Не стоит флиртовать с драконом

Глава 14 ДЖАСПЕР

Я расхаживал по кухне минут двадцать, прежде чем наконец признаться себе, что совершенно не представляю, что делать.

Потом позвонил брату.

Наверное, ему надоело давать мне советы, но что еще он мог сделать?

Август ответил на втором гудке.

— Связь скреплена?

— Да. — я закрыл глаза.

У меня перехватило горло.

Я все еще ощущал вкус Миранды на своем языке. Чувствовал, как она обхватывает мой член. Чувствовал ее наслаждение…

— Тогда поздравляю, — голос Августа звучал нейтрально. Наверное, он гадал, почему я позвонил, а не написал.

— Элоди сразу понравилось летать? — спросил я, не в силах больше притворяться. Впрочем, я и не притворялся долго. И не очень хорошо.

На мгновение воцарилась тишина.

Прежде чем ответить, я услышал приглушенный голос Элоди на другом конце провода.

— Первые несколько минут было тяжело, но к тому времени, как мы начали планировать, она освоилась. Теперь ей это нравится так же, как и мне. А что?

Я не сразу ответил.

Не мог выговорить эти чертовы слова.

Я стиснул зубы и напрягся всем телом.

Мне нужна была разрядка, но не в сексуальном плане.

Такое ощущение может дать только полет.

— Ранде не нравится летать? — спросила Элоди мгновение спустя. Должно быть, они включили громкую связь.

— Нет, — процедил я сквозь зубы.

Но в целом я ей не очень нравился.

Что было настоящим дерьмом, учитывая, что нам предстояло провести вместе остаток жизни.

— Она одумается, — сказала Элоди. Она звучала гораздо увереннее, чем я. — Ранда… ну, осторожна. Ви никогда не позволяет ей куда-либо водить машину, потому что она чертовски медленно ездит. Ранда никогда не торопится. Мы шутим, что если дать ей задание, она найдет самый неэффективный способ его выполнить, а потом отвлечется на полпути. Звучит грубо, но она сама так шутит с нами. Просто Ранда такая, и она это приняла. Она не любит торопиться, следует своему вдохновению, постепенно входит в процесс. При горячке все идет наперекосяк. Насколько я могу судить, она не включает телефон, так что, вероятно, избегает столкновения с реальностью. Уверена, она до смерти напугана.

От слов Элоди у меня сжалось сердце.

Моя самка не выглядит испуганной.

Может быть, ошеломленной?

Конечно.

После нашего разговора, когда она была в душе, я бы выбрал слово «яростная», но «ошеломленная» тоже подходило.

— Мне нужно взлететь, пока я не сошел с ума, — процедил я сквозь зубы.

— Что она сейчас делает?

— Не знаю. Она ушла в свой кабинет.

— Значит, рисует. Она иногда так делает, когда ей нужно отвлечься. — Элоди на мгновение замолчала. — Ранда привыкла, что Ви командует ею и берет на себя ответственность, когда возникают трудности или напряженная ситуация. Она привыкла к людям, которые, так сказать, срывают пластырь. На твоем месте я бы дала ей двадцать минут, чтобы спрятаться, а потом принесла перекус и прямо сказала, что тебе нужно. Не ходи вокруг да около. Если она в чем-то уверена, то будет с тобой спорить. Она и к этому привыкла.

Я уже сказал ей, что мне нужно летать, но, возможно, нужно добавить: «в самом ближайшем будущем».

А если бы я кормил ее чаще, то немного успокоился бы.

— Хорошо. Спасибо.

— Конечно. Попробуй потом дозвониться до нее, если получится. Ви сходит с ума с тех пор, как вы перестали выходить на связь.

Черт.

Я тоже заметил на своем телефоне пропущенные сообщения и звонки от нее. Она на меня зла, а Миранда хотела, чтобы я был на стороне ее семьи.

Я провел рукой по волосам, согласился и повесил трубку.

Несмотря на напряжение, с которым я не мог справиться, мне поручили решить несколько проблем. И с этими проблемами я мог справиться.

Я написала Виоле ответ.

Я:

Она ответила немедленно.

Ви:

Я глубоко вздохнул и посмотрел в конец коридора, на дверь, за которой скрылась моя пара. Миранда громко захлопнула ее за собой.

Ей хотелось побыть одной.

