Черный Маг Императора 23

Глава 16

Чертков оставил на столе одну часть карты, а остальные спрятал в футляр и пододвинул его поближе ко мне.

— Видел тубус, в котором я ношу нужные мне фрагменты портальной карты? — спросил он в этот момент. — Послушай моего совета, заведи себе такой же. Футляр, конечно, не самая большая вещь из тех, что ты все время таскаешь в своем рюкзаке, но тубус меньше и намного удобнее.

Вообще-то, для вещей, которые я носил с собой, можно было использовать мою Бездонную Сумку. При большом желании в нее можно было вместить много разной всячины, в том числе и футляр.

Но в данном случае я был согласен с наставником, Бездонную Сумку я с собой беру не всегда, а вот рюкзак все время со мной. Так что при случае нужно будет заглянуть в мастерскую к Лазаревой. У них этих тубусов на любой вкус, причем из самых разных материалов.

Я думаю, что если хорошенько поискать, то можно будет найти тубус и из кожи радужного крокодила. Она считается особо прочной и из нее часто делают тубусы для хранения особо ценных свитков и гримуаров.

— Что-нибудь придумаю, — пообещал я. — Спасибо за совет, Александр Григорьевич.

— Не за что, — ответил он.

Затем дождался, когда я уберу футляр со стола, чтобы он нам не мешал, и как только я вновь сосредоточил свое внимание на карте, сказал:

— Теперь положи свою руку на карту, закрой глаза и просто прислушайся к своим ощущениям, — велел он.

Я так и сделал. Правда я не совсем понимал, что именно я должен был почувствовать в этот момент, но тем не менее усиленно пытался. Поначалу карта под моей рукой оставалась холодной, а затем неожиданно стала теплеть. Как будто оживала, чувствуя энергию моего тела. Забавно…

— Что чувствуешь? — спросил старик.

— Мне кажется она нагревается…

— Так и есть. Карта пытается знакомиться с тобой, — объяснил он. — Она, конечно, не живой артефакт, но со временем может очень сильно облегчить тебе работу с ней. Чем чаще ты будешь взаимодействовать с картой, тем проще тебе будет наносить портальные метки. Сейчас мои слова тебе ни о чем не скажут, но когда-нибудь ты вспомнишь этот наш разговор и поймешь, о чем я тебе говорил. Можешь открывать глаза, только руку пока оставь на месте.

— А из чего она сделана? — спросил я и открыл глаза. — Вы сказали, что это не бумага.

— На что это, по-твоему, похоже? — ответил он вопросом на вопрос.

— Я бы сказал, что это кожа какого-то животного, — предположил я. — Теленка, например.

— Угадал, — довольно хмыкнул Чертков. — Именно теленка. Причем молочного, которому еще не стукнуло полгода. В принципе, кожу можно брать и с животных постарше, но это самая тонкая. Кроме того, с картами из такой кожи намного легче работать. Только не спрашивай меня почему для этого сдирают шкуру с телят, а не с козлят, например. Я понятия не имею. Если хочешь — при случае спросишь у Окулова, он в этом деле смыслит больше меня. Мое дело наносить портальные метки, а все остальное — лишняя информация.

Вообще-то для меня тоже. Хотя… Почему бы и не спросить у Альберта Денисовича при случае? Заодно и поблагодарю его за портальные карты, на которые он потратил время ради меня.

Тем временем карта под моей рукой продолжала нагреваться. Еще немного, и мне будет уже горячо. Кроме того, и сама она будто ожила. Мне показалось нарисованные реки на ней пришли в движение. Я услышал шум деревьев и уловил запах осенней листвы.

— Интересно… — сказал я и посмотрел на улыбающегося наставника. — Она что, живая?

— Нет, она просто артефакт, который так работает, — ответил старик. — Поначалу это действительно кажется максимально необычным, но ты быстро привыкнешь. Поверь, год-другой работы с портальной картой, и ты перестанешь обращать на это внимание. Хочешь я тебя удивлю еще сильнее?

— Ясное дело! — не раздумывая ответил я.

— Найди на карте Белозерск… — попросил меня Чертков.

— Вот он, — сказал я, с легкостью отыскав Белое озеро и городок возле него, который стал мне практически родным за последние несколько лет. — А вот наш «Китеж»…

Как только я произнес эти слова, как карта буквально утопила меня в себе. Местность начала приближаться, и я увидел нашу школу. Мне показалось, что я даже уловил знакомые запахи, царившие в школьном парке.

— Офигеть просто! — выдохнул я, не сдержав нахлынувших на меня эмоций. — Еще немного, и я окажусь в нашей учебной комнате!

— Не переживай, не окажешься, — хохотнул наставник. — Это уже перебор. Знаешь, зачем нужен такой эффект?

