Не драконьте короля! Книга 2

Глава 15

Вчера до библиотеки нам добраться не удалось. На осмотре галереи нас поймал его светлое высочество Ярат и провел личную экскурсию, всячески пытаясь затмить Элая. Младший принц на провокации не поддавался и всталял лишь свои ехидные комментарии. Малика и Элика, что гуляли с нами, не слышали их, в общем-то, они и были основными слушательницами. Но как бы мы с Элаем не пытались сбежать от наследника, нам этого не удавалось, оттого в комнату я вернулась недовольная и поздно, перекусив салатом, который добыла для меня Хмилья.

Поэтому проснулась более-менее сытой, но на завтрак все-таки пошла. Днем предстояла вылазка в город, а там неизвестно, удастся ли найти приличную ресторацию. Тем более отправлялись мы с Маликой вдвоем, беря с собой лишь Хмилью и двоих охранников, обязанных держаться от нас на расстоянии.

Элика инструктировала насчет нескольких мест, где можно найти красивые гласвиры – салон мадам Вистроу, мастерская мистера Орниксона, но посоветовала начать с ярмарки, ведь там можно полюбоваться заграничными товарами.

Карета с бриольским гербом выехала за пределы дворца и остановилась на площади – здесь проходила зимняя предновогодняя ярмарка. Отовсюду доносился смех, чувствовалось веселье, звучали зычные голоса торговцев. Также как и в Энибурге, здесь было расовое разнообразие: от гномов до эльфов. В палатках продавались товары со всех концов света, но меня особенно интересовала окружающая архитектура, поэтому я, стараясь сохранить внешние приличия, оглядывалась по сторонам, наслаждаясь и цветными витражами, и уютными балкончиками, на которых под тепловыми куполами росли цветы, и резными панелями с каменными карнизами, и высокими колоннами с идеальной лепниной. Фасады домов от светло-бежевого до темно-коричневого гармонировали друг с другом и окружающее смотрелось единой и цельной композицией, призванной усладить взгляды приезжих.

– Нам туда, ваше высочество… ваше светлое высочество, – исправилась Малика на авероский манер и указала ладонью на лавку с гласвирами.

Эта палатка стояла на окраине. Я бы не доверяла такому месторасположению, именно поэтому подходила с опасной. Малика тут же начала крутиться вокруг разных вееров, с интересом разглядывая каждый стеллаж – их здесь было много.

– Посмотрите, вот этот выглядит симпатичным, – сказала наследница герцога и потянулась за розоватым стеклянным веером.

Она задела рукавом одну из подставок, та пошатнулась и наклонилась вниз, упав на свою «соседку», которая держала еще один веер. Та – третью. Третья упала вниз, на выступающую вперед нижнюю полку, и задела четвертый веер. И так в порядке домино со всех стеллажей посыпались осколки – Малика только и успела отскочить в сторону, чтобы не пораниться.

В палатке повисла тишина, лишь гомон людей с улицы по-прежнему доносился. Хозяин лавки, невысокий коренастный мужчина в высокой меховой шапке и теплой шубе с длинными рукавами, нахмурился, огладил пышную бороду и направился к нам.

– Придется заплатить, юные леди, за каждый гласвир. По десять золотых за каждый.

Я быстренько подсчитала количество разбитых… двенадцать штук! Придется выложить очень кругленькую сумму. Слишком для гросвира. За десять золотых можно полностью витраж вставить в окно, причем у вполне приличного мастера. По крайней мере, в Бриоле.

Именно сейчас я пожалела, что мы ушли без Элики. Она наверняка ориентируется в местных ценах, я же понадеялась исключительно на себя. Очень неразумно с моей стороны, но теперь жалеть уже было поздно. Я оглянулась на Хмилью, которая и носила наши сбережения, чтобы слежанка отсчитала нужное количество монет.

– Ваша витрина плохо держалась, – неожиданно раздался голос от входа и внутрь палатки зашла молоденькая девушка, пряча руки в белую муфточку. – Я здесь часто прохожу и уже не первый раз вижу, как вы продаете таким способом бракованный товар. Именно у вас витрины не держатся должным образом. К тому же, цена за такой гласвир – максимум семь серебряных. Вы посмотрите на покореженный металл по окантовке и на качество стекла – оно мутное.

Я внимательнее присмотрелась к разбитым веерам и действительно отметила, что все так и было. Дотронулась до стеллажа – он стоял весьма шатко, одна ножка была короче другой. Я укоризненно посмотрела на торговца, но он смотрел лишь на молоденькую незнакомку.

