Искатель – 17

Глава 9

Я проснулся ещё затемно, когда дворец только начинал оживать. Тело, как всегда после ночного отдыха, наполняла энергия, спасибо высоким характеристикам и божественному вмешательству Мии. Потянувшись до хруста в суставах, я быстро привёл себя в порядок. Сегодняшний день обещал быть долгим, и, честно говоря, я ждал его с нетерпением.

Сегодня мне предстояло попробовать себя в новом качестве, поработав лордом-судьей. Название должности звучало пафосно, но по сути представляло собой типичный HR-отдел в фэнтезийном антураже. Нам с остальными «топами» Бастиона предстояло провести собеседования с потенциальными рыцарями.

Пока шёл по коридорам дворца, в голове крутились схемы. У меня давно уже созрели конкретные идеи, как перекроить эти Испытания, а местная система оценки казалась слишком дубовой. Бьёшь сильно? Молодец! Есть броня? Отлично, всё, проходишь. Никакой гибкости. Лорды-судьи совершенно игнорировали интеллект, тактическое мышление и, что меня бесило больше всего, контроль толпы.

В любой MMO контроль — это половина успеха в рейде. Стан, замедление, дезориентация… Без этого пати ложится за секунды. А здесь? Рыцари пёрли танковать, надеясь на хилеров и броню. Никакого понятия о кайте или сбивании кастов. Истинная ценность саппортов и контроллеров оставалась где-то на уровне плинтуса.

Надо попробовать продавить эту тему. — Хорвальд Валаринс — маг, он должен понять. Джинд Алор — практик до мозга костей, его убедить сложнее, но можно.

Утренний воздух встретил свежестью, запахом мокрой травы и лошадиного пота. Я вышел во внутренний двор, намереваясь срезать путь.

— Могу я оседлать для вас лошадь, сэр Артём? — раздался мелодичный голос.

Я обернулся. Грация, местная конюх-кентавр, оторвалась от осмотра копыта гнедого жеребца и выпрямилась. Золотистая льняная коса, перекинутая через плечо, блестела на солнце, а её человеческая половина выглядела так, что невольно заставляла взгляд задержаться чуть дольше положенного. Сильные руки, высокая грудь, скрытая простой туникой, и мощное лошадиное тело — сочетание, которое в этом мире уже перестало казаться мне странным, но всё ещё вызывало определённый эстетический, да и, чего уж греха таить, чисто мужской интерес.

— В этом нет необходимости, Грация, — улыбнулся я, останавливаясь.

Мне действительно хотелось попасть во дворец поскорее, но не упускать же возможность перекинуться парой слов с очаровательной девушкой-кентавром! В конце концов, я не настолько застарелый бюрократ.

— Я бегаю быстрее любой лошади в этой конюшне, — добавил, подмигнув.

— О, правда⁈ — она лукаво прищурилась, постукивая копытом по брусчатке. Звук звонким эхом разнёсся по двору. — Хотела бы я посмотреть, как вы бегаете…

Она запнулась, щёки мгновенно залил густой румянец. Похоже, в её голове фраза прозвучала с тем же двусмысленным подтекстом, который уловил и я. Кентавры, верховая езда… Ассоциативный ряд выстроился мгновенно.

— Простите, сэр, — она поспешно опустила глаза, теребя край передника. — Это было… неуважительно с моей стороны. Я совсем не то имела в виду.

Тихо рассмеялся, делая шаг к ней, чтобы сгладить неловкость. — Не бери в голову, Грация. Когда мы наедине, к чёрту формальности. И, честно говоря, — я позволил себе чуть более долгий взгляд, — я бы тоже не отказался с тобой посоревноваться.

А что, интересно попробовать себя в забеге против кентавра, мой Рывок Гончей против её природных данных. Или…

Я отогнал мысли о другом виде «скачек». У меня и так гарем растёт как на дрожжах, а Грация явно смущена.

Кентавр подняла взгляд, и, увидев мою улыбку, тоже расслабилась, расплывшись в улыбке.

— Сейчас у меня много работы, но во второй половине дня появится немного свободного времени, — сказала она, и в её голосе проскользнуло явное приглашение.

