чревато серьезными последствиями для наших взаимоотношений. Неужели эти четверо столь важны для вас, что вы готовы потерять мир и расположение своих партнеров?

И тут Руэль не выдержал: он просто рассмеялся, чем изумил и нас, и иширских военных.

— Неужели вы думаете, что зоннёны действительно нуждаются в Ишире? — произнес он, не переставая улыбаться и смотря на генерала Фримана, как на идиота. — Нет! Мы абсолютно свободны и самодостаточны, так что… при разрыве отношений пострадает только одна сторона — ваша! Вас больше не интересуют наши технологии? И вам не нужна защита от Саалона? Не забывайтесь, генерал!

На последней фразе улыбка слетела с лица Руэля, а голос зазвучал угрожающе. От зоннёна повеяло мощной ментальной волной силы, от которой у всех побежали мурашки по коже. Я восхитилась его способностью разговаривать с подобными отморозками и поняла, что Руэль — это действительно весьма особенная личность.

Но генерал Фриман был упрям.

— Несмотря на все ваши угрозы и откровенный шантаж, Руэллианин Синоарим, вынужден заявить, что существуют ЗАКОНЫ, которые и вы, и мы должны соблюдать. Эти преступники, — он обвел нас убийственным взглядом, — шпионили в пользу наших врагов. Трое из них — представители вражеской расы, с которыми мы боремся не одно десятилетие. Вы не имеете никакого права защищать их! И я потребую межпланетного суда!!!

Слова генерала звучали столь уверено, что я поняла: он не отступится! Ишир не отступится! И эта ситуация может перерасти в межрасовый конфликт!

Меня это серьезно испугало.

Начнется война? Или же Арраэх — правитель зоннёнов — все-таки решит пожертвовать нами ради мира?

Стать причиной военных действий мне не хотелось, но попасть в руки к этому сумасшедшему было дико страшно. Рука сама потянулась к животу. Если я все-таки действительно беременна, а меня запрут в лаборатории, что иширцы сделают со мной и с моими детьми?..

Накатило дикое паническое состояние, да такое сильное, что в мою сторону тут же обернулась Энайя, поймавшая мой всплеск эмоций.

А я ведь Максу о беременности еще не сказала. Хотела сперва удостовериться, что она есть…

— Нет!!! — голос Руэля посреди давящей тишины прозвучал, как удар хлыста. — Суд вам не поможет, потому что… — он сделал паузу, обвел всех уверенным взглядом, а потом почти торжественно заявил: — С этого момента эти два мужчины и две женщины окончательно и бесповоротно признаются полноценными гражданами зоннёнского народа со всеми прилегающими им правами, возможностями и полным правом на защиту жизни и здоровья! По нашим законам ни один зоннён — даже нарушивший правила и постановления иной расы — не может быть наказан и привлечен к ответственности никем, кроме его соотечественников. Именно поэтому ваши потуги бесполезны, генерал! Вы уже имеете дело не с цвиннами и иширцем. Они — зоннёны! Поэтому требую, чтобы вы немедленно покинули флагман, а жалобу на ваши оскорбительные действия на нашем корабле получите уже на Ишире! Прощайте!

С этими словами Руэль поманил нас за собой.

В полнейшем шоке от услышанного, мы развернулись и пошли за ним, чувствуя, как наши спины прожигает взгляд жгучей, но бессильной ненависти…

Я схватила руку Макса, чувствуя, как у самой взволнованно колотится сердце.

— Значит… мы теперь свободны? — прошептала я, все еще не веря услышанному.

Он сжал мою ладонь в ответ.

— Да, Марочка, — проговорил он уверенно. — Теперь — свободны…

Уже через час Руэль вместе с Исидой сидели с нами за одним столом.

Зоннён переоделся, облачившись в обычный комбинезон, а волосы заплёл в длинную толстую косу (интересно, и как они так быстро волосы у себя отращивают? Неужели у них тоже имеются зачатки метаморфизма?). Таким он выглядел проще и привычнее, да и на лице больше не было величия, присущего королевской особе.

