Системный целитель 4

Глава 10

Игнат сидел на пеньке, смотрел куда-то в пустоту перед собой и не переставал удивляться обновлённому интерфейсу. Вот что значит инженер, он внимательно изучал каждую вкладку, каждый пункт, перечитывал каждое обозначение по несколько раз, словно боялся пропустить что-то важное в мелком шрифте договора с дьяволом.

Хотя в каком-то смысле так оно и было, только дьявол в данном случае оказался куда симпатичнее, чем предполагалось.

Мило)

Ну, может и не симпатичнее, точно не знаю. Все-таки Тёмную пока никто не видел, может она на самом деле страшнее войны.

Эй!

Получен новый титул: Такой себе, на троечку

И как же хорошо, что главный оператор может сразу удалять титул… Так бы пришлось ходить с такой глупой надписью над головой. Ну а что, Тёмная? Я ведь и правда тебя ни разу не видел, и вообще не знаю, возможно ли это. Так что давай насчет красоты спорить не будем.

В общем, не помню, чтобы кто-то так внимательно перечитывал обновленный интерфейс. Ну новая система, ну прикольно, пошли драться с монстрами. Обычно у всех именно такая реакция на изменение интерфейса, никто не вчитывается в описания навыков и не пытается понять логику распределения характеристик. А этот сидит уже второй час и методично изучает каждую строчку, периодически бормоча себе под нос что-то про энергетические коэффициенты и матрицы преобразования.

Впрочем, оно и к лучшему. Артефактор должен быть дотошным, иначе вместо полезного амулета получится красивая безделушка, а вместо накопителя энергии выйдет дорогой кусок металла с претензией на волшебство. Да и вполне вероятно, что у его интерфейса есть какие-то дополнительные функции… Почти уверен в этом, все-таки создание артефактов это более точное искусство, чем то же исцеление.

Подумать только, свой личный артефактор в команде. Ещё вчера я даже мечтать об этом не смел, а сегодня он сидит у нашего костра и изучает возможности Тёмной системы с энтузиазмом ребёнка, получившего в подарок конструктор. Перспективы открываются просто головокружительные, и я честно думал об этом всю ночь, прикидывая различные варианты использования его талантов. Защитные артефакты для команды, накопители для длительных рейдов, может быть даже что-то для будущей базы, если мы когда-нибудь обзаведёмся постоянным местом дислокации.

За этими размышлениями я неплохо так выспался, так что ночь пролетела незаметно, а утро встретило меня бодростью и хорошим настроением. Впереди ещё один день, полный возможностей и приключений, хотя последнего хотелось бы поменьше.

Лечить людей это хорошо. Быть при этом костью в горле коллегии целителей ещё лучше. Но не стоит забывать, что при всём этом надо обязательно оставаться занозой в заднице Светлой системы, иначе какой вообще смысл во всём этом предприятии? Три цели, три направления деятельности, и все они прекрасно дополняют друг друга, создавая гармоничную картину моего существования в этом мире.

Утренние сборы прошли быстро и без лишней суеты. Игнат наконец оторвался от изучения интерфейса и выглядел при этом словно какой-то первооткрыватель. Видно, что ему не терпится приступить к работе поскорее, но перед этим стоит хотя бы удалить основные очаги болезни.

Лена проверила состояние нашего нового товарища и констатировала, что восстановление идёт даже лучше, чем ожидалось, видимо сказывалось отсутствие постоянного оттока энергии в пользу Светлой системы. Паша с Виктором загрузили в грузовик оставшееся снаряжение, и мы двинулись в сторону города.

Дорога заняла около получаса, и всё это время я прикидывал, где бы припарковать нашу передвижную клинику. Вчерашние события наверняка не остались незамеченными, и коллегия целителей должна была предпринять какие-то ответные меры. Вопрос только в том, насколько далеко они готовы зайти после того, как их боевики получили по зубам.

Впрочем, ответ на этот вопрос я получил довольно быстро. Когда мы подъехали к клинике Зубодёрова, то обнаружили, что парковка перед ней предусмотрительно перекрыта. Там стояли два крепких охранника в форме и ещё какой-то внедорожник, явно оставленный специально для того, чтобы занять место. Охранники проводили наш грузовик внимательными взглядами, но никаких агрессивных действий предпринимать не стали, видимо получили чёткие инструкции просто не пускать и всё.

