Мой любимый Метаморф

Корни панического синдрома…

Маруффа Эйгэ

Смрадное дыхание обдало мое лицо, тут же пробудив во мне погребенные под слоем лет кошмарные воспоминания. Двухметровое существо остановилось посреди полуразрушенного помещения, заваленного мусором и кусками отвалившихся настенных покрытий, и стиснуло меня своими огромными конечностями еще сильнее.

Я в панике перестала дышать, потрясенная одной невероятной догадкой о том, кто это такой.

Капюшон, полностью скрывающий голову похитителя, готов был вот-вот слететь, когда он наклонился к моей шее, обнюхивая меня, а потом… его длинный шершавый язык прошелся по моей коже, вызывая у меня усиление приступа паники и сумасшедшую неконтролируемую дрожь. Вопль ужаса застрял в моем горле, когда я поняла, что передо мной… ракхарец — представитель рептилоидной расы из созвездия Кошейри и мой кровный враг.

Именно ракхарцы однажды поработили народ Цвинн и жестоко господствовали над ним пять тысяч лет. Мое сознание и мое тело до сих пор хранило в себе гены ненависти к этим мерзким существам.

Ненавижу! Ненавижу!!!!

И… боюсь! Боюсь до потери сознания и не могу ничего с собой поделать: страх помимо воли жестко подчиняет меня, потому что однажды… однажды мне пришлось быть вот точно в таких же лапах на пороге мучительной смерти.

Но мне тогда было всего одиннадцать лет…

Планета Цвинн, больше десяти лет назад…

…Шершавый язык облизывает мои руки и шею, а я скулю от страха, роняю слезы, бьюсь в бесполезной истерике, понимая, что в любой момент это чудовище может просто сломать мне шею, как он сделал это с несколькими охранниками некоторое время назад.

…Но начинался этот страшный день вполне обычно и благополучно.

Наш отряд из сорока одиннадцатилеток удостоился чести посетить музей «рабской истории», где торжественно прославлялась наша славная победа над злостными завоевателями с уродливыми ящероподобными мордами — ракхарцами. Это именно те, которые так сильно любили наши крылья…

Уже сотни лет цвинны празднуют свою свободу, очень дорого полученную свободу, и музеи признаны лучшим средством внушить молодому поколению трепет перед подвигом своих свободолюбивых предков.

Но сегодня мы должны посмотреть не просто слайды, остатки древнего оружия и голограммы прошлых боев. Сегодня мы увидим в клетке настоящего ЖИВОГО ракхарца!!!

Его поймали на подлете к Цвинн, когда он пытался пробраться незамеченным на планету. Безумец! Наверное, решил пленить нескольких наших жителей, а потом продать на своей родине, как зверюшек в зоопарк.

Его схватили с феерическим торжеством: лютый враг попался! Теперь его ждет та же участь, которую он готовил нашим соотечественникам!

Я смотрела на диковинное существо во все глаза. За толстыми прутьями клетки он казался не таким уж страшным, хоть и внушал подсознательное опасение.

Остальные ребята — преимущественно мальчики — петушились и пытались поддеть пленника колкими словами, за что получили выговор от учителя и занижение баллов по контролю эмоционального состояния.

Меня интересовало, действительно ли ракхарец так разумен, как это принято считать. Захотелось вломиться ему в разум и что-то подсмотреть о его мире, но… кое-кто из мальчишек сделал это до меня!

Я заметила это по тому, как ребенок замер и почти перестал дышать. Жаль, что тогда учитель отвлекся на каких-то других ребят и ничего не заметил, ведь тогда трагедии можно было бы избежать…

Мальчишка — его звали Раулин, по-моему — не двигался больше минуты и даже не моргал. Мне быль страсть как интересно узнать, что же он там видит в голове у этого монстра, но он вдруг странно дернулся и начал пятиться, а потом и вовсе рванул к соседствующему с клеткой пульту управления.

Пульт — прямоугольный высокий короб с сияющим циферблатом кнопок и экранов — был защищен силовым полем, но Раулин несся на него безо всякого страха, а, точнее, безо всякого осознания. Только когда он напоролся на это поле и завопил от боли, я поняла, что он собой не владеет.

Изумленные и испуганные взгляды остальных детей тут же устремились на него, охранники рванули ему наперерез, но он, словно безумный зомби, игнорируя боль, потянулся к пульту управления и все-таки успел нажать несколько кнопок…

Свет погас, Раулин упал и затрясся в конвульсиях, охранники попытались заблокировать все недавние команды на пульте, но черная смертоносная тень с невиданной скоростью уже промчалась мимо них, заставив их неестественно вздрогнуть, замереть на пару мгновений, а потом мешками завалиться на пол…

Послышались крики, ужас объял моих одногруппников, и они стремглав рванули к выходу, а я, как зачарованная, смотрела на все это и не могла даже вдохнуть…

Мы не были друзьями с Раулином, но… он все-таки был моей семьей. А теперь он мертв. Я чувствовала, что он мертв…

Черная тень бросилась на детишек, и некоторые из них безвольно сползли на пол, но большинству удалось сбежать, и только я стояла посреди музейного зала и смотрела в никуда.

