Оборотень из Кривого леса

Глава 7

Райли Длинный клинок, ухмыляясь, смотрел на драку оборотней с кабанами. Все шло по плану, это ведь он вспугнул лежбище, чтобы убрать этих двоих с поляны, а дракон и сам побежит за ними, чтобы защитить брата.

Так и вышло: когда Райли добрался до опушки, там никого уже не было. Котелок с чаем стоял возле костра, чтобы не остыл. Райли вылил лишнее, оставив жидкости ровно на одну кружку – заставлять сходить с ума всю троицу он не собирался.

Один, два, три – капли растворились в котелке без остатка. Хорошее средство: его не обнаружить ни по запаху, ни по вкусу, ни по виду. Лишь магия могла бы подсказать, что в котелке опасное зелье, но они-то не маги.

Теперь снова ждать: уже недолго осталось. Судя по шуму, троица уже воссоединилась, а дракон поджег парочку кабанчиков. Райли сунул пузырек с зельем в карман и спрятался, сжимая клинок в руке. Лучше приготовиться заранее, делать все придется быстро.

***

Амброс летел назад к месту стоянки, усталый, но вполне удовлетворенный. События разворачивались со скоростью выстрела из ружья, и он с трудом успевал за ними. Столько всего произошло с тех пор, как он отправился в гости к Феррану. Сначала он искал загулявшего брата в Кривом лесу, а когда нашел, выяснилось, что у него теперь есть истинная – совершенная язва, и при этом красивая, зараза. Когда Амброс решит жениться, он непременно найдет себе такую же, только менее языкастую. Впрочем, Феррану Майя подходила.

Потом был пожар, который он сам же и устроил, спасение брата из болота (ну надо же, он впервые не смог выбраться из передряги сам!) и вот теперь кабаны. Пришлось поджечь еще и этот лес, вздохнул Амброс, подлетая к опушке. Может, оборотни вдвоем и справились бы, но раз уж он начал помогать, то будет это делать до конца. Ферран, правда, почему-то был не в восторге от второго пожара. И чего он так орал, огонь был совсем маленький, и они даже смогли его потушить. Лес остался целый, что еще нужно?

Амброс приземлился у костра, оборачиваясь. Обротни плелись где-то сзади, решили не торопиться. А может, братик хотел побыть наедине с волчицей, хм... Она Феррану нравится, очень нравится.

Как же хочется пить, просто умереть можно! О, в котелке остался чай, как раз на одного. Допьет и поставит котелок на огонь заново, делиться тут явно нечем.

Утолив жажду, Амброс отправился за водой к ближайшему ручью. Он слышал, как оборотни трещали ветками, приближаясь, как пели птицы в вершинах деревьев, и вдруг все стихло. Звуки разом оборвались, и в голове было ужасно пусто, даже мысли сбежали, кроме одной: что происходит?

Перед глазами все поплыло, словно он проваливался в темноту, а тело раздирало на части от неведомых ранее ощущений. Его то ли жгло, то ли резало, то ли кололо изнутри, и не было спасения от непрекращающейся боли. Дракон взревел, отбрасывая котелок в сторону, выпустил изо рта струйку дыма и заметался по лесу, сбивая деревья, ломая кусты.

Он не слышал, как звал его Ферран, как пытался утихомирить рвущееся наружу зло, обнимая его за плечи. Он крутился между деревьев, и оборотень крутился вместе с ним, не в силах ни остановить дракона, ни разжать собственные руки.

***

Майя чуть задержалась в кустах по естественной надобности и вернулась, когда Ферран, сцепившись с драконом в кольцо, катался возле ручья. Рядом с ними валялись сломанные сучья и поваленные деревья, и Феррану приходилось подпрыгивать и изворачиваться, чтобы не навредить ни себе, ни Амбросу. Дракон сошел с ума, это очевидно.

Они с оборотнем так и не приняли человеческую форму – хотели добраться поскорее после безумной схватки с кабанами. Тупые, но сильные твари лезли и лезли, выставляя полметровые клыки вперед. Они бы, конечно, их убили сами, но мальчик прилетел и немножко помог своим пламенем. И, возможно, от великого самомнения и съехал с катушек.