— Наверное, для того, чтобы можно было ставить портальные метки неподалеку друг от друга, — догадался я. — Если карту отдалить, то они будут наслаиваться друг на друга.

— Молодец, Темников, — похвалил меня за сообразительность Александр Григорьевич. — Мне, в отличие от тебя, пришлось это растолковывать. Все верно. Например, у меня в «Китеже» три портальных метки, и если бы у этого артефакта не было такого замечательного приближающего эффекта, то они бы слились в одну точку. В данном случае это не очень принципиально, так как стоит мне поднести к ним свою руку, я увижу каждую из них. Но случается, когда долго не бываешь в каких-то местах и просто забываешь, где именно ты ставил порталы. Кроме того, портальные метки напоминают тебе о них и помогают восстановить в памяти. Все это очень сильно помогает в работе.

Я слушал слова наставника, а сам тем временем смотрел на карту и находился от нее в полном восхищении. Какая же классная штука! Даже если использовать ее просто как обычную карту, то она все равно оставалась очень крутой штукой. Это я на тот случай, если у меня вдруг с портальными метками не получится…

— Сколько стоит такая вещь? — не удержался я от вопроса, с каждой секундой все больше понимая истинную ценность подарка, который преподнес мне Чертков. — Наверное, очень дорого?

— Не твоего ума дела… — поморщился старик. — Не дороже, чем те микстуры, которые ты мне приносишь. Давай лучше делом займемся. Можешь пока оставить карту в покое.

Я убрал руку с карты и сразу ощутил легкую прохладу на ладони. Вместе с теплом карты пропала и живая картинка перед моими глазами, которая унесла с собой и запахи. Передо мной вновь лежала обычная карта. Разве только очень подробная.

— Готов меня внимательно слушать? — спросил Александр Григорьевич и я кивнул в ответ. — Тогда запоминай правила нанесения портальных меток. Не переживай, после того как ты уже создал несколько рабочих порталов, эта наука будет для тебя несложной. Хотя внимания и отдачи потребует не меньше. Итак, первое и самое главное — работать с портальной картой лучше всего ночью. Еще лучше, когда присутствует лунный свет. Можно наносить портальные метки и днем, но это сплошное мучение. Приходится несколько раз переделывать самые элементарные вещи. Поверь моему совету — это сэкономит тебе кучу времени.

— Верю. Тем более, что ночь мне вполне подходит, — сказал я. — Самое лучшее время суток для работы, как по мне.

— Второе… — продолжил наставник. — Закрываешь глаза и кладешь руку на карту в том месте, куда тебе нужно попасть. Максимально приближаешь нужное место и проделываешь все те же самые операции, как и при создании портала. Разве что портальный узор ты чертишь не на полу, а в своей памяти.

— Все-все операции? — уточнил я на всякий случай. — Даже заклинание Портальной Стабилизации?

— С чем связан вопрос, Темников? — внимательно посмотрел на меня старик. — По-моему, я довольно ясно выразился — все те же самые. Что тебе непонятно в моих словах?

— Ну просто… Зачем мне его стабилизировать, если я не собираюсь никуда перемещаться?

— Затем, чтобы освежить в своей голове воспоминания об этом месте, — терпеливо объяснил мне Чертков и нахмурился. — Так же, как и с обычным порталом, здесь важна каждая деталь. Даже такая светлая голова как твоя, не сможет хранить в себе память обо всем. Так что просто слушай, что я тебе говорю, и запоминай, если тебе дорога твоя жизнь. В момент нанесения портальной метки важно передать все ощущения, которые ты испытываешь в момент постановки портала. Они должны полностью совпадать. Упустишь что-нибудь важное и больше тебя никто не найдет.

— А говорили несложная наука… — вздохнул я. — Получается, что, по сути, еще один портал на карте создавать надо… Тут пока один поставишь, семь потов сойдет, а еще второй…

— Не ной, Темников, для такого способного паренька как ты, это проще пареной репы, — подбодрил меня Александр Григорьевич и похлопал по плечу. — Справишься как-нибудь. Тем более, что у тебя есть врожденная способность включать свою голову только тогда, когда тебе и правда грозит какая-нибудь опасность.

Я ничего не сказал в ответ, но с этого момента стал слушать Черткова еще внимательнее. После его слов о том, что будет просто, я невольно расслабился, а так поступать как раз не стоило.

— Третий шаг — последний, — тем временем говорил старик. — После того как ты стабилизируешь в своей голове портал и решишь нанести его на карту, просто подумай об этом. Карта услышит и сохранит для тебя информацию навсегда. Собственно говоря, вот и вся наука. Ничего сложного, правда?

— Все относительно… — сказал я и задумчиво почесал подбородок. — Как я пойму, что карта меня услышала? На ней появится светящаяся точка?

