Оборотень из Кривого леса

Глава 5

Зловонные болота притаились на северо-западе Кривого леса. Это несколько нарушало выбранное ими направление движения, но Ферран рассчитывал, переждав пожар, вернуться назад и пройти через поврежденный магией участок леса. Если же пожар в ближайшие дни не утихнет, придется идти через топь, что намного опаснее. Только раз он был в Зловонных болотах, дошел примерно до середины и побоялся исследовать их дальше. Никто толком не знал, какие твари тут обитали.

Оборотни едва успели покинуть место стоянки. Огонь двигался прямо на них семимильными шагами, и они неизбежно встретились бы с гибельным пламенем, если бы не скорость оборотней. Минут через пять быстрого бега под ногами захлюпала влага, появились грязные лужи, а вонь коснулась носа оборотней, и их чуть не вывернуло наизнанку.

Мерзкий, отвратительный запах сырости, гнили и мертвечины, соединяющийся с терпким, тяжелым ароматом каких-то цветов.

— Ох, оборотень, куда ты нас завел? – мысленно спросила Майя. – Здесь и дышать-то нечем.

— Ничего, терпеть можно. Это лучше, чем сгореть в драконьем пламени.

Еще пять минут спустя показались и болота – километры затянутой мхом и травами жижи, перемежающейся участками полупрозрачной воды. Ферран присмотрелся – кажется, вон там, ближе к правому берегу, была тропа. Не то чтобы тропа, так, настил из водных растений, чавкающий, качающийся мост, ходить по которому надо с осторожностью. Ступишь не туда – и привет, дно болота.

— Иди за мной и ни шагу в сторону, – предупредил он волчицу. – Нарвешься на трясину – и сила оборотня не поможет.

— Думаешь, я не знаю, Фер? Не первое болото в моей жизни.

Но вперед рваться она не стала, благоразумно уступив ему дорогу.

В сердце Зловонных болот Ферран разглядел островок. В прошлый раз он уже был там и помнил, что клочок земли вполне надёжный и выдерживает большой вес. Отсидимся там, думал оборотень, шагая по шаткому сплетению стеблей.

Вонь, беспокоившая оборотней, еще усилилась, когда они добрались до островка. Дневная жара плавно перетекла в ночную, было душно, и в довершение ко всему у Феррана кружилась и болела голова. Утомление или запах были тому причиной, он не знал, но чувствовал, что долго не выдержит.

— Ты как, Майя? Все в порядке? – озабоченно спросил он.

— Лучше не бывает, оборотень! Особенно если вспомнить, что лес горит.

Островок занимал пару метров в длину и пару-тройку метров в ширину. Сухой клочок земли, взятый в кольцо болотной, мутной воды. Кое-где мох на поверхности болота расходился, образуя просветы-окошки, в которых временами надувались пузыри и лопались с тихим хлопком.

— Ну и долго нам здесь сидеть? – поинтересовалась Майя. – Не самое лучшее место для передышки. Ты ведь понимаешь, что гореть может не одни сутки?

— Понимаю, конечно. У меня есть одно предположение. Посмотрим, что будет, когда огонь достигнет погибших деревьев. Или, может, пойдет дождь, тоже неплохой вариант.

— План просто отличный! – съязвила волчица. – А если твое предположение – полная чушь?

— Тогда пойдем через болота.

Ферран оглянулся кругом, присмотрелся к темнеющим на краю болот чахлым соснам и березкам. Не густо, но хватит для задумки.

— Сделаем гать, – решил он.

Волчица недоверчиво покосилась на него, но промолчала.

Ферран и сам не был уверен в успехе этой авнтюры, но как-то же надо в Нейтральные земли добираться. Других путей все равно нет.

Он всмотрелся в зарево над лесом: огонь переместился ближе, дошел до их стоянки и двинулся на север, к искореженным деревьям и пепельной земле. Что будет, когда он достигнет насыщенного древней магией участка земли? Полыхнет ли он еще сильнее или лес с легкостью поглотит и драконье пламя?

Краем глаза Ферран косился на болото: кто его знает, может, и здесь водятся волшебные твари. Но пока все было тихо, лишь сильнее кружилась и тяжелела голова.

Ферран обернулся к волчице – она тоже беспокойно принюхивалась, но держалась стойко, может, потому, что была настоящим оборотнем, а не полукровкой, как он.

А вот он страдал, одурманенный: в ушах шумело, окружающее казалось нереальным, зрение и слух притупились. Наверное, поэтому он не заметил широкие круги на воде, слева от островка.

— Ферран! Что это?

Оборотень глянул в сторону: мох прорезал острый треугольник, серебрившийся в свете луны. Протерев лапой слезящиеся глаза, он увидел и два темных отверстия в воде – чьи-то ноздри.