— Не подходи! – мысленно передал ей оборотень. – Если он превратится, спалит тут всех. Я попробую его увести.

Майя покачала головой: ты не справишься, Фер, не в этот раз.

Оттолкнувшись передними лапами, она прыгнула, целясь в руку дракона. Драконам не вредят укусы оборотней, Фер и сам бы мог это сделать, но он слишком любит брата.

Время замедлилось, она парила над землей, словно у нее вдруг выросли крылья, и в середине траектории наткнулась на кинжал, взявшийся будто из ниоткуда. Сверкнул серебром клинок, войдя в тело чуть выше сердца, и оборотница рухнула на землю.

Ужасный, раздирающий душу крик взорвался в ее голове и потух, канув во тьму.

***

Вид упавшей на землю волчицы с серебряным клинком в груди придал оборотню сил. Ферран оттолкнул Амброса, приложив его по голове. Он надеялся, крепкая башка дракона выдержит и сотрясение мозга ему не грозит. Амброс упал, а Ферран бросился к Майе.

Вот только ее тела уже не было там. Взревев, он бестолково забегал вокруг, натыкаясь на ветви и стволы деревьев, что разбросал дракон. Где ты, Райли мерзавец, Райли ублюдок, Райли сын шлюхи? Не мог ты уйти далеко, просто не успел бы.

Ферран вдохнул глубоко несколько раз, заствляя себя успокоиться, как учила мама Мэрит. Он найдет Майю и спасет. Райли не станет снимать с нее шкуру здесь – побоится погони. Сначала он унесет ее подальше, например, к болотам. Хотя нет, это слишком очевидно. Но куда же тогда?

Треклятая полынь портила ему все поиски – он не мог учуять ни врага, ни волчицу. Остается рассчитывать на зрение и слух. Только он должен искать ее с холодным сердцем, иначе наделает ошибок, и Майя... Нет, она выживет, обязательно выживет!

Ферран огляделся по сторонам: вот тут лежала волчица – на траве ее кровь. Кровавый след тянется дальше, в ту сторону, где недавно они раскидали кабанов в разные стороны. Хорошое было приключение, ничего не скажешь. Если... когда он найдет Майю и вылечит, обязательно еще поохотится на кабанов вместе с волчицей.

Райли ходил тихо, как мышь, должно быть, научился за годы практики. Но тело оборотницы, находящейся без сознания, вовсе не бесшумно: оно непременно заденет за что-нибудь, и тогда Ферран это услышит. Пока же можно идти по красной дорожке.

Райли нес волчицу вглубь Нейтральных земель, но подальше от поселения. Правильно, ему ведь не нужно лишнее внимание. Но через несколько метров кровь исчезла, и признаков того, что здесь кого-то тащили, не наблюдалось.

Полыни здесь тоже росло много, пожалуй, слишком много. Райли чтоб его Длинный клинок, раздери тебя медведь! Куда же ты ее спрятал?

Ферран лег на землю, навострил правое ухо – им он слышал лучше, чем левым, а глаза внимательно оглядывали окрестности. Вот по траве проползла гусеница, пчела пронеслась с жужжанием мимо да птица вспорхнула с сосны и улетела прочь.

И среди этих мирных звуков оборотень выделил тоненький, еле слышимый всхлип на уровне шепота.

— Майя? – мысленно позвал он, но она не ответила.

И все же он был уверен, что ему надо туда, на тот звук. Метров 40-50 впереди, определил он расстояние. И не побежал, а пополз, как можно тише, чтобы не спугнуть охотника. Пусть думает, что сумел его обмануть. К тому же оборотни и ползают быстрее, чем люди. Я скоро тебя найду, сволочь, и убью собственными руками, хладнокровно и без колебаний! Надо было еще в прошлый раз это сделать.