— Само собой появится, — кивнул он. — Но не только поэтому. Ты почувствуешь легкое покалывание на своей ладони. Можешь считать, что с этого момента между тобой и портальной картой заключен договор.

— Какой еще договор?

— Самый обычный, — пожал плечами Чертков. — Ты ей дал знать, что такое место существует, и оставил его в памяти карты, а она пообещала тебе все в точности сохранить.

В этот момент наставник наклонился поближе и подмигнул:

— Ты ожидал, что в самый последний момент карта потребует у тебя платы в виде крови или чего-то такого? Мы ведь с тобой темные маги, у нас только так дела делаются.

— Что-то типа того, — улыбнулся я и это было чистой правдой.

Я ожидал чего-то такого в качестве заключительного шага. Когда все время общаешься с артефактами, которые постоянно что-то просят, к подобным вещам привыкаешь. Пока все это звучало слишком просто. Даже с учетом того, что, по сути, это выглядело точно так же, как постановка портала.

— Расслабься, Темников, — посоветовал старик. — Карте на самом деле ничего не нужно от тебя и пока ты будешь держать на ней руку, кровь из тебя она не выпьет.

— Об этом не беспокойся, хозяин, — тут же встрял в разговор Красночереп. — Я всегда стою на страже твоих кровяных запасов и не отдам никому ни единой капли.

В этом я не сомневался, однако слова наставника успокаивали и давали возможность лишний раз не волноваться во время работы.

— Можно начинать, Александр Григорьевич? — спросил я, почувствовав, что готов попробовать.

— Валяй, — разрешил Чертков. — Если все получится с первого раза, то я тебе даже дам на завтра выходной и перенесу поездку в «Берестянку» на другой день. Будем считать это наградой за твою хорошую работу. Кроме того, меня беспокоит твоя рука. Думаю, будет лучше тебе пока не ходить в некрослой.

— А если не получится с первого раза? — решил уточнить я. — Тогда моей руки не жалко?

— Конечно жалко, — ответил наставник. — Если не получится, то в «Берестянку» все равно не поедем. Просто выходной я тебе на завтра не дам. Начнем новые некросимволы учить.

После слов Черткова о шансе получить на завтра выходной, мое настроение резко улучшилось. На горизонте вновь замаячила перспектива все-таки заняться серебряным кристаллом. Было бы здорово. Заодно и к Лазаревой не только за куском сырого серебра заеду, но и тубус для портальной карты закажу.

К моему удивлению, процесс нанесения портальной метки и в самом деле оказался не таким сложным, как постановка портала. Во всяком случае, времени у меня на это ушло почти в два раза меньше. Правда мне пришлось вновь открывать портал в мою комнату, чтобы запомнить узор, но в остальном все прошло гладко.

Когда все закончилось, я смотрел на первую портальную метку, которая светилась на моей новенькой карте, а в груди, как молоток, стучало сердце. Очень приятные ощущения.

Примерно так же я чувствовал себя, когда создавал первые многосоставные эликсиры в подземной оранжерее Щекина. Только сегодня было еще круче. Счастливая улыбка усиленно не хотела покидать моего лица, до того момента, пока мы с Чертковым не вышли из главного корпуса.

К этому времени на улице давно уже стемнело. Пока я провожал наставника до учительского общежития, он ответил еще на несколько вопросов, которые у меня появились по ходу дела. Не особо важные, скорее познавательные.

Так я узнал, что о моих успехах в портальной магии не стоит рассказывать всем подряд, и что на самом деле этим искусством владеет не так уж много магов. Далеко не всем удавалось поставить портал, даже если все было сделано правильно.

Что поделать, здесь как и со всеми прочими видами магии… Мне вот тоже целительство никак не давалось, а Лешка Нарышкин умудряется совмещать в себе сразу два, так непохожих друг на друга Дара.

Кроме того, портальная магия — это в принципе было опасно. Даже при всех преимуществах владения ею, далеко не многие желали рисковать собственной жизнью. Правда я в этом особого риска не видел. Что опасного, если все делаешь правильно?

— Все дело в возрасте, Темников, — ответил мне на этот вопрос Александр Григорьевич. — Знаешь… Насколько я могу судить, то со временем инстинкт самосохранения усиливается. В твои годы я тоже смотрел на многие вещи значительно проще. Правда, признаюсь честно, до тебя мне далеко. Порой я вообще сильно удивляюсь, что ты до сих пор живой, да еще со всеми конечностями. Все-таки не зря тебя Хвостов аномалией называет.

Слово за слово, мы подошли к ступенькам взрослой общаги. Я поблагодарил Черткова за науку и за выходной, которым он меня наградил. Даже удивительно, как сильно может обрадовать новость о выходном, на который ты уже не рассчитывал.

