Системный целитель 4

Глава 15

Золотая пирамидка взорвалась облаком сияющей пыльцы, и в ту же секунду меня накрыла волна высвобожденной энергии такой силы, что ноги оторвались от земли. Последнее, что я увидел перед тем как отключиться, это перекошенные лица инквизиторов, которые успели только вскрикнуть, но среагировать уже не смогли.

Впрочем, отключился я ненадолго. Есть у меня одна замечательная особенность, которую я уже научился ценить по достоинству: даже в бессознательном состоянии могу спокойно лечить себя, и для этого даже не нужно приходить в сознание. Так что пока другие валялись на земле и приходили в себя после контузии, по моему телу уже прокатилась привычная волна целительской энергии, устраняя последствия удара.

Подскочил на ноги практически мгновенно и первым делом огляделся. Себастьян лежал в паре метров от меня, явно оглушённый, но уже начинал шевелиться. Этого допустить было никак нельзя, поэтому я в два прыжка оказался рядом и для надёжности приложил его молотом по затылку. Не со всей силы, конечно, убивать инквизитора в мои планы не входило. Но и церемониться тоже не собирался.

А в следующую секунду прижал к его голове изолятор.

Вспышка света, знакомое ощущение проходящей через руку энергии, и вот самый ярый ревнитель Светлой системы, гроза еретиков и ужас отступников, оказался обычным бессистемным человеком. Теперь он для своей драгоценной Светлой ничем не отличается от какого-нибудь бомжа из подворотни, и она даже не услышит его молитв, если он вдруг решит воззвать к ней.

Я к нему не полезу, — тут же заявила Тёмная с нескрываемым отвращением. — Он больной какой-то, там внутри всё настолько перекорёжено фанатизмом, что мне даже смотреть противно.

Да и не надо… Слишком жирно ему будет, еще и с Тёмной начать дружить. Пусть теперь ходит и выпрашивает подключить его обратно. Думаю, это куда более жестоко, чем просто прикончить на месте.

Схватил инквизитора за ногу и потащил в сторону грузовика. Тяжёлый, зараза, но ничего, дотащу. Такой трофей бросать никак нельзя, пригодится для обмена или допроса, а может и для чего-нибудь ещё. Например, разденем его и выпустим где-нибудь недалеко от города.

Вот только путь к отступлению оказался перекрыт.

Ликвидаторы уже пришли в себя и выстроились полукругом, отрезая меня от грузовика. Командир стоял чуть впереди остальных и медленно качал головой, глядя на меня с каким-то почти отеческим разочарованием.

— Вася, это ты зря, — вздохнул он, и в его голосе прозвучала неподдельная усталость. — Ты только что уничтожил важный артефакт Светлой Системы, а за такое по законам Империи предусмотрено наказание в виде казни. Так что я не имею права тебя отпустить, как бы мне этого ни хотелось.

Я продолжал стоять, держа за ногу бессознательного инквизитора, и наблюдал за происходящим вокруг. Мои ребята тоже оказались под прицелами, стояли в стороне с поднятыми руками, и на их лицах читалась смесь страха и надежды. Надежды на то, что я что-нибудь придумаю.

Ситуация сложилась патовая. По крайней мере, так казалось со стороны.

Но я продолжал ухмыляться, потому что видел кое-что, чего не видели они. Прямо перед глазами висело системное окно с моими характеристиками, и там было написано кое-что очень интересное.

Имя: Вася Пупкин

Сорт?

Уровень: 40

Базовый навык: Исцеление(крошечное исцеление, малое исцеление, дистанционное крохотное исцеление, целительная аура, исцеление(среднее), массовое исцеление, вечный понос(дополнительно), Великое исцеление)

Аспект: Поглощение 4

Активный навык: Искра 2

Пассивные навыки: Ясное сознание 3, Всё по-старому(улучшено!), Управление интерфейсом.

Характеристики:

Сила 5

Выносливость 7

Ловкость 4

Реакция 5

Магия 8

Интеллект 4

Стойкость 9

Свободные очки характеристик: 39

Свободные очки навыков: 39

А не это ли прекрасный момент, чтобы вложить пару десятков очков куда следует?

Мысленная команда, и Сила подскочила с пяти до пятнадцати. Следом Магия взлетела до восемнадцати, и по телу прокатилась приятная волна тепла, словно я только что выпил большую кружку горячего чая с мёдом в морозный день. Мышцы налились силой, в груди разгорелся знакомый огонёк целительской энергии, и я почувствовал себя так, будто только что проснулся после отличного восьмичасового сна.