***

Райли с трудом дотащил полумертвую волчицу до хижины – тяжелая оказалась, зараза. Кровь изо рта больше не текла, а вокруг раны всего лишь небольшое красное пятно на шерсти. Но ничего, серебро добьет ее. Жаль, конечно, что он промахнулся, но ближе подобраться с кинжалом возможности не было – он мог упустить шанс.

Оборотень, скорее всего, идет следом, значит, у него мало времени. Надо было налить в чай не три капли, а десять, или даже весь пузырек вылить. Пусть бы они оба с оборотнем сдохли, а он спокойно убил бы волчицу. Но теперь уже ничего не исправишь.

Клинок по-прежнему торчал в груди оборотницы, Райли вытащит его, когда приготовит инструменты. Кривой нож для разделки, баночки для крови – продаст знакомому магу в Ахмадоре. Жаль, что шкуру нельзя загнать на черном рынке, король наверняка заплатит мало. Ну что поделать, у него все-таки репутация.

Райли подпер дверь хижины колченогим столом изнутри. Оборотня это не остановит, но задержит, а потом будет поздно.

Как удачно, что Райли в свое время жил в этом лесу и нашел эту хижину. Кто в ней раньше обитал, он понятия не имел, но она уже тогда пустовала. И больше никого на километры вокруг в Нейтральных землях 10 лет назад не было. Но все течет, все меняется, видимо, люди добрались и сюда. Ничего, они далеко и не помешают.

Райли взялся за ручку кинжала, резко вытащил его из раны. Волчица вздрогнула, прерывисто вздохнула и застонала, тихо, едва слышно. Кровь хлынула на белую шерсть, и пятно на груди разлилось, словно лужа. Она еще жива, но это ненадолго.

Райли поднял клинок над головой, прицеливаясь. Один точный удар в сердце – и ждать смерти волчицы больше не придется. Он почти успел донести кинжал до тела, когда стол отлетел в сторону, едва не задев Райли, а следом за ним в слетевшую с петель дверь ворвался оборотень.

От неожиданности охотник выронил кинжал, который тут же проскользил к стене – оборотень оттолкнул его лапой. Райли усмехнулся, вытаскивая из-за пояса еще один нож – поменьше, с деревянной ручкой. Оборотню еще повезло, что он не любил ружья и пистолеты.

Бросок – нож полоснул серую шкуру, закапала кровь, яркая, как заря на небе. Оборотень даже не поморщился и, выпустив когти, задел его руку – несерьёзно, но ощутимо.

— Ты опоздал, оборотень. Она все равно истечет кровью, тебе лучше сразу отступиться.

Оборотень, разумеется, не ответил, но глаза сверкнули сдерживаемым гневом. Хорошо, подбросим еще масла в огонь.

— Зачем тебе волчица? – заслоняя собой оборотницу, продолжил Райли. – Я знаю, ты любишь свободу. В Кривом лесу живут только те, кто бежит от общества. Ты ведь не собирался жениться, правда? Поразвлечься – она миленькая, твоя волчица, когда не выглядит как монстр.

Оборотень угрожающе зарычал, скаля зубы. Правильно, так и надо, сейчас он рассвирепеет и ошибется, а Райли его уничтожит. На его счету не менее сотни оборотней, и с этим он тоже справится.

— Так что, оборотень, ты готов сражаться до победного за какую-то шлюшку, которую ты почти не знаешь? Готов отдать за нее собственную жизнь? Какой-то дух навязал тебе волчицу, неужели ты согласишься с чужим выбором? Так просто возьмешь и пойдешь на поводу у судьбы? Да и нет ее, никакой судьбы, а духи лишь играются нами.

Тут Райли вспомнил кое-что очень личное, и ее лицо на мгновение встало у него перед глазами. Виринея – так ее звали, для него – Нея.

Реальность вернулась в виде волчьей лапы, схватившей его за горло. Райли еще успел взмахнуть ножом, задевая морду зверя, прежде чем железная хватка усилилась. Охотник захрипел, хватаясь руками за лапы, но силы покидали его. Он в последний раз дернулся и затих, и оборотень отбросил его прочь, как сломанную куклу.