— Ты бы лучше беспокоился о том, за что ты его получил, а не спасибо мне говорил, — пробурчал старик. — Если бы не твоя рука, хрен бы я тебе его дал.

— Ясное дело, — радостно ответил я. — Но все равно спасибо.

— Ладно… Иди отдыхай… — разрешил он и на прощание добавил, — Кстати, Темников, не мешало бы тебе запомнить еще одну вещь. Портальная карта — это не инструмент для развлечения и бестолковых путешествий. Артефакт не любит, когда с ним обращаются как с игрушкой, понятно тебе?

— Понятно, — соврал я.

На самом деле, я не очень понимал, что именно имеет в виду Чертков. Однако уточнять не стал, потому что его слова меня не очень обеспокоили. По правде говоря, я и не собирался использовать портальную карту как игрушку. Но после его слов об этом буду еще внимательнее.

Как оказалось, Градовский все это время терпеливо дожидался меня в комнате. Я заметил его еще на подходе к нашей общаге. От нетерпения призрак торчал возле окна и как только увидел меня, сразу помчался в мою сторону.

— Теперь можно, — разрешил я ему, когда он подлетел поближе. — Рассказывай, что там случилось такого срочного.

— Скорее интересного, хозяин! — радостно закричал он. — Помните вчера Огибалов обедал с Юрасовым?

— Само собой помню, я же тебя к ним отправил подслушивать. Что за странные вопросы?

— Так вот они обсуждали способы, при помощи которых собираются заставить вас вернуть им артефакт Серебряковой, — начал доклад Петр Карлович. — Я все их запомнил, конечно же. Получилось одиннадцать способов и некоторые из них мне понравились. Такие могут и пройти.

— Одиннадцать? Солидно, — согласился я. — Это внушает уважение. Видимо они все же решили найти проблемы на свои задницы.

— Все время говорили о поруганной чести и обзывали вас упырем белорожим, — наябедничал Градовский. — Но больше всего грозились. Вот, например, Юрасов предложил…

— Подожди, Градовский, давай о способах потом, — попросил я его, устав за сегодня от разговоров. — Если среди них нет таких, которые они собираются осуществить прямо сейчас, то позже изложишь все по пунктам. Лучше расскажи, где ты торчал до обеда?

— Вот так всегда… Слова не дашь сказать… Работаешь тут, работаешь… — обиделся призрак. — Где торчал, где торчал… У Огибалова, само собой. Он за столом сказал Юрасову, что вечером будет с Серебряковой новые планы обсуждать.

— Обсуждал?

— Обсуждал… — пробурчал Петр Карлович. — И вечером обсуждал, и утром ей звонил…

— Так рассказывай, чего тянешь? — не выдержал я. — Что они в итоге решили?

— Она им запретила хоть что-то делать, — ответил Градовский. — Сказала, что это ее артефакт и она сама будет принимать решение как быть. Даже поругались…

— Да ладно? — усмехнулся я. — Вот это уже интересно. Неужели Алена Юрьевна так легко сдалась? Что-то не верится.

— Мне тоже, — поддержал меня Дориан. — Не похоже на эту стерву.

Странно… Новости вроде бы хорошие, но вот настроение у меня немного испортилось. Я готов был допустить, что сама Серебрякова после нашего разговора и могла задуматься о серьезности моих слов, но если Огибалов сам предлагает ей помощь? Неужели переживает, что я подумаю на нее?

— Почему бы и нет? — спросил Мор. — Звучит вполне логично. Я бы на ее месте тоже об этом подумал. Тем более, что эта зараза белобрысая — девушка предусмотрительная и догадывается, чем ей это может грозить.

Так-то оно так, но все равно странно…

— Чем закончился их разговор? — спросил я у призрака, который молча летел рядом все то время, пока я размышлял над его словами. — Только не говори, что ничем интересным и они просто поругались.

— Я и не говорю, — с готовностью отозвался Петр Карлович. — Серебрякова сказала, чтобы вы оставили ее артефакт себе и поблагодарила Огибалова за помощь. Посоветовала ему немного остыть и отложить свою месть до поры до времени.

— Хм… Интересно до какой? — усмехнулся я.

— До летнего турнира, — ответил Градовский. — Насколько я понял, они туда все вместе ехать собираются в качестве зрителей. Там приличная компания собирается.

— Понятно… Это уже больше похоже на правду… — сказал я. — Что же, значит ждем до турнира, получается… И правда интересные новости, Петр Карлович, хвалю. Не просто интересные, можно даже сказать, отличные!

— Какие же они отличные, хозяин? — растерянно спросил призрак.

— Как это? Во всяком случае, до турнира меня никто не будет донимать всякими глупостями, разве это плохо? — ответил я и подмигнул висевшему напротив меня призраку. — По-моему, просто отлично!