– Что? – запыхтел продавец, даже щеки покраснели и казалось, сейчас повалит пар из ушей. – Да как вы смеете меня оскорблять? Я честный торговец!

Девушка и не думала тушеваться. Она улыбнулась: и были в этой улыбке и аристократизм, и усмешка. Девушка была красивая: пухлые губы, овал лица «сердечком» с узким подбородком и румяными щеками, пышные ресницы, обрамлящие большие карие глаза, и толстые каштановые косы, ниспадавшие на весьма внушительную грудь, размеры которой были очевидны даже под теплой дубленкой. Не сказать, что у меня тоже не было чем похвастать, но все же фигурой леди я восхитилась.

– Я лишь говорю то, что вижу: часто замечаю, как приезжие опрокидывают у вас витрины, а после вы продаете им разбитые гласвиры втридорога. Мы можем вызвать оценщика и заодно магполицию, чтобы разрешить этот спорю.

– Вызывайте, я не боюсь! – отозвался мужчина, хотя голос дрогнул.

– Прекрасно, – кивнула я и начала чертить символ вызова в воздухе, и тут на лицо мужчины легла тень.

– Стойте! – Он сглотнул. – Будет достаточно и пяти золотых. За всё.

– Двух, не больше, и то из щедрости, – фыркнула девушка. – И еще вон тот гласвир в подарок за моральный ущерб.

Мужчина хмурился и сомневался, но в итоге признал свою неправоту и кивнул. Я обернулась к Хмилье, и служанка сама отсчитала два золотых. Подаренный гласвир я отдала горничной – мне самой он был не нужен, как и пыхтящей Млике, явно недовольной таким раскладом. Из лавки торговца мы вышли не в самом хорошем расположении духа. Наша спасительница собиралась уйти, но я догнала её.

– Постойте! Как я могу вас отблагодарить?

– Отблагодарить? – удивилась она и улыбнулась. – Не стоит благодарностей. Это я должна просить у вас прощения за то, что вам пришлось столкнуться с такой несправедливостью на моей родине.

– Настолько заметно, что мы приезжие? – спросила я, и девушка кивнула.

– Откуда вы?

– Гости его величества, мы из Бриоля, – несколько напыщенно откликнулась Малика, но незнакомка не обратила внимания на её тон.

– Далеко отсюда. Особенная редкость зимой встретить гостей с Юга – вы предпочитаете путешествовать летом, наш климат для вас суров.

– У вас несколько холоднее, – подтвердила я.

– Извините за лишнее любопытство, но каково в Бриоле? Мне всегда были интересны другие королевства, но отец не отпускает меня, – девушка вздохнула. Послушание – участь хороших детей. Как жаль, что я для своего отца всегда была проблемной. – Говорят, наш младший принц сватался к строптивой Бриольской принцессе, но получил отказ. Быть может, правители решили всё переиграть, поэтому и отправили делегацию, как я понимаю, вы из неё? Говорят, что время в Бриоле наступило неспокойное.

Слухи расползлись дальше и быстрее, чем я рассчитывала. Это действительно плохо. Успею ли я что-то изменить?

– Слухи преувеличены, – с натянутой улыбкой отозвалась я. – Но не будем о политике. Мы ведь так и не представились друг другу.

– Вы правы, совершенно неучтиво с моей стороны, – кивнула девушка. – Мое имя Айрис Эйфери, дочь маркиза Деароша. Рада знакомству.

– Взаимно, – я сделала книксен. – Купава Даорг, принцесса Бриоля. – Айрис приоткрыла рот, но тут же его захлопнула, посмотрев на меня виновато. – А мою спутницу зовут Малика Церг, дочь герцога Фамира Церга.

– Надеюсь, вы не отличаетесь злопамятностью, – виновато произнесла девушка.

– Память у меня хорошая, – отозвалась я и улыбнулась. – Поэтому я буду помнить вашу доброту. Сегодня на площади случилась неприятная ситуация, которая наверняка оставила бы после себя осадок, если бы не ваше вмешательство.

– Пустяки! Я просто не могу оставаться в стороне, когда происходит несправедливость.

– В этом мы с вами похожи. Быть может, вы скажете свой домашний адрес? Я бы прислала к вам посыльного с цветами в качестве благодарности.

– Третий дом на Еловой улице, – улыбнулась девушка. – Кстати, если вы не против, то в качестве благодарности я бы приняла ваш визит к нам. Завтра матушка устраивает небольшой музыкальный вечер – ожидаются высокие гости. Я будет очень рада вашему присутствию. Познакомлю вас со своими друзьями.