Руэль развалился в мягком кресле и, совершенно нас не стесняясь, поглощал фрукты из тарелки. А Исида ему их нарезала. Очень милая картина, я вам скажу!

Перед нами тоже стояли тарелки с самыми разными блюдами, и я вдруг поняла, что очень голодна. Набросилась на еду, как сумасшедшая, и забыла обо всем на свете.

Остановил меня ощутимый толчок чужого локтя в бок. Это Энайя обычным своим способом привлекала мое внимание.

— Мара, что с тобой??? — прошептала она мне на ухо. — Ты ешь, как не в себя!

Я так сильно полыхнула смущением, что Энайя мгновенно ухватилась за него, а потом посмотрела на меня странным взглядом, в котором читалась некоторая догадка. Но высказать её ей не дали.

— Надеюсь, вы не против того выхода, который я предложил, — вежливо поинтересовался Руэль, поглядывая на нас улыбчивым взглядом. Понятно, что спрашивал он исключительно из вежливости, ведь никто из нас в здравом уме не мог быть против своего спасения.

— Спасибо, Руэль, — ответил Макс, — мы обязаны тебе жизнью…

— Мы в расчете, — улыбнулся зоннён, а Исида демонстративно закатила глаза.

— Мальчики! Ну вы даете! Ну что вы, как не родные??? Макс! К чему эти церемонии??? По-моему, мы вместе достаточно прошли всего, чтобы сейчас не разбрасываться вежливыми фразами…

Макс улыбнулся, Руэль тоже. Некоторое напряжение в воздухе сразу же исчезло, а зоннён подскочил на ноги и потянулся к Максу за объятьями.

— Ну вот, наконец-то! — засмеялась Исида. — А теперь давайте с вами нормально познакомимся!

Обменялись улыбками, назвали имена. Потянулась спокойная расслабленная беседа обо всем случившемся, пока киборги заменяли нам еду на столе, оставляя десерты и напитки.

Больше всего окружающих волновал вопрос, произошло ли с нами что-либо, когда мы с Максом притронулись к шару.

Мы, не сговариваясь, просто отмахнулись и не стали рассказывать про Нэя. Память о нем была какой-то священной, что ли. Он навсегда останется для нас примером мученика, пожертвовавшего своей жизнью ради того, чтобы не навредить нам…

Рон Беллен

Я поднялся с койки, держась рукой за еще побаливающий бок. Слегка мутило от лекарств, но моей жизни уже ничего не угрожало.

Я присел и посмотрел в запотевшее окно.

Сегодня днем за нами спустится шлюп: Ишир временно закрывает разведывательную деятельность на Ниоле. Высадятся другие войска, но мне после ранения в присутствии на планете отказано.

Я не жалел об этом. После того, что произошло в Пещерах предтечей, я нуждался просто в тишине…

Да, я глупо подставился и почти умер. Я отверг все доводы разума и бросился в объятья смертоносной иллюзии, не желая признать, что встреча с Джерри абсолютно невозможна!

Было больно до сих пор, но после случившегося мне все равно стало немного легче.

Наверное, я смог простить себя. Смог простить, что не уберег лучшего друга от опрометчивого шага.

Я больше не хочу умирать раньше срока. И больше не буду пытаться сбежать от своей жизни. Надеюсь, однажды мы еще встретимся в том, лучшем мире.

Покойся с миром, друг мой!

Я… люблю тебя.

Маруффа Эйгэ

Став членами зоннёнского общества, мы потеряли право находится на Ишире. Меня немного беспокоило то, что Макс не мог видеть своих родителей, но Руэль пообещал нам, что через год мы сможем бывать на Ишире в качестве зоннёнских представителей. Для этого нужно будет пройти обучение, получить соответствующие должности, приобрести новые документы…

А сейчас мы жили на флагмане зоннёнов и стали частью его команды.

