Миссия К.А.I.

Друзья и враги

Чен думал, что если не успокоится, от частоты его дыхания воздух в кислородном балконе закончится раньше, чем они попадут на станцию. Конечно, умереть ему никто не даст, и тем не менее. Он заметил, что к космолёту Мина тоже пристыковалась капсула со станции, но что там происходило — не разглядеть.

Он задержал дыхание, зажмурился и заставил себя дышать ровнее. Волнение никуда не делось, но хотя бы внешне он выглядел увереннее. И стекло шлема перестало потеть. Никто не обещал, что будет легко, даже профессор не знал, как всё сложится. По крайней мере их не убили без разговоров и можно объясниться с руководством станции, думал инженер, выходя из шлюпа в герметичный отсек. Дверь за спиной закрылась, их обдало санитарным распылителем, в отсек накачали воздух. Теперь можно было снять шлемы и скафандры. На это ушло некоторое время, но оно же помогло парням взять себя в руки и обменяться напряжёнными взглядами. Минсок был с ними. Один. Очевидно, кошку или не позволили взять, или он ее спрятал. Спрашивать сейчас было опасно. Ничего, какое-то время космолёт побудет на автопилоте, мисс Чу справится, она и не такое переживала.

Открылся очередной шлюз и молодые люди в сопровождении охранников прошли дальше. В длинном коридоре никого, словно станцию зачистили. Хотя бы охрана, патруль или инженерные работники должны были здесь находиться, но нет.

Наконец, их привели к капитанском у мостику. Капитан У, суровый мужчина в возрасте с кучей мелких шрамов на лице, происхождение которых никто не знал, стоял посередине помещения, сцепив руки за спиной. Рулевой и остальные члены мостика уставились в свои экраны и на приборы. Очевидно, им было запрещено смотреть на пленников. По лицу капитана ничего нельзя было прочитать.

— Инженер Ким Чен. За нарушение закона станции, за появление по вашей вине неизвестной угрозы, вы приговаривается к казни.

— Даже последнее слово не дадите, капитан? — выпалил Чен, нехило испуганный такой перспективой.

— Предателям слова не дают.

— Но я не предатель, капитан!

— Вы покинули станцию по ложной причине, обманули командование и привели с собой разыскиваемых преступников.

— Всё так, капитан.

— Вы что, вот так легко сознаётесь? — опешил мужчина от его ответа. Он-то рассчитывал, что Чен станет врать и изворачиваться и уже пытался придумать, как выгородить парня, а молодой инженер сломал его планы своим ответом.

Кай недобрым взглядом окинул Чена, решив, что придушит говнюка, как только представится возможность. А ведь он поверил мальчишке, доверил ему свою жизнь и жизнь двух самых близких людей в этом мире. А ещё Мисс Чу. За нее особенно обидно.

— Я не знаю, за что разыскивают этих людей, капитан, но мы не можем их отдать, — уверенно продолжил Чен. — Я нашел и привел сюда проект K.A.I. — наш единственный способ выжить. От жителей станции утаивается информация, что наши дни сочтены. Ещё лет 30, в лучшем случае 50 и нам конец.

— Командор Ли уверен в обратном. Он утверждает, что вы хотите уничтожить станцию и всех нас погубить.

— Это абсурд! Командор не обладает всей информацией о техническом состоянии станции, мало кто знает об этом. Вы же сами понимаете, чтобы не было паники и...

— Прекрати вводить всех в заблуждении, пацан! — раздался за его спиной грубый голос. Чен вздрогнул. Он ненавидел и боялся командора и отчаянно жаждал его смены на другого. Вот надо же было так попасть именно в его правление?

— Почему вы один и где остальные члены правления? — казалось капитана У сложно вывести из равновесия

Ему не понравилось, что командор явился единолично. Что-то пошло не так, не по его плану. Но и командор оказался не пальцем деланный.

— Я отстраняю вас от управления станцией за нарушение моего приказа, капитан. Взять его под стражу.

Двое охранников командора с оружием двинулись к капитану, мужчина стоял со сцепленными за спиной руками до тех пор, пока они не нарушили его личное пространство, а потом молниеносными движениями вырубил обоих, отобрав оружие.

— Вы меня недооцениваете, командор. Я служил при нескольких других ваших соратниках и мои шрамы заработаны вовсе не по пустякам. Я не сдам пост. Да, я не подчинился вам. Но и вы сейчас действуете не в интересах станции. Где остальные?