– С удовольствием принимаю ваше приглашение, – я сделала книксен, и девушка склонилась более глубоко, как того требовал этикет. – До встречи.

Распрощавшись с Айрис, мы с Маликой переглянулись. Ярмарка нас больше не интересовала, и я планировала изменить маршрут и отправиться сначала в мастерскую Орниксона, а если там не найдем подходящие гласвиры, то в салон мадам Вистроу.

Мы обогнули площадь и вышли на улицу Роз – обо всем узнала Хмилья, расспросив горожан, и нам оставалось лишь следовать за проворной горничной. Вскоре мы подошли к мастерской, занимавшей два этажа, с необычной лепниной в форме шестеренок и такими же ставнями. В парадных двухстворчатых дверях постоянно толпились посетители, то пропуская входящих, то выходящих. Нам невольно пришлось встать в эту небольшую очередь, чтобы спустя минуту оказаться в мире артефакторного волшебства.

Огромный двухэтажный холл встретил нас желтоватым светом и обилием летающих магических артефактов. Прямо по центру стоял прилавок, за которым трудились три миловидные девушки в коричневых стилизованных под местный антураж платьев, и обслуживали покупателей, упаковывая приобретенные товары в коробочки. По обе стороны от входа на второй этаж вели деревянные лестницы с резными перилами. Заинтересовавшихся товарами консультировали молодые люди – на вид не старше студентов, а наверху я заметила мужчину лет пятидесяти с часами в руках – он разговаривал с какой-то пожилой дамой. Видимо, это и был сам мистер Орниксон, создатель артефактов.

– Говорят, артефакты он уже давно не создает, – раздался шепот слева – две женщины обсуждали мастера, смотря снизу вверх, – у них есть целый штат молодых и неопытных артефакторов, поэтому даже не знаю, чему доверять – прославленному имени или все-таки своему здравому смыслу? Мало ли, что там его работники намагичат…

Как по мне, каждый предметы на полках был произведением искусства. Я видела много разных прекрасных артефактов, и мне было с чем сравнивать, поэтому я искренне наслаждалась, прохаживаясь мимо полок. И в отдел с гласвирами мы тоже зашли, Малика даже приобрела себе один – из розового стекла, которое немного увеличило глаза смотрящего, если закрыть гласвиром лицо. Но мне ни один не приглянулся, именно поэтому, после того как Малике упаковали товар, мы отправились на выход. Но уже перед тем как покинуть помещение, меня предчувствие повело в сторону.

Я завернула за один из стеллажей и прошла до самого конца. Здесь были представлены предметы старины, не принадлежащие руке мастера Орниксона или одному из его сотрудников – антикварный уголок, такие были во многих лавочках артефакторов. Подобные вещи артефакторы скупали ради деталей или изучения механизма и вот, если механизмы были изучены и при этом артефакт оставался целым, выставляли заново на продажу. Стоимость при этом варьировалась в зависимости от старины и назначения артефакта, а еще – заряда. Некоторые артефакты были неперезаряжаемыми, например, как кольцо моей мамы, спасшее меня на озере.

Я протянула руку и начала перебирать артефакты, пока не зацепилась за один. Быстро пробежавшись взглядом по табличке перед ним, прочитала:

«Целебный медальон. Возраст – более двух тысяч лет. Ныне непригоден».

Целебный и непригоден? Я нахмурилась и пригляделась к медальону, раскрыв его – механизм поддался легко, видимо, о медальоне все-таки заботились, и на внутренней стороне я увидела символ, от которого по телу пошли мурашки.

Это знак дракона.

Это артефакт из той эпохи, когда он действительно помогал сильнейшим существам, которые (по общедоступной информации) ушли из этого мира. Потому и артефакт для других непригоден – скорее всего, я так думаю. Но даже если он был бесполезен, его все еще можно подарить Максимилиану – возможно, он его узнает, ведь артефакт древний и наверняка пополнит его коллекцию.

Или это глупости? Я засомневалась. Не привыкла дарить подарки. До этого как-то не приходилось – только младшему брату или в качестве возвращения услуги, и то редкость. А тут еще и постороннему мужчине…

Ладно, не постороннему, а все еще неоглашенному жениху, с которым мы так и неудосужились расторгнуть помолвку. Так, может, это мой прощальный подарок? Почему-то очень хотелось сделать что-то для Максимилиана, хоть как-то отблагодарить его за бесконечную доброту – он ведь не раз меня спасал. В портальной арке и при похищении контрабандистом. А еще он рассказал нам о магии уходящего времени. И в самую мою первую отработку в академии пришел на помощь, пусть и преследовал свои цели. Он всегда был рядом в трудную минуту, поэтому честно будет оставить что-то ему в напоминание о неугомонной бриольской принцессе.

