Марина. Виверн

Глава 24

Суд

Черная присыпанная, словно сахарной пудрой, машина остановилась. Колеса зарылись в снег.

Дверь открылась.

Холодный, пахнущий напряжением воздух ударил в лицо. Грубый тюремный ботинок ступил на припорошенную снегом дорожку.

Клуб пара вырвался от вздоха.

Марина поежившись, подняла ворот пальто, скрыв черный ошейник. Она вскинула свои сине-зеленые, подобно морской воде, глаза на хмурое, наполненное грустью небо. Крупные хлопья снега падали белоснежными перьями райских птиц.

Снежинки налипли на ресницы и запутались в кудрявых волосах. Предоставленное агентами АКД тонкое кашемировое пальто продувало и хватило всего несколько минут, чтобы Марина застучала зубами.

Агент двинулся вперед, оставляя за собой следы на снегу. Девушка шла в шаг за ним, а за спиной следовал еще один агент.

Вереница древних могильных плит, кенотафов

13

[Кенотаф — символическая могила, в которой не содержится тело умершего, надгробный памятник.]

, выглядывали из-под сугробов и смотрели с укором. Ветки редких деревьев под тяжестью снега согнулись и опустились в поклоне перед погребенными.

Звуки снега, хрустевшего под ногами, оглушали. Три пары ног, словно вторгались в безмолвный покой.

Им не были рады.

Агент ступил на развилке на левую тропинку. Марина повернула голову и посмотрела поверх прыгающих плеч агента. Деревья расступились.

Сердце ударило в ребра и забилось вприпрыжку.

Впереди, среди снега и могильных плит виднелся пустой фонтан.

Том, что держал над темной высокой фигурой зонт, обернулся и нахмурился при виде приближающейся троицы. Зонт приподнялся.

Марина сглотнула и вцепилась взглядом в спину мужчины в черном пальто, ворот которого украшал соболь. Он медленно обернулся.

Черные волосы, острые черты лица, маленькая родинка под правым глазом, тонкие губы, что дрогнули, — она знала каждую черточку в лице Дмитрия Аскендита.

Стальные глаза Димы смягчились при взгляде на Марину. Агент, что шел впереди поздоровался с ним. Аскендит нехотя оторвал взгляд от Марины и коротко сжал протянутую руку.

— Отойдите. — Под суровым взглядом Аскендита агент нахмурился, но кивнув, махнул второму. — Том, ты тоже.

Секретарь медленно закрыл черный зонт и отошел на несколько шагов к агентам и двум телохранителям Аскендита, которых Марина не сразу увидела.

Девушка робко сделал шаг вперед и поравнялась с Димой. Он отвернулся и посмотрел прямо перед собой.

— Привет, — тихо произнесла она и вытянула руку из кармана. Пальцы разом обжег холод.

— Привет, — в унисон повторил он.

Снег, танцуя, запутывался в его волосах и воротнике.

Робко незаметно Марина повернула корпус к Диме и коснулась ребром ладони его пальцев.

Дима шумно выдохнул, его горячие пальцы охватили её ледяную ладонь, и разом стало легче дышать…

За десять дней заточения в одиночке она отвыкла от прикосновений и по телу пробежались мурашки.

Дима скосил на нее глаза и покосился поверх ее головы на агентов АКД.

— Как же я хочу обнять тебя… — прошептал он и мягко улыбнулся ей. — Подожди еще немного. Через несколько часов мы будем дома.

Марина втянула промерзший воздух и, выдохнув, дождалась пока пар от дыхания развеяться.

— Ты будешь на суде? — прошептала она под аккомпанемент собственных ударов сердца. Дима сжал челюсть и свел брови.

— Буду.

— Мистер Вульф сказал, что вероятность того, что я останусь в тюрьме на всю жизнь шестьдесят процентов. Еще двадцать процентов на то, что я отправлюсь на электрический стул, ну или что там для меня выберут… Мои шансы выбраться примерно равны смертной казни, — истерично хмыкнула она и сразу же нахмурилась.