— Хорошо, тогда и я постараюсь вырваться, — кивнул ей. — Мне бы хотелось узнать больше о кентаврах, о вашей культуре, стае… — я сделал паузу, глядя ей прямо в глаза. — И о тебе лично.

Грация снова покраснела, но на этот раз улыбка не сходила с её губ.

— Буду ждать, сэр.

Я отвесил лёгкий полушутливый поклон и развернулся к воротам. Чувствуя спиной её взгляд, решил, что уходить обычным спокойным шагом как-то несолидно после таких заявлений.

— Ну, погнали! — шепнул я себе под нос.

Активация Рывка Гончей отозвалась привычным выбросом адреналина. Мир вокруг смазался, мышцы налились силой, и я сорвался с места. Ветер упруго ударил в лицо, а редкие прохожие превратились в размытые пятна. Я пронёсся мимо стражников у ворот, оставив за собой вихрь пыли и удивлённые возгласы.

Чёрт возьми, как же здорово всё-таки быть Охотником!

Я затормозил у входа во внутренний двор дворца, подняв небольшое облачко пыли. Сердце билось ровно, спасибо высокой выносливости, но мысленно я всё ещё витал в том забеге.

К моему удивлению, у фонтана меня уже ждали Лиан и Фелиция. Вот уж не думал, что мой оруженосец так рано покинет гостиницу, да ещё и успеет добраться сюда раньше меня! Хотя, если они вышли на рассвете…

— Что-то вы двое рановато, — заметил я, подходя ближе и стряхивая дорожную пыль с плаща.

Оба буквально светились от нетерпения, особенно Фелиция. Эта юная прелестная кошкодевушка, казалось, вибрировала от переизбытка энергии: пушистый хвост выписывал в воздухе вопросительные знаки, а уши на макушке поворачивались, ловя каждый шорох.

— Лиан подаёт прошение! — выпалила она, едва я приблизился. Её глаза сияли так, будто она только что выбила легендарный лут с мирового босса. — Он будет участвовать в Испытаниях на рыцарство!

Я замер, переводя взгляд на своего оруженосца. Лиан стоял прямо, расправив плечи, и улыбался во весь рот, пытаясь выглядеть старше и солиднее.

— Это правда, милорд, — кивнул он. — У меня есть земельный надел, подаренный матушкой, так что имущественный ценз я прохожу. А из-за прошлогодних беспорядков и потерь в гвардии требование к уровню снизили с тридцатого до двадцать пятого!

— Тебе шестнадцать, Лиан, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал мягко, но твёрдо.

Новость, честно говоря, ошарашила. Парню всего шестнадцать! В моем прошлом мире в его возрасте сверстники думали о ЕГЭ и девочках, а не о том, как бы получить стальным мечом по голове во славу Бастиона.

— В правилах нет ни слова о минимальном возрасте! — тут же вклинилась Фелиция, воинственно прижав уши, сложив руки на груди и всем своим видом показывая, что готова защищать друга от любой бюрократии.

Формально она была права. Вероятно, создатели правил просто не предполагали, что кто-то моложе двадцати пяти сможет прокачаться до тридцатого уровня. Местным это давалось с огромным трудом, гринд здесь — дело всей жизни, а не пары выходных. Даже мне с моими бонусами пришлось попотеть.

Но Лиан…

Чёрт, да я сам виноват! Таскал парня по данжам, брал в рейды, позволял ему получать долю опыта от высокоуровневых мобов. Мы «паровозили» его, сами того не замечая, и вот результат: перекачанный подросток, который по статам может потягаться с ветераном, но по жизненному опыту всё ещё остаётся пацаном.

Я посмотрел на своего оруженосца. В глазах парня горел тот самый огонь, который видел у новичков в «песочнице», когда они впервые брали в руки меч и воображали, что бессмертны.

Это плохая идея! Ужасная! И не потому, что Лиан не справится, технически он, может, и потянет. Я не мог придумать лучшего кандидата на роль рыцаря, честного, смелого, преданного, но рыцарство на Валиноре — не просто красивый титул и латы. Это обязанность умирать первым, защищать Бастион, лезть в самое пекло, когда демоны или орки решат снова проверить нас на прочность.