Так как никакой работы нам пока не давали, мы с Максом целыми днями бездельничали, отдыхали, отъедались, любили друг друга…

Ну, конечно, мы еще учились. Но это занимало не больше пары часов в сутки.

Было странно жить ТАК, но… прекрасно.

Сегодняшним утром я проснулась от того, что у меня почему-то скрутило в желудке, а когда поднялась на ноги, так вообще повело. Макс вскочил, как ужаленный, и схватил меня за плечи.

— Мара! Марочка!!! Что с тобой???? — он стал бледным, как полотно. Такой хороший, заботливый…

Я невольно улыбнулась, но потом на меня снова набросились весьма неприятные позывы, поэтому я едва успела добежать до ванной комнаты, где меня просто вывернуло наизнанку. Может, мясо, съеденное ночью, было лишним???

Макс испугался так сильно, что уже начал натягивать на тело комбинезон, чтобы тащить меня к докторам.

Так как тошнота не прекращалась, я и сама начала беспокоиться. Неужели это… из-за беременности? Значит, это все-таки правда?

Мое сердце стремительно забилось. Пришло время сказать???

Да, пришло, но я должна быть уверена…

— Пойдем, — я тоже начала одеваться, — обследование не помешает…

Доктор-зоннён — такой же красивый, голубоглазый и длинноволосый, как и все они — улыбнулся, пробежавшись по мне оценивающим взглядом. Нет, в его глазах не было похоти, скорее, чисто исследовательский интерес. Я ведь все-таки принадлежу к иной расе.

Но, по-моему, он все-таки видел нечто большее.

— Какой срок? — деловито спросил он, указывая на глубокое мягкое кресло.

Я смутилась и опустила глаза. Неужели он всё понял только по моему внешнему виду? Присела.

— Н-не уверена… — я покраснела, боясь посмотреть на Макса. — Месяц, наверное…

— Сейчас проверим! — сообщил доктор и поспешил отойти в сторону в поисках какого-то прибора.

Макс тоже присел в соседнее кресло и быстро наклонился ко мне.

— О чем это он, Мара? — с тревогой спросил он. — Ты чем-то больна?

— О, это такая чудесная болезнь! — послышался задорный голос зоннёна. Надо же, какой ушастый! Услышал… — Чудесная болезнь под названием беременность! Смею вас поздравить, друзья! Дети — это счастье, не так ли?

Лицо Макса в этот момент стоило фотографировать на память. Он смотрел на меня с таким видом, словно пытался расшифровать древние письмена, то есть абсолютно оторопело и непонимающе.

— Мара… — наконец пробормотал он, снова начав дышать. — Это правда?

Учитывая, что мое положение подтвердил даже доктор, у меня больше не было поводов сомневаться, поэтому я утвердительно кивнула.

— Да, Макс. Двойня… — тихо ответила я, а он откинулся на кресле и опять замер.

— Я стану отцом? — пробормотал он, словно пытаясь постигнуть ошеломительную суть этой крышесносной новости. — У меня… и сразу двое?

— А вот по поводу двойни — поподробнее… — вклинился доктор, подходя ко мне с небольшим аппаратом прямоугольной формы в руках. — Откуда знаете?

Видимо, этот аппарат на расстоянии мог отсканировать мое состояние и выдать все необходимые данные.

— Давайте считать, что это интуиция подсказала… — улыбнулась я, а сама мысленно прошептала:

«Ты был прав, Нэй! Ты был прав…»

Зоннёнский прибор подтвердил и срок, и наличие двух детей. Когда Макс немного отошел, и мы вернулись в нашу каюту, он осторожно обнял меня и, словно боясь навредить, прижал к своей груди только мои плечи.

— Это чудо… — прошептал он. — Честно, я даже не мечтал. Слышал, что межрасовое потомство — это большая редкость…

Ах вот почему он так ошарашен!

