Оборотень из Кривого леса

Глава 4

Майя с интересом разглядывала гигантского ящера, занявшего своим телом почти всю поляну. До этого она никогда не видела драконов вблизи – они не часто покидали Кеример, чтобы явить себя миру.

Этот монстр выглядел внушительно и грозно, а желтые глаза казались двумя зажженными фонарями. Конечно, Майя его не боялась, но опасаться такого, безусловно, стоило. И оборотень должен был это понимать.

Но он спокойно наблюдал за драконом, пока тот выпускал огонь из плотоядно ухмыляющейся пасти. Пламя подожгло траву под ногами волчицы, и она от неожиданности отпрыгнула в сторону, впрочем, сразу опомнилась, сбивая пламя ногами.

— Ты совсем рехнулся, оборотень? Хочешь, чтобы он и тебя подпалил? – недовольно буркнула она.

— Остынь, Майя, это не враг, а друг. А тебе, Амброс, я сколько раз твердил: оставь свои глупые шутки при себе. К тому же ты повторяешься.

Дракон фыркнул, выстрелив горячим воздухом из ноздрей, и обернулся человеком.

Майя с удивлением смотрела на белобрысого подростка лет 14, правда, высокого для своих лет и мускулистого. А самое удивительное – глаза его поменяли цвет: из желтых огней превратились в два серых дождливых облака.

— Привет, Ферран! Про шутки я помню, но она-то их еще не видела. Ей же понравилось, да? Как ее зовут, кстати, и откуда она взялась?

— Ее зовут Майя, и ей не понравилось, – авторитетно заявила волчица. – Это твой друг из Керимера, оборотень?

— Он не просто друг, он мой брат. Мы воспитывались в одной семье. Семья Амброса усыновила меня когда-то.

— Дракон и драконица усыновили оборотня. Интересно!

— Мама не дракон, – огорошил Майю подросток, – а человек. А еще у нас сестра – наполовину ундина, тоже приемная, как ты понимаешь.

— Вот это я понимаю наборчик! – присвистнула волчица. – Ундина, оборотень, дракон и человек.

— Как уж получилось. Ферран, вообще-то я летел позвать тебя на мамин день рождения, но увидел толпу у опушки Кривого леса. Почти все охотники, с ружьями, кинжалами и даже собаками. Это по твою или по ее душу?

Ферран выразительно посмотрел на Майю, потом снова на дракона.

— Это по нам обоим. Кстати, ты не видел в лесу охотника в кожаной куртке, красавчика с холодными злобными глазами?

— Неа, – покачал головой Ферран. – А чего мы тут стоим, вы же убегаете? Так бежим вместе! Куда, кстати?

— Ты – никуда, – строго сказал оборотень, – а вот мы – в Нейтральные земли.

— В Нейтральные так в Нейтральные, – заявил юный дракон и проворно зашагал на север. – Нам же в ту сторону, правильно?

— Амброс! Ты, конечно, подрос с нашего знакомства, но все-таки еще не настолько взрослый, чтобы по лесам с оборотнями мотаться. Шел бы ты домой, а?

Ферран грозно хмурился, но видно было, что мальчишку он любит и жалеет.

Амброс не отреагировал, лишь пошел быстрее.

— Ну вы чего там? Будете стоять, охотники вас голыми руками возьмут.

Ферран укоризненно покачал головой и двинулся следом за драконом. Майя последовала их примеру.

Следующие несколько часов они шли по лесу молча. Ферран обогнал Амброса и шел впереди, прислушиваясь и принюхиваясь. Майя замыкала цепь, стараясь ступать след в след.

Молодой дракон беспечно крутил головой по сторонам и, хотя языком зря не трепал, чувствовалось, что ему как-то слишком весело. Может, из-за возраста, вот только Майя в его годы такой жизнерадостной не была. Вовсе не весело, когда ты вынуждена постоянно скрываться и жить в страхе. Глупый он, этот дракон. Все для него приключения, все для него легко. Смотрит на поверхность воды, а того, что в глубине, не видит.

Солнце приближалось к полудню, когда Ферран объявил привал. Вообще-то никто еще не устал, но оборотень объяснил, что хочет разведать обстановку, поменяв облик.

— Давай я сбегаю, – предложила Майя. – Твой зверь крупнее, его легче заметить.

— А твоя волчица выделяется цветом шерсти, – справедливо отметил Ферран. – Ты как белая клякса на грифельной доске.

— Клякса, тоже мне! – фыркнула оборотница, но не настаивала.

Зато дракон предложил взлететь над лесом и посмотреть сверху.

— Ага, и распугаешь нам всех охотников! – отказался Ферран. – Нет, лучше я сам.

Он перекинулся и скрылся в густой траве. Майя и Амброс остались ждать, сидя на поваленной бурей сосне.