— Живы. Но заперты. В целях их же безопасности. Опустите оружие.

Капитан подчинился. Палить на капитанском мостике было опасно. Если он повредит панели управления, то все погибнут уже в течение суток.

— И что вы предлагаете? — обратился мужчина к командору Ли.

— Вы сдаете управление станцией. Мы немедленно казним предателей, сдаём преступников космокопам. После этого я отпускаю членов правления, и всё снова будет хорошо.

— Хорошо не будет, командор! — не выдержал Кай, до сих пор молчавший, пока старшие мерились характерами. Чен замер, видимо испуганный происходящим, а молчание сейчас могло привести только к смерти.

— Преступникам слова не дают, — отбрил его Ли.

— Я — единственный внук ученого по фамилии Ким, того самого человека, который изобрел механизмы, способные создать новую планету, — громогласно заявил Кай, так, чтобы его услышало как можно больше людей. Для Кая такое признание было сродни подвигу, ведь долгие годы он хранил обиду на деда и отказывался признавать их родство. Но чего не сделаешь ради выживания?

— Твой дед был простым безумцем и всех ввел в заблуждение. Его машина не существует.

— Посмотрите в иллюминатор, командор, — спокойно заявил Кай.

— Чего я там не видел? Только угрозу нашей станции в виде какого-то мощного оружия, которое я уничтожу, как только казню тебя и этого полудурка.

— Кажется я понимаю, почему вас тут не особо жалуют, — усмехнулся Кай. — Трудно уважать того, у кого отсутствуют мозги.

— Ах ты!

— Успокойтесь! — нарушил своё молчание Ким Чунмён. — Мальчишки говорят правду, командор. Да, это правда, вам неизвестная, лишь потому, что люди, намного старше вас, решили её скрывать для всеобщего спокойствия. Но от этого правда не перестала быть правдой. Станция разрушается. Мы так и не научились производить в космосе новые детали и механизмы. Мы лишь чиним и переделываем старые, но у любого металла, пластика и прочих материалов есть период износа. На Земле он был длиннее, но в космосе сократился в разы. И опять же всё упирается в невозможность полной замены на новое.

Устройство, что вы видите за стеклом, действительно наш единственный способ спасения. Я покажу вам секретные файлы и чертежи, объясню зачем и как его можно использовать. Мы создадим планету, пригодную для жизни, у нас ещё есть время для этого. Но его критически мало. Создание планеты — процесс долгий и трудоёмкий, в естественных условиях занимает миллионы лет. Профессор Ким сумел сократить его до сотен лет. Но у нас даже их нет. Поэтому завершать процесс мы будем, построив базы на новой планете и постепенно доводить её до ума. Начинать нужно уже сейчас. Так что засуньте свою гордость куда-нибудь поглубже и действуйте так, как нужно для спасения человечества.

Командор молчал. Молчание его затягивалось и не предвещало ничего хорошего. Он хорошо умел держать лицо, что затрудняло общение с ним и никогда нельзя было предугадать, что он сделает. Мён не был уверен, что его пламенная речь произведет нужный эффект, но надо было что-то делать. В коридоре раздались шаги тяжёлых магнитных ботинок. Через пару минут появился отряд из двенадцати космокопов.

— Командор Ли, — обратился к мужчине возглавлявший отряд человек. — Мы готовы забирать преступников.

— Замечательно, — внезапно ожил тот. — Но вам придется забрать пятерых вместо двоих. Этот старый биороид устроил бунт, а капитан нарушил свои обязанности и оказывает мне сопротивление. Мелкий инженер вообще предатель и такой же преступник. Все эти люди — нарушители космических законов человечества и подлежат казни. Надеюсь, вы разберётесь с этим так, чтобы мне не пришлось жаловаться вашему руководству.

Космокопы разделились по двое и направились к указанным лицам, понимая, что скорее всего будет сопротивление. И оно не заставило себя ждать. Кай начал драться с обоими одновременно. Утяжеленные защитными костюмами, они оказались слишком хорошими противниками, но парень не собирался сдаваться. Мин встал на защиту Чена, толкнул его себе за спину и достал неизвестно откуда две палки, скреплённые металлической цепью. Давно не видевшие такого оружия, коспокопы застыли, ковыряясь в информационном блоке скафандра, чтобы понять, что с этим делать. Мин не позволил им долго думать, напав на обоих и сразу, огрел по шлемам, создавая внутри сильную вибрацию и гул. Копы уронили оружие и схватились за шлемы.