Отправлять шестнадцатилетнего пацана на передовую? Моя совесть, и без того покрытая шрамами, взбунтовалась.

Однако просто запретить ему не мог, это убило бы его мотивацию, а я уважал его благородное стремление. Мне сейчас просто необходим союзник, кто-то, чей авторитет для Лиана также весом, как и мой.

Может, его дядя… или дед? В семейных связях этого мира чёрт ногу сломит, но старый виконт точно имел на парня влияние. Да и Лоркар тоже. Надо срочно поговорить с ними, прежде чем Лиан официально подаст бумаги.

— Мне нужно присоединиться к лордам-судьям, — сказал я, положив руку на плечо Лиана, почувствовав под своей ладонью холод и жёсткость его доспеха. — Обсудим это позже.

Я кивнул Фелиции, которая всё ещё смотрела на меня с вызовом, и двинулся ко входу во дворец.

— Замолвите за меня словечко! — крикнул Лиан мне в спину. В его голосе прозвучало столько надежды, что мне стало физически больно.

Я лишь покачал головой, не оборачиваясь. Скепсис на моём лице, к счастью, он видеть не мог.

У круглого зала, где в прошлом году решалась моя собственная судьба, меня встретил слуга. Он низко поклонился и распахнул тяжёлые двери. Я шагнул внутрь, готовясь к битве не с монстрами, а с бумагами и человеческими амбициями.

— А, парень! — громоподобный голос Джинда Алора заставил меня вздрогнуть. — Как раз вовремя, чтобы помочь нам разгрести эти авгиевы конюшни!

Командующий Гильдии Истребителей помахал мне рукой, сидя за огромным полукруглым столом, который сейчас больше напоминал баррикаду. Он, Колкар и лорд Экариот буквально утопали в ворохе пергаментов, свитков и листов грубой бумаги. Рядом с ними сидел лорд Херрен, бывший судья, которого я знал лишь шапочно.

Когда подошёл ближе, в нос ударил характерный запах старой бумаги и дешёвых чернил, который мгновенно телепортировал меня воспоминаниями на Землю в душную каптёрку кладовщика. Кто бы мог подумать, что в мире магии и меча главным врагом героя станет бюрократия?

Я опустился на стул рядом с Джиндом и взял верхнюю стопку. «Кирис из Реддилы».

— И что именно мы делаем? — спросил я, разглядывая кривоватый почерк. — Ищем скрытые послания?

— Если на бумаге всё выглядит гладко, мы приглашаем соискателей на собеседование, — проворчал Экариот с кислым выражением лица. Он брезгливо держал очередной лист двумя пальцами, словно тот заражён чумой. — Нам нужно отсеять мусор, иначе придётся выслушивать этих идиотов неделю.

— А что значит «гладко»? — я нахмурился, вчитываясь в биографию Кириса. Парень писал, что убил волка голыми руками. Ну-ну.

Херрен сгреб кучу бумаг перед собой и с мстительным удовольствием швырнул их в мусорную корзину.

— Во-первых, соответствие требованиям по статам, во-вторых, разборчивый почерк. И, ради всех богов, чтобы они не были психопатами или беглыми каторжниками.

— Разве Система не проверяет судимости? — удивился я.

Лорды рассмеялись сухим канцелярским смехом, похожим на скрежет.

— Наши клерки уже уполовинили эту кучу, — хмыкнул Колкар, комкая чью-то мечту стать рыцарем и бросая её на пол. — Ты удивишься, сколько народу пытается взять нас на понт, надеясь, что мы не заметим пару недостающих уровней или тёмное пятно в биографии.

Я потёр лоб. Голова начинала гудеть.

— Кстати о требованиях. Я только что говорил с Лианом, он собирается подавать прошение в этом году.

Смех повторился, но на этот раз громче и веселее. Особенно заливался Колкар.

— Похоже, оруженосец перенял твою привычку бежать впереди паровоза, — ухмыльнулся он, напомнив мне довольного медведя.

— Но он не подходит по возрасту, — начал я, надеясь найти поддержку.

