Черный Маг Императора 23

Глава 6

Сразу после ночного происшествия я позвонил Голицыну и уже через полчаса в нашем дворе была целая толпа людей. Некоторые из них были с особыми значками, выдающими их принадлежность к тайной канцелярии, но большинство без каких-либо опознавательных знаков. Единственное, в чем они были абсолютно похожи — мрачные и хмурые лица, с которыми они осматривали наши владения.

Я все ждал, когда заявится майор Воробьев, но к моему удивлению, на этот раз обошлось без полиции. Только люди Голицына. Ну… Во всяком случае, я думаю, что все они из ведомства Дракона, а там кто его знает, чьи они были.

Может быть, Василий Юрьевич привлек еще какую-то тайную службу, о которой мне не известно. По крайней мере, большая часть присутствующих мне была абсолютно незнакома.

Около часа наше небольшое поместье тщательно осматривали на предмет какой-нибудь заразы, которая могла бы мне угрожать. Однако, ничего опасного не нашли. Впрочем, этого и следовало ожидать. Демонов я бы и так почувствовал, а с чего бы здесь было что-то еще? Что они хотели найти?

Дед по этому поводу сказал, чтобы я не особо над этим задумывался и относился к ситуации несколько проще. Агенты тайной канцелярии, прежде всего служивые люди, которые не привыкли задавать лишних вопросов. Если приказано осмотреть наш дом, значит так и будет. Их работа заключается в том, чтобы выполнять поручения, а не задумываться над ними и тем более обсуждать.

На следующее утро в «Китеж» Лешка отправился без меня. Я ему в двух словах рассказал, что случилось этой ночью. После такого оставить деда одного и уехать в школу, было бы просто свинством с моей стороны.

Однорукий демон устроил нам знатный переполох, так что теперь нужно было помочь все это восстановить. Если не все, то хотя бы частично. Для начала вновь вернуть стекла в окна.

После демонического рева пострадал не только гостевой дом, но и основной. Почти треть оконных рам лишились стекол, а в доме стояла такая холодрыга, что мы с дедом ходили по нему в теплых свитерах и шапках. Однако рабочие довольно быстро все восстанавливали, так что по моим расчетам к вечеру должны были справиться.

Вскоре после того, как Нарышкин уехал, к нам нагрянуло сразу несколько строительно-ремонтных бригад, которые немедленно взялись за работу. Как оказалось, это Лешкин отец распорядился, чтобы наш дом привели в порядок в максимально сжатые сроки.

Примерно к обеду стало ясно, что моя помощь деду уже не особо нужна, и он отправил меня в школу. Сказал, что с оставшейся частью работ он разберется и без меня, так что нечего уши морозить в холодном доме и пропускать тренировку с Громовым.

Убедившись, что так оно и есть на самом деле, и к вечеру практически все будет сделано, я сделал вид, что послушался деда и поехал в «Китеж». Насчет тренировки с мастером темных классов он был прав, пропускать ее не хотелось.

Тем более, что со следующей недели уже наступает весна, и с каждым уходящим днем до начала магического турнира у нас будет оставаться все меньше и меньше времени на подготовку. Поэтому пропуск каждой из них — себе дороже. К тому же, я ведь участвовал не один, а значит в какой-то мере отвечал и за остальных. Это накладывало дополнительную ответственность.

Перед выездом из Белозерска я позвонил Громову и попросил его, чтобы они дождались меня. По времени я уже понимал, что опоздаю как минимум на полчаса. В ответ Роман Артемович поинтересовался как у меня дела и пообещал, что без меня не начнут.

К тому времени, когда я приехал в «Китеж», занятия уже давным-давно закончились. Как сказал Лешка, Громов назначил тренировку на шесть часов вечера, так что в нашем распоряжении был еще целый час. Это означало, что мы могли выпить по чашке кофе в столовой и обсудить последние события с княжичем.

Вообще разговаривать на эту тему с княжичем было непросто. Я не до конца понимал какие вещи я могу ему рассказывать, а что лучше оставить в тайне. Он и сам это прекрасно понимал, поэтому ему вполне хватало поверхностных объяснений.

Основную суть он понимал — время от времени ко мне в гости являются демоны, и это было хреново. Да, пока каким-то образом я справлялся с ними своими силами и при помощи Темного Савана, но это все равно как-то нервировало. Куда лучше, если бы эти твари забыли дорогу ко мне.

