Гордость, зомби и демон

Глава 16

Осень, 96 день, 11429 год. Мировой океан, область в близи острова Ларбанд, драскон военного флота Датарока.

— Бирох. Объясняйся. Кто дал тебе полномочия для такого решения? — прозвучал из голографического экрана сухой голос старейшины Хааса.

Опустив голову, старший клирик Бирох встал с кресла перед изображением старца за столом, в зале совещаний.

— Вы же мне и дали полномочия, мудрейший, — не растерявшись, ответил Бирох, слегка приподняв голову.

— Идиотом не прикидывайся! Какого злонга твоей бабушки ты отправил девку с духами⁈ — угрожающе повысил голос старейшина.

— В отчёте я всё указал. Её видения, мудрейший. Она не могла их придумать и выдать за подлинные. К тому же, они сразу дали понять, что не пойдут на остров без этих условий. Что мне нужно было сделать? — вздохнул Бирох и сосредоточенно посмотрел на оппонента.

— Ты меня спрашиваешь, что тебе нужно сделать? — злобно произнес старик. — Я тебе дал свободные полномочия не для того чтобы ты спрашивал меня! Я не верю в эти сказки, Бирох. Её нужно было уговорить любыми путями! — исподлобья посмотрел на него старик.

— Мудрейший, наше наблюдение за девушкой на острове показало, что она спокойно находилась на территории острова более пятнадцати минут, прежде чем скрылась из вида. — спокойно излагал Бирох. — Никто не выдерживал более пяти минут…

— Если в ближайшую треть периода хотя бы один из них не вернётся — ты и твоя племянница предстанете перед судейской комиссией. И вам очень повезёт, если они не вынесут решение о предательстве, — с ненавистью посмотрел на него Хаас и прервал видеосвязь.

У старшего клирика после слов старейшины выступила испарина на лбу, стоило ему представить высшую меру наказания. И больше он волновался о племяннице, дочке его покойной родной сестры. Ведь она для него как дочь.

— Молю тебя, Реннион… Верни их… Не для меня. Для Лайсу… — прошептал Бирох и, перекрестив на груди руки, положил пальцы на плечи и опустил голову. Как принято молиться местному богу.

Осень, 97 день, 11429 год. Остров Ларбанд, охранно-контрольный пункт № 6, межастралье.

Не знаю, сколько прошло времени, и прошло ли оно вообще. Моё сознание выходило из транса постепенно и очень неохотно. Сквозь кокон своей духовной силы я слышал постоянный шёпот: «Расслабься», «Ты сильный, заблудший дух», «Будь лучшим моим слугой», «Присягни мне на верность».

После осознания смысла этого шёпота меня обуяла дикая ярость! Духовная сила засветилась и загорелась огнём! Не отпуская из рук девушку, я прогудел мощным басом:

— С-СКОТИНА! Я верен только Сатане и Люциферу!

Могучий разум, что давил на нас, словно издал удивлённую ухмылку, и давление со всех сторон резко уменьшилось.

Я наконец оглянулся по сторонам. Это был тот же астрал, с оранжевым песком, только здесь он был весь пропитан и изгажен поглощающим черным дымом. Казалось, я не вижу дальше вытянутой руки, прошёл вперёд по песку, а тьма вокруг как будто двигалась с нами.

— Крондо! — рядом со мной появился корчащийся от боли Хикару.

— Что ты делаешь⁈ Нужно контролировать её тело! — рявкнул я.

— Успокойся, за три дня я выгнал всю заразу из тела. Но она постоянно опять появляется через астрал. Нам нужно выбираться с острова…

— Нет! Нам нужно усилить духовную силу Маруси! Я чувствую, что эта сволочь последует теперь за ней в любую точку мира! — сказал я и бешеными глазами взглянул на японца.

— О ком ты говоришь? — недоумённо произнёс он, даже забыв о боли.

— О виновнике всего творящегося здесь! Хикару. Мне. Нужна. Помощь, — отчеканил я, пристально вглядываясь в лицо шинигами и слегка подавляя ярость.

— Я тебя понял. Идём до конца, — уверенно кивнул он и растворился серой дымкой.

Спустя какое-то время я почувствовал наплыв духовной силы от Хикару к Марусе. Пришло время действовать.

Встав на колено, придерживая девушку я начал её будить, похлопывая по щекам. Но она только несвязно что-то бормотала.