Вздохнула и сжала в руках медальон. Но не воспримет ли он это превратно? Не подумает ли, что теперь я собираюсь бегать влюбленной дурочкой за его величеством? Между нами слишком много недопонимания, слишком много накопленных обид. Его обижало моё упрямство, меня – его отношение к женщинам в целом и ко мне в частности.

Я грустно улыбнулась. В любом случае, нас разделяют не только наши недомолвки, а куда более значимая вещь – чувства. Ведь с моей стороны они есть, а со стороны Максимилиана – нет. Он готов подарить мне защиту, а не любовь. Вот и я подарю ему защиту… если этот артефакт окажется все-таки действенным, естественно. Целительские свойства тоже ведь в какой-то мере защита, правда?

Еще немного поразмыслив, я все-таки отправилась к прилавку. Цена в две сотни золотых меня не смутила – я понимала, что настолько древняя вещь, пусть даже «в нерабочем» состоянии не могла стоить дешево, поэтому оплатила и попросила упаковать. И вот так мы вышли с Маликой, направившись в салон мадам Вистроу.

Здесь у входа толпились исключительно женщины. Кто помоложе, кто постарше, но все – элегантно одетые и отчего-то очень недовольные. Внутри царила не менее ожесточенная атмосфера и полный хаос – помощницы бегали с ворохами вещей и горами коробок туда-сюда, едва не сбивая посетительниц с ног. Светло-бежевые тона салона гармонировали с персиковыми, создавая уютную и нежную атмосферу, призванную побуждать девушек к миру и созиданию, но…

– Эта моя! – женский крик огласил одну из модных зон – здесь продавались шляпки.

– Тебе она не подходит! – сочился ехидством голос оппонентки, что так же вцепилась в шляпку, как и первая. – Нос длинноват, а эта шляпка будет его увеличивать.

– А у тебя в ней уши будут торчать! О тебе же забочусь! Отдай! Моя!

– Зато мне хотя бы к глазам подходит, – не оскорбилась девушка. – Будет делать мои голубые глаза васильковыми, а вот твоим ничего не поможет…

– Конечно, тебе ведь очень нужно противопоставить что-то таким ушам, – хмыкнула первая и, резко отпустив шляпку, дезориентировала соперницу.

Та плюхнулась на пол от неожиданности и первая просто выхватила шляпку из её ослабевших пальцев. Отряхнула и направилась к прилавку оплачивать. Я с приоткрытым ртом наблюдала за этим и порадовалась, что все-таки мне шили наряды на дому. Я бы и гласвиры могла запросить во дворец, но мне самой хотелось прогуляться и осмотреть Альторию.

– Идемте, ваше высочество, пока нас не заразила эта лихорадка, к тому стеллажу, – весело прокомментировала Малика и подхватила меня под руку.

Это единственный случай за всю историю нашего знакомства, когда я была полностью солидарна с герцогской дочкой. Но, к моему величайшему сожалению, лихорадка все-таки меня захватила…

Я проходила мимо отдела с нижним бельем. Честное слово, я старалась держаться от него подальше, и ни за что, ни за какие коврижки туда не заходить! Но глаз случайно зацепился за розовый комплект, затем за кремовый, а оттуда мой взор упал на потрясающее кружевное волшебство лавандового цвета и всё… всё дальнейшее как в тумане. Вот я уже прохожу в центр отдела и становлюсь возле манекена.

Легкое бюстье из тончайшего кружева обнимает фигуру, подчеркивая плавные линии и создавая утонченное мерцание благодаря едва заметному вплетению серебряной нити. Полупрозрачный, на теле девушки он едва бы скрывал грудь – наоборот, привлекал к ней внимание, заставляя мужчин сходить с ума.

Маленькие кружевные панталончики были верхом бесстыдства, и я бы прямо сейчас отвернулась от них, но отчего-то не могла, лишь продолжала завороженно смотреть на всю композицию, которую дополняли пояс, изящно формирующий эффектный силуэт, добавляющий нотку игривости и расставляющий акценты, и чулки, делающие ноги обладательницы еще более соблазнительными. Весь комплект на манекене идеален для особого случая, когда хочется чувствовать себя непревзойденной и особенно уверенной… например, в первую брачную ночь.

Надеть такой можно только для мужа. Это не повседневный наряд, именно поэтому окружающие леди стыдливо отводили взоры, словно даже мечтать о том, чтобы предстать в нем перед мужчиной, – было запретно.