Ладно, едем дальше. Следующая клиника встретила нас примерно тем же самым, только вместо охранников там стоял микроавтобус с надписью «Служба доставки», который явно никуда ничего не доставлял, а просто занимал место. Ещё одна клиника оказалась перекрыта сразу тремя машинами, припаркованными так плотно, что между ними не протиснулся бы даже велосипед.

Вот же гады, сообразительные. Быстро скоординировались и организовали блокаду всех возможных точек, где я мог бы развернуть свою деятельность. Давить колёсами ни охранников ни транспорт в планы на сегодняшнее утро не входило, всё-таки хотелось обойтись без лишнего кровопролития и порчи имущества. Да и репутацию надо поддерживать, а то начну машины таранить, и люди подумают, что целитель из меня так себе, раз решаю проблемы грубой силой.

Ну и ладно, не очень-то и хотелось. Решение нашлось практически сразу и мы припарковали медицинский грузовик на старом месте, около моей сожженной клиники. Тем более, когда смотрю на эти обгоревшие стены, сразу невольно сжимаются кулаки и хочется бить всех этих представителей коллегии. А когда кого-то хочется бить, сразу появляются силы и разыгрывается воображение.

Плюс, парковка перед сгоревшим зданием абсолютно свободна, потому что никому в голову не пришло охранять сгоревшее здание от его же владельца. Логично, если подумать, зачем тратить ресурсы на блокаду того, что и так уже уничтожено?

Паша припарковал грузовик прямо напротив входа, заглушил двигатель и повернулся ко мне с вопросительным выражением на лице.

— И что теперь? Будем работать прямо здесь?

— А почему нет? — пожал я плечами. Всё же место знакомое, клиенты знают адрес, да и символично получается. Они сожгли мою клинику, а я всё равно продолжаю работать на том же месте. Пусть видят, что их методы не работают.

— Ну, это, конечно, хорошо, — Виктор выглянул из кузова и окинул взглядом обгоревшее здание, — но как-то мрачновато выглядит. Пациенты не испугаются?

— Пациенты, которые ко мне приходят, уже настолько отчаялись, что их ничем не испугаешь. — усмехнулся я, — К тому же вчера их ничего не смущало, так что и сегодня не должно.

Собственно, возражать никто не стал и мы открыли двери кузова. Лена сразу начала готовить рабочее место, а я вышел наружу и встал у входа, ожидая первых посетителей. Игнат тоже выбрался из машины и с интересом разглядывал окрестности, хотя смотреть тут было особо не на что.

— Это и есть та самая клиника? — он кивнул на обгоревшее здание.

— Была клиника. Теперь просто памятник человеческой подлости и жадности. Но мы её восстановим, когда будет время и ресурсы.

— Могу помочь с восстановлением, — он задумчиво потёр подбородок. — Есть несколько артефактов, которые ускоряют строительные работы и укрепляют конструкции. Правда, материалы для них довольно дорогие, но если найдём нужные ингредиенты…

Договорить он не успел, потому что из-за угла показалась первая посетительница, пожилая женщина с усталым лицом и потухшим взглядом. Она шла медленно, опираясь на палку, и явно искала что-то взглядом. Когда увидела наш грузовик и меня рядом с ним, её лицо просветлело.

— Доктор! Вы всё-таки работаете! А я уж боялась, что после пожара вы уехали из города насовсем…

— Работаю, — я улыбнулся ей и указал на открытые двери кузова. — Проходите, сейчас посмотрим, что вас беспокоит.

Георгий Аксаков сидел в своём кабинете и пытался понять, правильно ли он прочитал сообщение от системы. Перечитал ещё раз, потом ещё, и с каждым разом его брови поднимались всё выше и выше, пока не доползли почти до затылка.

Задание: Приобрети не менее двадцати подержанных грузовиков. Нанеси на борта красный крест и номер телефона 8–800–555−35–35. Расставь транспортные средства у всех крупных клиник города. Если охрана будет препятствовать размещению транспорта, сделай это с привлечением сотрудников госавтоинспеции.

Награда: будет забавно.

— Будет забавно… — повторил он и тяжело вздохнул. — Серьёзно?

Аксаков всё никак не мог привыкнуть к тому, что система ведет себя совершенно иначе, чем раньше. Светлая до этого давала ему вполне осмысленные и логичные задания, каждое из которых было направлено на усиление ее власти. А тут что? Будет забавно?