— Бежим назад! К берегу! – мысленно приказал он. – Ты первая!

Волчица прыгнула к настилу, оборотень приготовился прыгать следом, но не успел. С громким плеском из болотной слизи вынырнул монстр с плоской рыбьей головой, громадной челюстью с острыми кинжалами зубов и... руками. Ферран мельком отметил грозные шипы на спине и голове, красные глаза и тонкие корявые пальцы, оканчивающиеся длинными, загнутыми когтями. Он зачем-то пересчитал пальцы – их было по четыре на каждой руке.

Монстр протянул конечность, обхватил оборотня поперёк туловища и потащил к себе, разевая свою пасть. Ферран в облике зверя был совсем не маленьким, но болотный монстр был ещё больше и сильнее.

— Фер! – отчаянно крикнула Майя.

Оказывается, можно кричать не только вслух, но и про себя.

Рыборук поднес оборотня к пасти, прицелился, намереваясь оторвать от него кусок. Оборотень извивался в когтях, уворачиваясь от зубов, и лишь благодаря этому монстр промахнулся, вцепившись не в горло, а в плечо. Боль обожгла тело, рождая вместе с собой гнев. Спастись от охотника Райли, убежать от пожара, но умереть от болотного монстра – ну уж нет!

Свет, сопровождающий изменения Феррана, полыхнул в глаза твари, и та выпустила меняющегося в размерах оборотня, а приземлился он уже огромным зверем, лишь чуть уступающим в росте рыборуку.

— Майя, беги! Скорее! – едва успел подумать Ферран и прыгнул на монстра.

Когти коснулись туловища, царапнув по нему,но даже не проткнули кожу существа. Монстр махнул рукой и, словно ножом, срезал клок шерсти со спины оборотня. Он отошёл на пару шагов назад, выискивая слабое место рыборука, но тот казался защищенным со всех сторон. Разве что глаза или ноздри...

Он доставал рыборуку до подбородка, то есть до того места, где мощная челюсть переходила в морщинистое тело. Чем заканчивается туловище – ногами или хвостом – Ферран не видел – мешала ночь и мутная вода с болотными растениями на ней.

Ферран отскочил на край островка и, разбежавшись, взлетел как мог высоко, целясь монстру в глаз. И опять не достал: лапы задели ноздри, а рыборук оттолкнул оборотня, откинув к настилу, к Майе, которая все еще стояла там.

— Уходи отсюда! Сейчас же! – скомандовал он.

Она что-то ответила, но оборотень не разобрал – монстр летел через настил. Пролетая над волчицей, он задел ее когтями, пропоров ей бок, и шлепнулся в воду, взмахнув длинным и широким, как лопата, хвостом. Майя взвыла от боли, падая навзничь.

Проклятая тварь! Как она посмела тронуть его волчицу?! Пусть только вынырнет, а уж Ферран поквитается с рыборуком!

Ждать пришлось недолго. Монстр почти сразу высунул голову из воды, и оборотень сиганул на него сверху. Укололся шипами на спине, но не остановился и, вцепившись в кроваво-красный левый глаз, вырвал его. Хлынула кровь, рыборук взлетел в воздух, зажимая пустую глазницу, а Ферран скатился с монстра, погрузившись в темные воды Зловонных болот.

Оборотень с трудом вынырнул на поверхность. В голове звенело, вонь от монстра, болотной воды и цветов смешалась в невообразимую какофонию запахов, и перед тем, как провалиться в небытие, Ферран успел заметить расширенные от ужаса синие глаза и тень наверху, заслонившую небо.

***

Сознание возвращалось неохотно, медленно. Он лежал на спине, уже в облике человека. Сквозь сплетение ветвей над головой пробивалось солнце, лаская лицо. Голова болела и кружилась, но уже терпимо, и мысли обрели ясность.

— Майя! – прохрипел он чужим, непослушным голосом.

— Тсс! – сказала она, сжимая его руку. – Тебе еще нельзя говорить.

Он кивнул и прикрыл тяжелые веки – еще немного поспать. А проснулся от звука шагов рядом и треска пламени.

Подскочил, испуганный, готовый ко всему, но тут же успокоился – это был всего лишь костер. Рядом с костром сидела волчица, а вокруг бродил взад-вперед Амброс. Живой, невредимый, только усталый и слегка помятый.

— Я знал, что ты спасешься, – тихо сказал Ферран и откашлялся.

Голова больше не кружилась, и он снова был собой.

— Он не только сам спасся, но и нас обоих спас, – сообщила волчица. – Вынес в своих лапах из болот, по пути поджарив монстра.

— Спасибо, – поблагодарил Ферран.

— И Майю благодари, – улыбнулся Амброс, – она откусила руку этому...