— Поверь мне, двадцать процентов в руках Вульфа — почти сто процентов на успех. Он гениальный адвокат.

Лицо Марины озарилось надеждой.

Молча они смотрели, как снег, падающий с неба, укрывал склонившиеся деревья.

— Все будет хорошо. Постарайся успокоиться, — произнес Дима, хотя сам не был уверен в том, что говорил. Мистер Вульф сказал Марине правду. Шансы были невелики.

Марина судорожно втянула воздух. Она чувствовала, что Дима лукавит.

— Я боюсь, — выдохнула она.

Дима резко повернул голову к ней. Марина вскинула глаза на небо. Отросшие темные корни волос бросались в глаза. Оранжевая форма заключенного проглядывалась из-под тонкого пальто. Марина еще похудела и от этого казалась такой хрупкой, что Дима с трудом сдержался прижать ее к себе. Сейчас он видел, насколько Марина отличалась от Евы. И почему он думал, что они похожи?

За все дни в одиночке Марина только и делала, что прокручивала свою жизнь, все, что произошло с ней. И она все не могла понять одного:

— Почему именно Ева? — произнесла задумчиво Марина. И добавила, уловив непонимающий взгляд Димы: — Почему Мортис выбрал матерью своих детей Еву? Неужели нельзя было похитить другую высокородную дэвлесс? Или попросить Розу родить ему… Она была бы на седьмом небе от счастья.

Дима недовольно прищурился. Невольно он покосился на дэвлесс за ними.

— То, что твоя мать — Ева Пурус и что ты дочь Мортиса и Евы не должен никто узнать, — приглушенно сказал он.

Марина вскинула на него удивленные глаза.

Дима облизал пересохшие губы.

— Мортис не просто так похитил именно Еву. Она Пурус — единственная женщина носительница их чистой крови. Мортис хотел скрестить два древнейших дома дэвлесс: Аскендит и Пурус.

— Но причем здесь Мортис?

— Притом, что он был рожден Аскендитом. Он мой троюродный дядя. Он тот, кто мог взойти на престол вместо моей матери. Не получив власть, он основал Дом Черной розы и взял новую фамилию…

— Мортис, — выдохнула ошарашенная Марина. Дима кинул.

— Он продолжает по крови оставаться Аскендитом, — Дима сглотнул. Уголки губ слегка дернулись. — Есть пророчество, именно из-за него нам с Евой пришлось сбежать…

— Дитя союза Аскендитов и Пурусов уничтожит всех дэвлесс, — ошарашено открыла рот Марина.

— Это ты, — прошептал Дима. — Ты — дочь Евы Пурус и Анирама Аскендита. Ты — та, если верить пророчеству, кто уничтожит дэвлесс.

Марина невольно задрожала. Судорога скрутила желудок. Она в ужасе начинала осознавать, что пророчество говорило о ней… или Филиппе.

Он ведь был ее братом! Как же она не догадалась? Ведь все было на поверхности.

— Пора идти, — подошел один из агентов.

Девушка вздрогнула и обернулась. Обреченно она вскинула лицо на Диму. Лицо Димы вмиг стало бесстрастным, ничего не выражающим. Дима кивнул. Схватив Марину за локоть, агент потянул её.

Девушка все шла и оборачивалась на Диму. Он продолжал стоять к ней спиной и смотрел на замерший фонтан, боясь, что если обернется, просто не сможет отпустить ее.

Через несколько минут Марина в сопровождении агентов зашла через черный вход в здание главного суда дэвлесс, но тепло не смогло согреть ее.

Ее нехило потряхивало.

Марина нервно схватилась за руку агента АКД. Агент недовольно поморщился.

Тяжелая резная дверь распахнулась.

Щурясь после темного коридора, девушка сделала шаг в светлое помещение. Лица десятков присутствующих обернулись. Оранжевый комбинезон приковывал взгляды. Ноги Марины затряслись, но она упрямо шла дальше по узкому проходу.

