Утром я проснулась бодрой и воодушевленной. Вчерашний разговор с Сейшаром не выходил из головы. Я была безумно рада, что решила довериться ему и что все обернулось таким образом. Жаль только, он не смог снять так надоевшую мне иллюзию.
С другой стороны, сделай он это это, мне пришлось бы срочно бежать из замка, пока кто-нибудь не увидел, и дальше наблюдение остались вести только мои северяне. А мое исчезновение наверняка вызвало бы много вопросов. И поездку в столицу в таком случае пришлось бы продумывать совсем по другому сценарию, вместе с наместником мы бы уже не смогли ехать.
Полдня я опять бегала по хозяйственным делам, а ближе к обеду получила сигнал от моих северян, причем очень настойчивый. Кольцо несколько раз обожгло палец холодом, и я поспешила к своей комнате, поскольку именно в нашем коридоре находился самый неприметный вход в тайные проходы.
Уже на подходе к комнате я услышала громкие голоса. Возле моей двери стояла толпа слуг и стражники, которые шумно переговаривались.
- Что здесь происходит? - строго спросила я, подойдя ближе.
- Вот она, вот она, воровка! Держите мерзавку! - завопила выскочившая на мой голос личная служанка леди Гарци. - Мерзавка! Пригрели уродку, а она хозяйку обокрала!
Мои руки тут же оказались в крепкой хватке стражников.
- Что за бред? О чем вы вообще говорите? Отпустите меня!
От двери мне было видно только часть комнаты и учиненный в ней бардак.
- Во-о-от! - потрясая перед моим лицом дорогим колье, продолжала выступать Хельга. - Начальник стражи сам нашел это под твоим матрасом! Воровка!
У меня по спине пробежал холодок.
- Я ничего не брала, - спокойно ответила, внутри обмирая от страха.
Что происходит? Кому я перешла дорогу и какими будут последствия?
- У тебя нашли колье леди Равены, лгунья! Заприте ее в камере, пусть хозяйка решает, что с ней делать! - раскомандовалась помощница леди Гарци.
Рядом стояла экономка и подобострастно кивала головой. Нет, точно не от этой мне прилетело, ей невыгодно избавляться от человека, который делал за нее всю работу. Тогда кто?
- Пошли! - резко дернул меня за руку стражник, толкая в сторону. - Посидишь в камере и подумаешь. Ты лучше сама признайся, меньше наказание получишь, - шепнул он мне, когда мы отошли чуть дальше.
До сегодняшнего дня я была только в хозяйственной части подвалов, где были устроены кладовые. А вот в казематы спускаться как-то не приходилось, да и пустовали они все время моего пребывания здесь, насколько я знаю.
Ну что же, все когда-нибудь бывает в первый раз. Вот только я очень надеюсь, что это обвинение дойдет до ушей наместника, и не получится так, что и вердикт, и наказание будут вынесены без его участия, а он узнает обо всем лишь тогда, когда меня вышвырнут из замка.
Лязгнувшая за спиной решетка камеры спокойствия мне не прибавила. Здесь, в подвале, было сыро, холодно и темно. Свет давали только артефакты в коридоре, но то ли специально, то ли просто так получилось, меня засунули в камеру далеко от них, и сейчас оценить обстановку я могла только приблизительно. По очертаниям узнала койку и отхожее место в виде ведра, вот и все, что здесь нашлось.
У меня было странное состояние. До сих пор не верилось, что это произошло со мной, или я просто не успела прочувствовать тяжесть обвинения и своего положения, но меня накрыло странное спокойствие.
Хоть бы Сейшар побыстрее вернулся в замок! Если мы не встретимся вечером в библиотеке, он начнет меня разыскивать, и тогда, надеюсь, проблема будет решена. А до этого момента надо как-то продержаться.
Присев на грубую лежанку, я некоторое время сидела без движения, пытаясь придумать, как доказать свою невиновность. Но пока ничего путного в голову не приходило. Если кто-то решил меня подставить и обвинить в краже, то у него это хорошо получилось: колье нашли у меня под матрасом, и даже если я скажу, что ничего не брала, и вообще, что глупо было бы хранить украденное, которое будут искать, в таком месте, меня все равно никто не послушает.
Сколько я так просидела, не знаю. Время в темноте без каких-либо ориентиров тянулось бесконечно. Опираться на холодную каменную стену не решилась, не хватало еще простудиться!
Вывел меня из оцепенения лязг замка двери в начале коридора и звук шагов, приближающихся к камере. После тьмы, в которой я пребывала последние несколько часов, пришлось прикрыть слезящиеся глаза, слишком ярким был зажженный неизвестным светляк.
=