Истинная одержимость дракона 2

Глава 26. Секрет мёртвого храма

В этот миг я не думаю ни о том, что он, вообще-то, некогда руководил императорской армией и вполне успешно сохранял свою жизнь все эти годы. Не вспоминаю о том, что он один из сильнейших магов и вообще здоровенный страшный дракон, которые считались давно вымершими, но который до сих пор внушает ужас фактом своего существования.

Вокруг меня искрится магия. Маленькие лиловые молнии рвутся вперёд, обгоняя и стремясь к Алистару. Есть в этом какая-то безумная одержимость. Защитить его, даже если я знаю, что он не нуждается в моей защите.

Время будто замедляется.

Дракон оборачивается на меня, совсем не обращая внимания на летящие обломки рассыпающихся колонн. Хмурится, видимо, заметив всполохи магии. Поднимает руку, будто пытаясь остановить меня, а потом его накрывает пылью. Я чувствую знакомое ощущение холодка, влетаю в повисшую дымку, падаю в объятия дракона и чихаю.

– Шпилька, ты чего? – удивляется он. – Цела?

– Д-да. А ты? Эти камни…

– Нет больше никаких камней. Но, прошу, не трать силы так беспечно. Не тогда, когда один жирный муд… нехороший человек пытается тебя сломать, – он гладит меня по щеке.

– Я испугалась за тебя.

– Это взаимно. Мне хочется устроить тебе дополнительные занятия по контролю магии, но, боюсь, ты не в форме.

– Они рискуют зайти не туда, куда нужно, – вздыхаю я.

– И то верно, – Ал не спорит и наклоняется за поцелуем.

Этот миг нежности стряхивает с меня остатки паники. Камней вокруг и правда нет. Должно быть, Тенгер забрал мою энергию и пустил на их уничтожение.

И всё же это не избавляет нас от основной проблемы. Драконий храм, ради которого мы прилетели, давно вымер. Вокруг нас развалины, которые, кажется, грозятся ещё где-нибудь развалиться. Время и ветер иссушили храм и теперь уцелевшие колонны торчат будто кости древнего чудовища.

– Что дальше? – спрашиваю я, подняв голову. – Мы с тобой…

– Тихо.

Я прислушиваюсь, но ничего не слышу, а потом замечаю… Силуэт?!

Среди камней появляется фигура в серой мантии с глубоким капюшоном. Неподалёку поднимается ещё одна. И ещё. Откуда здесь эти люди? Мы же немало пролетели, прежде чем до сюда добрались. Невольно вспоминаются упомянутые призраки. Может, мы своим присутствием привлекли их?

– Ал… – чуть слышно зову я, замечая четвёртого. – Что нам делать?

– Держись рядом, – отзывается он. Если нападут, будешь за моей спиной.

Призраки выходят из укрытий. Мне в голову почему-то лезет убеждённость, что им было бы куда легче напасть на нас, если бы они сделали это внезапно. Я вот вообще не замечала их, пока не показались.

Что они задумали?!

Четыре силуэта приближаются к нам. Двигаются так плавно, будто и правда призраки и парят над землёй, а из-за потрёпанной мешковатой одежды я не могу разобрать, люди или нет. Не агрессивны, пока, но я чувствую, как напряжён Ал.

Когда нас разделяет не больше десяти шагов, силуэты неожиданно опускаются на колени в почтительном поклоне. Чего?

Запрокидываю голову на Ала, но тот, кажется, тоже не особо понимает, что происходит. Пока один из «капюшонов» не открывает лицо, а остальные не следуют его примеру.

Всё же люди, не призраки. Трое из них мужчины весьма преклонного возраста, последняя женщина. Она первой открылась нам, она же начала разговор.

– Наконец, колесо мироздания вновь пришло в движение. И молодая кровь ступила в начало конца, чтобы замкнуть петлю и начать новый виток, – на смотрит прямо мне в глаза. – Подойди, дитя. Я хочу взглянуть на твой символ истинной любви.

Сказать, что я ничего не понимаю, всё равно что промолчать. Начало конца? Новый виток? Я как-то настраивалась на эпичный поединок с призраками, а нам подкинули очередные загадки.

– Кто ты? – рычит Ал, ревниво прижимая меня к своему боку. Можно подумать, я собиралась рвануть к ней, радостно показывать метки.

– Та, кого ты искал? – спрашивает у него женщина.

– Откуда знаешь, чего я искал?

– Очевидно, что для незабываемого свидания ты мог выбрать место поприятнее, – фыркает она. – Побереги оскал, мальчик. Приложишь силы в другом месте.

– Следи за языком, – Алистар опускает подбородок.

– Зачем? Для меня ты мальчик. Слишком юный, чтобы считать равным, слишком неопытный, чтобы прислушиваться.

Из моего горла вырывается странный звук, который я пытаюсь прикрыть кашлем. Зуб даю, с Тенгером в таком тоне даже император не общался. Чувствую, что он закипает, и глажу по спине. Когда он смотрит на меня и его глаза меняют цвет на золотистый, говорю в мыслях.

– Не надо. Это же просто старушка. Дай им почувствовать свою значимость и потрясти опытом перед нами.

– Она может потрясти только песком, – огрызается дракон, но ладонь на моей талии немного расслабляется.

– Наджа, веди их в храм, – рокотом проносится над нами голос одного из стариков. Когда я ловлю взгляд его серебристых глаз, по спине проносится холодок.

– На ней слишком много плетений, – качает головой другой старик. Мне начинает казаться, что они близнецы.

– Идём, – хмыкает Наджа.

– Думаешь, я так просто поведу её не пойми куда? – фыркает Ал. – Ты не ответила на вопрос.