Дима сидел на последнем ряду с краю. Как и все, он повернул лицо к вошедшей Марине. Испуганно, затравленно, подгоняемая агентами АКД, она подошла к столу и села спиной к присутствующим и лицом к судье и Видящему.

— Я так и знала, что ты будешь здесь… — прозвучал рядом с Димой знакомый голос.

Аскендит резко повернулся. Главный редактор “Davless-news” Алессия Амбре широко улыбнулась, оголяя свои белоснежные зубы. Её черные волосы были собраны в высокий хвост, а почти черные глаза хитро блеснули. Она присела на самый край скамьи, чуть касаясь бедром его бедра, от чего Аскендит был вынужден подвинуться и позволить Алессии сесть рядом.

Лицо Дима напряглось. Он сложил руки на груди и посмотрел на трибуну.

— Знаешь, ходят слухи, что ты спал с ней… Не из-за неё ли ты отменил помолвку с Кристиной?

Челюсть Димы сжалась. Вена на виске застучала.

— А еще ходит слух, что Марина Ситром — дочь Владыки смерти, — тише произнесла она и покосилась на бесстрастно смотрящего прямо перед собой Аскендита. Она улыбнулась еще шире. Так и не дождавшись его реакции, Алессия поджала губы и достала из сумки ноутбук, что блеснул полумесяцем.

Её тонкие пальцы порхали по клавиатуре, записывая все, что происходило на суде.

Дима скосил взгляд на экран:

“Дело № 11567-04. Марина Ситром, заключенная под номером Z-156.”

Дима оторвался от экрана и посмотрел на спину Марины. Ее вызвали на допрос.

Это было ожидаемо, ведь мистер Вулф выстроил линию защиты на основании того, что Марина с малолетства воспитывалась Мортисом. У неё не было выбора как стать членом “Dominus Mortis”. Это был единственный шанс вытащить её.

— Марина Ситром, вы признаете обвинения, что здесь прозвучали?

— Да, — хрипло ответила она в микрофон.

Девушка судорожно сжала руки под столом. Губы прокурора двинулись. В ушах нарастал звон.

— Простите, я не расслышала, — прошептала она.

— Вы добровольно выполняли приказы Анирама Мортиса, главы террористической группировки “Dominus Mortis”?

Марина затравленно кинула взгляд на мистера Вульфа. Он кивнул.

— Нет, — Марина прочистила горло и сказала громче: — Моя мать была в заложниках.

— То есть вы утверждаете, что за все время, которое вы состояли в рядах террористической группировки, у вас ни разу не было шанса сдаться?

— Я росла с внушением служить Мортису, с уверенностью, что то, что я делаю — правильно. Тогда, когда я осознала, что Мортис творит зло, я хотела сдаться…

Адвокат защиты встал со своего места.

— Мисс Ситром, расскажите, как именно мистер Мортис наказывал за неповиновение?

— Он применял свою силу на мне.

— То есть, каждый раз, когда вы не подчинялись Анираму Мортису, он пытал вас? Как давно он применял на вас свою силу?

— Я не понимаю.

— Уточню вопрос. С какого возраста Мортис стал применять на вас свою силу Мастера боли?

Марина нервно посмотрел на заинтересованно следящего за ней Видящего.

— Где-то с семи лет. Может раньше.

— То есть каждый раз, когда вы разбивали его вазу…, не выучили уроки, он вас пытал силой, которую применяют на допросе к взрослым преступникам и под которой эти же преступники рассказывают все, что знают. Я правильно понял?

— Да, — выдохнула Марина и замерла, ощущая на себе настороженные и сочувствующие взгляды.

Это был план мистера Вульфа: превратить её из злобной террористки в жертву.

— Когда вы хотели сдаться мистеру Аскендиту, что Мортис сделал?

— Он отрубил моей сумасшедшей маме палец и принес мне в подарочной коробке.

Мистер Вульф щелкнул проектором, и на экране возникло изображение пальца.

— Мы нашли его в морозилке при обыске квартиры мисс Ситром. Как видите, это правда.

