Парень из бездны

Глава 29

Из оторопи вырвал голос некроманта и его прикосновения. Дрейк беспардонно ощупывал мое тело в поисках повреждений.

- Сейчас-сейчас, - приговаривал он, поднимая мою руку с разорванным рукавом, в прорехе которого виднелись кровоточащие ссадины.

При втором падении я даже не заметила, что поранилась. Теперь же шоковое состояние прошло. Руку зажгло.

- Все в порядке, это просто царапины, -возражала я. - А вот тебя надо осмотреть.

Дрейк отрицательно мотнул головой:

- Я уже залечил рану. А нам надо бы скрыться где-то, где нас не достанут бездновы твари. Или хотя бы там, где есть двери.

Портальный артефакт мы отдали Дорану, выходить сейчас и отправляться пешком до границы зоны было безумием, слишком далеко. Оставалось надеяться, что с блондином все в порядке, и он сообщит о нашем местонахождении ректору.

Пока же мы покинули кабинет с разрушенной стеной и пошли искать закрытое убежище. Единственным нетронутым временем и разрухой помещением оказалось небольшое родовое святилище. Когда-то здесь совершались значимые обряды. Может даже меня освящали младенцем.

Оказавшись внутри, мы подперли дверь тяжелой скамьей и осмотрелись.

Удивительно, но за двадцать лет поверхности так и не погрязли под слоем пыли. Наверно, на этом здании стояла особо сильная защита.

Посреди помещения расположился алтарь, а рядом ритуальная мраморная чаша, на дне которой обнаружилась вода. Неужели это вода из священного источника? Такие чаши обычно наполнялись самими богами, а вода в них не иссякала никогда.

Я взглянула на крышу - она оказалась целой. Значит, и правда, священный источник.

- Дрейк! - окликнула некроманта, продолжавшего обход помещения.

Он подошел, а я набрала в ладони воду:

-Пей, это священный источник. Поможет восстановить силы.

- Уверена?

- Сам посмотри. Откуда бы здесь взяться жидкости. Это неиссякаемая вода богов.

Он склонился к моим рукам и выпил воду, после чего жарко поцеловал обе ладони.

Я вспыхнула от неуместных чувств. Почему тело так реагирует на него? Сейчас совсем не время.

Собиралась и сама испить из источника, но Брайдс не дал.

- Позволь мне, - с этими словами набрал в свои ладони воду и протянул мне, загадочно блестя глазами.

Этот жест заботы был неожиданным, что-то за ним явно крылось. Но анализировать действия парня не хотелось, тем более я давно перешагнула порог недоверия.

Когда я напилась из его рук, Дрейк с какой-то дьявольски привлекательной улыбкой и подозрительным удовлетворением в глазах начал расстегивать жилет.

- Что ты делаешь?

Почему я смутилась? Между нами уже были предельно откровенные моменты, и я видела Брайдса полностью обнаженным. Даже трогала. А сейчас не могла оторвать взгляд от сильных рук, бросающих защитный жилет на мраморную поверхность, и от ловких длинных пальцев, тянущихся к застежке рубахи.

- Собираюсь обработать рану священной водой, - невозмутимо ответил некромант и стянул рубашку.

- У тебя рана на руке, - возразила я.

- Угум, и у тебя. Но ты сейчас тоже разденешься.

С этими словами Дрейк неуловимо быстрым движением приблизился, ухватил за талию и пришпилил мое тело к алтарю. Дергаться и вырываться не было никаких сил. Вместо этого в глубине существа начало зарождаться такое знакомое желание, разбуженное близостью мужчины и его руками, мягко выправляющими из брюк рубашку.

Он расстегнул и мой защитный жилет, отбросил его на пол, затем то же самое проделал с рубахой, все это время не отрывая серьезных и горящих глаз от моих. Ультрамариновый цвет радужки темнел до полуночно-синего, не отпуская, гипнотизируя, притягивая — нет, не мое тело, а сердце, душу и нечто неведомое, что жило внутри. Из чернильных прорубей зрачков вглубь меня смотрело нечеловеческое существо, и оно жаждало подчинить всю меня без остатка.

Избавив от одежды, парень неожиданно трепетно провел кончиками пальцев по животу и вверх, обогнув полушария груди, которая отреагировала на ласку съежившимися вершинками. Из горла помимо воли вместе с резким выдохом вырвался стон.

Все так же не отрывая взгляда, Дрейк взял за запястье раненую руку и поднес ее к губам. Томительно медленно провел языком по глубокой царапине, собирая мелкие капельки начавшей сворачиваться, но еще не засохшей, крови. Это было невыносимо — на грани боли и удовольствия. Будто бархатом по открытой ране. Облизнул губы, прикрыв глаза. Нащупал кончиком языка ранку на своих губах и медленно растянул их в порочной ухмылке, от чего тонкая кожа вновь треснула, и на болячке выступила кровь.

Не давая опомниться, приник к моему рту, сразу прорываясь сквозь зубы, давая мне волю отвечать, обхватывать его губы своими, сплетаться языками в чувственном танце, почувствовать на языке солено-металлический вкус его собственной крови.

