Хозяйка Кристальной пещеры (СИ)

Глава 9

Стазисные залы с животными нашла через пять минут. Поняла, что лабораторный кристалл не зря выпил из меня столько энергии. Животных было немало. Они стояли на пьедесталах, словно застывшие в стекле.

— Сколько их тут! — удивилась я. Зал был довольно большой, около двухсот квадратных метров.

— В пещере было собрано много животных и растений, на которых ученые проверяли действие тьмы и очистителей.

Я застыла возле козла, у которого были глаза навыкате, испугался, бедолага.

— Надеюсь, они живые?

— Они живы, Олли, но пока их не следует выпускать из стазиса.

— Я понимаю, у нас нет для них еды, — сказала я, — нужно сначала подготовиться. — Я замерла возле небольшой черной свинки, которая прижала уши-лопухи к морде. Кажется, вот-вот хрюкнет и понесется вперед.

Глубоко вздохнула. Комок в душе постепенно проходил. Я постараюсь сделать так, чтобы труд этих героев не был напрасным. Если клятва, данная командору, тяготила меня, то желание, чтобы о гномах, которые тут жили и трудились, узнали, заставило мою совесть поднять голову. Я не я буду, если король не узнает об этих очистителях! И о гномах, что трудились тут для общего блага и умерли, так и не узнав, что не все погибли.

Я обошла весь зал, насчитала около пятнадцати свинок c мощным хряком во главе; три пары коз и одного козла; птиц трех видов; трех коров с двумя телятами и громадным быком. Вот его бы я в последнюю очередь оживляла, есть у меня неприятные воспоминания из детства, когда поселковый производитель меня и еще пару ребятишек гонял по поселку. Я даже отшатнулась от этой угрюмой морды с кольцом в носу. Остальных я просто не стала считать, задумалась.

— Вот что странно он ни слова не сказал о квиках. Откуда зверек?

— Это и правда странно, — согласилась со мной Катя, — а если посмотреть на то, что это детеныш, не могу понять, как он тут выжил. Управляющий Брис умер сто лет назад. Квики живут около пятьдесят лет, если не имеют хозяина.

— А если имеют хозяина?

— Они живут столько же, сколько хозяин, — тут же ответила Катя, — квики магически выведенные животные. Их создали эльфы, а те обожали играть с разными видами, комбинируя и улучшая породы животных и тем самым делая жизнь разумных более благоустроенной. Те же квики, они не давали эльфам погрязнуть в вечном растениеводстве. Но как они тут появились, не известно, в управляющем кристалле нет данных, Олли.

— Может, ученые все же дошли туннелем до какой-нибудь пещеры? И квики оттуда? —– спросила я. – Хотя тогда они бы все равно отразили это в своих отчетах, — я покачала головой. — Давай после того, как я позанимаюсь рунами, схожу посмотрю на мелкого. Если у него есть родители хорошо, а если он тут один? Нужно думать, откуда он. Что-то меня напрягает возможность проникнуть в мою пещеру. Я еще не могу защитить себя.

— Не забывай, ты сильна магически, да и рассекатель довольно сильное оружие.

— Моя палка? — удивилась я, — Я думала, это просто пугалка.

— Я нашла данные по нему, — нудно стала объяснять Катя, — рассекатель последней серии, выброс магии зависит от искры владельца.

— Я могу развалить камень, — я усмехнулась. Пока мы болтали с Катей, я успела дойти до зала с кристаллом управления и удобно уселась в кресло за большим столом управляющего.

— Ты можешь развалить пещеру, Олли, — лаконично сказала Катя, а я порадовалась, что не стала проверять силу молний на своей палке. Как такой сильный артефакт мог просто так валяться в доме у лекарши? Непорядок. Но и прятать свой артефакт мне уже не хотелось, иметь такое средство защиты пусть и опасно, но греет душу.

Еще несколько часов я училась. Для того, кто уже умеет читать, научиться читать заново намного легче. Мне нужно была понять, какие звуки к каким рунам относятся потом заучить их, помогла довольно улучшенная сайгонами память, и через пару часов я худо-бедно читала по слогам. Даже пискнула от радости.

