Любовь дракона. Осколки прошлого

Глава 11

— Ты не могла перепутать? — Мне с трудом удавалось произносить слова. Шок пульсировал в каждой молекуле моего тела. Такого просто не может быть. События того дня еще долгом эхом отдавались в моих кошмарах. Бывало даже так, что посреди ночи ко мне врывались по очереди то Рия, то Женя. Ужасы порой затягивали так глубоко, что вырваться получалось лишь, когда они меня будили. Разрушающее чувство вины мешало жить.

— Издеваешься? Она, конечно, изменилась. Но не до неузнаваемости, — подруга хмыкнула. — Хотя, по-моему, в некоторых местах у нее явно прибавилось. — Рия пристально следила за всеми изменениями, что происходили на моем лице. — Поверь, для вот этих метаний у тебя нет причин. — Она в воздухе сделала круг пальцем, словно обозначая мое лицо. — Наташа казалась более чем счастливой. Богатый муж явное тому доказательство.

Какое-то время в кабинете царила тишина.

— Почему она не дала о себе знать? — вопрос был риторическим. Только Рия все же решила на него ответить.

— Зачем, Тори? У каждой из нас теперь уже своя устоявшаяся жизнь. Мы оставили все позади. Что ты хотела бы услышать от нее?

— Что она не винит меня? — Я хотела, чтобы эта фраза прозвучала утвердительно. Вопрос в конце был совсем не к месту.

— Себя винишь только ты. Неужели спустя столько времени ты еще не оставила эти переживания? Мы все были взрослые люди.

— Это в двадцать-то лет?

— А ты вспомни, что мы успели повидать за то время, что были вместе, как группа? Нелегальные летогонки (нелегальные гонки на спортивных примусах в магическом мире — прим. авт.) тому яркий пример. Там всем было наплевать какой у тебя возраст. Адреналин, кураж, азарт: вот, что нам и остальным было важно. А Наташа раньше всех решила повзрослеть. Напомнить как?

Я прекрасно помнила, как девушка предпочитала проводить время. Скандал за скандалом. Наш тутджа (продюсер — прим. авт.) не знал порой, как утрясать очередные слухи о своей подопечной.

— Возможно, ради мужа она не хотела бы нашего столкновения. Мне хватило того, что она жива… Думаю, ты должна довольствоваться тем же, — закончила задумчиво подруга.

В дверь коротко стукнули и на пороге появился очередной гость. Вернее гостья. Разъяренная Женя. Такой подругу я видела крайне редко. В ее детском царстве всегда была тишина и покой. Столкновения могли происходить лишь с буйными папашами. Подруга подлетела к спрятанному в потайном шкафу бару, рывком нажала на нужную панель, и дверца открылась. Схватив три бокала и начатую бутылку дорогого манцовского вина (особый вид вина, который добывают лайты (гномы воздушного клана) для важных персон — прим. авт.) — подарок от благодарного пациента. На работе мы с подругами никогда не позволяли себе выпивать. Но, во-первых, день практически подходил к концу, во-вторых, по всей видимости, мы все были на взводе. А потому ни я ни Рия ни стали отказываться чуть ослабить натянутые канаты нервов.

Женя молча разлила напиток и подала нам. Свой бокал она выпила буквально залпом. Налила второй и заговорила.

— Если эта напыщенная драконья задница еще раз сунется в мое отделение и начнет советы раздавать, я… я…, — глубокий вдох, очередной глоток вина, — я поставлю ему фингал! Честное слово, Тори!

Мы с Рией хитро переглянулись. Реакция на мужчину? Да еще такая бурная? Пахнет начинающимся романом. Обычно Женя довольно прохладно реагировала на все замечания касательно ее работы. Даже когда попечительский совет госпиталя приезжал с проверкой и ходил по всем отделениям, их замечания Женю не трогали. Она лишь снисходительно кивала, позволяя «знающим и уважаемым докторам» говорить, как «следует» работать. А тут эмоции явно переливались через край, грозя выплеснуться не там и не с тем, с кем следовало бы. Сейчас хотелось найти телефон Видара Дамариса и попросить предпринять хоть какие-то действия, которые могли бы успокоить фурию, в которую превратилась Женя.