Дракон зыркал глазами направо и налево, ерзая на одном месте, а руки теребили пуговицу у ворота рубашки. Нетерпеливый и неусидчивый к тому же, с неудовольствием подумала девушка.

— Откуда ты знаешь Феррана, Майя? Он не говорил, что у него есть подружка.

— Я и не подружка, – спокойно сказала волчица. – Я его истинная.

Рука с пуговицей замерла, а потом начала крутить пуговицу еще энергичнее.

— Истинная, говоришь? – хмыкнул он, не глядя на Майю. – И когда вы это поняли?

— Оборотень еще не понял, вернее, не поверил. А я знаю, просто знаю. Я его загадала в День длинного солнца какому-то духу.

Дракон все же взглянул на нее – зрачок несколько раз поменял форму с круглой на щелевидную и обратно. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но Майя приложила палец к губам, призывая к тишине.

Теперь, кажется, и он услышал мягкую, обволакивающую поступь и легкий хруст веток, когда на них наступали.

Волчица подобрала с земли палку поувесистее и встала на изготовку: согнутые руки с орудием за головой, одна нога впереди, другая сзади.

Через несколько томительных минут кусты расступились, и из них появился Ферран, уже в облике человека.

Он оценивающе скользнул по волчице взглядом.

— Неужели ты не отличаешь мои шаги от шагов чужака? Если уж ты истинная.

Майя опустила палку, пиннула носком сапога сосновую шишку.

— Слышал, значит? Ну ты ведь не веришь, что я – твоя истинная. И, честно говоря, мне самой не верится, что дух обещал мне тебя. Очень уж ты... своеобразный, Фер.

Дракон, до этого старательно делавший вид, что его здесь нет и стоявший к ним спиной, закашлялся, подавившись слюной.

— Как ты его назвала? Фер?

— Ну да. Он не против, правда, оборотень?

— Да... Дела... – протянул дракон и лукаво подмигнул Майе. – Наверное, ты его правда зацепила, раз он разрешил коверкать свое имя.

Ферран недовольно нахмурился, сведя брови к переносице, и хлопнул Амброса по плечу.

— Хватит болтать, нужно идти дальше. Погони за нами пока нет, но животные беспокоятся. Что-то происходит. Привал сделаем после заката, на границе с магическим лесом.

Майе очень хотелось спросить, что там за лес такой, но она видела, что расспросы оборотню не понравятся. Поэтому просто перекинула косу за спину – она все время норовила упасть на грудь – и отправилась вдогонку. Дракон на этот раз не стал обгонять Майю, а пошел сзади, прикрывая спину.

И вновь они шли, пока ночь не опустилась на землю, а впереди показался впитавший магию лес. Пропустить его было невозможно: граница выделялась четко и ясно. Густая чаща обрывалась внезапно, а далее простиралась черная, безжизненная земля с искривленными стволами деревьев на ней. Ни травы, ни кустов, ни тропинок.

Конечно, Майя слышала о Войне магов и о том, что лес принял на себя основной удар, но никогда не видела это место. И вот она стоит здесь и озадаченно смотрит на черную, слишком темную даже с учетом времени суток, землю.

— Что это? – спросила она, обращаясь к Феррану.

И присела на корточки, щупая ладонью непонятный покров.

— Прах и пепел. Маги, участвовавшие в войне, навсегда остались здесь.

Майя отдернула руку, вздрогнув от отвращения. Черный магический пепел не уносил даже ветер, он так и остался лежать здесь с тех времен.

Деревья здесь тоже были не такие, как в остальной части леса. Искривленные стволы то изгибались у самого основания, то росли прямо, а ближе к вершине отклонялись в сторону. Причудливое нагромождение древесных скульптур, словно творение какого-то сумасшедшего художника. Даже смотреть на них было жутко, а уж тем более идти рядом с ними.

— Мы пересечем эту часть Кривого леса днем, – успокоил волчицу Ферран. – А пока устроимся здесь.

Ферран показал на высокую и раскидистую ель толщиной в три обхвата. Места под ней хватило бы, чтобы спрятаться небольшому отряду, а их было всего трое.

Оборотень отправился к роднику неподалеку за водой, а Майя и Амброс собрали сушняк для костра, и дракон запалил его своим огненным дыханием.

— Наверное, удобно вот так – раз, и поджег что угодно, – полушутя, полусерьезно заметила Майя. – Например, своих врагов.

— Удобно, – согласился Амброс. – Врагов как-то не доводилось жечь. А вот отец и в войнах участвовал в молодости, а однажды поджег одно кошмарное здание в Ахмадоре.

Амброс посерьезнел, словно вспомнил что-то неприятное.

Вернулся Ферран, подвесил котелок над огнем и только тогда тихо сказал:

— Приют. Его отец спалил приют монстров.

После короткой паузы обратился к дракону:

— Ты знаешь, Амброс, что наше с тобой сиротское пристанище восстановили?

