Академия Клейто

Глава 40. Ты хоть понимаешь, кому ты разбила нос?

Кайнерис

Я рассказал Каину все, что мне известно, даже рискнул поведать, что Катя — человек и дочь Ковентины, о которой та ничего не знает. Но самым сложным оказалось поделиться своей зависимостью от этой девушки.

Даже в самое тяжелое время я не ощущал себя слабым, я всегда знал, что сумею со всем разобраться, но рядом с Катей я перестаю быть собой и вынужден находиться в полной ее власти.

— Да-а, признаться, такого я не ожидал, — протянул друг, покручивая в руках пустую кружку.

— Не поверишь, но я тоже. Меня сводит с ума тяга к ней, но еще больше меня беспокоит ожидание очередной выходки Ковентины. Как только она поймет, что Катя осталась в академии, она тут же приступит к очередному шагу и начнет отравлять девушке жизнь. Может, тебе ее уволить? А? Ты же ректор, — понимая, что такому не бывать, но все равно спросил.

— Да я бы ее уже давно уволил, все равно проку никакого. Но ты же знаешь ее родственников, они затравят меня проверками или вовсе прикроют нашу лавочку. С них станется. Слишком огромная власть сосредоточена в руках одной семьи. Как раньше было хорошо, когда правили 10 семей, а теперь Эласипп все подмял под себя. Ему и лишнего слова все сказать боятся. Я не могу так рисковать академией. Надо делать иначе, хитрее, чтобы он не подкопался.

— Только я совершенно не знаю, как…

— Мы обязательно что-нибудь придумаем. Тебе надо было раньше ко мне прийти, уже бы смогли найти хоть какие-то варианты! — произнес Каин и добавил после небольшой паузы, — И как она? Какой она человек?

А я невольно расплылся в счастливой улыбке, представляя прекрасное лицо девушки.

— Она удивительно теплая и добрая, искренняя и заботливая.

— Ох, Кай, вот по глазам вижу, что далеко не связь виновата в твоей тяге к ней. Ведь она по-настоящему нравится тебе! — отвечая на мою улыбку, Каин тоже растянул свой рот до ушей, а в глазах так и плясали лукавые искорки.

— Тут ты прав.

— Приведи ее ко мне. Хочу познакомиться.

Тут мое сердце неприятно кольнуло, а в душу заползла ревность, которая больно кусала меня, но я упорно заталкивал ее поглубже. Катя не принадлежит мне, а значит, я не имею права ревновать и выказывать свое недовольство.

— Хорошо, сейчас приведу.

Всю дорогу меня ломало, поэтому, когда я зашел в столовую, уже был на взводе. И стоило мне увидеть, как Катя бьет по морде племянника Ковентины, у меня ушла земля из-под ног. Хуже вещи просто нельзя было придумать. Эта девочка в первый же учебный день нажила себе еще одного врага.

— Адептка Дивина, к ректору! Немедленно!

И где шляется этот осьминог, когда всегда должен быть рядом с ней??? Пусть только попробует мне НЕ назвать уважительной причины своего отсутствия, все присоски поотрываю!

По дороге к Каину я не произнес ни слова, впрочем Катя тоже упорно молчала и на что-то дулась, я так и слышал ее гневное пыхтение и жуткое недовольство.

Я влетел в кабинет ректора, громко хлопнув дверью об стену, и рявкнул:

— Садись!

Катя бросила на меня испепеляющий взгляд, но послушно села, искоса поглядывая на Каина, пока тот ошарашенно смотрел то на нее то на меня.

— Тебя даже на секунду нельзя оставить одну! Зачем ты это сделала?! — клокотавшая злость не давала мне успокоиться и хотя бы сесть на кресло, поэтому я сложил руки на груди и стоял над душой девушки, смотря на нее снизу вверх.

— Не важно. — зло буркнула она, не подняв на меня глаз.

— Ты хоть понимаешь, кому ты разбила нос?

— Сломала, — тихо уточнила девушка.

— Да какая, к черту, разница?! Это был двоюродный племянник Ковентины!

— Ну… и… что? — растерянно протянула Катя, бросив вопросительный взгляд на Каина.

— Он все знает! — рявкнул я.

— Все? — делая квадратные глаза, переспросила русалка.

— Да, что ты человек и что Ковентина твоя мать тоже.