Капитан станции быстро обезоружил одного, сумел уложить на лопатки второго, мгновенным движением отключив его магнитные ботинки, и со скоростью вспышки молнии метнулся к командору, взяв его шею в локтевой захват и приставив к виску пистолет.

— А теперь отмени свои приказы.

— Убить всех преступников даже ценой моей жизни! — завопил командор, и его личная охрана тоже вступила в драку. Численный перевес был на их стороне. Мён с ужасом смотрел на происходящее, понимая, что это начало конца. Когда космокопы приблизились к нему, стоявшему у дальней стены капитанского мостика, он ничего не предпринял. Есть ли смысл сопротивляться безумию?

— Что же вы все творите? — только и смог пробормотать биороид. К шуму драки добавился непонятный гул и крики. По коридору кто-то бежал. Мён вгляделся туда и обнаружил несколько десятков человек, вооруженных чем попало — отвёртками, ломами, шуруповёртами, прочими инструментами. Это были сотрудники инженерного отдела, почти треть жителей станции. В таком количестве они уже внушали. Хотя это были по сути простые люди, работники, узкие специалисты и некоторые учёные, но они могли изменить положение дел числом. А возглавляла их хрупкая Юми.

— Вон там! Защитите процессора и нашего брата Чена! — девушка указала на обоих тонким пальчиком. Ее загородил собой крупный лысый парень, один из грузчиков и разнорабочих с монтировкой на перевес. Отдав пару команд, он умело распределили силы. Инженеры набросились на космокопов и охрану командора. Раздались звуки выстрелов, несколько человек упали, командор попытался вырваться из рук капитана, но безуспешно. В течение нескольких минут бойня прекратилась. Все космокопы остались безоружными и были повалены на пол. Восемь сотрудников инженерного отдела погибли. Были погибшие и среди охранников.

Власть сменилась. Мён велел немедленно найти и освободить остальных членов правления. Юми, уже успевшая узнать, где они заперты, повела несколько человек туда. Космокопов связали металлическими прутами и заперли в ближайшей каюте, отключив им связь и сняв шлемы. Погибших пока отнесли в зал собраний, чтобы близкие смогли попрощаться с ними.

А члены правления наконец появились на капитанском мостике.

— Профессор, расскажите нам, что тут произошло? — обратился к нему господин Чон, который в будущем году должен был сменить командора Ли. Мёна не пришлось упрашивать, он был максимально краток. Четверо мужчин и трое женщин внимательно выслушали его и принялись обсуждать ситуацию. Командору Ли заклеили лицо скотчем, потому что он не переставал возмущаться и обложил всех присутствующих отборным матом. Его этим же скотчем примотали к стулу. Пока ещё он считался командором и имел право присутствовать на совете.

— Но профессор, насколько это безопасно для нас? — спросил один из членов совета.

— Совершенно не безопасно. Однако это единственный шанс.

— То есть вы предлагаете известить остальные станции, убедить их принять программу К.А.I. и начать формирование планетарного кольца? — уточнил другой.

— Всё верно, наше время и так ограничено, мы многое упустили. Так что ждать больше нельзя.

— Почему вы решили, что мы сможем договориться с руководством других станций? — спросила одна из женщин по имени Джиён.

— Как вы знаете, станций теперь стало меньше, чем было изначально и вы все знаете, что с ними произошло. Нам грозит такая же судьба. Возможно, когда мы погибнем, нашу станцию разберут на детали и это позволит другим протянуть ещё несколько десятков лет. Но их это в итоге не спасет.

— Вы утверждаете, что станция разваливается. Я помню, что вы докладывали нам о некоторых проблемах, но потом успешно исправляли ситуацию. Почему мы должны поверить вам сейчас? — спросила другая, старшая из всех, госпожа Ён.