— Но мы ведь произошли от одних и тех же предков, — напомнила я. — Да к тому же ты — «мой идеальный самец» …

А вот последнее я уже очевидно зря ляпнула.

Макс вдруг вздрогнул и стремительно отстранился от меня.

— В смысле… самец? — нахмурился он. А я прикусила язык. Как-то не подумала, что для него это прозвучит странно и грубо. Даже вульгарно.

— Ну… это цвиннская легенда такая… — промямлила я.

— Рассказывай! — потребовал Макс, и я рассказала ему о том, как в первый день знакомства меня поразил его запах.

С его выражения лица можно было обхохатываться.

— И как же я тебе… г-м-м… пах? — недоверчиво проговорил Макс. — Надеюсь, не грязными носками?

Я засмеялась.

— Да перестань! «Идеальные» — они пахнут… как цветы для пчел, понимаешь?

— От меня пахнет цветами?

От смеха я уже уткнулась в подушку лицом.

— Да нет же, я просто образно так сказала. Это был просто запах… ну, родной, наверное…

Лицо Макса сразу же из притворно хмурого стало светлым, мягким и очень довольным.

— А, ну если родной… тогда я рад. И даже быть самцом совсем не против. Про «идеального» так вообще молчу. На все согласен. Лишь бы твой…

— Конечно, мой… — проворковала я, обнимая его за шею. — Навсегда…

— Навсегда… — подтвердил Макс и нежно меня поцеловал. — Навечно…

Брак мы зарегистрировали сразу же, как получили новые документы

Через несколько месяцев родились наши дети: Нэй и Нэрида. Нэй был светловолосым и синеглазым, как я, и чем-то даже напоминал нашего Прародителя, а Нэрида была копией своего папы — черноволосая и темноглазая.

Через месяц после их рождения нам наконец-то дали официальные должности представителей, и мы смогли прилететь на Ишир.

На посадочной площадке нас встречали родители Макса — Арнольд и Роза Беллен, а также его брат Рон.

Макс обнял родителей, а потом надолго замер в объятьях старшего брата.

Они были с ним немного похожи, и Рон показался мне хорошим добрым человеком, только лишь с глубокой болью в глубине темных глаз. Он был еще сравнительно молод, но горестные складки глубоко залегли на его лице, свидетельствуя о пережитых потрясениях.

Я уже знала, что он был на Ниоле и что именно он тогда стоял во главе людей, «похитивших» Энайю и Талиэна. На самом деле он стал их спасением, и я была ему за это очень благодарна.

Арнольд и Роза Беллен не узнали во мне того мальчишку, похожего на Исиду Яровски, которого они видели раньше. Мы скрыли этот факт, как и то, что я не была иширкой. Лишь бы детки наши не выдали нас, ненароком расправив крылья, которые у них, точно были. Но до раскрытия их возможностей еще далеко, поэтому сейчас мы могли насладиться семейной атмосферой спокойно и расслабленно.

Кстати, теперь это и моя семья тоже. Ну надо же, как это здорово — иметь родных!

Я молюсь Создателю Вселенной, чтобы однажды Цвинн изменил свои нравы и позволил своим детям иметь нормальные семьи.

Верю, что однажды это произойдет.

А пока… пока я буду жить для своих любимых. Наконец-то я могу это сделать! Наконец-то я свободна и счастлива…

Навечно, навсегда…

Энайя

Нам пришлось пробыть на зоннёнском флагмане больше двух месяцев, прежде чем нам дали новые документы и позволили отправиться в короткое путешествие.

Искусственная планета Рикс, входящая в Иширский Альянс Планет и числящаяся, как межпланетный курорт, встретила нас теплой погодой, кучей удобств, шикарной гостиницей и отличным обслуживанием.

