Сообщница артефакта

Глава 12. Тайны Рио-Галанте

Хасьенда была не слишком большой. По сравнению с владениями Фера, с его дворцом, так, двухэтажная скромная дачка. С утра Алиса выпила лекарство из рук Мало, потому что от светленькой полненькой девушки-горничной отказалась брать чашку и даже устроила истерику. Бастард прибежал, негодуя, принялся уговаривать Алису доверять прислуге, что произошедшее ночью лишь глупое недоразумение, но она была неумолима. Только после того, как кот отпил из ее чашки, согласилась принять лекарство. Кожа на лице еще немного пощипывала, даже в зеркало было смотреть страшно, но, пересилив себя, Алиса вздохнула с облегчением: за исключением нескольких прыщиков все было в порядке.

Разговорчивая блондиночка по имени Элалия помогла ей одеться, застегнув на спине лиф платья, оправила длинные и широкие юбки, уложила жуткие после вчерашнего фонтана космы на голове в подобие элегантной свободной прически, не переставая рассказывать какие-то байки из жизни хасьенды. Алисе на них было, в сущности, плевать, но она слушала из вежливости, иногда кивая. Потом Элалия принесла завтрак, который состоял из жареных тонкими полосками баклажанов, вяленого мяса и уложенных на него жареных желтков, таких огромных, что Алиса невольно представила страусиную ферму.

После еды неумолимая служанка повела «сеньору» гулять. «Сеньоре» больше всего на свете хотелось найти Мало и придушить его, ибо ничего в мире не было страшнее вот такой видимо беспечной неизвестности. Когда все делают вид, что все прекрасно, что все так и должно быть, но в глубине души ты понимаешь, что от тебя просто-напросто скрывают правду. Беситься повода вроде не было, Элалия удовлетворяла все желания Алисы, но беситься очень хотелось. Устроить истерику, побить посуду, вцепиться ногтями в морду усатого гвардейца с идиотским изогнутым мечом у бедра…

Эти двое сопровождали ее от самых покоев. Два практически одинаковых молодых парня, все с тем же блондом под форменными беретами с огромным пером, свисающим чуть ли не до груди, с пышными усами и желтыми глазами. Молодчики не отходили ни на шаг, держась все время за спиной. Алиса спросила у Элалии, наклонившись поближе к уху:

— Зачем нам охрана?

— Мне не сказали, светлейшая сеньора, — присела в книксене девушка, пряча глаза. — Велели только ни за что на свете не отходить от гвардейцев более, чем на три шага!

— Кто велел?

— Сеньор Мало.

— Этот… — прошипела Алиса. Желание удавить паршивца кота было еще сильнее, чем желание разгромить посудную лавку. Глубоким вздохом подавив в себе жажду убивать, Алиса оглядела большой сад, в который они как раз входили. На его территории можно было бы уместить еще десять хасьенд, если, конечно, вырубить деревья и сравнять с землей великолепные клумбы. Здесь не было орхидей, роз и других культурных, изысканных цветов. Только дикие, неприхотливые, полевые…

— Как здесь красиво, — выдохнула вполголоса Алиса, а потом вдохнула поглубже. Аромат неказистых на первый взгляд ромашек и тысячелистников (единственных из цветов, которых она знала по названию и могла отличить от других) смешиваясь, напомнил ей лето на площадке во дворе родного дома. Во дворах там буйствовали целые заросли высоких стеблями, но меленьких соцветиями белых зонтиков…

— Правитель очень любит простые растения, — с почтением откликнулась Элалия и вдруг присела даже не в книксене, а в глубоком реверансе. Алиса с удивлением оглянулась. По песчаной дорожке, ступая, точно гордая пава, шла ночная злобная блондинка. На ней сидело как влитое простое белое платье с расклешенными юбками, в которых виднелись вставки с цветочными мотивами. Ни кружавчиков, ни зонтика от солнца, ни шляпки… Так, так, Астубрия — это аналог Испании Старого мира, разве там не принято было полностью закрывать от взглядов грудь и плечи, носить ужасные железные корсеты и ходить с таким лицом, словно хочется съесть отбивную, но в пост все осудят?