— Стало бы вам легче все эти годы знать истинный масштаб проблемы? — ответил на её вопрос вопросом профессор. — Я мог донести её до вас полностью, но был уверен, что ни к чему хорошему это не приведёт. К тому же информация могла выйти за пределы этого совета и началась бы паника. А паника — это смерть. Поэтому я как мог скрывал, настолько всё плохо. Сейчас пришло время рассказать. Несколько подчинённых мне инженеров в курсе, но каждый знает только про своё отделение. В реальности же, 8 из 12 отсеков станции развалятся уже в ближайшие 10–15 лет. Мы рискуем потерять оранжерею, Чен последние пять лет пытается всем правдами-неправдами спасти её, но нам не хватает ресурсов. Очередная переделка даст не больше 5 лет. Отсек очистки воздуха и воды тоже сильно изношены. Мы можем перестроить и уменьшить станцию, это даст ещё несколько лет плюсом, но придется убрать сотни человек. На всех не хватит воздуха, воды и питания. Да, у нас ещё около 30 лет в общей сложности, при условии постоянных сокращений всего и всех, но с каждым годом ситуация будет ухудшаться.

— Сегодня мы пошли против космокопов, а это люди, следящие за межстанционным порядком. Вы понимаете, что это может привести к войне? — спросил седовласый мужчина самый старый член правления, господин Хван.

— Понимаю. Но думаю, их можно перетянуть на свою сторону, если всё рассказать.

— Профессор, а вам не кажется, что вы взвалили на себя непомерную ношу?

— Я несу её уже 148 лет. Поверьте, мне самому надоело. Но я не могу бросить людей, зная, что способен им помочь.

— Гордыня череп не жмёт?

— У меня её нет. Вы не застали времена, когда пропал проект К.А.I. всё, кроме господина Хвана, — Мён поклонился седовласому мужчине. — В то время мы все были воодушевлены и ждали нового этапа. Вы знаете, что планета уже создана. Остужена. Готова к терраформированию. Но процесс был законсервирован из-за потери проекта. Теперь же он найден. Он цел. У нас есть шанс. И есть люди, способные его активировать. Мои инженеры разберутся, мне только нужно дать им архив. Я участвовал в создании этой машины. Да, не я её придумал, но профессор Ким был далеко не дурак. Он сделал всё так, что даже один толковый специалист справится. Чен же смог найти, разбудить корабль и привезти его сюда. В одиночку.

— Чен, подойдите, — позвала его третья женщина, не участвовавшая до сих пор в обсуждении, госпожа Хан. — Расскажите нам, как вам это удалось.

— Профессор всё верно сказал, — голос парня срывался и дрожал от волнения, но он постарался взять себя в руки. — Проект действительно сделан очень грамотно, видимо профессор Ким успел что-то поменять в настройках так, что любой специалист сможет разобраться теперь. Раньше это было доступно только ему и его соратникам.

— И вы узнали об этом проекте от профессора?

— Да. Он рассказал мне и попросил поискать что-то связанное с проектом. Если будет возможность.

— То есть профессор Мён нарушил закон станции и раскрыл секретную информацию? — прищурился один из мужчин. Командор Ли активно закачался на своём стуле что-то мыча. Но остальные члены совета не удостоили его вниманием.

— Ну... Понимаете... Ведь это для всеобщего блага. Я никому не говорил...

— Думаю, мы можем отдать космокопам этих двоих и Чена, раз уж профессор Мён уверен в своих силах. Заплатим им питанием, чтобы загладить конфликт, и так избежим войны, — предложила госпожа Ён. — А профессор со своим отделом может попытаться запустить процесс терраформирования. И если, — говорившая сделала акцент на этом слове, — им удастся, тогда мы расскажем остальным станциям.

— Боюсь, это невозможно, — выпалил Чен, как только она замолчала.

— Почему? — уточнила женщина.

— Этот парень, — Чен указал пальцем на Кая, — биологический наследник профессора Кима и в его ДНК вшит код управления проектом. Без него ничего не будет работать. И его невозможно достать. Код будет работать только пока жив Кай и пока он находится на проекте.

— Кай? Я правильно услышал? Старик назвал единственного внука в честь дела всей своей жизни?

— Поверьте, я и сам его за это ненавижу. Но жить хочется, — съязвил предмет их разговора.

— А вы, молодой человек, тоже инженер?

— Я пилот комических аппаратов. Могу управлять любым современным космолетом и даже станцией.

— Почему же вы столько лет скрывались?

— Я не скрывался. Я просто не знал. От меня эту тайну тоже хранили. Дед умер, когда мне было 10 лет и оставил подсказки, которые я не смог бы разгадать самостоятельно ввиду отсутствия информации. Но по пути мы встретили пару человек, знавших часть этой информации, и смогли всё сопоставить.