Примерно на середине разговора к нашей беседе присоединилась Горчакова, чем вызвала полный ступор у остальных учеников, которые были в этот момент в столовой. Увидев ее, Лешка тоже удивился до предела и даже протер кулаками глаза, чтобы убедиться в том, что это не иллюзия.

В отличие от всех остальных, я не был этим сильно удивлен. Не знаю почему, но после моего визита к ней, я ждал от девушки чего-то вроде этого. Мне кажется, одной короткой встречей мне удалось пробить крохотную дырочку в той ледяной стене, которой она отгородилась от всех остальных.

Или остальные от нее… На это можно было посмотреть по-разному… В любом случае, в данный момент я был рад видеть ее в столовой среди всех остальных ребят. Под многочисленные шепотки в зале я помахал Елене рукой, которая, увидев нас с Нарышкиным, быстрыми шагами пошла в нашу сторону.

По ее поведению было заметно, что девушка чувствует себя здесь неуютно. Услышав свою фамилию, она часто оглядывалась и смотрела по сторонам, пытаясь понять кто о ней говорит. В конце концов она бросила это дело и занялась горячим кофе, который я ей принес. Какой смысл все время осматриваться, если в данную минуту о ней говорили все?

С момента прихода Горчаковой, ни о каких демонах мы больше не говорили. Больше обсуждали наш поход в Искажение и что случилось потом. За то время, которое мы провели вместе в другом измерении, мы как будто сильнее сдружились.

Теперь мы общались друг с другом на каком-то другом уровне, и каждый из нас это чувствовал. Такое ощущение, что несмотря на не самые лучшие часы, проведенные в Искажении, оно сильно сблизило нас.

Впрочем, по своему опыту я отлично знал, что так происходит довольно часто. Совместная драка всегда сближала. Тем более, если в этом сражении можно было погибнуть, и каждый из нас защищал не только себя, но и того, кто был с ним рядом в этот момент.

К моему удивлению, Горчакова довольно спокойно разговаривала с нами насчет ее приступа в Искажении. Пока мы осторожно ходили вокруг да около, она решила первой заговорить с нами об этом и сказать, что магическая энергия другого измерения действовала на нее не обычным образом и поэтому с ней так быстро произошла трансформация.

Именно во время этого разговора Елена впервые рассказала нам много нового и полезного о своей болезни. По ее словам, она решила, что раз уж мы оказались в одной команде, то мы с Нарышкиным имеем право знать о ней немного больше остальных. Во всяком случае, той части жизни Горчаковой, которая касалась ее болезни.

Собственно говоря, основных новостей для нас было две — хорошая и плохая. Хорошая заключалась в том, что обычно трансформация в ее вторую сущность занимает намного больше времени, чем это было в Искажении.

Это означало, что время для реакции на происходящие с ней изменения у нас будет. Точнее не у нас, а у Веригина, который будет заниматься ее здоровьем во время проведения магического турнира.

Узнав об этом, Лешка заметно оживился и даже вновь начал шутить, что было вполне ожидаемо. До рассказа Горчаковой, княжич все время беспокоился о том, что может произойти с девушкой в самый неподходящий момент. Ясное дело, что его больше волновало не здоровье Елены, а то, что он сам может оказаться рядом с ней в этот момент.

Плохая же новость заключалась в том, что в те моменты, когда ее захватывает вторая сущность, она фактически не отдает отчета своим действиям. Точнее не так. Правильнее было бы сказать, что в таком состоянии за это полностью отвечает ее вторая половина. Когда приступ заканчивался и Горчакова вновь становилась сама собой, то она абсолютно не помнила того, что делала.

Звучало не очень весело, но обнадеживало, что трансформация все же происходит достаточно медленно, а значит этот процесс всегда можно будет остановить. Если верить Елене, то за последние несколько лет она ни разу не теряла контроль над собой и приступов не было.

Оставалось надеяться, что в момент проведения магического турнира не случится какого-нибудь очень мощного магического шторма, который за пару минут превратит милую девушку в то, что мы с Лешкой видели в Искажении.

Слово за словом, мы и сами не заметили, как за разговором пролетел час и пришло время отправляться на тренировку с Громовым. Нужно ли говорить, что сегодня мы отработали очень удачно, чем приятно удивили мастера темных классов.