Ладно, бог с ним, что делать? Куда бежать, прятаться или гордо вздернуть нос? Дать понять, что все видела и все знает, или заорать во все горло «на помощь»? Да кто ей поможет, ведь эта убийца с детским личиком наверняка не последняя личность в Астубрии! Алиса сглотнула и выбрала нейтральный вариант. Раз уж она здесь в гостях, раз уж сам гранд приходил проведать, значит, надо быть вежливой, но особо не прогибаться. И она неумело присела, не склонив, впрочем, голову, подобно служанке. Блондинка сузила глаза, впилась взглядом в Алису. Да, умеет смущать и подавлять. Ишь, смотрит. Но Алиса взгляд не опустила. Если что, за ней Мало и его папаня! Папаня главнее всех, так что нефиг тут глазки щурить…

Блондинка проследовала дальше по песчаной аллее, а Алиса выдохнула и шепотом спросила у Элалии:

— И кто это такая?

— Вы что! — шикнула на нее бедная девушка. — Не так громко!

Она с почтением увлекла Алису в обратную сторону и, оставаясь слегка за спиной, зашептала на ухо:

— Это сеньора Корделия, супруга его Великости гранда, стало быть, ее Великость грандесса. Мать наследников. Очень ревнива! За его Великость может глаза выцарапать!

— А я-то тут при чем? — удивилась Алиса. — Я же не покушаюсь на ее дорогого гранда!

— Ради всех святых покровителей нашего народа, — едва слышно простонала доведенная до точки Элалия. — Добавьте же хоть немного почтения в голос! Вы, хоть и гостья в хасьенде, не можете так отзываться о правителях!

Алиса только фыркнула. Она прекрасно помнила о порошке земледевы. Как и о том, кто приходил ночью в ее комнату лично убедиться в том, что она обезображена.

Элалия вздохнула:

— Хорошо все же, что сеньор Мало меня к вам приставил. Я уж прослежу, чтобы с вами тут ничего не случилось.

— Ты меня прости, но… — Алиса замялась, потом решительно продолжила: — Я не могу полностью доверять тебе. Одна из ваших служанок, Раисса, пыталась отравить меня.

Элалия огляделась по сторонам и поманила ее в одну из боковых аллеечек, скрытую под сводом из сплетенных крон каких-то деревьев, похожих на липы. Алиса поколебалась, но последовала за служанкой, здраво рассудив, что в случае угрозы артефакт соизволит защитить ребенка. Даже если он этого и не сделал прошлой ночью. Вероятно, и правда, ее не желали убить, а только обезобразить. Да еще и эти гвардейцы, неумолимо шагающие за спиной…

— Сеньора Алиса, вы можете мне доверить не только вашу жизнь, но и жизнь вашего младенца, — горячо сказала Элалия, как только они отошли чуть подальше от главной дорожки. — Я не предам вас, ведь я действую в интересах моего светлейшего отца!

— А кто твой отец?

— Его Великость гранд Астубрии, — скромно потупила глазки девушка. И тут Алиса заметила, как она похожа на Мало. Божечки, просто одно лицо! Только Элалия пышечка, поэтому сходство не бросается в глаза. Значит, она тоже… бастард?

— И у вас одна мать?

— Моя матушка, к сожалению, скончалась родами, — вздохнула служанка. — Но матушка Мало выкормила меня и вырастила в хасьенде. Теперь я прислуживаю здесь.

— Поня-я-ятно, — протянула Алиса. — Тогда, может, ты мне скажешь, что от меня хочет твой светлейший отец?

— Нет, сеньора, не могу. Меня не посвящали в планы его Великости. Но зато велели охранять ото всех в хасьенде, как свою собственную жизнь…

— Хорошо, — задумчиво сказала Алиса, машинально продолжая идти вперед. Интересное кино получается… Голливуд прямо. Санта-Барбара. Уж не по воле ли гранда Мало притащил ее сюда? А Диму с Мортишей отправил неизвестно в какие далекие дали? Так вот зачем котяра приперся к ней под дверь! У него был план…

— Есть ли у вас план, мистер Фикс? — спросила саму себя Алиса. И сама себе грустно ответила: — Есть ли у меня план, есть ли у меня план… У меня целых три плана, но ни один не годится!

— Простите, сеньора, я не пойму, о чем вы, — робко подала голос Элалия.

Алиса отмахнулась:

— Ничего. Все тлен. Расскажи мне лучше, как здесь проходит время. Чем занимаются гранд и грандесса, какое место в иерархии занимают бастарды, чем вообще живет хасьенда.