— Да очнись же ты! — рявкнул я и влепил девушке хлёсткую пощечину, отчего она непонимающе приоткрыла глаза.

— К-Крондо… Я-я не могу… сон… спасает… — прошептала она и опять закрыла глаза, а я опять влепил ей пощечину.

— Сон не спасает! Он растворит твою душу! Терпи боль! Борись! Чувствуешь боль — значит ты жива! Ты забыла о Жеке⁈ — прорычал я последнюю фразу, когда глаза девушки практически закрылись. Но услышав о своём возлюбленном, она вновь открыла глаза, теперь уже гримасничая от боли.

— Я н-не могу, невыносимая боль! — со слезами схватилась она за лицо.

— Руся, тебе нужно терпеть боль и вливать духовную силу! Только так ты разовьешь её до равного с духами уровня! С каждым разом боли будет меньше! А тот, кто хочет овладеть тобой, сдастся!

После моих слов со всех сторон прозвучал каркающий, шипящий смех.

— Смертным это не дано-о-о. Эта душа будет мое-е-й, — прошипел голос.

— Ты никого из нас не получишь! УБЛЮДОК! — яростно пробасил я.

— Я-я пон-няла, Крондо. Я не сдамся! — нахмурилась девушка и начала генерировать свою духовную силу.

— Умница… — прошептал я и встал на колени.

Маруся постепенно встала на колени передо мной, уплотнив вокруг себя кокон духовной силы. Мы держали друг друга за руки, проходили часы, дни, и… возможно, недели гнетущей боли.

Маруся иногда падала без сознания, но я её тут же подхватывал, и мы продолжали. Затем всё по кругу, снова и снова. Для нас двоих было ощущение, что прошло несколько месяцев. Девушка плакала, умоляла, твердила, что больше так не может, но я ей постоянно напоминал, что это обязательно закончится. Главное, чтобы она думала о своём возлюбленном и доме.

Один раз её полубессознательный бред перешёл на улыбку и постоянный шепот по кругу: «Все будет хорошо, любимый». Не совсем понял что с Русей произошло, но это продлилось не больше часа. А затем борьба с болью и выделение ещё большей духовной силы продолжилась.

Прошло столько времени, что девушка больше не корчилась от боли, а сосредоточенно глядела мне в глаза, при этом постоянно впитывая всё больше духовной силы из своей души. Эта вездесущая тварь просто не понимает, что за это время, пока пытается овладеть её душой, девушка развивает свою духовную силу практически до невообразимых высот. Или… знает?

Ещё через пару недель — по субъективному времяощущению астрала — Маруся отпустила мои руки и встала с песка.

— А что ты на это скажешь⁈ — крикнула она в пустоту и резко вышла из границ моей духовной силы.

Я даже слегка дёрнулся, испугавшись за неё. Но когда увидел, что она ровно стоит и испускает мерно пульсирующий, светящийся купол духовной силы, то даже улыбнулся. Разум, что таился во тьме, проигнорировал вопрос девушки. Давить не переставал, но и не увеличивал давление.

— Марусь. Я сейчас вернусь, — сказал я, и тут же исчез серой дымкой, оказавшись в своем теле.

Открыв глаза и поднявшись с девушки, я увидел возле себя сидящего зомби-японца. Он сидел на коленях, поджав под себя ноги, и с закрытыми глазами покачивался.

— Хикару! — громко сказал я, а японец аж подскочил.

— Крондо! Что…

— Пока ещё не всё! Но прекращай подпитывать её тело и просто следи за состоянием. Нам какое-то время ещё придется побороться! Всё, я пошёл назад! — воодушевлённо сказал я и нырнул опять в межастралье.

Когда я появился возле Маруси, без подпитки шинигами девушка слегка согнулась от боли и лютой ненавистью смотрела в пустоту.

— Теперь ты защищаешься от него без поддержки Хикару! — тронул я девушку за плечо, но она резко откинула мою руку и недобро посмотрела на меня.

— Не приближайся, Крондо. Я сама справлюсь, — чуть разгладив лицо, процедила она и прошла на несколько шагов от меня. Сев на колени, сосредоточилась на боли.

— Горжусь тобой… — прошептал я, улыбаясь.

Так как моя духовная сила не касалась девушки, этот зомби-разум на меня совершенно не давил, так как его целью была Маруся. С нами, с духами, бороться бесполезно. Наше уязвимое место — наши хозяева. Ну… по законам этого мира.