— В правилах нет ни слова о возрасте, — пожал плечами Джинд, перекладывая стопку «одобрено» ближе к себе. — Единственное ограничение — это здравый смысл. Обычно сопляки не могут взять тридцатый уровень, но ты, — он ткнул в меня пальцем, — каким-то образом умудрился дотащить его до двадцать пятого. А с учётом снижения планки из-за войны…

Маршал выудил из кучи аккуратно сложенный лист.

— Вот его заявление. Держу пари, там всё идеально.

Джинд развернул пергамент, Колкар с любопытством заглянул через его плечо. Я с ужасом наблюдал, как два ветерана кивают друг другу.

— Да, статы в норме. Рекомендации… Ну, от тебя, естественно. Выглядит солидно.

Джинд шлёпнул лист на стопку «проходят».

— Вы что, серьёзно собираетесь его собеседовать⁈ — вырвалось у меня.

Херрен хлопнул себя по колену, наслаждаясь моим замешательством.

— Он соответствует правилам, парень, и это всё, что нужно для первого этапа. Бюрократия слепа, слава богам.

— Но разве это не… — я замялся, подбирая термин, которого здесь, возможно, не существовало, — конфликт интересов? Он мой оруженосец! Племянник Колкара! Мы не должны его судить!

— Конфликт чего? — переспросил Джинд, моргнув. — Не знаю таких слов. Но если ты о фаворитизме, то расслабься. От нас ждут беспристрастности, но все понимают, что судьи тоже люди.

— И обычно они голосуют за своих друзей, — добавил Экариот с тонкой змеиной улыбкой. — Или ты думаешь, что твои предшественники не имели протеже? В детстве у тебя наверняка были друзья, чьи отцы занимали высокие посты.

Я покачал головой, не став спорить. Объяснять местным аристократам концепцию коррупции и этики — всё равно что агитировать орка на веганство: бесполезно и опасно для здоровья.

Я вернулся к работе, погружаясь в чтение.

«Я, барон такой-то, требую рыцарского звания по праву рождения…»

В мусорку!

«Мой отец заплатит за…»

В мусорку!

Вот ведь ирония судьбы! Когда Мия забросила меня в этот мир, я ожидал эпических битв и магии, а не работы с документами. Но, с другой стороны, это давало власть, власть отсеивать наглецов и идиотов.

Я безжалостно браковал всех сынков богатых купцов и заносчивых дворянчиков, которые считали, что титул им положен по факту существования, помня о таких, как Фендал и Виктор Ланской. Привилегии часто рождают чудовищ или, как в случае с лордом Экариотом, скользких интриганов и просто ленивых кусков дерьма.

Как говорил Илин, «трудности закаляют сталь, а роскошь плодит ржавчину».

Мой фильтр был прост: если в заявке сквозила надменность — отказ. Если видел плохой почерк, но искреннее желание служить и реальные боевые заслуги — папка «одобрено». У парня из деревни, который не умеет красиво писать, но выжил в трёх рейдах, больше шансов стать нормальным защитником, чем у напудренного хлыща.

Мы закончили только к полудню. Стопка одобренных заявок оказалась внушительной, около двух сотен. Война проредила численность рыцарей, и теперь Бастион, видимо, пыталсякомпенсировать потери количеством.

— Фух! — выдохнул я, откидываясь на спинку стула. Спина затекла.

— Не расслабляйся, — «обрадовал» Джинд, вставая. — Сейчас перерыв на обед, а потом начинаем собеседования. И да, твоего Лиана мы поставили в начало очереди.

Я лишь устало кивнул. День обещал стать долгим и тяжёлым.

Двери распахнулись, в круглый зал вошёл Лиан.

Я невольно выпрямился. Парень выглядел… внушительно: начищенные до блеска латы ловили каждый луч света, проникающий через высокие окна, на зеленой тунике гордо красовались два скрещенных золотых топора, герб его дома. Среди присутствующих выше него по уровню были только я, его дед Колкар и Джинд Алор.

И всё же, глядя на парня, я видел не могучего воина, а ребёнка, играющего в солдатики. Да, из-за постоянных тренировок плечи Лиана стали шире, движения увереннее, но юношеская угловатость и наивный блеск в глазах выдавали его с головой. Для местных он, возможно, уже мужчина, но для меня, человека с Земли, десятиклассник, нацепивший отцовский пиджак.

