Два клинка огненной ведьмы

Глава 14

Приехавших к матери следователей оказалось двое — та самая человечка, вокруг которой кружил Калеб, и оборотень. Лис, демоны его побери! Рыжая хитрая морда, на которой большими неоновыми буквами светилось: «Достаю всех до белого каления». И он с самого начала принялся доставать — всех!

Так уж заведено, что в судах и уголовном розыске работают только люди и оборотни. Причем берут только тех, у кого имеется свой собственный иммунитет на магию, плюс увешивают артефактами от магического влияния и ежевечерне проверяют. Адвокатов и прокуроров еще и перед выступлениями осматривают, а само помещение суда обезмагичивают на время заседания…

Все это делается, чтобы обезопасить свидетелей и подозреваемых. Так как ведьмы и вампиры могут попытаться повлиять на них почти инстинктивно и получить нужные показания, от которых потом, без магии, свидетель откажется.

Опять же, когда одна ведьма расследует убийство другой ведьмы, она всегда пристрастна. Родовая дружба или вражда, семейные пересечения, общие знакомые… Да мало ли? Вампиры тоже между собой повязаны сирами, кланами, кровью и прочими нитями, за которые можно подергать. Можно поручить вампирам вести дела ведьм, а ведьмам — дела вампиров, но тут снова встает проблема магического влияния на свидетелей.

Поэтому нам пришлось терпеть этого рыжего нахала — умного, настойчивого и опытного. За время нашего уединенного диалога в материнском кабинете он вытянул из меня и про взрыв, и про переписанное завещание, и даже про нотариуса! Всего сорок минут, и я каким-то чудом выболтала ему все! Зато вспомнила, какая именно мысль не давала мне покоя:

— Я слышала, что при обыске обнаружили буклеты репродуктивных клиник. Госпожа Лейла таскала их с собой?

— Это местные клиники, не из Глостерсолла, — неожиданно прямо ответил на мой вопрос лис, загадочно ухмыльнувшись. — Госпожа Лейла посетила их или собиралась посетить. Увы, но точнее ответить не могу, так как сотрудники ничего нам не говорят. Врачебная этика.

Кавана. Капитан Исаак Кавана. Рыжий, веснушчатый, зеленоглазый, вечно улыбающийся. Так бы и… прибила чем-нибудь!

Не говорят ему ничего, как же, демоны его побери!

Из парней он тоже вытянул все, точнее — практически все. Никто из нас троих, как этот рыжий Исаак ни старался, не сообщил ему точную дату и время подписания брачного договора. Мама у меня тоже оказалась кремень.

— Я ему так прямо и сказала, что это не его дело. Мы с Лейлой подписали договор одновременно, а ты позже, — возмущенно пересказывала она мне, когда следователи и Шерил ушли. — Любой магический индикатор это подтвердит. Договоренность о браке была уже несколько лет, он не внезапный какой-нибудь мезальянс, а продуманный союз! — После этой фразы мама одарила Рубена недовольным взглядом и горестно вздохнула над разбившимися надеждами.

Еще бы! Несколько лет продумывали, прибыль подсчитывали и в итоге получили бесприданника. Причем, подозреваю, мама бы не так сильно страдала, если бы я проявила послушание и вписалась в брак у нее в офисе. Но я-то сделала это, уже подозревая, что в приданое к мужу мне достанутся только проблемы. Правда, про пропавшее завещание я еще не знала, но это ничего бы не изменило.

Домой мы вернулись поздно, уставшие и какие-то… опустошенные, что ли. Чертов лис, как вампир, высосал из нас всю энергию. Но зато у меня появилась интересная зацепка.

— Завтра после академии едем по репродуктивным клиникам, — объявила я, скинув в руки Калеба куртку. — Мне придется всех там отвлекать, пока вы будете искать подробности о посещении госпожи Лейлы.

Парни хмуро переглянулись и синхронно кивнули. Отлично. Какая может быть врачебная этика, когда убита верховная ведьма?

Но на этот вечер у меня были совсем другие планы.

— Рубен, иди под душ, я скоро приду…

Даже не сомневаясь, что мой приказ выполнят, обняла Калеба, уже разувшегося и повесившего обе куртки, свою и мою, на вешалку. Поцеловала, выдохнув в губы:

— Спокойной ночи!

И направилась в ванную комнату — развлекаться и, может, немного повоспитывать, если настрой появится. Правда, о воспитании я забыла почти сразу, потому что уже стоящий под струями душа Рубен высунулся, сдвинув в сторону дверцу, подхватил меня и одним рывком приподнял, затаскивая в большую ванну, гораздо чаще служившую душевой кабинкой. Зато в ней можно было и стоять, и сидеть, и лежать, и… втирать в кожу гель, скраб, какой-то бальзам для тела. Все это сопровождалось смехом, объятиями, поцелуями, страстными взглядами.

Причем мне было хорошо, хотя секса как такового между нами не было. Мы просто развлекались, как два малолетних идиота, обнаруживших коробку с родительской косметикой. Кстати, шампунь с сочным ароматом яблок Рубен, скорее всего, привез из своей квартиры. У меня такого никогда не было! Но пах он так, что хотелось уткнуться в намыленные им волосы и до головокружения вдыхать этот одуряющий запах.

Понятно, что намыливала я им Рубена, и, привстав на цыпочки, нюхала его макушку. А потом у меня оказался весь нос в пенке, которую этот псих сцеловал, даже не поморщившись. Мои волосы мы мыли вишней с шоколадом. Я чувствовала себя сладкой конфеткой, к тому же Рубен так жадно поедал меня взглядом, как будто это не он сам затеял игру с мытьем, вместо того чтобы уже давно нормально трахаться, а я ему не позволяю! Да у меня уже возбуждение зашкаливало, и держалась я только из вредности.

Часа через полтора-два, мы, наконец-то, добрались до постели, предварительно вдосталь навытиравшись везде, докуда смогли дотянуться. И гладить друг друга полотенцем оказалось тоже забавно!.. Но на кровати я сдалась и оседлала этого стойкого ведьмака.

Мне понадобилось буквально минут десять, чтобы насытиться, кончить и без сил упасть на подушки. Рубен тут же навис надо мной, внимательно изучая и выискивая какие-то важные для себя знаки. Судя по удовлетворенной улыбке, он нашел то, что искал. Но лично я могла только лежать, довольно жмуриться, облизывая губы, и любоваться на сверкающие проказливые искорки в его голубых глазах.

— Ты же останешься со мной? Не пойдешь к нему, да?

Даже не пытаясь скрыть внутреннее напряжение, Рубен прилег рядом, обнимая так крепко, что, если бы мне и захотелось уйти, пришлось бы очень постараться.

— Не пойду, — успокоила я. — Буду всю ночь с тобой.

— Это хорошо, — облегченно выдохнув, он буквально подмял меня под себя, даже ногу закинув для надежности. И почти сразу уснул, довольный и удовлетворенный.

А я еще какое-то время полежала, размышляя, какие у меня все же разные парни, и как мне с ними повезло. Очевидно, это будет моя ежевечерняя мантра… Но они и правда очень славные. Оба. И мне с ними очень хорошо.