Деньги на путешествие нам милостиво подарил Руэль. Отличный парень он все-таки! Стал опекать нас, как папенька. Или как старший брат. Правда, у меня не было ни того, ни другого, но в таких случаях упоминают именно их.

На подобном курорте я была всего один раз. Как для цвиннов, то это даже много. Один из учителей однажды набрал группу молодежи и отправился с нами на Рикс, чтобы «подготовить умы к полезной разведывательной деятельность во славу Цвинн». А сейчас я подозреваю, что учитель просто хотел отдохнуть, а нас использовал, как повод.

Что ж, я его понимаю. Здесь здорово!

А Талиэна я притащила с собой, чтобы немного приобщить его к нормальной жизни.

Он-то ведь этой жизни вообще не знал: то был в рабстве, то потом на Ниоле, то торчал на зоннёнском флагмане, на котором из развлечений только библиотека.

Мои чувства к нему уже устаканились и пришли в норму. Я смирилась с тем, что нам не быть вместе и что однажды он просто уйдет, когда немного освоится.

У нас были хорошие дружеские отношения. Он даже не пытался сблизиться со мной за все это время, а я уже и не надеялась.

Номер сняли один на двоих, но огромный. Я буду спать в спальне, он на диване…

Когда я ополоснулась в душе после перелета и вышла к Талиэну, он тоже уже привел себя в порядок, одев вместо комбинезона шорты и обтягивающую футболку. Длинные волосы немного растрепаны, одежда подчеркивает его мускулистую фигуру, на лице странная очаровательная меланхолия — в общем, я зависла.

Очнулась от того, что Талиэн меня позвал. Ах, как привлекательно звучит его голос! В груди что-то защемило, и я поняла, что мои бурные чувства обещают вернуться быстро и феерично.

Тряхнула головой. Так, Энайя! Уже проехали! Хватит зариться на то, что не будет твоим!!!

Талиэн немного печально улыбался.

— Устала? — спросил он участливо. — Может, сегодня просто отдохнем в номере?

— Нет-нет!!! — бурно запротестовала я. — Ни в коем случае! Я пообещала показать тебе настоящую свободу, и я ее тебе покажу! Причем, незамедлительно!

Через полчаса мы уже спускались на лифте вниз, чтобы посидеть в кафе на террасе.

Людей было огромное множество. Полураздетые, разморенные солнцем — они расслабленно попивали напитки и тихо переговаривались друг с другом, сидя за высокими круглыми столиками.

Мы заказали нарезки местных фруктов и стаканы с соком, заранее оплатили заказ.

Я лениво оглядывалась вокруг, оценивая внешность отдыхающих, а потом заметила в дальнем углу кафе аппарат по обмену иширской валюты на местную.

О, это как раз то, что нам сейчас нужно, а то неудобно платить за услуги картой.

— Я сейчас приду, — пробормотала я и двинулась в нужную сторону.

Обменяв необходимую сумму, я начала возвращаться назад, как вдруг заметила, что на моем месте перед Талиэном сидит эффектная брюнетка в открытом белом сарафане, открывающем глубокое декольте и оттеняющем загорелую гладкую кожу.

Меня сразу же захватило два совершенно противоположных чувства: злость и смиренная обреченность.

Эта девушка была в разы привлекательнее меня. Ее грудь была такой выдающейся, что вызвала восхищение даже у меня. Представляю, как сейчас Талиэну. Он, наверное, уже слюнями подавился…

Мысль о том, что эта незнакомка могла привлечь Талиэна, вызывала во мне глухое раздражение, но… разве я не отступила от него уже давно???

Замерев на месте, я не решалась подойти.

Между тем девушка откровенно строила моему другу глазки, и я ее понимала: Талиэн был очень привлекательным и ярким молодым человеком. Мимо такого трудно пройти равнодушно…

Что же мне делать?

Может, оставить их вдвоём и позволить Талиэну начать плодотворное знакомство, которое наверняка ему придется по вкусу?