И тогда ракхарец пришел ко мне. Именно пришел, а не принесся на своей невероятной скорости. Видимо, быстро убивать меня он не собирался.

Я чем-то привлекла его, и он сжал меня, как в тисках, высунул свой язык, который у его расы считался очень чувствительным органом и использовался ими для получения глубокого наслаждения, и начал облизывать мою кожу….

Я дрожала и сперва не двигалась, а когда он потребовал раскрыть крылья, то и вовсе перестала дышать…

А потом я начала плакать. Ему понравился вкус моих слез, поэтому я была до сих пор жива. Но крыльев так и не раскрыла, поэтому он начал постепенно терять терпение…

Тогда меня спасло чудо: один из охранников оказался живым, хоть и смертельно раненым, и он выстрелил в ракхарца из парализатора, после чего чудовище начало сползать на пол.

Но перед тем, как отключиться, оно прошептало мне:

— Я запомнил тебя, зверушка! Я найду тебя!!!

И его черные омуты глаз закрылись, оставив мне только возможность впасть в истерику и нареветься в полном одиночестве, пока я смогла, наконец, разблокировать дверь и выйти к своим…

И вот теперь такие же точно жуткие объятия и такой же мерзкий язык скользит по моей шее, а довольное утробное рычание сообщает, что ракхарец очень доволен своей сегодняшней жертвой.

Думала, что буду охотиться сегодня, а, оказалось, сама стала настоящей жертвой маньяка…

Коммуникатор в ухе был абсолютно бесполезен, также как и другие датчики на одежде: метальные способности ракхарца заблокировали всякий сигнал отсюда, поэтому я точно исчезла с полицейских радаров. Но если иширцы придут за мной сюда, они, скорее всего, просто умрут. Они слишком слабы против такого монстра, как этот рептилоид…

Ракхарец отодвинул меня от себя и посмотрел мне в глаза. Я содрогнулась от вида его жуткой морды, но поняла, что это все-таки иной представитель его расы, чем в прошлый раз. Видя мое паническое состояние, ящер ухмыльнулся.

— Какая удача! — с шипением выдал он на ломанном цвиннскм языке. — Мне попалась милейшая зверушка, а не обычный подножный корм…

Это он так бедных иширок обозвал!

Но их он убил быстро, а вот меня… возможно, убивать он меня будет долго…

Я содрогнулась и опустила глаза.

Маруффа! Тебе уже не одиннадцать. Ты сильнее! Ты воин! Ты можешь противостоять ему!

Я пыталась поднять свой боевой дух, но он был сломлен. И все-таки я плохой шпион! Одни сплошные сбои! Правда, возможно, это уже и не важно. Вряд ли я выживу…

Вспомнила о Максе. Как жаль, что я так и не смогла с ним… хотя бы раз попробовать, что такое любовь и близость. Немного жалею…

Стоп! А если он придет сюда за мной???

Мысль о его неминуемый смерти неожиданным образом помогла взять себя в руки. Не хочу! Не хочу, чтобы он умер! Он… хороший человек. Он должен жить!!!

Что я могу сделать? Попробовать ментально подчинить рептилоида?

Однако ракхарцы и сами очень сильны в этом — вспомнить хотя бы кончину Раулина. Моя попытка завладения разумом монстра может привести к тому, что он завладеет моим!

Может, обмануть его доверие? Притвориться послушной, выпустить крылья? Мысль о том, чтобы показать свое сокровище такому мерзкому существу, вызвала дрожь отвращения. Но если это позволит выиграть время и спасти Макса…

Я заставила себя улыбнуться. Это было трудно, но мои попытки монстр уловил, ухмыльнулся безгубым ртом, высунул раздвоенный на конце язык, намереваясь, наверное, снова лизнуть меня в лицо. Я сжала зубы покрепче, чтобы это стерпеть, как вдруг снизу на лестнице послышались торопливые шаги.

За мной пришли!

Ракхарец дернулся, а потом начал приходить в ярость.

У меня кровь застыла в жилах от представшей перед глазами картины истерзанных тел, истекающих кровью…

Мой кошмар детства мог повториться через несколько мгновений…

Первым в помещение заскочил… Энди Вильсон, чем меня весьма удивил. В полумраке он не мог рассмотреть, кто перед ним, а лишь видел сгорбленную фигуру мужчины в плаще, сжимающего меня в своих руках.

— Энди, уходи! — выкрикнула я на свой страх и риск, за что получила увесистый удар по лицу и отлетела в сторону, сильно ударившись головой и спиной об стену.

У меня потемнело в глазах, перехватило дыхание, но потом я через силу открыла веки и увидела, что старшекурсник… вступил в рукопашный бой с ракхарцем и весьма успешно отбивает его удары руками.

Нанороботы! Точно! Энди — не простой человек! Он — экспериментальная «модель» сильнейшего иширца!