Ещё через неделю астрального времени девушка добрала недостающее развитие духовной силой. Получая только небольшую порцию боли, она могла спокойно ходить и разговаривать со мной. Мы даже начали лёгкие тренировки на мечах, но так, чтобы девушка не сбивала концентрацию, а тренировала её.

Когда появилось хоть какое-то разнообразие, кроме испытания болью, мы потеряли даже субъективный счёт времени. Пару раз к нам приходил Хикару и удивлённо смотрел, как мы тренируемся. Он-то нас и известил, что с момента, когда Маруся упала у костра, прошло двадцать шесть дней.

Девушка в начале испугалась из-за того, что её тело за это время могло превратиться в мумию и чуть не сбила свою концентрацию. Но мы её быстро успокоили, объяснив, что за счёт постоянной накачки духовной силой она не потеряла ни грамма веса.

Наши тренировки продолжились. Но в один момент Руся резко остановилась с мечом в руке и радостно сообщила:

— Он отступает!

А я почувствовал, конкретно на себе, холодный, но заинтересованный взгляд. Секунда, и чёрный дым рассеялся, открывая обзор на жёлтые пески астрала.

— Как-то всё странно… — еле слышно прошептал я, обнимая девушку, которая радостно кинулась мне на шею.

Однако межастралье преобразилось не полностью. По всей видимой области сквозь песок пробивались нечастые языки тёмного дыма. Видимо, поэтому тут сразу заражаются все, кто попадает на остров. Даже в астрале очерчена чёткая его граница. Что ж, ещё кусочек полезной информации для стариков.

— Руся, возвращаемся… — погладил я девушку по спине и отстранился.

— С удовольствием! — хихикнула она и растворилась дымкой.

Когда мы появились в своих телах, я слез с отталкивающей меня Руси, и она тут же заговорила:

— Господи! Я как будто целый год провела в этом межастралье. Но в то же время это было как во сне. Как я не свихнулась? — вопросительно просмотрела на меня девушка.

— Благодаря развитию духовной силы и твоему упорству, — улыбаясь, ответил я и помог подняться ей с кровати.

Но только она встала, мы услышали голос Хикару:

— Ариенай! Неужели всё закончилось⁈ Я тут, понимаешь, месяц без еды и питья сижу! А они улыбаются вовсю…

Руся подбежала к японцу и крепко обняла его.

— О-ой… Мару-сан? — изумлённо сказал он.

— Аригато, Хикару-сан, — радостно сказала девушка, прижимаясь к груди зомби. — Спасибо, что не бросил нас, — она подняла голову и лучезарно улыбнулась обалдевшему японцу.

А он на несколько секунд даже потерял дар речи. То ли из-за того, что она первый раз обняла его, не боясь оболочки зомби, то ли из-за того, что она ему опять сказала на японском.

— Э-э. Не за что. Куда ж я без вас в этом мире, — улыбнулся он в ответ.

— Я твой должник, Хикару, — сказал я и, подойдя, хлопнул ему по плечу.

— Сочтёмся дома, — подмигнул он. — Устроишь мне экскурсию по вашему Центральному Аду.

— За то, что мы пережили, и не только экскурсию, — гоготнул я.

Хоть мы и питались всё это время духовной силой, но животы у нас всё же прилипли к позвоночнику. А у меня это произошло, из-за того, что я был материализован. Хикару же лукавил и последние несколько дней питался запасами консервов что нёс с собой. Поэтому, спустя двадцать семь дней, мы всё же продолжили наш обед, который прервался. Ну, а точнее ужин, так как был уже вечер.

За это время, что мы боролись с неведомой тварью, наступила практически зима. Как минимум, на этом северном острове точно. Снег на улице лежал по щиколотку и таять уже не собирался до наступления весны.

Но мы всё равно решили готовить ужин на улице, и причём капитальный, в котелке и из сублимированных продуктов. Вода в баке генератора влаги охранной точки присутствовала, поэтому мы даже напились вдоволь.

Хикару принялся кашеварить в местной кастрюле, из продуктов, что у нас были. А Руся задумчиво проговорила:

— И всё же… Что это было за существо, которое пряталось в чёрном дыме?

— Вы о ком? Я никого не видел, — пожал плечами японец.

— Ты просто очень мало побыл возле нас, там… — сказал я повару, а на вопрос девушки ответил: — Мне кажется, это и есть то божество… Как его…

— Урокон, — освежил мою память Хикару.

