Любовь дракона. Осколки прошлого

Глава 31

Ее молчание затянулось, разрывая стальные канаты моих нервов. Черт, возможно ли, что я перегнула палку? Но нет. Спустя мгновение, мысленно я увидела новый магический круг и руны, которые я должна была повторить здесь, в Татуме.

— Быстрей! — скомандовала я девочкам, отходя от дракона Урракса и озираясь по сторонам, в поисках того, чем могла бы начертить на земле круг.

— Что такое? — Рия пока не понимала моих торопливых действий и спокойно стояла немного поодаль, беспокойно хмурясь.

— Если хотим выбраться отсюда, то нужно чертить ритуальный круг, — я схватила длинную палку, которая оказалась так кстати под ногами и принялась за работу.

— Кто нас вытащит? — Женя так же недоверчиво смотрела на мои действия.

— Они, — не прерывая своего занятия, коротко ответила я.

Руны вспыхивали в моей голове одна за другой. Я лишь пыталась успеть и не пропустить ни единой детали. В душе тлела надежда, что все получится. Но… Круг справится только с нами тремя. А как же Урракс?

— «Не волнуйся, ведьма. Уж за него тебе точно переживать не стоит», — мерзко ухмыльнулась Виктория, посылая в голову надежду о том, что она все же сможет переиграть меня на этом поле. Девушка так и не оставляла надежду на то, чтобы стать кем-то для Урракса. И, кажется, она готова была даже на роль любовницы.

Эта мысль никак не хотела укладываться в моей голове. Почему женщины, порой, сознательно занимают эту ступень? Неужели им не хочется быть одной-единственнойединственной для своего мужчины? В чем смысл второй роли? Секс? Подарки? Я бы еще поняла, если бы такие меняли партнеров. Но нет, как правило, любовница цепляется за одного-единственногоединственного мужчину. Где же истина? Что движет такими женщинами?

И, если проводить статистику, то, к сожалению, ведьмы являются одними из лидеров в списке не особо принципиальных женщин в отношении любви и отношений. Но она права. Сейчас стоит беспокоиться не об этом. Когда окажусь на твердой земле реального мира, поставлю в этом вопросе окончательную точку. И с Урраксом, и с Викторией.

И хотя я произнесла для ведьмы пламенную речь о том, что дракон уже сделал свой выбор, сомнения все же понемногу точили изнутри. А вдруг… Что, если я ошиблась? Урракс также прекрасно осознавал, что только я могу вылечить Дариуса. У Виктории подобных знаний не было. А значит, что мужчина так или иначе, но был заинтересован в моем спасении.

Когда все приготовления были окончены, мы с девочками встали по периметру круга. Но вначале я подошла к дракону.

— Спасибо тебе, — я поцеловала теплый нос. — Ты такой храбрый, — мягко улыбнулась, глядя в невозможно синие глаза. Из ноздрей зверя вырвался теплый воздух, и он аккуратно боднул меня головой. А внутри разлилось приятное тепло. Наши сердца с ним сейчас стучали в унисон. Как бы не сложилась в дальнейшем моя и Урракса судьба, я буду уверена в одном: его дракон уже выбрал пару… А значит, другой ведьме сильно придется постараться, чтобы встать на мое место.

— «Мы готовы. И, Виктория, не советую… совершать необдуманных действий», — самоуверенно послала ей мысль, снова присоединяясь к девочкам . В унисон мы тут же стали читать заклинание.

В следующую секунду мир начал вращаться с бешеной скоростью. Сознание немного померкло, входя в гипнотический транс. Я теряла связь с окружающим миром, девочками, драконом. Прекращала чувствовать собственное тело, которое в мгновение ока стало неимоверно тяжелым и легким одновременно. Перемещение в Татум я совершенно не запомнила. Зато полет отсюда казался чем-то фантастическим. Тем, что никак не могло произойти со мной.

Открыла глаза, рывком садясь на жестком полу. Меня тут же скрутил неукротимый приступ тошноты, я зажала рот рукой и понеслась в уборную, надеясь, что удача нам с девочками улыбнулась и мы оказались снова в моем доме, в реальном мире. Пока рвало, я чувствовала поглаживания широкой теплой ладони по моей взмокшей от пота спине. «Великая, стыдно-то как. Не хотела я, чтобы Урракс видел меня в таком виде», — промелькнула мысль в голове и тут же испарилась, подавленная ответом, который заставил меня замереть, словно мышку перед котом.