Я бы даже так и поступила, но девушка уже понялась на ноги, протягивая Талиэну карточку со своим номером связи, которую он тут же вежливо взял. ВЗЯЛ!!!

Что-то внутри меня упало и разбилось вдребезги. По-моему, это была надежда, которая до последнего мечтала о том, что эта брюнетка ему не понравится и он не захочет продолжать с ней знакомство…

Когда девушка удалилась, я обреченно поплелась вперёд, по ходу натягивая на лицо неискреннюю улыбку.

Талиэн встретил меня странным взглядом, но я попыталась выглядеть беззаботной и делать вид, что ничего не видела.

Эх, наверное, нужно было снимать два номера. Вдруг он хотел бы красотку привести к себе?

Перед глазами всплыли картины, как он чувственно ее раздевает, и зубы инстинктивно сжались. Как и кулаки. Наверное, Талиэн почувствовал мою напряженность, поэтому поинтересовался, что случилось.

Но я быстро натянула на себя очередную лживую маску безразличия и беспечно пожала плечами.

Весь последующий день мы провели, гуляя по городу и около океана. Разговаривали мало, каждый думал о чем-то своем.

Ближе к вечеру поднялись в номер, но Талиэн вдруг заявил, что хочет на некоторое время побыть в одиночестве и просто… ушел.

Как только за ним закрылась дверь, я просто осела на пол и разревелась. Какая же я дура! Но почему я не могу его отпустить??? Конечно же он сейчас пошел искать номер той сногсшибательной красотки. Наверное, он думал о ней весь день…

Наревевшись, я прямо на его диване завернулась в плед и провалилась в беспокойный сон.

Мне снилась обречённость. Одиночество. Всё, как всегда…

А проснулась я от чувствительного точка в плечо.

Когда распахнула глаза, то увидела, что на меня в буквальном смысле падает Талиэн.

Он повалился сверху и придавил меня своим телом, так что мне стало тяжело дышать. В мои ноздри ударил сильный запах алкоголя, и я изумленно замерла.

— Талиэн, ты что напился??? — изумленно воскликнула я, пытаясь сбросить его с себя, но он был таким тяжелым, что я только пыхтела, как древний паровоз.

— Энайя… — прохрипел Талиэн мне на ухо. — Зачем ты поехала со мной?

Его вопрос меня удивил и заставил замереть.

Он приподнялся на локтях, и его волосы скользнули на мое лицо, защекотав кожу на скулах.

Талиэн смотрел мне в глаза странным хмурым взглядом, и я совершенно растерялась. Ментальные щиты, которые он все время держал вокруг себя, резко послетали, и в меня хлынули его эмоции: боль, досада и некоторое отчаяние.

— Что с тобой, Талиэн? — испугалась я, невольно протянув руку и коснувшись его щеки пальцами. — Тебе плохо?

Он болезненно усмехнулся.

— А ты думала, что мне может быть хорошо рядом с той, кто меня презирает?

Я нервно сглотнула.

— О чем ты? Кто тебя презирает, Талиэн? Эта та… брюнетка, с которой ты познакомился днем? Она тебя обидела?

Талиэн пьяно рассмеялся.

— А-а, значит всё-таки ты её видела!.. А так мастерски сделала вид, что нет. Браво! Ты прекрасная актриса!

Я совершенно запуталась и почувствовала вдруг, что Талиэн зол именно на меня.

— Я… не хотела тебя смущать… — попыталась я оправдаться. — Я подумала, что ты захочешь продолжить с ней знакомство…

Его лицо вдруг стало еще более раздраженным. Он резко вскочил на ноги и отвернулся.

Я поднялась следом в полной растерянности.

— Талиэн, я не понимаю….

Он стремительно развернулся обратно. Ноздри гневно раздувались, в глазах полыхала глубокая обида.

— Да! Ты не понимаешь!.. Зачем ты отпустила меня? Зачем освободила??? Чтобы потом показать, что бывший раб не достоин твоей… привязанности????