Но я все же должен показать ее сестре, что она жива. Это было разумно.

Я побрел по коридору и тихонько приоткрыл дверь. Ожидал, что Миранда швырнет в меня чем-нибудь или накричит, но она не сделала ни того, ни другого.

Она даже не подняла глаз от планшета, с которым сидела, свернувшись калачиком. Ее рука скользила по экрану цифровым карандашом с ловкостью, которой можно было научиться только со временем. Влажные волосы она заправила за спину, словно хотела, чтобы они не мешали.

Она была прекрасна.

Я снял трехсекундное видео и отправил его Ви, после чего вышел из комнаты и тихо закрыл дверь.

Ви:

Я:

На экране появились точки.

Через мгновение появился рецепт чего-то под названием Muddy Buddies[1]. При виде названия я нахмурился и просмотрел инструкцию. Она была довольно простой, и я был почти уверен, что все ингредиенты из списка найдутся среди тех продуктов, которые Бринн привезла вместе с мебелью две недели назад. Это было скорее лакомство, чем перекус, но, может быть, моя самка любит сладкое.

В общем, я приступил к работе.

Это оказалось проще, чем я думал. Через несколько минут, когда десерт остыл в морозилке, я переложил его в миску и отнес ей в библиотеку.

Она не подняла голову, когда я снова открыл дверь, поэтому я постучал в нее кулаком.

Миранда резко повернула ко мне голову, но взгляд ее оставался рассеянным.

— Я принес тебе перекус. — я поднял миску.

Она нахмурилась.

— Это не похоже на блины.

— Я попробовал кое-что новое.

После секундного колебания она кивнула.

Я вошел, пересек комнату и сел на один из стульев рядом с Мирандой. Между нами было слишком много пространства, но я ничего не сказал. Тем более что она оставила это пространство намеренно.

Миранда улыбнулась, когда я протянул ей миску.

— Muddy Buddies? Ты разговаривал с Ви?

Я кивнул.

Она отправила один в рот, и ее глаза загорелись.

— Они даже на вкус не похожи на блины.

Я усмехнулся, и она улыбнулась в ответ.

— Спасибо, Джас.

То, как она произнесла мое имя, немного меня успокоило.

Мне не хотелось видеть, как меркнет ее улыбка, когда я заговариваю о полетах, поэтому кивнул в сторону ее планшета.

— Что ты рисуешь?

Ее лицо вспыхнуло. Это было чертовски мило.

— Ничего.

— Твои щёчки не были бы такими розовыми, если там не было ничего особенного, милая.

Цвет её лица стал еще ярче.

— Ты никогда меня так не называешь.

Я наморщил лоб.

— Конечно, называю.

— Только когда мы вместе в постели.

— Мы уже две недели спим в одной постели.

— Да, но когда мы печём блинчики или принимаем душ, я всегда Миранда. Даже мама меня так не называет. Это так… чопорно. — она доела свой перекус, демонстративно отвернувшись от меня и пытаясь сменить тему. — Как там Ви?

— С ней все в порядке. Я не думал, что тебя так задевает, когда я называю тебя полным именем. Мне казалось, что Миранда тебе больше подходит.

— Можешь называть меня как хочешь, ладно?

Я наклонился вперед, уперев локти в бедра.

— У меня тоже нет опыта в отношениях. Ты говорила об этом раньше… что не знаешь, что делать. Я тоже. Я живу в горах, где нет женщин. Большую часть времени с Бринн я проводил по ночам и утрам, потому что именно я поддерживал порядок здесь, пока Август и Элай ее воспитывали. Я постоянно летал туда-сюда между Скейл-Ридж и горами, потому что другого выхода не было.

Я провел рукой по волосам.

— Это место развалилось бы еще двадцать лет назад, если бы не я. Я управляю ребятами, общаюсь с политиками и всегда рядом, когда нужен, но с отношениями у меня полный провал. Мне нужно, чтобы ты прямо сказала, чего ты хочешь и когда, потому что я, черт возьми, ничего не понимаю.

Она прикусила губу.

— Когда ты увлечен, то жестикулируешь. Это так сексуально.

Я хрипло рассмеялся.

— Неужели?

— На самом деле даже слишком сексуально. — она глубоко вздохнула и наконец протянула мне планшет. Я взял его и посмотрел на экран.

Мы оба долго молчали, пока я рассматривал изображение.