Или это какой-то хитрый план, смысл которого он пока не понимает? Впрочем, размышлять над этим особо некогда, потому что на повестке дня стояли куда более важные вопросы.

Эвакуация шла полным ходом, и до назначенного срока оставалось всего два дня. Примерно так они с отцом и договорились, когда обсуждали план действий после того памятного разговора.

Аксаков не стал задавать лишних вопросов, просто принял информацию к сведению и начал действовать, как и полагается опытному политику и управленцу. Людей выводили из города небольшими группами, стараясь не привлекать внимания, и размещали в специальном лагере за пределами потенциальной зоны обнаружения.

На данный момент в лагере собралось уже больше тысячи человек, и это были далеко не все. Слуги, охрана, дальние родственники, доверенные партнёры по бизнесу и их семьи, список рос с каждым днём и казалось, что ему не будет конца. А ведь ещё предстояла эвакуация служащих из других регионов, и с ними тоже легко и просто не будет, потому что каждого надо предупредить, убедить, организовать транспорт и проживание.

Георгий потёр виски и снова посмотрел на сообщение системы. Грузовики с красными крестами. Ладно, почему бы и нет? Денег у семьи Аксаковых хватает, покупка пары десятков старых машин не пробьёт брешь в бюджете. Да и задание системы игнорировать не хочется, мало ли что она там задумала.

Он вызвал помощника и отдал соответствующие распоряжения. Тот выслушал с каменным лицом, хотя в глазах явно читалось недоумение, но переспрашивать не стал. За годы службы у Аксаковых он научился не удивляться странным приказам и просто выполнять то, что велено.

Когда помощник вышел, Георгий откинулся в кресле и позволил себе короткую усмешку. Интересно, что скажет коллегия целителей, когда обнаружит у своих клиник целый автопарк конкурентов? Впрочем, это уже не его забота. Его забота сейчас в том, чтобы вывести как можно больше людей из города.

А слежка… Да, наверняка за ним следят. После всего того, что натворил отец, было бы странно, если бы соответствующие службы не проявили интереса к семье. Но пока никто не предъявлял обвинений и не пытался арестовать, а значит доказательств у них нет, или же они выжидают более удобного момента. В любом случае, Георгий старался не появляться на публике без крайней необходимости и действовал максимально скрытно, благо опыт подпольной работы у него уже имелся.

Два дня. Всего два дня, и можно будет выдохнуть. А пока надо заняться грузовиками.

Я сидел в кузове, осматривал очередного пациента и не мог сдержать улыбки, которая то и дело появлялась на моём лице. Пациент, пожилой мужчина с хронической болью в суставах, косился на меня с подозрением, явно не понимая, чему я так радуюсь.

Причина моей радости была проста и незатейлива. Буквально час назад я отправил Георгию Аксакову небольшое задание через систему, и сейчас с удовольствием представлял его реакцию. Как-никак, денег у него куры не клюют, так что покупка пары десятков машин для него не проблема, а вот недоумение на его лице наверняка было знатным. Интересно, он уже догадался, зачем это нужно, или до сих пор ломает голову?

Идея была простой, но эффективной. Коллегия перекрыла все парковки у своих клиник? Отлично, теперь там будут стоять грузовики с моим номером телефона, и каждый потенциальный пациент увидит альтернативу прямо у дверей официального заведения. Бесплатная реклама в самых выгодных местах города, причём снять эти машины будет не так-то просто, ведь формально они никому не мешают и ничего не нарушают.

Закончил с суставами, выписал рекомендации, отпустил довольного пациента и принял следующего. Работа шла своим чередом, поток посетителей не иссякал, и это не могло не радовать. Каждый вылеченный человек означал ещё один голос в мою пользу, ещё одну историю, которую перескажут знакомым, ещё один кирпичик в фундаменте моей репутации.

Прошло около часа, и в кабинет заглянул Кравцов с выпученными глазами и совершенно ошалевшим выражением лица. Выглядел он так, будто увидел призрака или получил известие о конце света, и я даже на секунду напрягся, подумав, что случилось что-то серьёзное.

— Владимир Сергеевич, — он запнулся и сглотнул, пытаясь собраться с мыслями, — у нас проблема. Точнее, не знаю даже, проблема это или нет, но звонков стало слишком много. Я физически не успеваю на них отвечать, телефон разрывается постоянно, а запись по самым скромным прикидкам уже перевалила за два месяца вперёд. Что делать?