Пока шли к дому, я читала все, что подворачивалось под руку, и внимательно разглядывала дома. Оказывается, на всех домах была разные надписи. И там говорилось, что дом умеет и чем оснащен. Катя была права, все дома были своего рода защитными сооружениями на случай прорыва тьмы. Правда, там были еще какие-то обозначения, которые я не понимала, а Катя не торопилась мне рассказывать. Ну и ладно. Я залезла на смотровую башню и подумала, что зря не прихватила с собой платформу, можно было бы пробраться в сад и посмотреть, есть ли там фрукты.

— В сад пойдем после обеда, Олли, — напомнила про план Катя и я, вздохнув, посмотрела на огород.

Челюсть моя медленно упала. Третья часть огорода была убрана от сухих кустов, травы, и вспахана.

— Это чего это? — удивилась я.

— Квик, — был ответ от Кати. Я почти кубарем скатилась с башни и понеслась в сторону огородов. Неужели такой маленький зверек всего за сутки успел вспахать огород? Да ладно вспахать, он его сначала очистил! Это для меня, взрослого человека, нереально, там же столько работы!

Я встала возле ограды и перевела дух от быстрого бега. Аккуратные грядки уже были чем-то засеяны и даже политы водой.

— Как это? — опять глупо спросила я, а потом заметила совсем недалеко темное тельце квика. Понеслась к нему, аккуратно перевернула, лапки слабо пошевелились. Все тельце в комках земли и мелких веточках.

— Малыш? — я с жалостью посмотрела на зверька. Он медленно открыл большие глаза и тихо пискнул:

— Квик.

—Успокойся, — увещевала меня Катя, когда я неслась к дому, — он просто сильно устал. Для своего возраста он очень силен. Твое появление подстегнуло развитие его источника. Квики так настроены, выращивать еду для разумных.

— Я тебе верю, — я кивнула и посмотрела на сопевшего в подоле квика. У бедняжки даже сил не было убежать от меня. Все, что он мог делать это открывать глаза и слабо попискивать.

Я сразу прошла в ванную.

— Набери теплой воды, — приказала дому.

Потом аккуратно положила зверька в теплую воду и сняла с себя поклажу.

Квик вполне спокойно принял мои ухаживания. Я его помыла, завернула в полотенце и понесла на кухню, где достала кусочек тыквы и сунула ему под нос.

Квик понюхал, нехотя потянул лапки, но они тут же бессильно упали.

— Грызи давай, — я поднесла кусочек ему под нос сама.

— Будет легче, если ты привяжешь к себе квика, — после минутного молчания выдала Катя.

— И как это делается? — мне не хотелось, чтобы зверек умер.

— Дай ему своей крови. Магия крови сильна в квиках, его тело настроится на принятие твоей силы, и ты сможешь помочь ему восстановить искру. Ему очень плохо.

Катя знала, чем на меня давить. Я уложила мелкого на подушки лавки и обернулась в поисках ножа. Когда я взяла небольшой столовый нож в руки, квик замер, даже дышать перестал, что навело на мысль, что он знает, что такое нож, значит, уже видел когда-то гномов. Я примерилась, где будет удобнее резануть себя и несколько раз вдохнула и выдохнула. Мазохизмом я не страдала, поэтому резать себя довольно боязно. Хорошо нож был острым, и небольшой надрез на большом пальце был почти незаметен.

— Надеюсь, тебе не потребуется литр моей крови, — сказала я и, подхватив пискнувшего звереныша, села на лавку. Ноги почему-то стали ватными, страшно, вообще-то. Не каждый день к себе зверей магических привязываешь. Я разжала челюсть мелкому, который широко открыл черные испуганные глазенки, и капнула на розовый язык своей кровью.

Квик замер, капля тут же исчезала с языка, а в глазах звереныша заиграла разными красками магия. Это удивительно красиво, я завороженно наблюдала, как глаза меняют цвет. Через минуту квик обзавелся зелеными глазищами, цвет которых подозрительно был похож на мой цвет глаз, а еще он явно ожил, потому что стал выкарабкиваться из свертка, нагло царапая меня острыми коготками.

— Когти у квиков острые и крепкие, если я правильно вижу информацию, они могут спокойно рыть норы в камне, или разрывать зачарованное железо. Взрослые квики очень опасны в дикой природе.

— Хорошо, что ты мне сказала только сейчас, — пробурчала я, освобождая квика от полотенца.

Зверек принюхался, осмотрелся и полез на стол.