Брови подростка взлетели до корней волос, а глаза сверкнули желтым пламенем.

— Значит, не знал, – спокойно заключил оборотень. – Я вот тоже не знал, пока с Майей не повстречался.

Он говорил, а руки проворно срывали стебли душицы и двулистника. Ей вдруг нестерпимо захотелось потрогать ороговевшие мозоли на его больших широких ладонях.

Ферран встретился с ней взглядом, и левая сторона его рта чуть растянулась в улыбке. Заметил, что она пялится? Ну ладно хоть не сказал ничего.

Загадать-то его Майя загадала, но совсем не понимала, почему именно он – ее истинный.

Она глянула в сторону дракона – тот сидел у костра, подкидывая ветки в пламя.

— Ты, значит, тоже из приюта монстров? – уточнил он. – Но ты старше меня.

— А сколько тебе, как там тебя... Амброс, что ли?

— Пятнадцать исполнилось, – гордо вскинул голову дракон.

— Ну мне на три годика побольше. Посчитай сам, если умеешь.

— Ферран, а она у тебя язва, – заметил мальчик. – Как хоть целуется-то? Хорошо или так себе?

Майя схватила нахального дракона за левую руку, заломив ее за спину. Тот стиснул зубы, но не произнёс ни звука. Ну конечно, драконы же крепкие, заразы!

— Еще раз обо мне такое ляпнешь – пожалеешь, что на свет родился! – пообещала Майя.

— Отпусти его, – Ферран подошел сзади и положил ладони ей на плечи. – Мальчик просто не умеет себя вести с девушками. Забыл материнские уроки.

Волчица резко отпустила кисть, и дракон, потирая плечо, отошёл на безопасное расстояние.

— Ох и хватка у тебя, Майя! Не слабее, чем у Феррана.

— Она же оборотница. И впредь веди себя как нормальный дракон, Амброс. Не заставляй меня краснеть.

— Есть, старший братик, – весело отрапортовал дракон. – Как прикажешь. Вы пока тут попейте чаю, помилуйтесь, а я на разведку. Мои драконьи уши что-то слышат.

Он неожиданно грациозно скользнул в подлесок, а Майя подсела к костру на его место. Ферран подцепил лопухом котелок, налил чай в единственную кружку и протянул девушке.

— Поговорим, волчица? Что на самом деле заставляет их всех искать тебя?

— А что? Просто денег за голову монстра, по-твоему, недостаточно?

Ферран поймал ее взгляд своими зелеными, большими глазами. Яркими, словно травы летнего луга, и манящими, как лесная чаща.

— Белая волчица. Редкий исчезающий вид. Это ведь твои слова?

— Мои, – не стала отпираться Майя. – Ну и что?

— Да ничего. Только Райли Длинный клинок вряд ли интересуется обыкновенной оборотницей, пусть даже и за 1000 золотых. Расскажешь, пока Амброс не вернулся?

— Ладно, так и быть. Расскажу.

Майя подула на чай, сделала несколько глотков, жмурясь от наслаждения.

— Шкура.

— Что? – не понял Ферран.

— Шкура белой волчицы. Прекрасное средство от всех болезней. Говорят, она даже с неизлечимыми болезнями справляется. Кто бы ни нанял Райли, он, несомненно, болен и в полном отчаянии.

Оборотень задумчиво потер кончик носа.

— И поэтому он не убил тебя в человеческом облике. Потому что нужно нанести смертельную рану волчице, а не девушке.

Он не спрашивал, он утверждал.

— Серебряным кинжалом. В сердце. И снять шкуру сразу же, пока тело не остыло.

Голос Майи, обычно звонкий и чуть насмешливый, на этих словах потух, стал глухим и невыразительным. Ее руки, держащие кружку, задрожали, и Ферран обхватил ее ладони своими, горячими и чуть шершавыми на ощупь.

Какой-то посторонний звук ворвался в сознание волчицы на грани слышимости. Хлопки, или нет, удары, и низкое утробное рычание. Она подняла голову, прислушиваясь. Ферран кивнул, показывая, что тоже слышит.

— Бежим! – выкрикнула она и сорвалась с места, оттолкнув оборотня.

Кружка выпала из ее руки, заливая чаем костер.

Но она пробежала лишь несколько метров, когда увидела зарево вдали и услышала треск пламени и гул.

С той стороны, куда ушел Амброс, приближалась стена пламени, съедая пространство перед собой. Пахло гарью, черный дым взвивался в небо в просветах между кронами деревьев. Майя слышала неясные крики людей и животных, попавших внутрь всепожирающего огня.

— Да что с этим драконом не так? Мы же тут все сгорим!

— Бежим к Зловонным болотам, там отсидимся.

Ферран первым сделал оборот, за ним Майя, и они понеслись что было духу прочь от надвигавшегося пламени, прочь от вони паленой шерсти и горелого мяса к спасительной воде.