«Не стоит стесняться такого состояния, Тори. Насколько я знаю, тошнота — это нормальное явление для беременных», — этот голос в моей голове мог принадлежать только одному. По началу я никак не отреагировала на это заявление. Молча поднялась с пола, подошла к раковине и открыла вентиль, чтобы пустить прохладную освежающую воду. Наклонила голову, и с наслаждением ополоснула лицо и прополоскала рот. Конечно, я всей душой мечтала о душе. Но это потом.

Закончив мало-мальски приводить себя в порядок, повернулась к Урраксу. Мужчина стоял, засунув руки в карманы и казался вроде бы даже совершенно спокойным. По его лицу невозможно было совершенно ничего понять. Пока он осматривал меня с ног до головы, даже бровью не дернул. Как будто маску на лицо надел.

— К твоему сведению, я совершенно точно не жду ребенка, — чтобы куда-то девать руки, облокотилась ими о раковину. Совершенно неожиданно меня начало потряхивать от напряжения. Хотя дракон не подавал никаких признаков злости. Почему-то я была абсолютно уверена, что вот это показное спокойствие — мера временная. А значит, взбучки мне не миновать.

— «Это пока что, доктор Асташевская. Это пока что», — не размыкая губ, ответил Урракс в моей голове.

— Хорошо-о-о-, — протянула я. С каждой минутой мне становилось все более некомфортно в замкнутом пространстве наедине с Урраксом. — С каких пор мы с тобой можем общаться ментально? Я знаю, что между драконами такая связь есть. То есть, в их паре. Но…

— В тот момент, когда мой дракон увидел тебя, ты стала моей, Тория, — уже в полный голос ответил мужчина, делая шаг ко мне, при этом расстегивая ремень на штанах. — Я не доверял ему, отнекивался, — аксессуар со звуком вылетел из шлеек и опустился на широкую ладонь дракона. Я нервно усмехнулась.

— Урракс, ты, конечно, очень внушительно выглядишь без рубашки и мне нравится твой внешний вид, — его глаза сузились, а нижняя губа оказалась чуть прикушена белоснежными зубами, — но…, — я проглотила ставшую в миг вязкую слюну, — ты же не собрался…

— Что, Тори? — он сделал шаг ближе ко мне. А я даже на цыпочки поднялась в желании убежать от этого непредсказуемого мужчины. Да только куда уж тут бежать. Все пути отхода надежно блокированы взбешенным, наконец я это увидела, драконом.

— Ты же не будешь пороть ремнем взрослую женщину, Урракс Вальтрекс? — вот, я произнесла это.

Когда мужчина оказался вплотную ко мне, я даже зажмурилась. То ли от страха, от ли… От непонятных ощущений, которые огнем бежали по крови. Нет. Я знала, что он и пальцем меня не тронет. А потом, тишину ванной разорвал тихий смех.

— Ты знаешь, сроду бы не подумал, что в твоей хорошенькой умной головке могут бродить подобные, кхм, мысли, Тори, — я разжала глаза и хотела посмотреть на него. Но… Была остановлена видом, который убил наповал все мое самообладание. Перед моим носом оказалась мужская мускулистая, слегка покрытая волосками, литая грудь. Мышцы четко очерчивали ее контур. Я ощущала аромат кожи Урракса и он дурманил похлеще самого сильного афродизиака. — Хотел бы я ответить тем же, малышка. Но… Тори. Ты хоть представляешь, насколько сильно я злюсь? В данную минуту прилагаю титанические усилия, чтобы банально на тебя не наорать. Лишь раз я чувствовал себя настолько беспомощно. Когда понял, что не могу помочь Дариусу. Что ни один чертов врач не может ему помочь. Руки оказались связанными настолько, что даже нож не порезал бы эту веревку.

— Считаешь, что имеешь право злиться на меня? — я сложила руки на груди и вскинула подбородок.

— Скажи-ка мне, умная моя, как ты считаешь, для чего я усыпил тебя? — он отзеркалил мой жест. Ну вот. Мы оба оказались совершенно не готовы к тому, чтобы быть откровенными.