Затуманенное желанием сознание оставило в стороне соображения насчет неподходящего времени и места, отключилось, оставив на поверхности только ту часть, которая отвечала за инстинкты. Внутри бесновалась сила, требуя соединиться с этим конкретным мужчиной, жарко целующим — нет, вылизывающим, мое тело, одновременно справляясь с остатками одежды.

Неутомимый язык влажно обрисовывал ключицы, линию шеи, зубы прикусывали мочку уха, чтобы тут же втянуть ее в рот, пуская по телу импульсы удовольствия.

Под ладонями ощущала твердость мышц, ходуном ходящих при каждом движении парня, впивалась ногтями в лопатки, притягивая ближе, впечатывая в себя в желании ощутить его каждым сантиметром собственной кожи, терзаемой жаждой близости.

Дрейк потянул вниз мои брюки, одновременно становясь на колени. Его взгляд был прикован к плоскому животу, подрагивающему от сладких спазмов. Губы приникли к коже, язык обвел пупок, опустился ниже — к горячей пульсирующей точке, провел по ней сначала невесомо, и тут же жестко и властно, утверждая право на обладание моим телом.

- Ничего вкуснее не пробовал. Моя. - Парень поднял глаза, затянутые ледяной мглой.

Только тут я заметила, что атмосфера вокруг изменилась. Звуки приглушились, температура воздуха упала. Но мне не было холодно, я горела и плавилась. А этот взгляд окончательно сорвал что-то внутри, давая импульс к выбросу собственной силы. Ощутила ледяное жжение в роговице, закрыла глаза, отдаваясь во власть стихии.

Дрейк окончательно избавил от брюк, сковывающих движение, подхватил под бедра и посадил на алтарь. Сам тоже скинул мешающую одежду, приник бедрами к развилке моих ног, дав почувствовать пульсацию горячего твердого мужского органа. Я подалась ближе, бесстыдно распахнула ноги шире. Дрейк привлек за бедра и потерся членом между складок, распределяя по нему обильные соки моего возбуждения. Скользнул вверх-вниз, при каждом движении задевая клитор, запуская вихри чувственного удовольствия, собирающиеся внизу живота в готовый извергнуться вулкан.

Мужские пальцы скользнули вниз, в тугое лоно проник сначала один палец, затем второй, массируя внутренние стенки. Я напряглась из-за непривычных ощущений, но Дрейк нежно и настойчиво продолжал расслаблять меня, одновременно даря глубокие и нежные поцелуи. Посмотрел в глаза, уже не пугая ледяным мраком, застилавшим и мои глаза тоже:

- Ты готова?

- Да!

На смену пальцам пришло что-то влажное, горячее, гладкое. Он вошел резко, чтобы не растягивать неприятные мгновения. Глаза расширились от боли, но на живот уже легла рука, несущая облегчение. Боль схлынула, оставив лишь странное ощущение растянутости и наполненности. Член протолкнулся дальше, уже не неся дискомфорта, только новую волну наслаждения — телесного от растекающихся горячих волн, эмоционального от чувства принадлежности мужчине, духовного от осознания, что наконец все так, как должно быть. Я принадлежу Дрейку полностью, а он принадлежит мне.

- Я люблю тебя, - простонала, не в силах больше оставлять эту истину невысказанной.

- Люблю тебя, - вторил он.

И все изменилось. Движения внутри меня больше не были нежными. Он брал и подчинял, а я отдавала и растворялась в этом бесстыдном первобытном танце. Толчки сильнее, дыхание чаще, стоны, хрипы, ощущение потной кожи под пальцами, движения бедер навстречу друг другу, завоевание и покорение — все смешалось в один чувственный водоворот.

Краем сознания отметила, что вихрь и правда присутствовал. Зародившись где-то в области наших меток, закручивался ледяной спиралью вокруг соединенных тел, прижимая их еще ближе, делая ощущения еще острее. Мои лопатки горели, а под ладонями жалила жаром кожа Дрейка.

Невыносимо сладкая пытка подводила к пику. Сколько это длилось? Не знаю, я потерялась в ощущениях. Мужская плоть во мне будто стала еще тверже, отдавшись сначала слабым, а затем быстро нарастающим остро-сладким импульсом в средоточии женственности.

И я рассыпалась на миллион ярких жарких искр, воспарив на вершину, ощущая в себе и на себе содрогающееся тело любимого. В последний миг шею обожгло по кругу. Но я поняла, что это означает только тогда, когда последние спазмы оргазма затихли, и я смогла открыть глаза.

На шее Дрейка красовалась традиционная брачная вязь, а в наглых глазах — непередаваемое удовлетворение.

Я ошарашено смотрела на это, пытаясь осознать, как так вышло. В мозгу произошедшее складывалось к ясную картину — священная вода, обмен кровью, физическая консумация. Да, теперь мы…

И в этот момент дверь в святилище распахнулась, отталкивая скамью, представляя моему взору Астора, ошарашенно взиравшего на открывшуюся картину — наши сплетенные в объятии тела все в разводах крови, оставшейся от ран. Я заметила его расширившиеся в удивлении глаза, направленные на спину Дрейка, который быстро повернулся так, чтобы скрыть меня.

- Вы что натворили? - голос ректору изменил, а вот чувство такта нет. Он быстро отвернулся, давая нам привести себя в порядок.

- Ничего страшного, Астор. Просто поженились.