— Рыборуку, – подсказал оборотень. – Спасибо, Майя. Я и не знал, что ты такая отчаянная. Рана затянулась?

— Да. Она была неглубокой.

— А щека? Я совсем забыл про нее вчера в суматохе.

— Да в порядке я, всё нормально. Подумаешь, серебряный клинок.

Майя опустила глаза, и Ферран понял: что-то не так.

Он подошел к ней, поднял за подбородок и внимательно оглядел ее лицо. Края пореза припухли, под кожей проступил гной.

— Плохо, – отрывисто бросил оборотень, – очень плохо.

Райли Длинный клинок, чтоб его! Надеюсь, он сдох в драконьем пламени. Кстати, о пламени.

— Амброс, что там с пожаром? И где мы сейчас?

— Огонь впитал участок леса с кривыми деревьями. Дошел до пепельной земли – и как отрезало! Я сам не знал, что так будет. Думал, спалил весь Кривой лес к хвосту собачьему.

— Не ругайся, Амброс, – привычно напомнил Ферран.

Он всегда был немножко нянькой для друга.

— Ты и похлеще иногда бранишься, тебе можно, что ли?

— Я старше тебя на 5 лет, имею право. А ты слишком молод, чтобы выражаться. И, Амброс, ты не ответил, где мы. В Нейтральных землях?

— Да, – ответила за дракона Майя. – Если мы ничего не перепутали.

Ферран огляделся вокруг: в нескольких метрах сзади него виднелась опушка леса, а вдали угадывались очертания Зловонных болот. Впереди же был коридор из сплетенных ветвей, ведущий в неизвестность. Да, именно так ему описывали это место. Так он и сказал своим спутникам, но что делать дальше и куда идти, он понятия не имел.

Ладно, пока отдохнём, а там будет видно.

— Вы спали хоть немного? Я-то, наверное, выспался, – усмехнулся он.

— Можно и так сказать, – уклончиво ответил дракон. – Ждали, когда ты очнешься, сторожили по очереди.

— Тогда давайте побудем здесь до завтра. Поохотимся, осмотримся. Место вроде безопасное.

Он еще подумал и добавил:

— Вообще-то я бы отправил тебя домой, Амброс. Я правда тебе благодарен за помощь, и без тебя я бы утонул, наверное, а Майя...

Он замолчал, представив волчицу в пасти рыборука. Она могла умереть, если бы не Амброс.

— И все-таки тебе нужно домой. Мама Мэрит, должно быть, волнуется.

— Ничего, она поймет, когда узнает, кого я спас. И, кстати, не забывай, за вами все еще гонятся. Тот красавчик, про которого ты спрашивал, – его не было среди тех, кого я поджег. Их я уже видел, они были обычными охотниками, туповатыми, на мой взгляд. Так что я остаюсь.

— Дракон прав, Ферран, – подала голос Майя. – Он нам нужен.

— Он ведь еще ребенок. Подросток, если точнее. Но все равно мозгов у него...

— Этот ребенок, – прервала волчица, – вытащил тебя из вонючего болота на свой страх и риск, а ты прогоняешь его прочь. Если Райли жив, мы не справимся одни. Нам понадобится помощь, Фер.

— Ты не понимаешь, Майя. Он мой брат.

Амброс глянул на парочку и, что-то решив для себя, скрылся в кустах.

— Пойду проветрюсь, – крикнул он.

— Оставил нас одних, – криво улыбнувшись, бросила Майя.

Черная коса все лезла вперед, а она снова и снова откидывала ее на спину.

— Я вижу, как ты его любишь, Фер. Я понимаю, почему ты хочешь, чтобы он ушел. Но он уже вырос, хотя иногда ведет себя как мальчишка.

Она дружески сжала его плечо, желая подбодрить, и эта невинная ласка вызвала в нем целую бурю эмоций. Радость, желание, интерес и облегчение от того, что встреча с монстром закончилась хорошо.

— Я рад, что ты жива, Майя, и рад, что выжил я, – тихо произнес он.

А потом наклонился, повинуясь внезапному порыву, и поцеловал ее упрямо сжатые губы.

Она ответила, изучающе, медленно, словно впереди была тысяча лет, чтобы познать его. Ферран целовался не впервые, но впервые поцелуй значил так много.

Где-то каркнула ворона, Ферран вздрогнул, оторвавшись от увлекательного занятия. Вороны каркают не к добру, хоть бы ничего плохого больше не случилось.

Сильно зачесалась шея сзади, Ферран потянулся к зудевшему месту, и пальцы вдруг нащупали выпуклый узор.

— Майя, ты не могла бы посмотреть, что там такое?

Ей понадобилось пару секунд, чтобы вынести вердикт:

— Ничего страшного. Всего лишь метка.

— Метка?

— Ну да. Метка истинности. Такая же, как у меня.