— Ну хорошо. Допустим, юноша нам пригодится, но второго-то можно отдать в качестве компенсации? Ведь их обоих не зря записали в преступники, — предложила та же женщина.

— Нельзя, — возразил Кай. — Мин мой второй пилот мы команда, и без него я ничего не стану делать. Пропадай всё к чертям.

— Копы не согласятся с тем, чтобы никого не забрать.

— Отдайте им этого придурка, — указал на командора Ли Кай. — Всё равно вы его в управлении не оставите, он же вас запер и хотел всех уничтожить.

— Это не вам решать, — прервал его господин Чон.

— Просто делюсь мнением, раз уж вы решили меня выслушать, — не стушевался Кай.

— Если позволите, — подал голос капитан У, — у нас не так много хороших пилотов и чаще всего они способны водить только одну категорию космолетов. Я бы завербовал этого человека работать во благо станции. И второго тоже. Особенно если нам придется создавать планетарное кольцо.

— Нам надо подумать об этом и посовещаться без вашего присутствия, — ответил ему господин Хван, капитан согласно кивнул. А старик продолжил.

— Хорошо, мы выслушали всех участников. Действительно, я не могу и не буду отрицать, что успел застать то время, когда все готовились к терраформированию и я был среди ярых сторонников этого. Потом проект оказался украден своим же создателем и на всеобщем сборе решили молчать о нем, чтобы не будоражить молодёжь, не давать им даже призрачной надежды. Надо выживать здесь и сейчас. Я предлагаю вообще пока не говорить никому о проекте, дать возможность нашим инженерам поработать с ним, и если у них получится...

— Простите, господин Хван, — несмело прервал мужчину Чен. — К сожалению вы не правы. Мы не сможем это ни от кого скрывать. Я изучил чертежи и дело в том, что чтобы активировать процесс терраформирования, нам необходимо планетарное кольцо. Оно позволит создать гравитацию и магнитное поле. Без этого ничего не получится. А с учётом размеров планеты, построить такое кольцо возможно, только если разобрать все существующие станции, ну в теории одну можно оставить при грамотном распределении материалов. Для этого сперва надо построить базы на планете, разобрав часть станций, чтобы мы могли там жить, производить еду и кислород. А уже потом строить планетарное кольцо. Возможно придется задействовать материалы с погибших станций.

— Не возможно, а точно, — поддержал его Мён.

— Вот оно как, — господин Хван задумчиво почесал выбритый подбородок. — Выходит, либо мы вообще не начинаем проект, либо привлекаем к нему всё выжившее человечество?

— Выходит, что так, — согласился с ним Чен.

— Вы упомянули кислород и питание, — вступив в разговор одна из женщин. — А что с водой? Планета сейчас пуста и воды на ней нет. Даже с учётом всех станций нам не хватит имеющейся воды и конденсаторов, чтобы произвести достаточное её количество хотя бы для одного озера.

— Ох, да! Вы не подумайте, что я забыл. Просто не успел рассказать. Профессор Ким спрятал проект в кольце из ледяных астероидов. Воды там предостаточно, чтобы заполнить океанами две планеты! Так что в этом вопросе проблем не будет!

— А как вы предлагаете их доставить на планету?

— Я смогу переоборудовать несколько космолетов мехруками, чтобы они смогли дробить и перетаскивать крупные куски, а плавить их мы будем уже на планете. Для этой работы пригодятся опытные пилоты.

Члены совета задумались, переглядываясь между собой так, словно могли читать мысли друг друга. Чена не отпускало напряжение, Мён буравил их всех взглядом, командор Ли продолжал брыкаться на стуле, а Кай просто бесил своей расслабленностью. Минсок уселся на полу в позу лотоса и словно дремал.

Прошло несколько долгих минут, прежде чем старейший член совета заговорил.

— Нам нужно посовещаться наедине. Вы все будете изолированы друг от друга. Ожидайте нашего решения до утра. Профессор Мён, вы выступите еще раз, подробно разъяснив нам суть проекта и технологий. Покажете материалы профессоров прошлого и то, что обнаружил ваш подопечный. Ваше личное мнение больше не принимается в рассчет до вынесения решения. Только техническая часть нам сейчас интересна.

— Это уже что-то, — согласился Чунмён.

Их развели по разным камерам, а профессора отправили в зал совещаний, готовиться к докладу.

.