Два месяца вперёд? Эмм… А почему так много? Думал, что после размещения грузовиков будет пара-тройка звонков, не более того. Ведь основная цель — это позлить коллегию, а не найти толпу пациентов.

Грузовики начали работать быстрее, чем я ожидала… — прозвучал в голове знакомый голос Тёмной системы с отчётливыми нотками веселья. — Люди видят номер, звонят, узнают цены и записываются. Сарафанное радио тоже делает своё дело. Поздравляю, ты стал популярным.

Я мысленно хмыкнул и покачал головой.

— Смешно тебе? — недовольно буркнул я, стараясь говорить тихо, чтобы Кравцов не подумал, что я разговариваю сам с собой. Хотя он уже наверняка привык к моим странностям.

Ну а что такого? — система явно наслаждалась ситуацией. Ладно, не буду издеваться. Много пациентов это хорошо, это именно то, чего ты хотел. Просто хочу напомнить, что теперь у тебя есть запасной аэродром, и ты можешь заняться отключением от системы поплотнее. Просто работать для этого лучше не из города.

Запасной аэродром. Она имела в виду тот городок в диких землях, куда Аксаковы эвакуируют своих людей?

— Владимир? — голос Кравцова вернул меня к реальности. — Так что мне делать со звонками?

Я посмотрел на него и улыбнулся, хотя в голове уже крутились совсем другие мысли.

— Пока продолжай записывать. Скажи людям, что очередь большая, но мы работаем над расширением. А ещё найди кого-нибудь себе в помощь, одному тебе точно не справиться с таким потоком.

Кравцов кивнул и исчез за дверью, а я откинулся на спинку стула и задумался. Система права, работать из города становится всё сложнее. Коллегия не отстанет, это очевидно, и рано или поздно они придумают что-нибудь посерьёзнее перекрытых парковок. А вот если перенести основную деятельность за город…

Там и пациентов хватит, и от лишних глаз подальше, и с отключением от Светлой можно работать спокойно, не опасаясь, что кто-то заметит и донесёт.

Надо будет обсудить это с командой. Но сначала закончу сегодняшний приём, а то пациенты ждут. Думаю, еще пару дней так можно поработать, а потом… потом Аксаков отправится провожать своих людей в дикие земли, и почему бы мне к нему не присоединиться? А потому, что у меня теперь записи на два месяца вперед, вот почему…

Заседание совета коллегии целителей проходило в атмосфере сдержанного раздражения. Пятеро самых влиятельных целителей города сидели за роскошным длинным столом и обсуждали последние события, которые явно не добавляли им хорошего настроения.

— Значит, грузовики, — Игорь Семёнович Белов побарабанил пальцами по столешнице и бросил недовольный взгляд в окно, за которым как раз виднелся один из этих самых грузовиков с огромным красным крестом на борту. — Этот ублюдок решил поиграть в рекламную войну. И вопреки нашим ожиданиям, он явно не бедствует, раз может позволить себе скупить два десятка машин и расставить их по всему городу.

— Мы уже выяснили, кто за этим стоит? — поинтересовался Зубодёров, полный мужчина с одутловатым лицом и маленькими хитрыми глазками. — Сам Рубцов явно не потянет такие расходы.

— Пока нет, но работаем над этим, — отозвался Селиванов, худощавый тип с вечно недовольным выражением лица. — Машины зарегистрированы на разных людей, концов найти не можем. Кто-то грамотно подчистил следы.

Белов поморщился и махнул рукой, словно отгоняя назойливую муху.

— Да какая разница, кто за этим стоит? Главное, что с этим можно разобраться, ничего страшного. Эти грузовики простоят там неделю, максимум две, а потом их уберут за нарушение правил парковки или ещё что-нибудь придумаем. У нас достаточно связей в городской администрации, чтобы решить такой мелкий вопрос.

— А что насчёт самого Рубцова? — подал голос Щербаков, самый молодой из присутствующих, но от этого не менее амбициозный. — Может, стоит повторить акцию? В прошлый раз мы его неплохо потрепали, сожгли клинику, показали, кто здесь хозяин.