Роман Артемович ставил перед нами одно задание за другим, но мы их с легкостью выполняли. Как будто наступил тот самый момент, когда мы с ребятами начали понимать друг друга с полуслова.

Конечно, еще было много моментов, которые нужно было доработать. Например, Лешка так и норовил залить в меня такое количество магической энергии, от которого я буквально горел изнутри. Но таких случаев было все меньше, и это не могло не радовать.

Довольные собой и уставшие, мы с ребятами попрощались и расстались до следующего понедельника. После бессонной ночи и тяжелой тренировки я очень хотел поскорее отправиться в уютную постель и залечь под теплое одеяло до завтрашнего утра. Ради этого я даже пропустил ужин.

Перед сном я набрал деда, чтобы узнать, как там у него дела. Оказалось, что все в норме. Рабочие давным-давно закончили с окнами и на сегодня оставили наш дом в покое. Пообещали вернуться завтра, чтобы заняться двором. Если дед говорил мне правду, то дом уже даже практически прогрелся, так что можно было за него не беспокоиться.

Закончив разговор с дедом, я забрался в постель, укрылся одеялом с головой и приготовился в скором времени смотреть свой первый сон. Вот только, как это обычно бывает, мои желания не совпадали с окружавшей меня реальностью.

Для начала мне позвонил Голицын, который сообщил, что завтра ждет меня в Москве, где мне разрешается пробыть до пятницы. Какой сон после такой новости? Особенно с учетом того, что глава тайной канцелярии пообещал мне какой-то приятный сюрприз.

Василий Юрьевич сказал, что Орлов уже в курсе и завтра, сразу после завтрака, за мной приедет машина, которая доставит меня на вертолетную площадку. Мало того, что все это само по себе было приятно, еще и удачно совпало с тем, что я смогу передать отцу предназначенный для него пузырек Эликсира Жизни.

Кое-как справившись с охватившим меня возбуждением в предвкушении завтрашнего дня, я наконец вновь улегся в постель и попытался заснуть. Несмотря на то, что завтра у меня начинались короткие каникулы, поспать все же стоило.

Однако вторая попытка вновь окончилась неудачей. Едва я закрыл глаза и почувствовал, что с минуты на минуту отправлюсь в уютный мир сновидений, как прямо над ухом раздался тихий голос моего верного помощника:

— Спишь, хозяин? — спросил Градовский. — Так рано?

— Нет, не сплю, — вздохнул я и одернул с себя одеяло. — Просто притворяюсь. Думаю, вот придет Петр Карлович, то-то я его разыграю!

— Шутишь, хозяин? — догадался призрак. — А между прочим я стрелой летел к тебе на попутке из Вологды, потом на вечернем экспрессе из Белозерска…

— Каком экспрессе, что ты такое придумал? — спросил я, затем сел на кровати и потянулся. — Между Белозерском и «Китежем» сто лет уже одни и те же автобусы ходят. Как они до сих пор не развалились, понять не могу.

— Держатся на волшебстве и слове добром, — помог с ответом Дориан. — В моем мире к ученикам магических школ даже не подумали бы относиться таким образом. По сути, Орлов на вас попросту плюет. В вашей дурацкой школе вообще все помешаны на традициях. Помяни мое слово, когда автобусы сломаются окончательно, в них начнут впрягать лошадей, но все равно не заменят.

— Орлов здесь при чем? — спросил я и посмотрел в окно, по которому стекали дождевые капли. — Этим же губернатор Белозерска должен заниматься, а не директор школы…

— Директор… Губернатор… Какая разница, кто именно на вас плюет? — спросил Мор. — Важен сам факт.

— Перестань, ездят себе и хорошо, — сказал я и посмотрел на Градовского, который терпеливо дожидался, пока я начну его расспрашивать о новостях.

Судя по всему, Градовского так и подмывало мне рассказать что-то интересное, но первым он заговаривать явно не собирался. Видимо принял мою шутку слишком близко к своему призрачному сердцу.

— Ладно, Петр Карлович, не дуйся, — пошел я на мировую. — У меня тоже денек тот еще выдался. Да и ночь, если на то пошло.