Я затаила дыхание, смотря на то, как ловко парень отбивается от противника на голову выше себя, и вдруг почувствовала глубокий стыд. Как я могла так сильно поддаться детским страхам и даже не попытаться бороться с врагом??? Позорная шпионка!

Однако бой быстро закончился, когда в одно мгновение рептилоидная морда ракхарца осветилась светом выглянувшей из-за облаков луны, и Энди Вильсон наконец увидел, с кем имеет дело. У парня на лице отразился испуг, движения замедлились, и этого хватило, чтобы пришелец нанес свой сокрушительный удар, а Энди отлетел на камни. Послышался стон боли: похоже, его здорово приложило, а ракхарец резко обернулся ко мне. Видимо, он решил быстро смыться отсюда, прихватив меня с собою, но я стала в боевую стойку, решив обороняться до самого конца.

Он так быстро возник около меня, что я даже не заметила этого. Зато смрадное дыхание тут же опалило шею, а по телу вновь пробежали мурашки ужаса.

Нет! Я не могу пассивно отдаться ему! Нужно атаковать его ментально, хоть это и рискованно! Нужно попытаться выжить! Я сделала рваный вдох и стремительно нырнула в ментальное поле врага, пытаясь обрушить на него приказ полного безволия.

Ракхарец дернулся, удивленно захрипел, но его лапищи жёстче сжали мою талию, а я едва не закричала от боли, потому что он начал выпускать когти.

«Подчинись! — кричала я внутри его головы и не замолкала. — Починись мне! Ты раб! Ты безволен! На колени! Ты не можешь говорить, не можешь двигаться и не можешь сопротивляться без приказа!!!».

Ракхарец начал угрожающе раскачиваться, но я почувствовала, что он сейчас пытается сбросить мое влияние с себя, и ему это невероятно трудно сделать.

«Отпусти меня! — продолжаю я вопить внутри него. — НА КОЛЕНИ!!!!».

Слышится утробный рык, вызывающий у меня инстинктивный ужас, но я заталкиваю его вовнутрь поглубже…

И вдруг происходит что-то странное. В моем разуме возникает четкий голос того прошлого ракхарца, который обещал найти меня.

— Ты никуда от меня не денешься, зверушка! — слышу я четкую мыслеформу, и меня просто заклинивает. Ментальная ловушка для пришельца ослабевает, и он с рычанием освобождает тело от моего влияния, яростно отталкивая меня рукой.

Я падаю на куски обрушенной стены и чувствую, как почти теряю сознание от боли. Еще мгновение, и он вонзит в меня свои когти или зубы…

Но в помещение снова врывается кто-то из моего отряда, и я слышу громкий отчаянный крик:

— Марк!!!

Мое сердце вздрагивает и переворачивается. Макс пришел!

Из-за его появления мой разум начинает отчаянно ловить сознание, чтобы не впасть в беспамятство, потому что я ужасно боюсь за своего друга — теперь понимаю, что искренне его таковым считаю — но в то же время я так рада, что он пришел! Я ему нужна…

Однако… он обычный слабый ищирец, и ничего не сможет против такого мощного врага!

Но меня настигло настоящее изумление.

Макс ударил ракхарца с такой силой, что тот пошатнулся и почти упал. Он попытался в ответ броситься на наглого человека, но Макс увернулся от его выпада с какой-то запредельной для иширца скоростью и обрушил на пришельца еще серию жестких ударов по корпусу, отчего у того из груди вырвался лающий кашель…

Не знаю, что именно произошло с ракхарцем, но он стремительно развернулся, а потом метнулся прямо в провал окна и исчез, беззвучно растворившись в воздухе на высоте шестого этажа…

Почти мгновенно Макс ринулся ко мне. Поднял на руки, прижал к себе. Я застонала от пронзившей тело острой боли. Энди тоже застонал чуть поодаль, пытаясь присесть. Тряхнул головой, но довольно резво поднялся на ноги.

— Энди, — крикнул Макс тревожно, — беги вниз и приведи Эмилию. Марк ранен…

Энди не возразил и выскочил из помещения, а Макс присел на пол и, продолжая держать меня на руках, тревожно спросил:

— Где болит? Ты можешь говорить?

— Спина, — пробормотала я, — но, думаю, это просто небольшие ушибы… не волнуйся…

Так приятно было сказать это «не волнуйся». Обо мне есть кому переживать! Какое странное чувство радости, что я ему небезразлична!

В его объятиях стало так уютно, что я просто закрыла глаза, наслаждаясь его заботой и ароматом, как будто и не было со мной всего того ужаса еще несколько минут назад, как вдруг он, меняя положение тела, чтобы мне удобно лежалось, нечаянно скользнул рукой по моей грудной клетке, задев ладонью грудь. Она качнулась, как настоящая, потому что таковой и была, а я затаила дыхание.

Ох! Я ведь о ней совсем забыла!

Макс замер. И я замерла. И рука его замерла, оставшись покоиться на выпирающем полушарии груди.

Я услышала, как Макс громко сглотнул. Наши глаза в полумраке встретились, а его пальцы непроизвольно сжались, словно проверяя, настоящая она или нет…