Суд шел дальше, а Марина сильнее сжимала руки. Её тошнило, слова давались с трудом.

Тяжелая дверь приоткрылась, и внутрь просторного помещения прошмыгнул Том. Он нашел взглядом Дмитрия Аскендита, но застыл при виде Алессии Амбре.

Журналистка оторвалась от клавиатуры, подняла глаза на нависшего над ней Тома, и приветливо улыбнулась. Секретаря перекосило, и он нагло пролез перед ней. Чуть не спихнув Амбре со скамейки, он протиснулся аккурат меж Аскендитом и Алессией.

— У нас проблемы. По всем каналам… — начал Том и прервался на полуслове.

— Какого черта? — воскликнула Алессия и привстала, ошарашено смотря на экран своего ноутбука.

По залу послышались возгласы, а после все громче и отчетливей стал слышен голос из всех динамиков в помещении. Еще через мгновение на всех экранах включилось одно и то же видео.

На экране молодая девушка, чуть старше Марины, вскинув руку, игралась с огнем. Огонь по мановению ее руки то собирался в шар, то терял форму и вспыхивал выше.

“Человечество, мы требуем освободить Анирама Мортиса. Мы — дэвлесс. Мы — Боги. Мы — Чистильщики. В течение многих сотен лет вы уничтожаете планету, считая себя главными здесь. Хватит. Пришло время отдать власть в наши руки.

Если вы не освободите Анирама Мортиса, то каждый час по очереди будут взрываться здания правительств во всем мире. Каждый час с ударом часов — новое здание. С какого начнем? Белый дом? Вестминстерский дворец? Кремль…?”

Аскендит вскочил со своего места. Взгляд метался от экрана ноутбука Алессии к экрану у трибун и обратно на свой телефон. Везде проигрывалось одно и то же. Телефон не реагировал.

— Том! Что с Фениксом?

— Мы пытаемся связаться с нашим офисом, но все тщетно!

“Ваше правительство знает о нашем существовании и скрывает его. Все, что вы знали о мире — ложь. Дэвлесс у власти, дэвлесс — богатейшие люди в мире. Но они тоже должны быть наказаны за бездействие! Вы знаете представителей дэвлесс давно: Дмитрий Аскендит, Ролли Беру, Дерин Фрост…”

Марина в ужасе смотрела на экран. Она не знала девушку на экране, которая продолжала называть имена влиятельнейших людей мира. Вновь и вновь запись проигрывалась.

Судья резко встал. Аскендит сорвался с места и, используя силу, перелетел Тома и Алессию в проем между скамьями. Он подбежал к судье.

Видящий медленно встал следом.

— Снимите с Марины Ситром ошейник, — твердо приказал Видящий то, что хотел сделать Аскендит.

Дима обернулся к Марине. Охранники обеспокоенно замешкались и потратили драгоценные секунды на отсоединение ошейника. Дима сунул в руки Марины свой телефон, и девушке хватило доли секунды, чтобы войти в информационный мир.

И она почувствовала след. Это был кто-то еще. Она ведь всегда была одна в информационном мире. Кроме Феникса, больше никого не было! Кто это был? Марина, побежала по следу, который окутывал все. По всем устройствам в мире транслировалось одно и то же только на разных языках зависимо от страны.

Марина нашла источник, от которого шло заражение и порвала его. Она готовилась к сопротивлению, но нарушив связь, паутина осыпалась. Больше ничего не произошло.

Девушка вынырнула из информационного мира и распахнула глаза. Димы уже не было рядом.

Экраны приборов вернулись в нормальное состояние.

— Объявляется перерыв, — прочистив горло, произнес судья, но его никто не слушал. Возгласы непонимания, страха ветром пронеслись по залу.

Судья махнул рукой Дмитрию Аскендиту и направился к выходу.

Чья-то горячая рука легла на плечо Марины и сжала. Она вздрогнула. Агент АКД поманил за собой.

Её отвели в небольшой кабинет, по-видимому, принадлежащий судье.

Книги стройными рядами выстроились на полках, огромный стол у окна, направленный на дверь, подавлял.