Хорвальд Валаринс, председательствующий на суде, начал процедуру. Старый маг был серьёзен, словно речь шла о судьбе королевства, а не об одном кандидате.

— Лиан из рода Ралия, — его голос, усиленный магией воздуха, раскатился по залу. — Представьте свои документы.

Парень протянул свиток. Хорвальд развернул его, пробежался глазами и кивнул.

— Проверка характеристик.

Я активировал интерфейс, сверяясь с данными, которые вывел системный артефакт зала. Сила и Выносливость значительно выше среднего. Наследие его семьи давало о себе знать: эти ребята рождались крепкими, как дубы. Ловкость и Интеллект тоже на уровне. Технически, по цифрам, он подходил идеально, куда подготовленнее многих ветеранов, которых я видел в гарнизоне.

Лорды задали пару дежурных вопросов о тактике и кодексе, и Лиан отчеканил ответы как по учебнику. Слишком правильно, слишком идеально, без той житейской грязи, которая приходит с реальным опытом.

— Что ж, — Хорвальд отложил бумаги. — Приступим к голосованию. Лорд Колкар?

В зале повисла тишина. Лиан посмотрел на своего родственника с надеждой, но старый виконт даже не дрогнул.

— Нет! — прорычал Колкар. — Я приветствую твою смелость, мальчик, но ты пытаешься бежать, ещё не научившись твердо стоять на ногах. Приходи через пару лет, тогда разговор будет другим.

Лиан побледнел, но удержал лицо.

— Я тоже голосую против, — поддержал его Хорвальд, тяжело качая седой головой. — Рыцарство — это не только сила меча, но и сила духа, способность нести ответственность за чужие жизни. Не вижу необходимой зрелости. Пока нет.

— Против, — сухо бросил лорд Экариот, даже не глядя на кандидата. Он крутил в пальцах перо, всем видом показывая, как ему скучно. — Оставим сантименты. Лиан ещё ребенок, и допустить его к Испытаниям — превратить их в фарс.

Моё сердце сжалось. Три «нет» подряд! Я перевёл взгляд на Джинда. Командующий Истребителей задумчиво жевал губу, разглядывая парня.

— Да, — неожиданно выдал он.

Лиан встрепенулся.

— Рыцарство — это заслуга, — пояснил Джинд, обводя взглядом коллег. — И у парня она есть, цифры не врут. А что касается возраста… В правилах об этом нет ни слова. Если мы начнём судить по паспорту, а не по навыкам, то половину гарнизона придется разогнать.

— Поддерживаю, — кивнул лорд Херрен. — Он из хорошей семьи, его родня — опора Бастиона. Нам нужны такие люди.

Следующие два судьи проголосовали «против» то ли чтобы подлизаться к Колкару, то ли действительно так думали.

Счёт оказался разгромным, и мой голос уже ничего не решал. Лиан это понимал, он стоял, опустив плечи, и смотрел на меня. В его взгляде не было мольбы, только немой вопрос: «А ты? Ты же знаешь, на что я способен! Ты же сам учил меня!»

Меня накрыло самое паршивое чувство на свете. Я знал, что он может сражаться, знал, что он выживет в бою с волком или гоблином, но также знал, что такое настоящая война, где отрывает конечности, где друзья умирают на руках, захлебываясь кровью. Я не хотел этого для него. Не сейчас.

— Лорд Артём? — напомнил Хорвальд.

Вздохнул, чувствуя тяжесть взглядов всех присутствующих.

— Я видел Лиана в бою, — начал медленно. — По навыкам он превосходит многих, кто сегодня пройдёт через эти двери, и считаю, что из него выйдет отличный рыцарь, возможно, один из лучших.

Лиан поднял голову, в его глазах затеплилась искра.

— Но полностью согласен с лордом Колкаром, — я жёстко рубанул воздух ладонью, гася эту искру. — Рыцарство — это долг умирать за Бастион, тяжкий груз, который ломает хребты взрослым мужикам. Вешать его на плечи шестнадцатилетнего парня… это преступление. Мне не позволяет совесть отправить Лиана бойню, пока он даже официально не стал мужчиной.