— Нам стоит сейчас спрашивать, что произошло? — Рия спрятала усмешку за большим бокалом. Только вот ее выдавали искрящиеся смехом глаза.

— Тебе весело, да, Рия? А давай мы попросим господина дракона великого пройтись по твоему отделению, а? Как тебе идея? — Подруга выпрямилась в кресле, поправила вымышленные очки, прочистила горло и попыталась изменить голос, понизив его на несколько октав. — Доктор Звонкая, а не кажется ли вам, что для диагностики патологий у младенца стоит использовать Рабар-камеру (в мире драконов аппарат, на подобие огромного мрт, который мгновенно распознает отклонения в организме пациента. Очень дорогостоящая техника — прим. авт.). Почему вы решили, что, сканируя ребенка просто магически, вам удастся что-то выявить? Вы, конечно, ведьма знающая, я наслышан о вас, но все-таки вам не мешало бы подтянуть некоторые пробелы в знаниях.

Весь этот монолог мы с Рией мужественно держались, что не засмеяться над разъяренной подругой. Но когда ее голос снова приобрел знакомые нотки, а тональность повысилась практически до крика, мы не выдержали и захохотали в голос.

— ОН МНЕ СОВЕТЫ ДАВАЛ ЗНАНИЯ ПОДТЯНУТЬ! МНЕ! Я ЗАВЕДУЮЩАЯ ОТДЕЛЕНИЕМ! — Иногда фамилия подруги казалась мне говорящей. В некоторые моменты времени она и правда была чересчур громкой. Но была у Жени отличительная черта. Она быстро вспыхивала и так же быстро успокаивалась. Откинувшись на спинку стула, прикрыла рукой глаза, на подобие козырька и протяжно застонала.

— Гад! Настоящий гад!

— Потому что посмел поставить под сомнения твои знания? Насчет аппарата я не могу с ним не согласить, Жень. И ты это знаешь. Но правда в том, что госпиталь пока что не в состоянии позволить себе такую аппаратуру. Ваши новые отделения несколько облегчили наш бюджет. Нужно время, чтобы мы смогли набрать нужную сумму. — Попробовала я оправдать и Женю и Видара одновременно. Но оказалось, что дело состояло далеко не в пошатнувшейся докторской уверенности. Дракон сумел зацепить женское начало подруги, о чем красноречиво сейчас говорили яркие щечки.

— Нет, — только и буркнули в ответ.

Рия наклонилась поближе к сидящей рядом подруге и заговорщически, с искусительной улыбкой на губах, прошептала:

— Покайся, дитя мое. Полегчает, вот увидишь.

— Онменяпоцеловал! — выпулила Женя. Невнятно, но достаточно, чтобы мы поняли.

— А-а-а, ну это все объясняет, — важно закончила Рия.

— Что это тебе объясняет?

— Ты влюбилась, подруга! Спустя столько лет ледяное сердце неприступной доктора Звонкой растаяло. Появился достойный твоего инструмента музыкант! Чего ты злобно глазами сверкаешь? Ты же рвалась в бар к гоблинам в караоке попеть. Вот и запоешь… Заново.

Все. Больше терпеть я не могла. Видя, как у Жени задергался глаз, а Рия аккуратненько старается встать с кресла, я приготовилась к незабываемой сцене.

— Рия… Беги! — В руки у Жени запульсировал магусар (шар, внутри которого, пульсировало электричество — прим. авт.). Подруга еле успела увернуться в запущенный в нее сгусток энергии. Я же еле успела поймать его в магические силки, не дав подпалить любимую картину сада родителей.

Но, как я уже говорила, Женя быстро остывала.

— Но как целуется, дракон драный, а… Давно меня так не пробирало… — подытожила она.