Мои глаза сверкнули зеленоватым светом, и я видел, как этот свет отражается в визорах шлемов ближайших ликвидаторов. Молот в руке засиял собственной энергией, отзываясь на возросшую магическую силу, и воздух вокруг него задрожал от переизбытка силы.

Одним рывком я отправил тело Себастьяна в кузов грузовика, который стоял метрах в двадцати. Инквизитор пролетел по дуге, кувыркаясь в воздухе, и с глухим стуком приземлился на металлический пол. Жив останется, у него характеристики тоже неплохие, а пара сломанных рёбер это не смертельно.

— Не надо, Вася, — командир ликвидаторов снова покачал головой. — Или, вернее, Володя. Не надо.

Я замер на мгновение. Значит, он с самого начала знал, что имя поддельное. Знал и всё равно действовал по протоколу, давая мне возможность уйти мирно. Хороший человек, жаль, что работает на тех, на кого работает.

— Надо, друг, — вздохнул я в ответ. — Надо.

И сорвался с места.

Первые несколько метров показали, что скорости мне катастрофически не хватает. Ликвидаторы уже начали поднимать оружие, и было очевидно, что они успеют открыть огонь раньше, чем я до них доберусь.

Ещё десять очков характеристик, по пять в Реакцию и Ловкость.

Мир вокруг словно замедлился, превратившись в густой кисель. Я видел, как пальцы ликвидаторов медленно давят на спусковые крючки, как стволы автоматов поворачиваются в мою сторону, как в глазах за визорами мелькает удивление от моей неожиданной скорости.

Первый ликвидатор получил молотом в грудь раньше, чем успел выстрелить. Встроенное оглушение сработало идеально, и боец рухнул как подкошенный, выронив оружие. Второй успел нажать на спуск, но пули прошли там, где я был мгновением раньше, а мой молот уже врезался ему в плечо. Третий, четвёртый, пятый…

Я метался между ними, как шаровая молния в грозовую ночь, нанося удары направо и налево. Никого не калечил, по крайней мере намеренно, просто бил молотом и активировал оглушение. Ликвидаторы падали один за другим, не успевая среагировать на мою скорость.

Но их было много, и они тоже были профессионалами.

Первая очередь прошила меня насквозь, оставив три аккуратных отверстия в районе печени. Боль была дикой, такой, что на мгновение потемнело в глазах, но рефлекс сработал автоматически. Великое исцеление, и раны начали затягиваться прямо на глазах, выталкивая пули наружу.

Вторая очередь прошла через лёгкие, и я закашлялся кровью, но продолжал двигаться. Великое исцеление. Альвеолярная ткань регенерировала с неестественной скоростью, разорванные бронхи срастались, и через пару секунд я снова мог нормально дышать.

— Лучше бы вы стреляли по голове! — крикнул я, уворачиваясь от очередной очереди и сбивая с ног ещё одного ликвидатора.

Третья очередь задела позвоночник, и ноги на мгновение отказали. Я рухнул на колени, но целительская энергия уже работала, восстанавливая повреждённые нервные волокна и сращивая раздробленные позвонки. Спинной мозг это серьёзно, конечно, но Великое исцеление справилось и с этим.

Очередная пуля пробила череп, и мир погас.

Отключился, значит. Мозговая травма, несовместимая с сознанием. Но даже в бессознательном состоянии целительская энергия продолжала работать, восстанавливая повреждённые нейроны и латая дыру в черепной коробке. Благо, пуля прошла вскользь лишь заставив череп треснуть, а не вынесла все мозги наружу.

Пришёл в себя, лёжа на земле, и сразу подскочил на ноги. Великое исцеление ещё раз для профилактики, убрать остаточный отёк мозга и нормализовать внутричерепное давление, и можно продолжать.

Ликвидаторы уже заканчивались, но им на помощь пришли рыцари в белых доспехах. И вот с инквизиторами я уже обходился совсем иначе.

Молот врезался в первого со всей накопленной силой, и я отчётливо услышал, как затрещали рёбра под бронёй. Инквизитор отлетел на несколько метров, впечатался в дерево и сполз по стволу, оставляя кровавый след. Живой, судя по стонам, но воевать больше не сможет.

Второй попытался воззвать к Светлой, упал на колени, воздел руки к небу и закрыл глаза. Видимо, решил, что без артефакта тоже получится связаться с системой, если очень сильно верить. Наивный.