Я посмотрел своему оруженосцу прямо в глаза, стараясь передать мысленно: «Прости, пацан, это для твоего же блага».

— Через несколько лет ты станешь великим воином, Лиан, я в этом нисколько не сомневаюсь, но сейчас… голосую против.

Искра в глазах Лиана погасла, сменившись пустотой. Это было так больно видеть, словно я только что ударил щенка.

— Решение принято, — мягко подытожил Хорвальд. — Петиция отклонена. Лиан Ралия, не воспринимай это как поражение. Мы растем через отказы. Используй время, чтобы стать ещё сильнее.

Парень судорожно вздохнул, выпрямился и низко поклонился. Его движения выглядели механическими.

— Благодарю за уделённое мне время, милорды, — голос дрогнул, дав петуха, но он тут же взял себя в руки, развернулся и вышел. Быстро, почти бегом.

Двери за ним закрылись с тяжёлым стуком.

Я откинулся на спинку стула и закрыл глаза.

— Тяжело? — ладонь Колкара легла мне на плечо.

— Чувствую себя предателем, — честно признался я. — Он ведь надеялся.

— Ничего, простит, — уверенно сказал виконт. — Не сразу, но простит. Ты поступил правильно, Артём. Иногда защита выглядит как жестокость, запомни это. Тебе, с твоей оравой детей, этот урок ещё пригодится.

Я лишь криво усмехнулся.

Остаток дня прошёл как в тумане, кандидаты сменяли друг друга бесконечным потоком. Мы отсеивали явных неадекватов, спорили из-за пограничных случаев, плоско шутили, чтобы разрядить обстановку.

Когда последний кандидат покинул зал, я почувствовал себя выжатым лимоном.

— Ну, на сегодня всё, — Джинд потянулся, хрустнув позвоночником. — До завтрашних полевых испытаний.

— Не так быстро, — осадил его Хорвальд, поднимаясь. — Мы закончили с кандидатами, но не с работой. Совет Лордов собирается через час, нужно обсудить стратегию до начала официальной части.

Я подавил стон. Только не это! Грела надежда пообедать с семьей, увидеть Ирен, потискать детей…

— Перейдём в малый зал, — продолжил он. — Пригласим тех, кто уже прибыл.

Что ж, по крайней мере увижу Марону и Ирен. Мысль о том, что мои женщины будут рядом, пусть и в качестве советников, немного примирила меня с перспективой провести ещё пять часов в компании старых пердунов, обсуждающих налоги и границы.

Обед прошёл на бегу, и вскоре мы уже входили в Зал Совета.

Помещение впечатляло: высокие своды, витражи, два длинных стола из тёмного дерева, способные вместить сотню человек, и отдельная зона с мягкими креслами для кулуарных бесед. Здесь пахло воском, старым деревом и деньгами. Большими деньгами.

Всего собралось около шестидесяти лордов: бароны, виконты, пара графов, короче, весь цвет Бастиона. В толпе мелькнула знакомая коренастая фигура, Торик Примиритель. Старый гном вежливо поклонился мне, но подходить не стал, соблюдая наш договор дать мне время на раздумья. Я ответил кивком. Если он поведёт себя разумно, возможно, мы не поубиваем друг друга.

Марона и Ирен заняли места рядом со мной. Я чувствовал их поддержку даже без слов, просто по лёгкому касанию плеча или уверенному взгляду.

Хорвальд Валаринс занял место во главе стола, рядом с ним встал маг воздуха.

— Приветствую вас, лорды и леди Бастиона, — голос губернатора, усиленный магией, заполнил каждый уголок зала без эха и искажений. — Мы собрались здесь, чтобы оценить состояние региона после разрушительной войны и наметить путь к восстановлению.

Он начал зачитывать регламент и правила: никаких перебиваний, никаких дуэлей на словах, только официальные протоколы. Всё как на скучных планерках в моём прошлом мире, только вместо проектора и кофе магия и вино.

— Соглашения, скрепленные рукопожатием, допустимы, но для официального разрешения споров требуются контракты, — вещал маг.

