Два клинка огненной ведьмы

Глава 9

— Не понимаю, на что она рассчитывала? — выставив шипящую, как кошка, Шерил, я прошлась по своему второму пентхаусу и уселась на кухне, пока Рубен колдовал нам над кофе. — И почему не хотела нас пускать… Ей же досталась целая компания и все остальное состояние твоей матери!

— Может, еще не поверила в собственное везение? — предположил Калеб, благодарно кивая за поставленную перед ним кружку.

— А может, подозревает или, того хуже, знает… — Я тоже благодарно кивнула Рубену и почти инстинктивно активировала заглушающее заклятие, бросив щепотку соли в созданный мной маленький огонек.

После чего приложила палец к губам, убедилась, что оба парня поняли намек, и прошептала: «phasmatos oculacs». Стандартное заклятие, снимающее иллюзии и маскирующие покровы. Причем, в отличие от заглушающего, сильно зависящее от противоборствующих сил. Например, ведьмой второго ранга снять иллюзию ведьмы четвертого я бы не смогла. Сейчас же я вложила в заклятие не только свою мощь, но и парней. Так что совместными усилиями мы должны были ненадолго скинуть наваждения даже высшей ведьмы.

Моя интуиция была вознаграждена, правда Рубен от такого открытия привычно скривился. В его спальне нашлась замаскированная камера. Само собой, не обычная, а артефакт, позволяющий госпоже Лейле присматривать за сыном. Но, как выяснилось, это были не все сюрпризы. Второй следящий артефакт прятался на кухне, прикинувшись безобидной банкой с крупой. И пах он чужой, незнакомой мне магией. Рубен тоже не опознал даже род обнаглевшей ведьмы, а вот Калеб напрягся, долго внюхивался, как оборотень, но в конце концов сдался:

— Помню, что сталкивался, но не помню, когда и где.

— Интересно, у кого сейчас доступ к камере твоей матери? — Снова развалившись в кресле на кухне, я принялась мять в катышки взятый с блюдца кусочек сыра. Дурацкая привычка, но, когда глубоко задумываюсь, всегда что-то рву, крошу, или хотя бы просто тереблю пальцами.

— Надо бы твою квартиру тоже проверить. — Калеб ожидаемо запараноил и даже предложил: — Может, госпожу Вивьен попросим?

Привлекать в наше расследование мать я не собиралась, но кое-какая помощь от нее мне бы пригодилась.

— Возьми банку и отвези ей — может, опознает?

Не знаю почему, но едва Калеб уехал, мне стало неспокойно. Небольшую сумку с вещами на первое время Рубен уже собрал, поэтому мы тоже спустились во двор, и… почти сразу помчались обратно наверх, чтобы полюбоваться на полностью разнесенную магическим взрывом квартиру. Замаскировывать цель никто не собирался: внешняя коробка (потолок, пол, стены) оказалась идеально целой, зато внутри пентхауса все превратилось в труху…

Откат с восстановлением — любимая фишка Калеба, но его сейчас с нами не было, так что пришлось напрячься мне. Вот только после отката наверняка последует новый взрыв.

— Так. У нас есть меньше минуты, чтобы попытаться угадать… — закончить фразу я не успела, потому что психованный Рубен кинулся внутрь своей квартиры, выскочил оттуда с камерой от матери, скатился по перилам и зашвырнул артефакт… хм… судя по эффектно взметнувшемуся вверх пламени — в центр бродлэнской топи.

Правда, это усилие обошлось ему чуть ли не в половину силового резерва, но зато и квартира цела, и пострадавших нет. И тут меня окатило дурным предчувствием.

— Калеб! Погнали за ним!

Весь кошмар со взрывом и откатом занял от силы минут десять. К тому же я ускорила свой мотолет, взлетев повыше, чтобы никого не сбить ненароком. Рубен вцепился в меня до хруста в ребрах: мы, не сговариваясь, решили лететь вместе. Так что у дома матери мы приземлились почти сразу за Калебом — даже показалось, что я слышала хлопок входной двери.

Мать жила за городом, предпочитая тратить на дорогу по часу утром и вечером. Это время она тоже проводила с пользой: просматривала отчеты, читала письма, обдумывала планы, созванивалась с кем-нибудь.