— В прошлый раз мы потеряли две машины и дюжину бойцов, — сухо напомнил Селиванов. — Причём бойцов не убитыми, а покалеченными, что ещё хуже с точки зрения расходов на лечение. Повторять эту акцию пока не стоит, ибо это затратно, привлекает слишком много внимания, и эффект, честно говоря, такой себе. Клинику мы ему сожгли, а он всё равно продолжает работать из грузовика, будто ничего не случилось.

Белов откинулся на спинку кресла и сложил руки на животе, демонстрируя благодушное спокойствие.

— Вот именно. Так что предлагаю оставить этого идиота в покое на какое-то время. Всё равно от него ни вреда ни пользы. Ну сколько он там пациентов примет за день? Десять? Двадцать? Это капля в море по сравнению с нашими объёмами. Он не сможет принять достаточно людей, чтобы это стало хоть как-то заметно для нашего бизнеса.

— А потом? — Щербаков явно не хотел отпускать тему.

— А потом, когда он расслабится и решит, что мы про него забыли, спалим ему машину и пусть новую покупает! — Белов расплылся в довольной ухмылке. — Будет бегать по городу, искать деньги на новый грузовик, а мы посмеёмся и продолжим работать как раньше.

Остальные члены совета одобрительно заулыбались, а кто-то даже хихикнул, представляя себе эту картину. Атмосфера в кабинете заметно разрядилась, и Крылов позволил себе расслабленно откинуться в кресле.

— Да его в любом случае никто не воспринимает всерьёз, — заметил он снисходительным тоном. — Какой-то самоучка с молотом, который лечит людей в кузове грузовика. Это даже не конкуренция, это цирк. Пациенты к нему идут только от безысходности, а как только появляется возможность обратиться к нормальному целителю, сразу бегут от него.

— Именно, — кивнул Белов. — Пока он один, можно ни о чём не переживать. Один человек, даже самый талантливый, не способен конкурировать с целой системой. У нас сотни целителей по всему городу, десятки клиник, отлаженные связи с властями и аристократией. А у него что? Грузовик и кучка помощников. Смешно даже сравнивать.

Все согласно закивали, и на несколько секунд в кабинете воцарилось благодушное молчание. Члены совета уже мысленно закрыли тему и готовились перейти к следующим вопросам повестки дня, когда с улицы донёсся странный звук.

Сначала это было похоже на отдалённый гул мотора, потом звук стал громче, и к нему добавилось характерное потрескивание громкоговорителя. А затем над улицей разнёсся бодрый голос, от которого все присутствующие одновременно застыли с выражением крайнего недоумения на лицах.

— Внимание, внимание! Объявляется набор целителей! Любые уровни, любые ранги, любое образование! Обучение полностью за мой счёт!

Белов медленно повернул голову к окну, не веря своим ушам. За стеклом проезжала машина с огромным громкоговорителем на крыше, и из этого громкоговорителя продолжал литься всё тот же бодрый голос.

— Экстренная помощь доктора Рубцова примет каждого желающего и бесплатно предоставит необходимое образование! Вступайте в профсоюз целителей и вам больше не придётся зависеть от коллегии дегенератов! Повторяю, вступайте в профсоюз целителей…

Машина проехала мимо окон и скрылась за углом, но её голос ещё долго разносился над улицей, постепенно затихая вдали. В кабинете совета повисла звенящая тишина.

Белов медленно повернулся обратно к столу и обвёл взглядом своих коллег. Лица у всех были примерно одинаковые, смесь шока, возмущения и какого-то детского недоумения, как у ребёнка, которому только что объяснили, что Деда Мороза не существует.

— Коллегии… чего? — наконец выдавил Зубодёров, всё ещё глядя в окно.

— Дегенератов, — машинально повторил Селиванов, и в его голосе прозвучало что-то похожее на восхищение наглостью этого заявления.

— Он что, серьёзно? — Щербаков вскочил со своего места и подбежал к окну, будто надеялся увидеть что-то ещё. — Он объявил набор целителей? Прямо под нашими окнами? Профсоюз? Какой ещё профсоюз⁈

Белов молчал. Его лицо постепенно наливалось краской, а пальцы так крепко вцепились в подлокотники кресла, что костяшки побелели. Благодушное настроение испарилось без следа, и на его месте осталась только холодная ярость.

— Значит, один человек, который не способен конкурировать с системой, — процедил он сквозь зубы. — Значит, ни вреда ни пользы. Значит, можно ни о чём не переживать…