— Ох, сеньора Алиса, — слегка напуганная, Элалия снова огляделась по сторонам. Но, кроме пышноусых гвардейцев, никого не заметила. Тогда сказала покладисто:

— Я расскажу вам все, что знаю сама. Но я знаю далеко не все!

— Договорились. Рассказывай, что знаешь сама.

Пока солнце не начало клониться к горизонту, Алиса и Элалия бродили по аллеям тенистой стороны сада, не замечая усталости. Служанка очень постаралась и выжала из себя всю информацию, которой владела. Извинялась, что не может уточнить какие-то моменты, похоже, девушкам, а тем более прислуге, здесь образования не давали.

Коты были потомками древних перевертышей, спасшихся вместе с магами и колдуньями от гонений простого народа и Святой Инквизиции. Астубрия издавна входила в Альянс, который образовали очень давно волки, медведи, коты и соколы. Альянс, или Большая Четверка, в настоящее время очень ослаб, потому что из-за болезней, близкородственных браков и соблюдения чистоты крови перевертыши рождались все реже и реже. В основном земли Альянса были заселены обычными людьми, а способные принимать облик животных и входить в боевую трансформацию дети появлялись на свет в каждом десятом случае. Или у правителей, которые каким-то чудом умудрились сохранить родовую силу зверя. Магией перевертыши не владели и не желали родниться с ведьмами, из гордости или из глупости, что в данном случае было одним и тем же. Правители каждой касты предпочитали сами строгать себе армию, чем и занимался в настоящее время светлейший гранд.

Бастарды были в хасьенде всегда. Мальчики получали отменное образование наравне с законными наследниками, служили им компаньонами для игр и тренировок, девочки были пристроены в прислугах и приближены к покоям, а впоследствии выданы замуж за важных чиновников и богатых мастеров. Свою собственную жизнь Элалия оценивала, как просто замечательную. Ей делали поблажки в работе, давали легкие поручения, никогда не били по рукам или по пяткам за разбитые кувшины, как других служанок. В ее жилах текла кровь гранда, а значит, Элалия могла родить настоящих перевертышей.

— Кстати, отец уже почти сговорил меня! — с гордостью открыла служанка свой секрет Алисе. — Я выйду замуж и дам жизнь многим мальчикам, которые пополнят армию гранда. Ведь перевертыши, в отличие от простых людей, растут очень быстро! Вместо пятнадцати лет нам надо всего три года, чтобы полностью оформиться.

Алиса при этих словах резко остановилась и остолбенело глянула на Элалию:

— Только, ради бога, не сообщай мне свой возраст! Иначе я никогда не смогу относиться к тебе, как к ровеснице!

— Хорошо, сеньора, — девушка выглядела растерянной, но покладисто замолчала. Алиса бросила быстрый взгляд на гвардейцев, стоявших неподалеку, опершись спинами о дерево:

— А эти… тоже перевертыши? В смысле, боевые?

— Конечно! В гвардии служат только лишь способные обернуться!

— Тоже бастарды?

— Нет, они из дальних деревень Астубрии. Отец раз в год посылает рекрутеров по всей стране, чтобы те искали мальчиков-перевертышей.

— Мда… Теперь мне многое становится понятным.

Похоже, гранд решил завербовать к себе сына Алисы. Прямо с рождения. Уж не от него ли были те два молодца в масках и с татуировками, которые напали на нее в ведьминском бутике? Как знать…

Однако, теперь ясно одно — здесь доверять никому нельзя. Ни Мало, ни Элалии, ни кому бы то ни было другому. Димы с ней нет, она одна. Совсем одна. На пальце артефакт, который служит исключительно ребенку. Когда тот родится, Алиса останется совершенно беззащитной перед страшным Новым миром.

И, словно в ответ на ее горестные мысли, как будто судорога пробежала по животу. Маленькая, коротенькая, почти незаметная. Можно было представить, что газы в кишках буркнули. Но Алиса остановилась и машинально приложила ладонь к складкам юбки. Божечки… Неужели малыш? Она с трепетом ждала, что он откликнется еще раз, но судороги больше не повторилось. Зато Элалия взволновалась:

— Что с вами, сеньора? Вам плохо? Болит что-нибудь?

— Нет, все в порядке, — покачала головой Алиса, но служанка неумолимо потащила ее куда-то вглубь парка:

— Надо все равно показаться нашей травнице! Пойдемте, пойдемте! Не стоит медлить!