— Вот и ответь на свой вопрос сам, Урракс. Какое право ты имел так со мной поступать? — огрызнулась в ответ, с каждой секундой закипая все больше и больше. — Мне казалось, что мы с тобой встали на пути «отношений», — в воздухе показала кавычки, — но разве так принято поступать со своими половинками?

— Я хотел, чтобы ты была в безопасности. «Безглазый» — место не для тебя.

— Не поверишь. И без тебя понимала это. Но ты не думал, что искать выход нужно вместе, а не принимать все в одностороннем порядке?

— Я мужчина, — начал было он.

— Оставь свои патриархальные замашки, Урракс. Я училась в медицинской Академии, я проходила стажировку в госпиталях и больницах. В местах, где правят мужчины и каждый уверен, что женщине не место в этой профессии. И уж коли каждому, с кем сталкивалась, я могла доказать ошибочность их суждений, то ты исключением не станешь. Ты должен был со мной посоветоваться, прежде чем вот так обрубать мое сознание, — я не заметила, как перешла на повышенный тон. — Смирись с тем, что советоваться — это единственный верный способ быть вместе. Иначе… Все это зря. Я никогда не смирюсь со второй ролью. Ты должен был мне довериться, Урракс.

— И это ты сейчас мне о доверии говоришь, Тори? Серьезно? Тогда, кто эти три ведьмы? А? Расскажешь? Почему я узнаю от Вики…

— Ах, она стала уже Вики, Урракс? Признайся, зацепила тебя та, другая? Ты знаешь, а я тебя не виню, — я опустила руки, снова оперлась ими о раковину и стиснула, что было сил. Не хотела, чтобы Урракс заметил, насколько сильно они у меня трясутся. — Вики, — передразнила я его, — и правда другая. Яркая, безбашенная, решительная, ей не нужно долго думать, чтобы действовать. В ней лишь частичка меня. Во всем остальном эта ведьма абсолютно другая. Поэтому, давай, вперед! Иди к ней, — махнула рукой в сторону двери, — за Дариуса можешь не переживать. Я его вылечу в любом случае. А вам…, — Великая! Сколько же сил мне понадобилось, чтобы произнести эту фразу! — совет да любовь. Вместе вам точно скучно не будет!

— Все сказала? — пристально глядя на меня, спросил Урракс.

— Да! — практически прокаркала в ответ.

— Прекрасно, — вдруг улыбнулся он. А потом… Обрушился на меня абсолютно сумасшедшим, сметающим мой гневный запал, поцелуем! Урракс словно отдавал мне свою душу, клялся в любви и ругал на чем свет стоит. Этот поцелуй был окрашен в кислотно-яркие краски наших эмоций, которые так долго копились внутри. Я цеплялась за сильные плечи своего мужчины, как будто сегодня — последний день моего существования. Он же сжимал в тисках своих руках, как будто я одна была его источником жизни.

Этот поцелуй грозил перерасти в нечто большее, если бы не настойчивый стук в дверь.

— Тори… кхм… Тори, — до меня, как сквозь вату, донесся напряженный голос Рии.

— А… что? — Урракс уже спустился по моей шее жалящими поцелуями. Черт, наверняка следы останутся. «Ну и пусть», — вдруг мысленно улыбнулась я, — «пусть все видят, что мы принадлежим друг другу».

— Вам надо выйти. Скорее, — поторопила меня подруга. Что-то в ее голосе заставило меня остановить Урракса. Я слегка отстранила пьяного от страсти мужчину.

— Рия зовет, — он не сводил с меня глаз. — Урракс, — провела рукой по щеке, покрытой колкой щетиной. — Все будет… потом. Нам нужно выйти.

Он лишь отрывисто кивнул мне, жадно сжимая руки на моих бедрах. А после выпрямился и, как пес, мотнул головой, словно сбрасывая наваждение.

Это мгновение поделило мою жизнь на до и после. Переступая порог ванной комнаты, я даже не догадывалась, что совсем скоро еще одна ведьма из моего прошлого, вернется и встанет на пути к моему счастью. И жизни.

— Тория Асташевская, именем Патрисия Второго вы арестованы за нарушение закона о проведении ритуала, на котором стоит печать Запрета…