Распахнув дверь, в куртке и не разуваясь, я помчалась наверх по лестнице. Скорее всего, мать примет Калеба в кабинете, потому что на ужин начнут накрывать только через полчаса. Возможно, мама и прилегла после работы в спальне, но вряд ли она пригласит туда чужого ведьмака. Значит — кабинет. Или спальня? Демоны побери!

Плюнув на разум, я доверилась инстинктам. Да, мама была в спальне. Мало того, лежала на кровати, а над ней нависал напуганный Калеб. Проклятая банка валялась на полу, и вбежавший за мной Рубен тут же выскочил с нею на задний двор, к бассейну. А я бросилась спасать мать.

Благодаря вмешательству Калеба она еще была жива, так как тот отдал ей все свои силы, наверное задействовав когда-то созданный канал. Потому что какая-то тварь… какая-то очень сильная тварь смогла перекрыть высшей ведьме доступ ко всем источникам — даже к родовому. И теперь душила ее на расстоянии, заклятием. Вероятно, Лейла умерла так же. Но моя мать не умрет!

Я принялась накачивать ее силой, черпая ее отовсюду и пропуская через себя. Вот только, чтобы победить вражину, надо было влить сразу очень много… И хорошо, что мне повезло с ведьмаками! Одни додумались до этого раньше меня. Сообразили, что Рубен не сможет открыть мой дом, а Калеб — гнать на мотолете, объединились и привезли сразу все наполненные мной амулеты. Матери, чтобы скинуть с себя заклятие удушения, хватило пяти…

Правда, отследить гадину уже не получилось: очевидно, для заклятия использовались скрытые или отводящие чары, ну или просто задействовали переходник. Того же фамильяра, или… демона. Хотя тогда бы от следа смердело рогатыми тварями. Поэтому вероятнее — фамильяр-оборотень: пропущенная через них магия не пахнет. Вот только бедолага, скорее всего, помрет после такого испытания.

Странно, но случившееся совсем не повлияло на наш аппетит. Это матери кусок в горло не лез, зато мы втроем наелись так, что еле выползли из-за стола.

— Подойди. — Едва Рубен встал, мать поманила его к себе и долго рассматривала. Потом устало махнула рукой: — Не знаю уж, чем ты ей приглянулся, раз даже бесприданником взяла. Но… да благословит ваш союз Геката, — и нарисовала в воздухе брачную пентаграмму.

Уф-ф, такой роскоши я даже не ожидала! Но теперь мой муж был официально принят в семью. В мою семью. Так что, даже если вдруг со мной что-то случится…

Хотя после увиденного я больше переживала за мать, чем за себя. Интересно, кто теперь будет следующим? Шерил, как наследница Лейлы, или Хизер, владелица третьей крупнейшей компании по производству косметики?

Ее «Грехи шабаша» только в прошлом году вышли на мировой рынок, но уже потеснили и «Вивьен», и «Сады Ельпиании». Ярко-алая помада с провокационным названием «Кровь девственницы» пользовалась бешеной популярностью, особенно среди вампирок. Так что мать и Лейла не зря собирались объединить свои усилия, чтобы выжить наглую конкурентку. И, по-хорошему, Хизер теперь главная подозреваемая, а не потенциальная жертва.

— Мам, можешь поручить Фрэнки осторожно узнать, что там у Хизер с оборотнями? Вдруг кому-то как раз сегодня поплохело…

Фрэнки был маминым фамильяром, оборотнем-тигром. Типичный котик, поведение которого зависело от настроения. Поэтому я старалась с ним не общаться — он меня раздражал.

— Думаешь, это она? С ее-то двенадцатым рангом? — презрительно фыркнула мать.

Конечно, тот, кто ее душил, был заметно сильнее, но если к ведьме двенадцатого ранга добавить еще парочку ведьм, то…

— Отправлю выяснить. И если это она, то превращу ее в лягушку! Нет, в невысыхающую лужу!

И тут у Рубена, видимо, сработал ассоциативный ряд «лужа — вода — бассейн», и он вспомнил об артефакте. Очень вовремя, а то мы уже уезжать собирались. Но решили задержаться, чтобы сразу выяснить, узнает ли мама шпионскую магию.