Молот прервал его обращение на полуслове, а изолятор довершил начатое. Ещё один бессистемный, добро пожаловать в реальный мир.

Бой продолжался, и силы начали подходить к концу. Магический резерв таял с каждым Великим исцелением, а оставшиеся инквизиторы только набирали обороты. Светлая подпитывала их своей энергией, восстанавливая усталость и затягивая раны, и они явно не собирались сдаваться.

Ещё один выстрел в голову, ещё одно отключение, ещё одно пробуждение на земле. Подскочил, Великое исцеление, и снова в бой.

Но их было слишком много.

В какой-то момент я понял, что стою в центре плотного кольца, а вокруг меня сжимается стена из чёрной брони и белых инквизиторских плащей. Оружие направлено со всех сторон, и в этот раз уже не уклониться, не прорваться, не убежать.

Последний оставшийся в строю старший инквизитор выступил вперёд, и на его разбитом в кровь лице расплылась торжествующая ухмылка. Один глаз заплыл, из разбитой губы текла кровь, но он всё равно выглядел так, будто уже победил.

— Ну всё, допрыгался, ничтожество, — процедил он, сплёвывая кровь себе под ноги. — Светлая всегда воздаёт по заслугам…

Я посмотрел на него, потом на окружающих меня ликвидаторов, потом снова на инквизитора. И широко улыбнулся.

— Правда? А Ванюша ест не только малину.

Сознание возвращалось медленно и болезненно, голова раскалывалась от боли, во рту стоял привкус крови, а всё тело ныло так, будто по нему проехался гружёный товарный поезд. Причём несколько раз и в обе стороны.

Себастьян попытался открыть глаза и не сразу понял, где находится. Над головой был какой-то металлический потолок, под спиной что-то твёрдое и холодное, а вокруг пахло машинным маслом и чем-то ещё, до боли знакомым. Кажется, кровью, спиртом и какими-то еще антисептиками. Но больше кровью, конечно, причем его собственной.

Он лежал в кузове грузовика, это стало понятно по характерным рёбрам жёсткости на стенках и тусклому свету, пробивающемуся через небольшие окошки. Как он сюда попал? Последнее, что он помнил, это золотое сияние пирамиды, вспышку, золотую пыльцу и довольное лицо того еретика Рубцова. А потом удар, темнота и… ничего. В общем, всё как в прошлый раз.

Первым делом Себастьян попытался связаться со Светлой.

Это было настолько привычным действием, что он даже не задумывался о нём. Просто мысленный импульс, обращение к системе, и она всегда отвечала. По крайней мере с того самого дня, когда юный Себастьян впервые услышал её голос в своей голове, и до этого момента она ни разу не оставила его без ответа. Светлая была рядом в самые тяжёлые минуты, направляла, поддерживала, давала силы продолжать священную миссию по очищению мира от скверны.

Но сейчас ничего…

Себастьян нахмурился и попробовал снова, на этот раз вкладывая в обращение всю свою веру и преданность. Он столько лет служил ей, столько еретиков уничтожил без лишней волокиты и размышлений, столько раз рисковал жизнью во имя Света. Она не могла просто взять и замолчать, не могла бросить своего верного слугу в такой момент! Но и в этот раз он не получил никакого отклика.

Холодок пробежал по спине инквизитора, и он резко сел, превозмогая головокружение и тошноту. Дрожащей рукой потянулся к интерфейсу, к тому привычному окну характеристик, которое сопровождало его всю сознательную жизнь. Оно должно быть там, оно всегда там, стоит только пожелать…

Себастьян моргнул, потёр глаза, снова попытался вызвать интерфейс. Никаких окон, никаких цифр, никаких сообщений. Только обычная реальность, серая и безжизненная, лишённая того особого сияния, которое он привык видеть с самого детства.

Он вспомнил тот день, когда впервые осознал своё призвание. Светлая явилась к нему во сне, величественная и прекрасная, окружённая ореолом чистейшего света. Она сказала, что он избран, что в нём есть искра истинной веры, и что однажды он станет её мечом в борьбе с тьмой. Себастьян проснулся тогда со слезами на глазах, переполненный благодарностью и решимостью оправдать оказанное доверие. Правда все вокруг говорят, что Светлая никому во сне не приходит, и это был действительно просто сон, но Себастьян твердо отказывался в это верить. Они просто завидуют, вот и все.