Я шокировано смотрела в его лицо, а рот бессильно открывался. Его слова казались для меня сущим безумием. О чем он вообще??? Я же отпустила его, чтобы помочь, чтобы дать ему свободу!!!

— Я… я… о чем ты вообще? Я дала тебе свободу, которой ты достоин!

— Но выкинула меня из своей жизни! — прервал меня Талиэн бурно, а потом резко опустил голову и замер. — Я… не должен злиться из-за этого, но я злюсь, — его голос вдруг стал тихим и надрывным. — Я должен понимать, что ты, знающая мою подноготную, знающая мое происхождение, не сможешь принять меня такого и… любить. Никогда…

Я будто окаменела от его слов. В ужасе я прокручивала в голове эту речь снова и снова, пока до меня не дошло: он думает, что я его отвергла! Он думает, что он мне противен!!!

Какой же глупый! Какой же ребенок, честное слово!

Я с трудом сделала шаг к нему — тело плохо слушалась — и коснулась его плеча.

Талиэн встрепенулся и посмотрел на меня нетрезвыми глазами, в которых плескалась безысходность.

— Только не надо жалости… — простонал он и собрался уйти, но я рванула к нему и успела обнять, прильнув лицом к его груди.

— Талиэн, не уходи, пожалуйста… — прошептала я, чувствуя, как его сердце начинает стучать, словно сумасшедшее. — Ты неправильно меня понял, клянусь тебе! Я совсем не отворачивалась от тебя! Я просто… предоставила тебе полную свободу! — я медленно оторвалась от его груди и подняла лицо, встретившись с его глазами. — Я боялась, что если буду сближаться с тобой, то ты… ты подумаешь, что я снова посягаю на тебя, как хозяйка, понимаешь?

Я видела, что он пытается осмыслить мои слова, но ему было трудно. И тогда я решилась. Решилась признаться первой.

— Ты мне очень нравишься, Талиэн… — прошептала я, немного смущаясь. — Нравишься, как мужчина. И когда я увидела эту брюнетку, то… мне страшно захотелось выгнать её из нашего столика пинком! Ты не представляешь, как тяжело мне было сдержать себя! Потому что… я хочу, чтобы ты был только моим, Талиэн…

Он смотрел мне в глаза, и взгляд его медленно менялся. Сперва он стал удивленным, потом ошарашенным, а потом…безумно взволнованным.

— Энайя… — прошептал Талиэн, обхватывая мое лицо ладонями. Он резче задышал, а потом набросился на мои губы с такой болезненной жаждой, что у меня перехватило дыхание.

Мы даже не заметили, как оказались на диване. Жадные руки буквально разодрали одежду в клочья, и на меня обрушилась самая головокружительная и самая прекрасная волна ласк в моей жизни.

— Я люблю тебя… — прошептала я в тот момент, когда Талиэн слился со мной в абсолютном единении.

— Я люблю тебя… — отзеркалил он мне с волнением эти слова.

Слились не только наши тела, но и души, потому что сейчас между нами уже не стояли никакие ментальные щиты, и мы чувствовали эмоции друг друга, как свои собственные.

И больше не нужно было ничего друг другу доказывать, чтобы верить.

Когда я засыпала на груди Талиэна, я улыбалась.

Какое же это счастье — любить и быть любимой!

В конце концов Мара и Макс стали очень важными звеньями в работе межрасовой дипломатической миссии. Мара немного побаивалась мести со стороны генерала Фримана или Цвинна, но особых провокаций не происходило.

Их двойняшки росли в атмосфере глубокой любви и оказались наделены множеством ментальных и физических способностей.

Энайя и Талиэн поженились на планете Рикс, куда съехались самые приближенные друзья, в том числе Руэль и Исида. Талиэн рвался работать в оперативной группе, раскрывающей деятельность нелегальных лабораторий, проводящих эксперименты над живыми существами, но его не допустили. По крайней мере пока. Его детские психологические травмы были слишком глубоки, и он не мог контролировать вспышки ярости при виде очередных «экспериментаторов».