— Э, нет, — я покачала головой и наставительно сказала: — нельзя с лапами на стол, ты же прирученный зверь, значит, воспитанный.

— Чтобы зверь был воспитанный, его нужно воспитать, — Катя, как всегда, под руку со своими подколками.

Естественно, я не пошла в сад. Какой сад? У меня звереныш, которому все интересно и который покоя мне не дает. Пока я ковырялась на кухне, пытаясь приготовить из имеющихся продуктов себе сносный обед и заодно ужин, это чудо успело разорвать одно платье и устроить себе гнездо в кровати. Когда я подняла одеяло, он зашипел и возмущенно мотнул головой, якобы, проваливай. Я взяла этого паразита на руки и перенесла вместе с гнездом в уголок возле шкафа.

— Нельзя на моей кровати спать,— наставительно сказала я.

— Квик! Квик!

— И не ори на меня, это моя кровать. Вот, спи здесь.

Больше всего квику понравилось кататься на пылесосе, который он сначала чуть не уничтожил. Пылесос как раз поднялся из кабинета, у него оказалось, есть специальные щупы, которые выстреливают из руны посередине и помогают ему преодолевать препятствия. Так вот, пылесос выполз в коридор, а тут квик. Я услышала яростный писк, шипение, грохот и понеслась из ванны в коридор, уже придумав себе всякие ужасы.

Но это был всего лишь квик, который перевернул несчастный пылесос и пытался проделать острыми когтями дыру в боку. Черная шерстка на нем встала дыбом, а когти, мне кажется, увеличились в несколько раз. Помятуя о том, что говорила Катя об этих когтях, я крикнула:

— Не смей! Нельзя трогать артефакты хозяйки, — я присела рядом с рычащим пушистым комочком и взяла его на руки. Перевернула пылесос, который тут же покатился прочь, — видишь, он просто работает. Собирает пыль и мусор. Успокойся.

Я погладила квика по голове, почесала за ухом. У меня не было питомцев в квартире, некогда было ими заниматься, но в деревне у нас всегда жила парочка мурлык и мелких песиков, «звоночков», как называла их бабуля. Так что как обращаться с животными я понимала.

Квик удивленно воззрился на меня, блестя зелеными глазами, прищурился, когда я почесала за ушком, не замурчал, как это делают коты, но пискнул что-то и стал выкарабкиваться из рук. Я понаблюдала, как он обнюхивает деловито кружащий по полу пылесос и, успокоившись, пошла в ванную. Я как раз разбиралась, как стирать вещи. Тут стоял небольшой ящик артефакт, в который нужно положить вещи и нажать пару рун. Пока я разобралась, в какой последовательности это делать, из ящика пропало еще одно платье. С такими темпами придется идти в другие дома искать вещи.

А потом я стукнула себя по лбу, вспоминая, что на путях меня ждет масса всего нужного, а я опять, как всегда, забыла.

— Завтра я тебе напомню про вещи, — сказала Катя.

— Ты мне про все напоминай, слишком много всего происходит, так что я забываю обо всем на свете.

На ужин у меня было простое блюдо, с которым не нужно заморачиваться. Выжарила кусочки жира, срезанного с мяса, чуть обжарила в нем лук, до первого запаха. Мясо мелко порезала, выложила на противень, сверху мелко нарезанные овощи, картошку, морковку, залила жиром с луком. Очень переживала, что соли нет и ее нужно срочно искать, как и другие приправы. Но голод не тетка, и несоленое мне показалось очень вкусным. Картошка была рассыпчатая внутри и покрыта корочкой снаружи, а жир с луком сделал мясо не таким пресным. Жалко что овощи на этом и закончились.

— Гномы предпочитают употреблять в пищу много белка, — сказала Катя, — мясо и грибы, их основная еда. Овощи и зелень как приправы, но не особенно важны.

Квик погрыз тыквы, попробовал и другие овощи, которые не одно столетие пролежали в стазисе, и остался доволен. Когда я несла его в спальню, заметила округлый животик. Звереныш заснул сразу же как я положила его в гнездо, заботливо прикрыв кусочком рваного платья.

Сама сходила помыться и упала в кровать довольно улыбаясь. А жизнь-то налаживается…

Инквизитор меня в эту ночь не вызывал, с одной стороны, я испытала облегчение, а с другой — возмущение. Это чем он там занят, что про меня забыл?!