Два клинка огненной ведьмы

Глава 33

Шерил сначала зыркнула на Исаака, потом пожала плечами и помотала головой. Ясно: подозревает, но при свидетелях выдавать не хочет. Ну и ладно, это же не последняя наша встреча — еще выпытаю.

Чуть позже лис, как порядочный фамильяр и хорошо воспитанный мужчина, подвез меня до дома. Там уже ждали мои ведьмаки, успевшие даже перегнать мотолет с центральной площади. И при виде напряженного как струна Рубена, я внезапно поняла, что боюсь делиться с ним всем, что узнала от Шерил.

Если бы речь шла о моей семье, меня бы накрыло на неделю точно. Вон, даже младшую стерву проняло, а она частично была в курсе, частично догадывалась и закрывала глаза. А Руби с трудом новость об отце переварил, и тут я на него сразу такой ушат дерьма выплесну!

Вот только если это буду не я, а кто-то другой, может выйти лишь хуже. Так что оставалось лишь выбрать — дома за чаем или в джакузи. Хм…

Как следует все взвесив, решила, что начать разговор лучше дома. Не факт, что после таких новостей захочется секса — может, будет приятнее просто полежать всем втроем на кровати?

Пообедать я так и не успела, и парни предусмотрительно заказали еду. Калеб сначала даже дернулся ее разогреть, но по моему взгляду понял, что лучше пока не торопиться.

Посидев полминуты и собравшись с силами, я пересказала своими словами обвинительный акт, составленный со слов Шерил. И что Исаак будет стараться упечь старшую стерву на остров. Ну а Остину вообще не так уж много осталось, он может и до суда не дожить. Но его попытаются допросить и вытянуть хоть что-то, чтобы усилить обвинения против Челси.

Постепенно выдав почти все, я долго решала, рассказывать или нет про высокие отношения Лейлы и ее мужа. Вероятность, что Руби об этом узнает, была, потому что сейчас все соцсети и новостные каналы начнут перемывать Баркерам косточки и громить их шкафы с секретами. Возможно, всплывут подробности отношений между сестрами, объясняющие такую жгучую ненависть Челси. Но и становиться тем, кто первым наговорит Рубену гадостей о его матери, не хотелось. В итоге я подала все через призму женской солидарности.

— Оскар уже давно был стерилизован твоей матерью, потому что изменил ей еще до свадьбы. Это было очень неуважительно, сам понимаешь. И твоя мать вызвала его любовницу на дуэль и убила ее… Считаю, что заслуженно, потому что спать с мужчиной, уже обещанным другой ведьме, неправильно. Но… — тут моя женская солидарность слегка засбоила, — зная, насколько твоя мать была целеустремленной, подозреваю, что Остину, как и тебе со мной, не дали права выбора. Вот только он любил другую.

— Это его не оправдывает! — процедил Рубен. Он весь буквально закаменел, только желваки двигались в бешеном темпе, выдавая, насколько сильно его задело.

— Согласна. — Я накрыла ладонями пальцы мужа.

Нам с ним просто повезло. Мы хоть и упирались, увиливая от брачных уз, но в итоге оказались отличной парой. Нас даже Геката благословила!

Калеб все это время помалкивал, не высказывая никаких оценочных суждений, хотя, судя по мимике, тоже был на стороне Лейлы. Ведьмаков с детства учат смиряться и ставить желания ведьм выше собственных. Особенно если разлад не выносится за дверь дома. А Оскар официально столько лет считался якобы добропорядочным мужем и отцом. Никто даже не догадывался о сложностях в начале этого союза.

Только насильные браки в наше время — большая редкость. Даже просто принятие в род подразумевает согласие обоих — и ведьмы, и ведьмака. И фамильяров уже давно стараются привязывать по взаимному договору.

Не то чтобы это осуждалось, скорее не понималось обществом. Мы живем в мире, где служение ведьмам — честь, за которую мужчинам иногда приходится побороться. И желающих стать мужем Лейлы наверняка было воз с тележкой.

А с другой стороны… Ей хотелось именно Остина, и, раз его семья согласилась, он обязан был смириться! Вместо этого, как в старинной пьесе, все умерли…

— Как же все сложно! — Не выдержав, я тяжко вздохнула и, окинув взглядом своих парней, предложила: — Ну что, в джакузи?

— Сначала поешь. — Калеб пододвинул ко мне тарелку с салатом и направился к микроволновке — греть остальное.

Спорить я, понятное дело, не стала, так как уже приехала голодной. Но во время еды краем глаза следила за Рубеном. Тот сначала лениво водил вилкой по тарелке, потом вошел во вкус и вгрызся в стейк, выплескивая всю свою злость.

Калеб тоже оценил хищные замашки сородича и, когда наши взгляды пересеклись, оскалил клыки, изображая волка. Хорошо, что вслух шутить не стал. Рановато пока…

— А теперь… в джакузи! — объявила я после того, как мы наелись и напились чаю.

В этот раз мы больше расслаблялись, то валяясь среди массирующих струй, то плавая в бассейне, то развалившись на полках в парной. Заодно выяснили, что мы с Калебом предпочитаем влажную, а Руби — сухую парилку.

Но конечно, иногда мы добирались до медитационных ковриков, накрытых полотенцами. А иногда и не добирались. Куни на лесенке бассейна мне тоже понравилось, и некоторые тренажеры оказались просто созданы для секса…

В общем, мы опять расслабились настолько, что, вернувшись домой, сразу отправились спать — втроем, без ужина. А утром умчались в академию, с головой занырнули в предсессионные будни и не выныривали до самых выходных.

Расследование почти закончилось, и теперь оставалось дождаться торжества справедливости. Но это, к сожалению, дело небыстрое. Доказательства, заседания, бодания прокуроров и адвокатов, к тому же часть преступников — в другой стране, с другими законами. Придется терпеливо ждать и надеяться.

Единственным отвлечением от учебы был звонок Хизар. Мы с Алисой как раз, мило болтая, спускались в столовую, вокруг гомонили, топотали и гоготали такие же торопящиеся вниз студенты, так что пришлось создавать антишумовой кокон и включать громкую связь. Естественно, Алиса тоже оказалась в коконе — не буду же я ради почти незнакомой ведьмы обижать подругу?

— Я звоню тебе по поводу фамильяра… Он же у тебя временный? Уступи его потом мне!

— Э-м-м…

Я даже зависла от столь наглого предложения. И ведь совсем недавно размышляла о том, что в нашем веке все союзы лишь добровольные, оборотней насильно не привязывают и уж тем более ими не торгуют.

— Слушай, у тебя и так два ведьмака. Зачем тебе еще и лис? А у меня от него прям экстаз — обожаю рыжих. Любые деньги заплачу, только уступи!

— Прости, не могу…

Нравоучительная речь о том, что приятелями не торгуют, изначально была бессмысленной. Поэтому я собиралась сказать, что срок временной связи уже закончился, Исаак снова свободен, так что проще поговорить с ним напрямую. Только внезапно вспомнила Лейлу, идущую к своей цели, как таран. Возможно, конечно, Хизар другая, но вдруг я ошибаюсь? Поэтому в итоге сказала совсем другое:

— Сама хочу совратить его на постоянный контракт. Он такой зайка, когда не на работе!

Еще немного поторговавшись, Хизар сдалась. Я выдохнула, убрала телефон и с удивлением посмотрела на Алису:

— А ты чего завяла? Побежали скорее — Рубен должен был взять нам еды и занять столик!