Катя перевела испуганный взгляд на ректора, который отчего-то сидел и довольно лыбился, при этом весь светился, как начищенный до блеска таз.

— Так за что ты разбила нос Ронану Эбба, Катя? — елейным голосом произнес я.

Девушка подняла свою голову и с вызовом посмотрела на меня.

— Да потому что он назвал меня твоей подстилкой и предложил вечерком заглянуть к нему в комнату! — то, каким голосом она это прошипела, позавидовали бы даже медузы горгоны.

А меня накрыла очередная волна ярости, которая начала выбрасывать искры в окружающее пространство.

— Эй-эй, Кай, полегче. Ты и так уже храм разрушил, не надо разрушать еще и Главный корпус. Присядь, пожалуйста, — ректор вскочил со своего места и усадил меня в кресло напротив Кати, которая уже не была столь недовольна. Сейчас ее явно напугал мой видок. Каин подошел к соседнему стеллажу, открыл потайную дверцу и вытащил стеклянный графин с настойкой из водорослей и слизи коробчатой медузы.

Эти медузы считаются одними из самых смертоносных животных в океане, но их слизь будет покрепче самых элитных видов человеческого алкоголя, которые нам удавалось попробовать после крушения очередного судна. И по вкусу наши настойки намного интереснее и богаче.

Тритон плеснул мне в рюмку настойки, а сам хлебнул из горла. Вот дикарь.

— Тебе не предлагаю. — сказал он Кате, делая еще один глоток, после чего спрятал графин обратно в шкаф.

Я залпом выпил содержимое рюмки и откинулся на спинку кресла, устало потирая рукой глаза. Мало нам было проблем с Ковентиной, так теперь еще и с Ронаном будут. Он непременно пожалуется своему папочке, тот принесется сюда с требованием отчислить Катю, а может, и еще чего похуже придумает. Если бы данный инцидент был только при них, то еще можно было попытаться сгладить углы, но так как это было на глазах целой столовой, то они не станут терпеть подобное унижение.

— Я не буду терпеть такое отношение и унизительные слова, Кайнерис. — серьезным тоном начала русалка, — Мне и так приходится быть белой вороной, без друзей и даже без возможности их обрести, так как я живу с тобой, а не со всеми в общежитии. Но я не позволю, чтобы меня еще и считали чьей-то подстилкой. Какой бы урод и чей бы племянник это ни сказал. Если сейчас их не остановить, то я никогда не отмоюсь от подобного суждения. Я прекрасно понимаю, как все это выглядит со стороны: неожиданно появилась девушка на боевом факультете, да еще и живет с деканом. В моем мире подобные отношения тоже бы порицались, а девушка, делящая постель с преподавателем, называлась бы и вовсе шлюхой. Мне все равно, что они там будут обо мне думать, но распускать язык в свой адрес я не позволю.

— Она права, — вставил свое слово Каин. — Парни не должны считать ее подстилкой и легкодоступной, иначе каждый попытается подкатить к ней свои яйца.

С последними словами друга я сам удивился, что начал рычать.

— Вот-вот, а этот дегенерат с банановыми мозгами в следующий раз подумает, прежде чем протягивать ко мне свои клешни.

— Он тебя еще и трогал?! — в очередной раз распыляясь, прокричал я.

— Да нет. Лишь руки на плечи положил. И это совершенно неважно! Ты сам знал, что ко мне будет повышенное внимание. Так смысл сейчас это обсуждать. Я только лишь хочу до тебя донести, что терпеть это я не стану.

— Я тебя услышал. — произнес я, разглядывая воинственное лицо девушки.

С одной стороны, я был рад, что она не из пугливых, но с другой — я вдруг понял, кого она мне напоминает: меня же самого. А значит, это только лишь начало.

— А теперь я могу идти? Сейчас уже начнутся занятия. — поднимаясь с дивана, спросила Катя.

— Иди. — вместо меня ответил Каин.

Катя тут же подскочила с места и скрылась за дверью, а друг, не теряя времени, спросил:

— Ты тоже это понял, да? — а улыбка-то у него какая, скоро на макушке уголки губ сойдутся.

— Чего? — буркнул я.

— Да она вылитая ты! Только девчонка! Ох и веселый же будет этот год! — довольно воскликнул тритон, потирая свои ручки.

“Тяжелый будет этот год. Тяжелый!” — недовольно подумал я.