Двадцать три года он посвятил служению. Двадцать три года охотился на отступников и еретиков, выжигал скверну везде, где её находил, нёс свет истины в самые тёмные уголки Империи. Он отказался от семьи, от личной жизни, от всего, что могло отвлечь его от священной миссии. И делал это с радостью, потому что знал: Светлая видит его труды, и однажды он будет вознаграждён. А главное, никакой ответственности за насилие не последует, потому можно продолжать бесконечно.

Себастьян снова попытался воззвать к системе, уже не мысленно, а вслух, шёпотом произнося слова обращения, которому его научили ещё в академии света. Губы двигались сами собой, выговаривая знакомые с детства фразы, но они падали в пустоту, не находя отклика.

Осознание накатило волной, от которой перехватило дыхание. Он стал бессистемным. Таким же, как те жалкие отбросы, которых он всю жизнь презирал. Таким же, как те третьесортные ничтожества, которые копошились в грязи на задворках цивилизации и не заслуживали даже плевка в свою сторону.

Светлая отвернулась от него.

— Нет… — поправил себя Себастьян, — это не она отвернулась…

Это тот еретик, Рубцов, как-то разорвал связь между ними! Использовал какое-то запретное колдовство, какую-то мерзкую тёмную магию, чтобы лишить верного слугу Света его благословения. Это не его вина, он не предавал, не отступал от веры, не заслужил такого наказания.

Но от этой мысли легче не стало. Всё-таки он знал Светлую достаточно хорошо, чтобы понять, насколько ей неинтересны оправдания.

Себастьян несколько минут просто сидел на холодном металлическом полу, глядя в пустоту перед собой. В голове было на удивление тихо, и эта тишина пугала больше всего. Он привык к постоянному присутствию Светлой на краю сознания, к её тихому шёпоту, к ощущению, что он никогда не одинок. А теперь там было только эхо его собственных мыслей, и от этого хотелось выть.

Снаружи доносились какие-то звуки, приглушённые стенками и расстоянием. Выстрелы, крики, грохот ударов. Бой продолжался, и Себастьян понял, что не может просто лежать здесь и жалеть себя. Он всё ещё инквизитор, пусть и лишённый благословения Светлой. У него всё ещё есть долг, есть обязанности, есть враг, которого нужно уничтожить.

С трудом поднявшись на ноги, он покачнулся и едва не упал, схватившись за борт грузовика. Голова кружилась, перед глазами плыли чёрные пятна, но он заставил себя сделать шаг, потом ещё один. Ноги слушались плохо, словно он заново учился ходить, но инквизитор упрямо двигался к выходу из кузова.

Добравшись до края, он ухватился за металлическую раму и осторожно выглянул наружу.

То, что он увидел, заставило его усомниться в собственном рассудке.

Посреди поля боя бесновался огромный медведь, закованный в какую-то странную броню и издающий такой рёв, от которого закладывало уши. Ликвидаторы почему-то даже не палили в него из всего, что было под рукой, а просто стояли в стороне.

Благо, воины света орудовали из всех стволов, вот только пули отскакивали от шкуры, не причиняя зверю видимого вреда. Рядом с медведем метался знакомый силуэт в халате, размахивая молотом и периодически озаряясь вспышками зелёного света. А чуть поодаль кто-то из инквизиторов пытался подняться на ноги, но получил в грудь с ноги от невесть откуда взявшегося здесь графа Аксакова.

Себастьян несколько секунд наблюдал за этим хаосом, пытаясь найти хоть какой-то смысл в происходящем. Медведь снёс очередного воина света, Рубцов приложил молотом кого-то из его бывших коллег, со стороны леса раздался рев мотора и оттуда выкатился техномагический танк.

Из земли вырвались корни, оплели ноги нескольким рыцарям. Кто-то попытался спастись бегством, сел в машину, но и она тоже приросла к земле. В общем, там творилось что-то действительно странное и унизительное для служителей Светлой системы, ведь они пока еще никогда не проигрывали.

Инквизитор медленно отступил обратно в темноту кузова. Постоял немного, глядя в пустоту остекленевшими глазами, потом медленно покачал головой.

— Ну нахер…

Он аккуратно лёг обратно на холодный металлический пол, ровно в ту же позу, в которой очнулся несколько минут назад. Сложил руки на груди, закрыл глаза и решил, что подождёт. Чем бы там снаружи ни закончилось, он предпочитал не участвовать в этом безумии. Пусть разбираются сами, а он пока полежит и подумает о своей жизни.

Где-то там, судя по звукам, медведь наступил кому-то на ногу. Или на ухо, кто-ж знает, что это вообще за зверь и откуда он здесь.