Хозяйка приюта магических существ 2

Глава 48

Портал под ногами активировался, загоревшись ярко-красным, и мы втроем оказались посреди огромной пещеры. Рейн, до этого сидевший у меня на руках, встрепенулся и поднял голову вверх:

— Ого! Что это, мой человек?

— Сталактиты, — ответила я, проверяя магическим зрением наросты на потолке, после уточнила: — Огненные сталактиты.

— Кхм-кхм, добро пожаловать в Царство Драконов, маленькие нежеланные гости! Вас никто не ждал, никто не хотел видеть, но мы, великие драконы, поистине велики. А потому проявим свое великое великодушие и поприветствуем вас в нашем великом Драконьем Царстве, — сказал огромный темно-синий дракон со странными длинными белыми усами около рта.

— Он мне не нравится, — шепотом пожаловался мне Рейн. — Давай найдем других моих сородичей...

— Маленький слабенький дракон, мы в первый раз слышим в этих сводах столь возмутительные речи! — сердито сказал дракон.

— Ты почему говоришь во множественном числе, когда ты тут один? — тут же поинтересовался Рейн, прежде чем мы с Хэем открыли рот.

— Потому что я великий! — сказал дракон.

— Арч говорит, что те, кто не отличают множественное и единственное число — дураки, — вздохнул Рейн. — Кто бы мог подумать, что первый сородич, которого я встречу окажется дураком...

Самое удивительное в Рейне было то, что просто рассуждая и излагая истины, он умудрялся оскорблять тех, кто ему неприятен. Какой... поразительный талант.

И проблемный.

Синий дракон и не подумал стерпеть оскорбление, наоборот, выдохнул в нас магическое пламя, которое, ударившись о мой щит, рассыпалось на тысячи маленьких искорок. А будь тут кто-то послабее — обратился бы в пепел.

— Я великий! — возмутился синий дракон.

— Хорошо, я понял, ты великий, — послушно кивнул Рейн, удивив меня и Хэя своей покладистостью. Неужели испугался? Впрочем, удивление продлилось до того момента, как этот ребенок добавил: — Великий дурак.

— Ты! Нахальная мелочь! Ты должен знать свое место!

— Конечно, я знаю свое место, — огрызнулся Рейн. — Мое место — на руках моего человека!

— Я прибью тебя! — взвился синий дракон, а мы с Хэем приготовили защитные заклинания.

Использовать тут атакующие — безумие. Мы пришли не сражаться, но если нападем, то драконы подумают иначе, а затевать сражение в нынешней ситуации попросту глупо.

— Эрашерм, успокойся, — донесся нежный мелодичный голос, а рядом с синим драконом показалась прекрасная серебряная драконица.

Даже я, человек, понимала, что это существо прекрасно. Столь красивое, что дыхание чуть замирало. И сильное. Еще бы. Изящный внешний вид мог обмануть обычного мага, но мне хватило одного взгляда на ауру, чтобы понять — передо мной стояло одно из самых древних существ в этом мире, а возможно и в этой вселенной.

— Как я могу успокоится, Иветта, — обиженно сказал синий дракон. — Эта мелюзга назвала меня великим дураком!

— Какая проницательная мелюзга, — рассмеялась драконица. — Уходи Эрашерм, это мои гости, а не твои. Или ты забыл, что ты сегодня ответственный за печать?

— Могла бы и сказать спасибо, это ведь ты просила пропустить сюда без вопросов сына Магны и Лиоллии. А ведь я мог отправить их восвояси и...

— И потом бы сам отправился разыскивать на земли людей за нарушение слова, — ответила Иветта. — Иди-иди, Эрашерм.

Синий дракон, который казался вспыльчивым и заносчивым, молча подчинился, что-то обиженно бормоча себе под нос.

— Не обращайте внимания. Пусть он и выглядит огромным, но все еще довольно молод. Я Иветта Среброкрылая. Добро пожаловать в Драконье Царство. Давно тут не было столь интересных гостей.

— Здравствуй, Иветта Великая, — сказал Хэй, склоняя голову. — Увидеть тебя хотя бы раз в жизни — огромное честь.