Но всего за год зоннёны и иширцы смогли освободить более сотни жертв подобных лабораторий, и Энайя с Талиэном стали работать с несчастными созданиями, пытаясь вернуть им вкус к жизни.

Дариамин Нориннот (капитан Нор) был сослан на планету, где проживали зоннёны, и там помещен под стражу на ближайшие десять лет. Решался вопрос о лишении его памяти, чтобы позволить ему в конце концов возвратиться в общество.

Рон Беллен взял отпуск на пару лет, а потом планировал заняться каким-нибудь бизнесом. Личную жизнь он пока отставил в сторону, но депрессия от него отступила.

Зоннёны начали активную кампанию по примирению Ишира и Цвинна и добились на этом поприще немалых успехов. По крайней мере, наметился некоторый прогресс, а это означало путь к полному миру в этой части необъятной вселенной.

Бо́льшая часть космических пиратов была уничтожена.

Будущее отныне казалось гораздо более светлым.

Да будет так!

Нэй (вскоре после того, как Мара и Макс покинули его время)

Одиночество…

Во всем доме… нет, на всей планете всё снова дышало одиночеством…

Со мной была только боль.

Она пробегала по телу жгучими судорогами, впивалась в мои мышцы острыми иглами и кружила голову предсмертным туманом.

Я умирал.

Наконец-то избавление?

Было горько, ведь я до последнего мечтал. Мечтал снова почувствовать тепло кого-то родного рядом, ощутить, как около моего уха бьется чье-то нежное сердце…

И зачем мне это??? Не лучше ли было давно прекратить свое мучительное существование???

Но у Предтечей, наверное, в крови — жажда к жизни!

Я освободил свой разум и постарался отгородиться от боли, которая все сильнее и все беспощаднее терзала мое тело. Я хотел перейти в смерть с внутренним созерцанием бескрайних просторов моей прекрасной вселенной…

На ментальном уровне, оставив боль и агонию чуть в стороне, я воспарил над планетой, чувствуя, как все вокруг сияет светом и словно провожает меня в последний путь.

Мириады звезд окружали мое сознание, вызывая ностальгию по прошлым временам, когда у меня был свой народ и семья, когда еще хотелось совершать что-то великое и наслаждаться жизнью…

Неужели мое существование закончится именно так? Или это не реальность, а просто страшный сон? Может, я сейчас проснусь и с облегчением пойму, что на самом деле всё в порядке, а этот ночной кошмар мне нужно просто благополучно забыть?

Да, хочу проснуться! Хочу, чтобы жизнь началась заново…

Кажется, я плачу…

Потому что знаю, что это не сон!

СОЗДАТЕЛЬ!!!

Я посмотрел куда-то вглубь себя и словно вышел за пределы существующего пространства.

А ведь вселенная конечна! У нее есть начало, и есть конец! И есть Некто, Кто ее создал, я знаю…

Может, сейчас, когда я вот-вот исчезну, Он сможет услышать меня?

Молчание. Я жду.

И вдруг слышу… чье-то дыхание! Оно похоже на порыв ветра, и мне становится свежо.

— Это Ты, Создатель? — шепчу я удивлённо и радостно. — Ты действительно услышал меня?

— Я всегда слышал тебя! Всегда… — был Его ответ, и весь мир вдруг перевернулся.

Это произошло так стремительно, что я не успел ничего понять.

Боль, которая все время витала где-то рядом, вдруг полностью затихла, а я… как будто разделился надвое…

Я чувствовал движение, полет, и мне стало… легко.

Что меня ждет? Это все-таки не конец?

Удар, вспышка, а потом странное чувство тяжести, словно я весь налился свинцом…

Распахнул глаза и…

Где же это я????

Конец