— Так в чем дело, Жень? Он свободен, насколько я знаю, ты тоже не состоишь в отношениях. Давно уже. Почему бы не дать ему шанс? — Легкое белое вино уже приятное расслабило мышцы и нервную систему. Сейчас предложение Урракса уже не казалось мне таким отталкивающим. Речь шла о ребенке… Пока подруга обдумывала ответ, я тоскливо перевела взгляд в окно. Моя маленькая тайная мечта так пока что ей и оставалась. Я ни с кем не делилась, что уже давно чувствую в душе некую пустоту. Во мне зрела какая-то потребность. Желание с кем-то поделиться накопившейся любовью и заботой. С тем, кто действительно в ней нуждался. Я осознала чего хочу лишь тогда, когда стояла на пороге дома Отказников. В нем содержались юные маги. Дети, кого бросили родители… От посещения того места я отходила три дня. Закрывшись дома, выключив телефон, я рыдала в подушку, не способная оправдать такую жестокость. Видеть немую мольбу, просьбу, страдание в детских глазах для меня стало пределом выносливости.

— Мне не поступало никаких официальных предложения, — донесся до меня голос Жени. Подруга едва ли не фыркала от такой возможности в принципе.

— Ну так подожди. Он первый раз так близко с тобой общался. Посмотри, каким будет его следующий шаг, — посоветовала снова севшая рядом Рия.

— А что у тебя? — Две пары глаз теперь уже сосредоточились на мне.

— Не поняла. Вы о чем? — попыталась я сыграть в дурочку.

— Все ты понимаешь. Один из главных драконов Пармиры, богатейший меценат, любимец женщин внезапно обратил свое внимание на доктора Асташевскую. Даже родителей в качестве предлога припер. Кстати говоря, нормальные предки у него. Веселые такие. И толковые. Я вспомнила, как в студенчестве читала статьи и книги доктора Вальтрекса. Для меня честь видеть его в своем отделении. Не знаю, правда, кто из нас двоих выиграет от этого сотрудничества. Я или он. Все-таки для меня этот мужчина больше, чем пациент. Считай кумир в медицинской сфере.

— По поводу Урракса Вальтрекса ничего не скажу. Даже не потому, что не хочу. Скорее не могу. Не пытайте меня. Оговорюсь только сразу. Между нами нет ничего даже близко напоминающего что-то романтичное. Случилось так, что ему нужен мои медицинский опыт и знания. Я пока что раздумываю…

— Он ли, Тори. — Скептично выгнутая бровь Жени, дала понять, что она мне не поверила ни на йоту. — А те кексы, с загадочной запиской не этот ли дракон прислал? У которого нет никаких в отношении тебя «особых» намерений.

— Что за кексы? И почему я ничего не знаю? — на лице у Рии было написано вселенское удивление.

— Да ерунда. Не он это, — замахала я на них руками.

— Подруга. Врать ты не научилась, — Женя с довольным видом сложила руки на груди.

— Я не знаю, о чем вы думаете. Но между мной и Урраксом Вальтрексом неожиданно появилась некоторая работа. О ней я расскажу, когда будет можно. Сотрите со своих лиц это выражение «а-ля рассказывай». Я говорю правду.

— Тогда к чему сомнения? Если все дело обстоит лишь в работе. Почему ты раздумываешь?

А я не могла объяснить шестого чувства, которое шептало: исполнишь его просьбу — обратной дороги не будет. Перед глазами снова всплыли лица детей, которых я тогда увидела. А особенно глаза маленького мага, который сторонился всех, но не побоялся принять из моих рук небольшое яблоко. В тот миг, когда наши пальцы соприкоснулись, поняла: я обязана забрать этого мальчика отсюда. Это было сложно объяснить словами. Чувство, которое сложно было контролировать. Оно захватило меня с головы до ног, одновременно выбивая почву из-под ног и давая возможность обрести ее вновь.

— Знаете… — я встала из-за стола и подошла к панорамному окну, через которое открывался прекрасный вид на город. Облака на небе постепенно закрывали небесную синеву, обозначая, что скоро разыграется непогода. Я любила грозы. Стояла и как завороженная смотрела на появляющиеся то тут, то там золотистые молнии. Сила природы. Неумолимая. Страшная. — А вы правы. Если я могу решить этот вопрос, то не имею права сомневаться.

Вернулась к столу, взяла битрифон, подняла оставленную с края визитку и набрала единственно сообщение.

— Когда мы можем обсудить ваше предложение?