— Галантное божество Монстров, маленький дракон и... — Иветта задержала свой проницательный взгляд на мне, чуть склонив голову, словно не понимала, кто перед ней. — И враг самой судьбы. Впрочем, судьба милосердна, а вражда исчезает перед лицом бедствия. Я знаю, зачем вы пришли, но сначала нам стоит немного поговорить. Только идите тихо — это общий коридор, который ведет к личным пещерам драконов. Некоторые не любят, когда их тревожат.

С этими словами Иветта кивком изящной головы попросила нас следовать за ней.

— Хэй? — шепнула я.

— Пойдем,- Хэй протянул мне руку. — Если это Иветта Среброкрылая, то все хорошо.

В этом жесте не было никакой необходимости: я прекрасно «видела», куда иду. Но почему-то я не смогла проигнорировать и вложила свою ладонь в руку Хэя. Такая бессмыслица, хоть и приятная.

Общий коридор казался бесконечным — столь огромен он был. Но и драконы совсем не маленькие, так что все понятно. Спустя десять минут Иветта сказала:

— Мы на месте.

— Где мы? — спросил Рейн, который предпочел лететь около моего плеча, а не сидеть на ручках.

Под ногами лежали плиты с искусной гравировкой, на стенах как книги на стеллажах выстроились какие-то странные шкатулки в форме книг, сделанные из драгоценного камня, пропитанного магией, а над головой — иллюзия звездного неба.

— Мы зале драконьих слез, — сказала Иветта, уверенно проходя в глубь. — Вы знаете, что происходит с драконом, когда он погибает? Он превращается в воздух, от него не остается даже песчинки. И потому, чтобы оставить хоть какое-то напоминание о том, что он был на этой земле, что его существование — не мираж, он создает шкатулку, покрывает её магическими надписями и опускает в нее часть себя. Чешуйку, отломанный рог или еще что-то. И когда дракон умирает, я ставлю в этот зал его шкатулку.

Словно проникшись моментом, Рейн летал аккуратно и задавал вопросы тихо. Мы могли лишь молча следовать за ним.

— Ты привела меня сюда, чтобы я оставил что-то на память о себе? — спросил Рейн, летая вдоль стены и рассматривая шкатулки. — Что ты хочешь? Чешуйку? Ты такая красивая, что великий я обязательно даст её тебе.

— Маленький драконий угодник, — рассмеялась Иветта, а ее смех разнесся по залу драконьих слез словно звук маленького колокольчика.

— Это хорошо или плохо? — поинтересовался Рейн.

— Это очень мило. Но я привела тебя сюда совсем не эти, сын Магны и Лиолии. Я привела тебя сюда, чтобы показать, что существование твоих родителей никогда не было иллюзией. Чтобы сказать одно. Здравствуй, сын Магны и Лиолии.

Рука Хэя сжалась чуть сильнее, когда Иветта произнесла имя Магны. У драконов ведь редко совпадают имена. Неужели этот тот, что спас в свое время Хэя?

— Сын? — переспросил Рейн, нахмурившись.

— Магна — твой отец, а Лиолия — мать. Они твои родители, — терпеливо сказала Иветта.

— Родители? — нахмурился Рейн, а я почувствовала тревогу.

Рейн ведь так хотел встретиться со своими сородичами. Трудно представить, насколько он желал бы увидеть своих настоящих родителей. С учетом того, что его привели в зал, который можно было назвать специфическим кладбищем драконов, то родители Рейна умерли. Мы об этом догадывались, но одно дело предполагать, а другое — точно знать. И получается, что сейчас Рейн мог встретиться лишь взять в руки какую-то шкатулку, в которой будет храниться чешуя тех, кто должен был стать для него самыми близкими существами. Я не могла не переживать.

— Верно. Магна Дезериус Руфус Анкорн, названный Первоогненным — твой отец. Его предком был первый дракон, появившийся в этом мире. И Лиоллия Звездная — самая сильная провидица за все время существования этого мира. Пара, благословленная самой судьбой. И проклятая из-за нее. Это твои родители. Твои самые родные...

— Ты ошибаешься, — резко перебил драконицу Рейн. — Ты ошибаешься. Ни Магна, ни Лиоллия не могут быть моими родителями!

— О чем ты? — растерялась Иветта.