– Беру, – выдохнула я и поняла, что мой голос звучал в унисон с еще одним.

Я отклонилась в сторону, чтобы увидеть ту, которой тоже приглянулся этот откровенный наряд. Краем глаза заметила, что к нам уже спешила полноватая, но при этом энергичная и роскошная женщина в модном платье, однако сейчас мой взгляд был сосредоточен на сопернице и…

– Вы?! – изумленно воскликнули мы вновь в унисон.

Это была та самая девушка с площади. Она густо покраснела.

– Неожиданно, – сказала я и попыталась растянуть приветливую улыбку на лице.

Просто эта, с позволения сказать, одежда несколько выбила меня из колеи, ведь я не только восхищалась ею, я отчетливо представляла себя в ней и перед одним конкретным мужчиной.

Интересно, а ему бы понравилось? Что бы он подумал, увидев меня в этом? Щеки вспыхнули от фантазии, и я стыдливо опустила взгляд. Что я делаю? Зачем мучаю себя?

– Это точно, – кивнула девушка и отступила. – Не смею вставать у вас на пути.

Возможно, она выбирает эта нижнее белье под свадебный наряд, и я несколько омрачу ей настроение перед важным событием. Я ведь ничего о ней не знаю. А я… возможно, никогда этот комплект и не использую. Ведь думаю о том, с кем мне быть не суждено.

– Нет, что вы, – покачала я головой. – Он ваш. Я поищу себе другой.

Хотя в этом нет никакой необходимости, но бабулечка бы точно это выбор одобрила.

– Дорогие леди, – улыбнулась женщина в модном наряде, которую я и видела краем зрения, – уважаемая леди Эйфери, не волнуйтесь: я изготовила два таких комплекта: один в лавандовом цвете, а второй – цвета слоновой кости. Вам останется лишь рассудить между собой, какой кому достанется.

Мы переглянулись.

– Выбирайте, Айрис, – обратилась к ней я.

– Сначала вы. А я возьму оставшийся. Не могу позволить себе такое, – прошептала она, – вы ведь принцесса. Вам априори должно все доставаться первой.

– Считайте это моей блажью уступить вам или, если хотите, то благодарностью за сегодняшнюю помощь. Тогда мы будем квиты.

– Но в этом случае вы ведь все равно подарите ваше присутствие на завтрашнем приеме? – лукаво спросила девушка, и я с улыбкой кивнула.

– Разумеется! Буду счастлива.

– Тогда, с вашего позволения, я возьму лавандовый, – улыбнулась девушка.

– А мне цвета слоновой кости, – откликнулась я.

– Чудесно! Тогда ваши заказы будут ждать вас на прилавке. Я лично все упакую, – с улыбкой отозвалась мадам Вистроу и подозвала помощницу, чтобы сменить вещи на манекене, а мы с Айрис остались вдвоем, немного отойдя в сторону.

– Вам нужен комплект для особого случая? – спросила я.

Щеки девушки вспыхнули.

– Матушка настаивала купить нечто особенное. Завтра у нас будет важный гость, – многозначительно произнесла она, и я сразу перевела это как «мы ожидаем потенциального жениха». – Матушка уверяет, что в откровенным белье, пусть даже недоступном взглядам других людей, женщина чувствует себя увереннее, раскованнее и привлекательнее. А мне бы завтра очень хотелось выглядеть такой.

– Вы уже видели своего жениха? – с широкой улыбкой спросила я. – И вам он понравился?

Айрис ответила мечтательным взором.

– Очень! Хотя он мне вовсе не жених, просто сегодня утром мы обмолвились парой слов, всего парой, но… я уже словно схожу по нему с ума. Он такой, такой… не знаю, как вам описать. Я даже не знаю, кто он, но уже чуточку влюблена. Он покупает у моего батюшки фамильное ожерелье – отец выставил его на продажу ради благотворительности, на эти деньги будет построен приют для сирот. И завтра этот человек будет на приеме.

– Вы так о нем рассказываете, что я уже сама чуточку влюблена, – рассмеялась я.

– А вы для кого покупаете комплект? Неужели для свадьбы с его высочеством Элаем?

Улыбка сошла с моих губ. Тяжело быть принцессой. Тебя вечно сватают то с принцами, то с королями.

– Я тоже чуточку влюблена, – призналась я и опустила взор. – Но не в его высочество.

– Расскажете немного о своем избраннике?

Я открыла рот, собираясь продолжить беседу, но не успела. В этот момент раздался знакомый голос, который я никак не ожидала услышать здесь.