Девушка растеряно присела на край дивана. Она так и не смогла уснуть ночью. Марина все еще не до конца понимала, что произошло, но на нее навалилась такая усталость, что она не сдержала зевок.

Дверь резко распахнулась. Марина повернулась и захлопнула рот. В проеме показался Дима. Он вбежал в кабинет и обнял девушку.

Из груди вырвался стон. Сильные большие руки скользнули по комбинезону и сжали её сильнее. Сердце пустилось в пляс. Марина вдохнула такие родные ароматы мускуса, свежескошенной травы, сирени и от них закружилась голова.

— Что это было? — прошептала она, нехотя отстраняясь.

— Это я у тебя хотел спросить. Кто-то еще обладает такой же силой как у тебя?

Глаза Марины расширились.

— Я не знаю. Я никогда не чувствовала присутствие другого человека в информационном мире. И я не знаю ту, что сейчас на экране.

— Я этого и боялся… Скорее всего это другие дети Мортиса.

Губы Марины дрогнули.

— Переодевайся, — он сунул ей пакет с одеждой. — Мы направляемся в “Аскендит-групп”. У дэвлесс огромные проблемы.

Сердце Марины ударило в грудь. Она не поверила своим ушам. Она уже и не смела надеяться, что когда-нибудь сможет ходить по улице, что когда-нибудь сможет выйти из той чертовой камеры-одиночки.

— Но…

В дверь вошел судья и мистер Вульф.

— У нас нет времени, — произнес Дима, покосившись на вошедших. — Твое дело закрыто. Дом Красной розы несет социальную и уголовную ответственность за Марину Ситром.

Судья кивнул и перевел взгляд из-под насупленных пушистых бровей на нее.

— Мисс Ситром, вы осознаете, что любое ваше неправомерное действие будет вредить Дому Красной розы и имени Ла Дэвлесс Дмитрия Аскендита.

Марина проглотила комок, вставший в горле, и кивнула.

“Неужели… Неужели… — Марина подняла глаза на профиль Димы. Судья вышел. — Неужели она сможет быть с Димой? ”

Том поставил на стол пакет с одеждой и мужчины вышли из помещения. Марина переоделась в спортивный костюм, прикрыла голову кепкой и водрузила на нос солнечные очки-авиаторы.

Она вышла и уловила счастливый взгляд Димы. Он улыбнулся и притянул ее к себе. Они сели в тонированный автомобиль. Марина оказалась зажатой между Димой и агентом АКД. Аскендит поджал губы и, наклонившись, посмотрел на агента. Его глаза метали молнии, смотря, как бедро агента соприкасалось с бедром Марины.

Делая вид, что не замечает игру мужчин в гляделки, Марина сняла очки, кепку и поймала на себе взгляд Тома через зеркало заднего вида. Он улыбнулся одними глазами и покачал головой, посмотрев на Аскендита и агента.

— Куда направляемся, босс?

— В “Аскендит-групп”. Осталось мало времени до первого взрыва. Еще Марине надо поесть…

— А еще помыться, — поморщился агент.

Марина покраснела и съежилась. Она что виновата, что в тюрьме выводили мыться раз в неделю? И последний раз был дней пять назад?

— А еще вывести вшей, — произнесла она тише и почесала голову.

Агент и Дима резко повернули к ней головы и вжались в дверцы. Марина прыснула в кулак.

Напряжение последних дней спало. Она сладко зевнула и откинулась на сидение. Машину подбрасывало на поворотах. Марина от усталости смежила веки и нырнула в сон.

Кепка и очки выпали из ослабевших пальцев. Дима улыбнулся и потянул её на себя. Марина, промурчав что-то, уперлась лбом в его плечо.

У них было много работы. Всего сорок минут до первого взрыва. Но они с Мариной были вместе. Это главное. Вместе, рука об руку, они смогут справиться со всем, что им уготовано судьбой.

В обложке использована картинка с сайта

https://wallhere.com/ru/wallpaper/204790