— У меня уже есть родитель и самый близкий человек, — сощурился дракончик. — Так что названные тобой драконы не имеют ко мне никакого отношения.

— Но они создали тебя!

— Это не делает их родителями, — ответил Рейн, отворачиваясь от Иветты. — Их никогда не было рядом, они никогда не заботились обо мне, так почему я должен считать их своими родителями?

— Ты! Несносный мальчишка! Ты хоть знаешь, что они сделали для тебя, глупый ты дракон?! Ты знаешь, что твоя мать, увидев твою судьбу, умерла, чтобы изменить ее?! Знаешь, что твой отец поступил также, пусть и позже?!

— Я не хочу об этом говорить, — сказал Рейн.

— Неблагодарный!

Рейн ничего не ответил, бросившись в мои объятия и едва не сбив меня с ног, спасибо Хэю, который удержал нас обоих от падения.

— Я хочу уйти, мой человек! Давай заберем маленькую драконицу и уйдем? — спросил Рейн.

Он не казался ни расстроенным, ни смущенным, больше разозленным. Откуда такая реакция? Я его совсем не понимала! Более того, события развивались с такой скоростью, что я даже никак не успевала ничего сказать дракону, который ощетинился при упоминании родителей. Почему? Откуда такая неприязнь? Сейчас я чувствовала себя наблюдателем, неспособным ни на что повл

— Неблагодарный! — возмутилась Иветта повторно, а я почувствовала, как гнев драконицы разливается по пространству, преобразуясь в разрушительную магию.

Что ж, теперь я верила, что драконы не ладят даже друг с другом: меньше чем за час пребывания в Драконьем Царстве Рейн умудрился поссориться с двумя драконами. Мне сегодня дважды пришлось ставить щит. Правда, второй раз на нас все-таки не напали: с трудом, но Иветта подавляла свою ярость.

— Убирайтесь из зала слез! — воскликнула Иветта.

— Больно надо было, сама же пригласила, — пробормотал мне на ухо Рейн, а я не нашлась, что сказать.

— Выйдите, повернитесь лицо к залу слез и войдите в пещеру справа. Я отдам вам ту, за которой вы пришли, — уже чуть спокойнее сказала драконица, перед тем как мы вышли.

— Это...

— Сложно, — закончил за меня Хэй, а после бросил на насупившегося Рейна внимательный взгляд. — Очень сложно. Ладно, давай подождем там, где нас попросила Иветта. Жаль только, что я так и не узнал про Магну.

— Жаль, — кивнула я. — Стой, Хэй. Возьми пока Рейна, мне кое о чем надо спросить Иветту.

— О чем это? — спросил дракон, а мне почудилась ревность.

Хотя нет, не почудилась. Рейн, конечно, послушно переполз на руки Хэя, но внимательные глаза смотрели на меня, не отрываясь.

— Мой человек, не важно, о чем ты будешь спрашивать, просто помни, что твои ручки — мои. И не смей брать на руки эту Иветту, — пробурчал Рейн.

— Есть две причины, по которой я никогда не возьму Иветту на ручки, — серьезно сказала я. — Первая — она больше меня раз десять, а тяжелее — и во всем двадцать. А вторая...

— А вторая? — в нетерпении спросил Рейн.

— Я не хочу носить на своих руках ни одного дракона, кроме тебя, — ответила я, улыбнувшись, и направилась обратно в зал.

Будем надеяться, что драконица разумна и злилась исключительно на Рейна, потому что информация мне нужна была позарез. В зал я вошла, даже не пытаясь сделать свои шаги тише.

— Ты? — Иветта обернулась. — Не ушла?

— Ушла, но вернулась, — ответила я. — Потому что нам очень нужно поговорить. Точнее, мне с вами.

— И о чем же? — подозрительно спросила Иветта. — Если ты хочешь узнать о судьбе, то...

— Нет, — покачала я головой. — О родителя Рейна — Магне и Лиоллии.

— Зачем тебе?

— Когда-нибудь Рейн повзрослеет и обязательно захочет узнать о них. Но я боюсь...

— Что будет поздно? И некому будет рассказать о них? — грустно вздохнула Иветта. — Твоя правда. Я слишком стара и остаюсь в этом мире лишь потому, что пока некому поддержать Царство Драконов. Ты ведь знаешь, как устроена эта Вселенная? Знаешь все о судьбе, о Видящих, о магии, что способна изменить чужие жизни?