— Что случилось, хозяин? — спросил он, в один миг оживившись. — Я так и думал, что что-то обязательно должно произойти. У меня было предчувствие!

— Потом расскажу, — пообещал я ему. — Видишь же, я живой и здоровый, а значит ничего страшного не произошло. Давай не тяни, что там Серебрякова? Встречалась она вчера с кем-то в Белозерске или нет?

— Нет, Максим, она ни с кем не встречалась! — торжественно сказал призрак, как будто в этом была заслуга только лишь его одного. — Сейчас расскажу, как дело было. Как только вы с Нарышкиным покинули вокзал, она пошла в ресторан. Заказала суп из перепелов, чашку кофе и тирамису. Все это время я ни на секунду не отходил от нее…

Я слушал весьма обстоятельный доклад Петра Карловича и размышлял над тем, что Градовский развивается в верном направлении. Как правильно шпионить и что мне от него нужно, призрак уже понял.

Теперь осталось сделать второй эволюционный шаг, научить его выражать свои мои мысли как-нибудь короче. Мне почему-то казалось, что как раз с этим придется гораздо сложнее. Призрак любил долгие истории. Причем я был абсолютно уверен, что как минимум треть своего рассказа Градовский придумывает на ходу.

В общем, как бы там ни было, но если отбросить всю словесную шелуху, которой он накидал за последние тридцать минут, и оставить самое главное, то картина вырисовывалась следующая.

Как и сказал Петр Карлович, сразу после того, как приехала в Вологду, Серебрякова решила обдумать наш с ней разговор и, видимо, решила, что лучше всего это будет сделать в ресторане, за тарелкой супа и чашкой кофе. Во время еды она ни с кем не разговаривала и первый звонок совершила намного позже того, как уделала порцию тирамису.

Она звонила Огибалову, чтобы сообщить ему, что никакой встречи в Белозерске не будет. Кроме того, сказала удивленному Артемию, что их прежние планы насчет меня с сегодняшнего дня недействительны. Алена передумала возвращать артефакт.

— Пожелала вам подавиться этим артефактом, хозяин, — сообщил мне ненужную подробность Градовский. — Чтобы он у вас поперек горла встал.

— Ну ладно, я понял, — остановил я призрака. — Не разменивайся на мелочи, валяй дальше. Что Огибалов? Сильно удивился?

— Еще бы, хозяин! Натурально обалдел! — радости Петра Карловича не было предела. — Все допытывался у девушки, с чем связаны такие изменения. Угрожаете вы ей или нет.

— Пф… — фыркнул я. — Такое ощущение, что он ей может чем-то помочь в этом случае. Ну и что Алена ему ответила, интересно знать? Уверен, что ни слова не сказала о нашей встрече в поезде.

— Так оно и было, Максим, — подтвердил мою догадку призрак. — Сказала, что это не его ума дело. И еще сказала, что Огибалов — идиот, который не может справиться с самыми элементарными вещами. Говорит, как ты собирался свалить Темникова, если даже не смог воспользоваться оружием, которое тебе дали в руки.

— Отлично, — сказал я и мое лицо невольно расплылось в улыбке.

Слушать как ругаются твои враги… Разве может быть что-то лучше? Если бы только они натурально разделались друг с другом.

— В общем они поссорились и закончили разговор, я правильно понял? — уточнил я.

— Верно. Поссорились, но разговор не закончили, — возразил Петр Карлович. — На прощание Артемий дал Серебряковой слово дворянина, что вернет ей артефакт, и та ответила, что это его личное дело.

— Вот кретин… — вздохнул я. — Ну что ему все неймется? Ладно, черт с ним, с Огибаловым. От этого типа все равно пока никуда не деться. Видимо, придется и с ним поработать.

— Я вам в этом помогу, хозяин, — пообещал Градовский.

— Само собой, куда ты денешься? — улыбнулся я. — Теперь мой черед делиться новостями. Начнем с главного — завтра мы едем в Москву.

— Вот как? — подлетел поближе Петр Карлович. — С моим личным сопровождением, я так понимаю? Если ты вновь заставишь меня торчать в медицинском блоке, то клянусь своим Кубиком Судьбы, что…

— Успокойся, Петр Карлович. Ну разумеется в твоем сопровождении, разве может быть иначе? Ты ведь в нашей дружной команде первый человек… — успокоил я его. — Точнее призрак…