Два клинка огненной ведьмы

Глава 28

Вернувшись домой, мы разделились, Рубен отправился спать один, а мы с Калебом — развлекаться вдвоем. Но утром мой первый ведьмак уже привычно встал раньше, чтобы позаботиться о моем завтраке. И заодно уж покормить перед выездом в академию наглого сородича, сладко продрыхшего ровно до момента, пока аромат кофе не окутал всю квартиру.

Пока я не вмешивалась, очень надеясь, что с графиком по кухне парни разберутся без меня. Мне было интересно, насколько хватит терпения Калеба и когда он вспомнит, что хоть не муж, но все равно старший в роду.

И с меткой… в отличие от некоторых. Потому что Рубену мы ее так до сих пор и не поставили. Как-то вот не до нее все время.

Мы уже стояли в дверях, готовые выбегать в академию, когда мне на телефон пришло сообщение от Исаака: «Они их оправдали! Можно я их прибью как твой фамильяр?»

Искренне надеясь, что это такая плоская шутка, я позвонила лису и поняла, что он в стельку пьян и на такси движется в направлении аэропорта. Так что вместо первой пары мы, уже втроем, а не вдвоем, помчались тормозить моего разбушевавшегося оборотня.

Нам удалось оказаться в аэропорту буквально сразу за ним и перехватить его у стойки регистрации. Пришлось потыркать в его метку, подтверждая мое право запретить совершеннолетнему законопослушному гражданину Ельпиании сесть на самолет, несмотря на уже купленный билет. И даже задействовать свою власть ведьмы, чтобы вывести его из аэропорта.

Мы собирались вдарить по злющему лису заклятием трезвости где-то в более-менее безлюдном месте, чтобы не зацепить невиновных. Но сегодня в аэропорту перевернулся бочонок с медом, потому что сюда притянуло еще одну, не сильно приятную личность.

— Шерил Баркер? Что вы здесь делаете? У вас подписка о невыезде! — Исаак мгновенно протрезвел безо всяких заклятий, даже покачиваться перестал. И взгляд сразу стал цепкий, колючий. Надо же, как на него служебный долг действует!

— Я встречаю своего жениха, господин Кавана, — процедила стервочка, очень недовольная нашим столкновением. После чего быстро смылась внутрь…

Удержав попытавшегося «прокрасться» за ней лиса, которого снова догнало опьянение, я переглянулась с Калебом, и тот мгновенно растворился в толпе пассажиров с их сопровождающими.

— Ты еще в дрова, — укоряюще покачала я головой, помогая Рубену подтащить оборотня к ближайшей уличной фастфуднице, — так что сиди и трезвей. Пока Калеб не вернется.

Рисковать здоровьем полицейского и протрезвлять его самостоятельно я побоялась. Мало ли, вообще навсегда отрублю ему способность пить, даже пиво? Спасибо мне за это он не скажет.

Руби тоже признался, что ему легче замутить подобное через отвар: цветочки-лепесточки, дунул-плюнул-пошептал… А вот щелкнул и трезвый — так он только с собой может. Я на это лишь завистливо вздохнула. У меня и через отвары целительство получалось как-то не очень. Какая-то я все же неправильная ведьма, драться люблю больше, чем лечить.

— Знаете, кто якобы парень Шерил?

Калеб, возникший, как черт из табакерки, с недовольным видом оглядел всех нас и особенно долго изучал Исаака, до этого занудно-пьяным голосом твердившего о моей деспотии и о стервах, которым все дозволено. Надеюсь, последнее уже было не обо мне.

— Секретарь госпожи Вивьен. Бывший секретарь. Она уволила его в прошлом году, когда заметила тайком обнимающимся с госпожой Хизар на какой-то конференции.

— Похоже, на мировой рынок Хизар выехала на мужчинах, причем на чужих, — проворчала я, но, наткнувшись на задумчивый взгляд Калеба, практически приказала: — Давай, выкладывай!

— Он прилетел из Таунграна, спал с госпожой Вивьеной, обнимался с госпожой Хизар, а теперь встречается с госпожой Шерил…

— То есть вполне мог добыть нужные для воздействия на расстоянии ингредиенты, — наконец-то сообразила я. — Кстати, что с таунгранскими ведьмами? Давай, ты уже протрезвел, я же вижу! — Действительно абсолютно трезвого благодаря стараниям Калеба оборотня пришлось сначала пнуть, а потом ущипнуть, чтобы заставить выдать подробности. — Ну же! Мы тебя от кучи глупостей спасли. Нам даже деньги за твой билет вернули.

— Оказалось, что они «в своем праве», — несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув, процедил лис. Это была наша маленькая победа над его принципами, ведь о результатах обыска в особняке Баркеров он нам так и не рассказал! — В своем, чтоб их черти порвали, праве! Потому что действовали согласно заключенному с ведьмой Лейлой Баркер кровному договору. Госпожа Лейла выкупила и принесла в дар роду Альбахар их земли, отнятые каким-то другим родом, в обмен на несколько заклинаний и рецептов. И поклялась жизнью, что никто, кроме ее семьи, не завладеет ими. Даже волосы, кровь и ногти она, оказывается, сама им оставила!

— Двадцать с лишним лет назад? — мрачно уточнила я. Исаак с таким же мрачным видом кивнул в ответ. — Осталось понять, какая… кхм… тварь… донесла, что Хизар завладела одним из рецептов.

Были у меня подозрения, но на них одних законного обвинения не выстроишь. Да и в чем обвинять? Убийцы были в своем праве, демоны их побери!

— А мою мать, получается, пытались убить из-за опасений слияния? — продолжило озарять меня. — Заранее? Исаак! Давай, соберись! Моя мать невиновна, секретов она никаких не знала, слияния не произошло. Как думаешь, есть у нас шансы посадить эту компанию за покушение?

— Есть, — безразлично-ледяным голосом произнес Рубен, — только надо найти хорошего прокурора в Таунгране. И их, конечно, не казнят. Но, может, хотя бы сошлют на Эрбтар…

На самом деле это наказание меня устраивало даже больше, чем быстрая смерть тварей на виселице. Эрбтар — это остров, куда отправляли ведьм и вампиров, не набравших преступлений на смертную казнь, но заслуживших пожизненное заключение. И пусть эти гадины вертятся в отдельном гадюшнике всю свою оставшуюся жизнь!

Исаак снова лишь мрачно кивнул, подтверждая слова Рубена. Но потом взбодрился.

— Я найду прокурора… и секретаря этого завтра же арестуем! И госпожу Шерил снова пропустим через детектор лжи, но уже с другими вопросами. Как удачно я сегодня в аэропорт решил съездить…

— О да! — я с сарказмом ухмыльнулась, глядя на искрящего энтузиазмом лиса. — И вдвойне удачно, что ты не улетел сорок минут назад убивать целый род горных ведьм.

— Да ладно, — как будто бы даже смутился Исаак, — к посадке я бы протрезвел… Просто так выбесило это «они в своем праве»!

— Ну кровный договор — это аргумент. — Поджав губы, я с жалостью покосилась на Рубена, у которого лицо просто закаменело. Он ведь не оборотень, всего лишь собирающийся стать фамильяром, а сын пострадавшей от кровного договора ведьмы. — А еще есть дуэли, — напомнила я. — И некоторые из них, по договору, до смерти.