Мой любимый Метаморф

Подозрительные пилюли…

Маруффа Эйгэ

Из того, что мне рассказала Энайя, я поняла: дела плохи. Похоже, нас вычислили, и то, что произошло в саду Академии доказывало: охота на нас начата.

В груди скрутилось дурное предчувствие, но план действий вырисовался очень четко: мне нужно срочно написать отчеты, убедить начальство, что Макс Цвинну не интересен и… бежать! Если, конечно, мне это разрешат…

Когда я возвратилась в комнату, Макс еще не спал. Похоже он ждал меня, потому что при моем появлении мгновенно вскочил на ноги…

Если бы у меня было прежнее тело, я просто бросилась бы ему на шею, ведь нам скоро придется расстаться, но сейчас не посмела. Он не должен узнать, что я стала женщиной, это может быть опасно для него…

Однако Макс ожидаемо сам двинулся ко мне. Я запаниковала. Если он меня обнимет, то сразу же все поймет! Хотя… грудь тщательно перевязана, а на мне много одежды, которая скрадывает очертания фигуры. Может, лучше будет не сильно артачиться, чтобы не вызвать ненужных подозрений?

Поэтому я позволила обнять себя, и его сладостный аромат сразу же расслабил мое напряженное тело. Я прижалась щекой к его плечу и закрыла глаза. В сердце болезненно защемило. Как же я буду без него? Как это — больше не видеть его, не знать, что с ним происходит, не касаться его и не смотреть ему глаза?

Стало больно.

Руки Макса крепко сжали меня.

— Я беспокоился о тебе, — прошептал он мне в самое ухо. — Мне показалось, что тебе было плохо…

Я не знала, что ответить. Горло сжалось от неожиданного спазма. И тогда я просто отстранилась и схватила его лицо ладонями, заглядывая в глубину его черных глаз.

«Скоро мы расстанемся» — говорил мой взгляд.

Я видела в нем ответную тревогу и дурное предчувствие.

Мне хотелось просто сказать ему, что я… люблю его, но вдруг меня пронзила совершенно другая и ужаснувшая меня мысль: а ведь мне бы стоило как можно скорее порвать с ним отношения, чтобы ему было не так больно, когда я исчезну. А вместо этого я сейчас к нему льну и привязываю его к себе еще больше.

Я дернулась, сильно побледнев, но Макс как будто почувствовал мою попытку к бегству и дерзко прильнул к моим губам.

Я затрепетала. Как никогда, мне захотелось довести все это до конца, но я знала, что это невозможно. Нельзя! Мне нельзя подвергать его никакой опасности…

Но поцелуй так сильно захватил, что я не смогла не ответить. Разомлела и подалась навстречу, теряя последние крохи благоразумия.

Хотелось забыться. Ото всех тревог и опасностей. От боли возможного расставания.

Макс был очень нежен и играл с моими губами с таким мастерством, что я очень быстро начала сильно дрожать.

Как открылась входная дверь, мы не поняли оба. Просто не заметили, продолжая утопать в объятиях друг друга и ловя сладостно дыхание.

Только чье-то вежливое покашливание заставило нас вздрогнуть и прерваться. Мы испуганно обернулись ко входу, а потом быстро разомкнули объятья и отшатнулись друг от друга, как будто этим можно было хоть что-то исправить.

Перед нами стоял доктор Питт и насмешливо ухмылялся. Он зачем-то закрыл дверь за собой и посмотрел на нас, как на нашкодивших детей.

— Молодец, Макс, что последовал моему совету! — проговорил он. — Лучший способ погасить влечение — дать себе то, чего хочется…

Я изумленно перевела взгляд на Макса: о чем они вообще??? А он начал багроветь от злости.

— Доктор Питт! Вы переходите все границы!

— Возможно! — совершенно равнодушно проговорил доктор и достал из кармана две небольшие белые пилюли.

— Это — новые недавно синтезированные витамины. Приказ администрации — раздать всем кадетам. Съешьте их сейчас, чтобы я мог зафиксировать это в отчете.

Мы потянулись за пилюлями, а у меня внутри шевельнулось нехорошее предчувствие. Что-то тут не так. Во-первых, как доктору удалось войти, если дверь у нас запирается автоматически? Код от нее, конечно, известен администрации ИВВА, но стал бы доктор узнавать этот код только лишь для того, чтобы лично и БЕЗ СТУКА передать нам витамины? А его странные слова! Он давал Максу совет относительно отношений со мной? Зачем??? Когда???

Макс уже собрался проглотить пилюлю, но я остановила его.

— Подожди, — пробормотала я, хватая его за руку. — Скажите, доктор, а почему вы не передали витамины через ваших помощников? Зачем пришли лично? Неужели это так важно?

Глаза доктора Питта странно блеснули, и этот блеск показался мне очень знакомым.

— Я ответственно отношусь к своей работе, — с прежней улыбкой проговорил он. — Я должен удостовериться, что вы выполнили распоряжение руководителей ИВВА…

Нет! Мне это все больше не нравится! Не буду я это пить!

Но как только я так подумала, с нами произошло нечто очень странное…