Травница? Не та ли старуха с седыми космами, которая в горячечном бреду показалась Алисе похожей на бабулю? А почему бы и нет! Что же, пойдем смотреть на травницу или, как сказала Элалия, покажемся ей. Заодно можно попробовать узнать кое-что…

Травница жила в небольшом, увитом лозой дикого винограда домике, спрятанном посреди парка. Аккуратное строение чем-то напоминало пряничный домик из сказки, таким оно было кокетливым, украшенным резными завитушками и цветастыми узорами. Элалия внезапно замедлила шаг, чуть ли не на цыпочках подошла к двери и аккуратно поскреблась, позвала:

— Сеньора Флора! Сеньора! Можно вас потревожить?

Изнутри послышались легкие шаги, словно прошелестели листья на липе под внезапным ветерком. А после них — грубый надтреснутый голос пролаял:

— Кто там? Уходите!

Алиса удивленно подняла брови. Фигасе старушка-веселушка! Откуда такая ненависть к посетителям?

Элалия смущенно оглянулась на Алису и снова заговорила с дверью:

— Я привела вам иноземную гостью, ту, что вы лечили этой ночью.

Дверь распахнулась так внезапно, что обе они отскочили на полшага со страху. Седенькая старушонка, сгорбленная и вся какая-то немощная с виду, глянула неожиданно живым черным глазом из-под косматых прядей, свисавших на лоб, и недовольно рявкнула:

— Я же велела лежать два дня! Нет, встала! Еще и моционы совершает!

Где в ее тощем теле помещался такой мощный голос — загадка. Прямо не старуха, а агент под прикрытием и в гриме! Сейчас стащит с головы седой парик и улыбнется загадочно, как Камбербетч в роли Шерлока…

Флора разогнала наваждение одним жестом, схватив Алису за фестон рукава и с силой втащив в домик. Элалию же отогнала от входа, шикнув:

— Иди, прогуляйся со своими кавалерами!

Блондиночка не посмела перечить грозной старухе, только побледнела, как смерть. Алиса тоже оробела, хотя и свято верила в силу перстня. Флора захлопнула дверь, отрезав путь к бегству, и вдруг усмехнулась, растянув тонкие губы:

— Ну, здравствуй, нострадамнийская ариготта! Я давно тебя жду.

Внезапно!

Алиса аж поперхнулась и сипло ответила:

— С какого перепугу? То есть… откуда вы узнали про меня? И что я приземлюсь в Астубрии?

— Будущее есть всего лишь переплетение путей настоящего и прошлого, — неопределенно пробурчала старуха, поведя рукой в воздухе. — Достаточно смешать в плошке порошок листьев арники с кровью молодого жеребенка и каплей с хвоста скорпиона, намазать на веки, и твои глаза увидят то, что им видеть не положено, но очень хочется.

— Ага, после таких ядов будут знатные глюки! — съязвила Алиса, и Флора резко повернулась к ней:

— Трава арники ядовита лишь для применения внутренне, а через кожу не передает достаточно зла! Неужто твоя прабабка не рассказала тебе таких очевидных вещей?

— Вы и бабулю знаете? — изумилась Алиса.

— Кто же не знает несчастную Торимель?

— Обалдеть… — пробормотала Алиса, опускаясь на лавку у стены. — Какие еще сюрпризы у вас для меня есть? Вообще, кто вы такая?

Старуха засмеялась, словно заквохтала над яйцом, потом отошла к очагу, где сушились перед огнем травы. Ответила уже серьезно:

— Кто я — неважно. Кто ты — вот это важно. Почему ты не на своем законном месте, не во дворце Авилона? Почему в постели твоего мужа спит другая женщина?

— Однако! — возмутилась Алиса. — Вопросики у вас! Несколько дней назад я была уверена, что Новый мир — всего лишь галлюцинация, а вы спрашиваете про моего так называемого мужа! Может, намажете веки ядом и увидите?

— Не дерзи, ариготта.

Флора повернулась к ней, поигрывая в пальцах чем-то маленьким и белым. Алиса сощурилась, чтобы лучше видеть, и задохнулась, словно выброшенная на песок рыба. А старуха ехидно спросила:

— Узнаешь? Не ты ли потеряла?

В ее грубой жилистой ладони лежал желтоватый, хищно изогнутый зуб пещерного волка с дырочкой для шнурка.