Там был я.

Я спал обнаженный, накинув одеяло на пах. Мои бедра и грудь были открыты, волосы растрепаны, но выражение лица выглядело спокойным, как никогда.

Наконец я поднял глаза и снова встретился с ней взглядом. Лицо Миранды снова раскраснелось, и мне это чертовски нравилось.

— Черт. Ты молодец.

— Спасибо.

Я вернул ей устройство, и она положила его на кофейный столик рядом со своим креслом.

— Значит, ты не хочешь, чтобы я называл тебя Мирандой.

Она слегка покачала головой.

— Ранда лучше. Или милая. Или детка. Мне нравятся все прозвища.

— Ладно, теперь мы на верном пути. Ты уже ненавидишь блины?

Она улыбнулась.

— На самом деле нет. Они мне надоели, но все равно нравятся. Думаю, после последних двух недель они у меня всегда будут ассоциироваться с по-настоящему хорошим сексом, так что, наверное, останутся моими любимыми.

— По-настоящему хорошим? Думаю, мы справились лучше.

Ее лицо стало пунцовым.

— Ладно, у меня они ассоциируются с умопомрачительным сексом.

— Может, с сексом, который потрясет весь мир? — протянул я.

— Это действительно изменило мою жизнь. — прядь волос соскользнула с ее плеча, и Миранда снова заправила ее за ухо. — Я не очень хорошо переношу перемены, — призналась она. — Мне нравится не торопиться. Я переехала в колледж с одним чемоданом, потому что не собиралась брать остальные три, пока не буду уверена, что хочу остаться. Ви спрятала их под своими вещами в багажнике, о чем я узнала уже после приезда. Если я знакомлюсь с парнем, обычно не отвечаю на его сообщения как минимум три-четыре дня. Не хочу, чтобы он подумал, что я заинтересована в серьезных отношениях, потому что это не так.

— И вот мы здесь, связанные на всю жизнь, — сказал я.

Она кивнула.

— Это… слишком. Все меняется. Мне не стоило срываться на тебя ранее, прости. Наверное, просто не справляюсь. Когда я делаю что-то медленно, у меня есть время все обдумать, но сейчас времени нет. Мы здесь и мы связаны, так что пути назад нет. И почему-то я расстраиваюсь из-за того, что ты на самом деле не хотел связывать нас узами пары, хотя я и сама этого не хотела. Просто прочла столько книг и статей в интернете, где это описывалось как нечто романтичное, и…

Я положил руку ей на колено, и Миранда замолчала.

— Для нас обоих это в новинку, — сказал я. — Но мы справимся вместе.

В ее глазах отразились эмоции.

Затем последовали слезы.

В моей груди начала зарождаться паника, но прежде чем она окрепла, Миранда вскочила со стула и обняла меня, усаживаясь ко мне на колени. Мои руки тоже обвились вокруг нее, медленно притягивая ближе.

— Спасибо, — прошептала она мне на ухо.

По моей коже побежали мурашки, когда ее губы коснулись моего горла. Мы неделями лежали в одной постели, но почему-то объятия казались мне такими же интимными, как секс. А может, даже более интимными.

— Я не хочу решать проблемы по мере их возникновения, — тихо добавила она. — Хочу разобраться со всем сейчас, пока не сошла с ума.

— Мы можем это сделать.

Она крепче обняла меня.

— Я не люблю летать.

— Знаю, что тебе не понравилось. Я летел слишком быстро, и мне за это стыдно. Я был не в себе. В следующий раз такого не повторится.

— Я думала, что умру, — сказала она мне в шею.

Я тихо усмехнулся.

— Наши жизни связаны, милая. Если ты умрешь, я тоже умру, а я не хочу покидать этот мир.

Миранда вздохнула.

— А ведь ты прав.

— Дай мне шанс доказать, что летать может быть весело. Если я не смогу тебя убедить, мы будем летать только тогда, когда нам нужно будет куда-то добраться.

Это меня немного расстроило бы, но я бы справился, если бы пришлось.

Но сначала я сделаю все возможное, чтобы доказать своей самке, что ей это может понравиться.

— Ладно, хорошо. Как насчет сегодня вечером?

— А как насчет сейчас?

Она вздохнула.

— Хорошо. Только после того, как я закончу есть.

Мои губы изогнулись в улыбке.

Я пытался ее понять.