Я подавил зевок. Пока всё шло гладко, но я знал, что это затишье перед бурей. И буря не заставила себя ждать.

Едва Хорвальд закончил вступительную часть, как со своего места поднялся лорд Экариот. Его змеиная улыбка не предвещала ничего хорошего.

— Ваше превосходительство, — начал он мягко, но я-то понимал, что в этот бархат упакован кинжал. — Прежде чем мы углубимся в скучные детали, хотел бы поднять вопрос, который волнует многих. Кордери.

Ну конечно, кто бы сомневался!

Экариот повернулся ко мне, и его взгляд стал холодным.

— Мне, как и многим здесь, крайне любопытно, как одной-единственной пограничной провинции, полностью разорённой приспешниками Балора, удалось собрать население, превышающее население всех Северо-Восточных Марок вместе взятых? И, что ещё важнее, на какие шиши вы, лорд Артём, содержите эту ораву?

Зал зашумел, вопросы посыпались как горох из дырявого мешка. Я чувствовал на себе десятки взглядов, завистливых, подозрительных, жадных.

Хорвальд вздохнул и кивнул мне.

— Не желаете ли ответить, лорд Артём, доложить о прогрессе в провинции Кордери?

Я медленно поднялся. Маг воздуха тут же перенаправил заклинание на меня, лёгкая вибрация маны слегка защекотала горло.

— С удовольствием, Ваше превосходительство, — я улыбнулся самой «деловой» улыбкой, на какую был способен, и кивнул Ирен. Она сделала знак нашему Иллюзионисту.

Девушка-маг, которую мы нарядили в форму стражи Озёрного, вышла вперёд, её руки начали плести сложный узор заклинания. В воздухе перед столами сгустился свет, формируя огромный прямоугольный экран.

Зал ахнул.

— Это что, магия высшего круга? — прошептал кто-то.

Я едва сдержал ухмылку. Нет, ребята, это просто PowerPoint в фэнтезийной обёртке.

Иллюзионистка создала точную проекцию карты Озёрного с горящими точками поселений и графиками роста населения. Я потратил неделю, объясняя ей концепцию инфографики, и результат того стоил.

Конечно, я не собирался раскрывать все карты. Никто не узнает, что эта милая девушка-иллюзионист может использовать ту же магию света, чтобы ослепить отряд врагов, действуя как живая светошумовая граната, или что мой отряд рейнджеров полностью укомплектован стелс-мастерами. Это останется моим маленьким секретом.

— Как вы видите на графике, — начал я, указывая рукой на парящее в воздухе изображение, — приток беженцев мы превратили из проблемы в ресурс. Вместо того, чтобы кормить их бесплатно, дали людям работу и землю.

Картинка сменилась, теперь перед лордами висели детальные изображения наших новых предприятий: лесопилки, фермы, мастерские. Я рассказывал о налогах, об инвестициях, о том, как мы используем ресурсы монстров.

Но чем дольше говорил, тем больше понимал, даром мечу бисер.

Лорды пялились на графики, как бараны на новые ворота, несмотря на наглядность, большинство просто тупо не въезжало в концепцию.

— Простите, лорд Артём, — перебил меня какой-то толстый барон с юга. — Но вы утверждаете, что крестьяне… платят за инструменты? И вы даёте им отсрочку? Это же ростовщичество!

— Это кредит, — терпеливо пояснил я. — Он стимулирует экономику.

— А эти… картинки, — фыркнул другой. — Красиво, конечно. Но откуда у вас деньги на иллюзиониста для таких фокусов? Не лучше ли потратить ману на защиту стен?

— Это и есть защита, — отрезал я, чувствуя, как закипает раздражение. — Экономическая стабильность — лучшая стена.

Вопросы сыпались один глупее другого, блистая скептицизмом, замешанном на невежестве. Экариот довольно ухмылялся, видя, как мои инновации разбиваются о твердолобость местной элиты.

Я вздохнул. Кажется, принести цивилизацию в этот мир куда сложнее, чем убить дракона…

— Если нет рабов, — послышался из угла зала насмешливый выкрик, — кто тогда вкалывает?

Вопрос, вживую олицетворяющий идиотизм некоторых присутствующих, заставил мысленно закатить глаза.