Женщина уже отвернулась и успела сделать пару шагов, но теперь останавливается.

– Ты пойдёшь за мной, если тебе небезразлична её судьба. Времени у вас мало, да и у нас тоже. Вы принесли хаос в эти горы. Нам нужно успеть дать вам необходимые знания, прежде чем нам помешают.

– Вы говорите об императоре? – вмешиваюсь я, хватая дракона за руку и утягивая его за стариками.

Не вовремя в нём подозрительность проснулась. Ещё и на «мальчика» обиделся. По той же причине у него в деревне ничего не вышло. Цепляется к словам.

– О нём, девочка, о нём.

Оглядываюсь на Ала.

– Видишь, ничего страшного. Они ко всем так обращаются.

– Это потому, что ты и есть девочка.

Мне не стоило показывать ему язык, чтобы оспорить это утверждение, но я всё равно показываю. Суровый злой дракон, который будет казаться ещё зануднее просто потому, что не хочет признавать, что для кого-то он слишком молод.

Как же хорошо, что я этот момент застала. До старости ему припоминать буду. Если оона, конечно, будет, и нас не убьют.

Старики проводят нас между обломков храма к незаметному проходу вглубь скалы. Если бы меня не подвели и фактически не ткнули в него носом, я бы ни за что его не нашла. Наджа входит первой, затем я, Ал и следом за ним старики. Моему дракону сложнее всех. Он тут самый высокий и весь путь по длинному коридору вынужден шагать, согнувшись.

Наконец, мы выходим на открытое пространство. У меня возникает ассоциация с муравейником, потому как или гнёздами ласточек. Много чёрных провалов в непонятно куда. Наджа ведёт нас к одному из них, двое стариков, тех, что выглядят одинаково, расходятся и исчезают других.

– Они проследят, чтобы нам не мешали, – отвечает на мой вопросительный взгляд четвёртый старик, вновь накинувший на голову капюшон.

Длинный лабиринт заканчивается пещерой. Наджа взмахивает руками, зажигая множество свечей, и у меня захватывает дух.

Вот он настоящий храм. Куполообразный потолок, расписанный рунами и рисунками, изображающим парящих в облаках драконов. Толстые колонны украшены сильно выцветшими флагами, которые, вероятно, держатся только за счёт пыли и рассыпятся, если к ним прикоснуться. Сколько лет этому месту.

– Значит, не уничтожен, – хмыкает Алистар.

– То, что ты видишь, мальчик, – Наджа явно провоцирует Ала, – лишь тень прошлого величия. Но у нас нет времени на экскурсии. Покажи мне метку, девочка.

Я бросаю взгляд на Тенгера и подхожу к ней, на ходу разматывая бинт. Наджа наклоняет голову, а после берёт меня за руку, рассматривая замкнутый рисунок на запястье и едва начавшие заживать волдыри.

– Так вот в чём дело. Навязанная и истинная связь борются, и ни одна не желает уступать, – хмыкает она и бросает взгляд на Алистара. – Но я хочу увидеть другую метку. Ту, что досталась от него.

Я тоже оглядываюсь. Становится очень неловко, чувствую, как теплеют щёки. Столько времени я старалась спрятать дракона, а теперь… После Фредерика вопрос демонстрации становится ещё сложнее.

Алистар чувствует меня и подходит. В глазах немой вопрос, и я киваю, касаясь ладонями его груди. Так спокойнее.

Дракон стягивает с меня капюшон, ослабляет застёжку накидки. В храме достаточно тепло, но по спине всё равно бегут мурашки. Пальцы Ала легко ослабляют корсет, пробегают по пуговицам. Я сглатываю, стараясь не вспоминать императора. Прижимаюсь лбом к его груди и вдыхаю кофе и пряности, помогающие удержаться и не свалиться в мой личный кошмар.

Не став полностью меня раздевать, Ал вытягивает край рубашки и поднимает, оголяя спину. Я слышу удивлённый вдох Наджи, а после стук. Оглянувшись через плечо, вижу, что она снова на коленях, и кланяется теперь куда более почтительно. Тенгер, похоже, понимает ненамного больше меня.

Старик подходит к Надже, смотрит на мою спину и тоже бахается на колени.

– Нашёлся, – бормочет он. – О, боги, неужели видениям дано исполниться?

– Да. Он нашёл её.

– Объяснитесь, – чеканит Алистар.

Вместо ответа старики поднимаются, не поднимая взглядов и отступают вглубь храма. Наджа вскидывает руку, зажигая дополнительные свечи у барельефа, украшающего дальнюю часть стены, а мужчина смахивает паутину и вековую пыль.

Мы видим узор, напоминающий генеалогическое древо. Приглядевшись повнимательнее, различаю рисунки самых разных драконов. Одни сидят, другие лежат, третьи образуют кольцо, разные. Думаю, в былые времена рисунок был красочным и ярким, теперь же цвета поблекли, но ещё можно угадать, какие из родов носили зелёные, какие синие, а какие красные цвета.

Не представляю, сколько их здесь. Много. И ведь в каждом было не по одному дракону. Я знала, что их было много, но не подозревала, что настолько. Скольжу взглядом, пытаясь найти чёрного с распахнутыми крыльями, как у меня на спине. Не нахожу.

– Ал, а где твой? – сдаюсь я.

– Выше, – тихо отвечает он.

Я вздрагиваю. Я и не заметила сразу верхнюю часть барельефа, приняв её за украшение. Тот же дракон, что и у меня на спине распахнул крылья так, чтобы накрыть всех остальных драконов.

Сердце пропускает удар.

Гаргулья срань… Это… это же значит…