Я кивнула, немного напрягаясь: я не ожидала, что разговор повернет в это русло. Впрочем, напряглась я зря. Мама Рейна, Звездный дракон Лиоллия была Видящей — самой сильной в этом мире. Когда она связала свою жизнь с Первоогненным Магной и отложила яйцо, то решила проверить судьбу будущего ребенка.

— Я так до конца и не узнала, что же такое она увидела — она так сильно плакала, что не смогла тогда мне ничего толком рассказать. Все, что я поняла — её ребенок погибнет молодым и в страшных мучениях из-за того, что кто-то могущественный исказит все судьбы этого мира. Лиоллия... билась более пяти сотен лет, чтобы найти способ помочь своему ребенку и остаться в живых самой. Но так и не нашла. В ночь, когда она решила отдать свою жизнь, она пришла ко мне и рассказала, что собирается делать. Рассказала, на какое желание готова обменять свою жизнь.

— Что она загадала? — грустно спросила я.

— Она загадала, чтобы в этом мире появилось достаточно могущественное существо, сильнее божеств, добрее магов, проницательнее драконов. И чтобы оно спасло её сына, когда тот будет в смертельной опасности.

— Но это ведь не все? Как погиб Магна? — спросила я.

Разумеется, я уже догадалась, что отец Рейна — тот самый дракон Магна, который когда-то помог Хэю. Но я хотела услышать версию Иветты.

— Не все. Даже решив отдать свою жизнь, Лиоллия не была уверена в исходе. Слишком большая сила воздействовала на наш мир, — устало вздохнула Иветта. — Поэтому через несколько сотен лет я лично попросила одну из Видящих посмотреть судьбу ребенка Лиоллии. Она снова оказалась искаженной. К счастью, Магна, пусть и не был Видящим, знал, как исправлять судьбы. Отдавая этому миру свою магию и жизнь, он просил лишь о том, чтобы не важно кто, будь то человек, маг или само исчадие ада, неважно откуда — из этого мира, с того света или из самой преисподней, чтобы это существо появилось и помогло прожить их с Лиоллией сыну счастливую жизнь.

«Знаешь, Александра, я ведь вижу прошлое. И иногда маги из прошлого, отдавая свою жизнь, просят Видящих из будущего о помощи. Осознание их жертвы, их силы, которую они бескорыстно возвращают ради того, чтобы кого-то спасти, заставляет меня печалиться и не спать по ночам».

«Этот дракончик... Его судьба должна была быть иной, но... Но кто-то исказил ее, а потому он умрет. Он такой маленький, но ему не суждено прожить долго».

«Чего бы я больше всего хотела? Чтобы искаженные судьбы стали нормальными, чтобы другие существа не страдали несправедливо»

«Я снова за ним наблюдала. Очень хочу ему помочь... Надеюсь, у меня это выйдет».

Я замерла от догадки, посетившей меня. Неужели малышка предвидела все это? Неужели она...

— Они отдали жизнь за этого ребенка, а он такой... неблагодарный! — зло сказала Иветт, вырывая меня из моих мыслей. — Верно?

— Рейн — хороший ребенок, — я не стала соглашаться с драконицей, даже понимая, что эта фраза может вызвать её гнев. — Просто нужно понять, почему он себя так повел. Я обязательно с этим разберусь.

Иветта ничего не сказала в ответ, лишь махнула хвостом.

— Пора. Я отдала Божеству Монстров то, за чем вы пришли. Вам всем пора возвращаться.

Внезапно пришедшая в голову догадка беспокоила меня столь сильно, что я едва смогла взять себя в руки. Вместе с Иветтой я вернулась обратно ко входу, где меня уже ждали Хэй с Рейном. И не только. Рейн летал неподалеку, а на руках у Хэя была разноцветная драконица, свернувшаяся калачиком.

— Это Аэра, — сказала мне Иветта. — Она очень долго была у мучителей, поэтому её характер сформировался немного... неверно. Аэра — робкая драконица.

— Она не робкая, она милая, — пробурчал Рейн сверху. — Иначе я бы ни за что не уступил ей ручки Хэя.