— Да. Но нашим, земным божествам он в подмётки не годится по силе. Или… он подчиняется определённым законам мироздания, — покачал я головой.

— Если это бог, то он очень жестокий… — недовольно сказала девушка.

— Все боги жестоки, — философски заметил я и задумчиво произнёс: — В любом случае, кто бы это ни был, он дал тебе возможность стать в разы сильнее.

— То есть, ты хочешь сказать, что мы его не победили⁈

— Я хочу сказать, что он мог давить этим проклятьем куда сильнее. Но, увидев мою демоническую ярость, ослабил напор. Ты в тот момент была без сознания. Он с интересом наблюдал, как ты громадными темпами увеличиваешь духовную силу. При этом не стал напирать сильнее, давая тебе возможность дорасти до силы астральных сущностей, таких как я и Хикару в этом мире.

— Э-э… Но для чего это все? — удивился японец, подкидывая в кастрюлю какую-то сушёную зелень.

— А вот на этот счет сложно даже делать предположения, — пожал я плечами.

— Мне кажется, всё не так, — нахмурилась Маруся.

— Может быть… И когда-нибудь мы это узнаем, — сказал я, повернулся к девушке и с улыбкой спросил: — Как тебе новые возможности? Сидишь при минусовой температуре и даже без куртки.

— Это просто невероятно! — сразу загорелась Руся. — Я как будто при комнатной температуре нахожусь. И снег рукам не холодный! Хотя и тает! — тут же взяла она в ладошку снег и с улыбкой начала разглядывать.

— А завтра ещё побежишь с моей скоростью, — хихикнул японец. — И укусы зомби тебе не страшны — зубы сломают.

— Вот только тебе нужно постоянно поддерживать концентрацию, — наставительно сказал я. — В ненужный момент собьёшься, и это может стоить тебе жизни.

— Знаю. Буду максимально сосредоточена, — вздохнула она, отряхивая ладонь от снега.

— Кстати. Что мы будем делать с возвращением? Корабль Датарохцев, наверное, уже покинул то место, откуда мы приплыли. Скорее всего — нас уже похоронили, — сказал Хикару.

— Они нас не бросят! — твёрдо сказала Маруся.

— Ты уверена? В твоём втором видении ты наблюдала, как мы садимся в катер и доплываем до их корабля? — усмехнулся зомби.

— Нет, но… — хотела возмутиться она, но я её перебил:

— Насчёт этого точно теории строить преждевременно, — начал успокаивать девушку. — Даже если их там уже нет, у нас у каждого есть смартфоны. И как только они заработают — свяжемся с кем-нибудь через интернет. Контакты у нас есть.

— А если не заработают? — хмыкнул зомби деловито помешивая варево.

— Всегда есть выход. В крайнем случае, у нас достаточно топлива, чтобы добраться до материка. Бак рассчитан на пять сотен километров.

— Слышал? Так что хватит тут улыбаться и готовить нас к смерти! — На этих словах Маруся показала японцу язык из-за чего он захихикал и сказал:

— Ладно-ладно. Угощайтесь! — Он выудил откуда-то железные палочки и, схватив ими мясной кусок, добавил: — Итадакима-а-ас!

Как там говорится по-шекспировски? Ах да! «Всё хорошо, что хорошо кончается» — именно это я подумал после хорошего ужина. Мы с Хикару умяли всю кастрюлю, Руся тоже на радостях съела пару тарелок. Затем мы задвинули тяжёлую металлическую дверь и разбрелись по двум жилым комнатам.

Я и Маруся поселились в одной, на двух разных кроватях, а наш повар-японец — во второй. А так как мы, можно сказать, вдоволь выспались, находясь почти месяц в астрале, то пару часов болтали о всякой фигне. О музыке, фильмах и даже затронули «Симс 3», от которого у нас чуть не разгорелся спор. Но в конечном итоге мы всё же уснули. Как ни крути, а нужен нам полноценный сон, а не астральный.

С рассветом Хикару разбудил нас. Мы привели себя в порядок и перекусили. Точнее, перекусила только Руся, сухпайком. Хикару отказался, аргументируя это тем, что без саке он с утра не ест. А мне хватило и вчерашнего. Да и провизию надо экономить, даже при всём при том, что недостатка в духовной силе теперь нет ни у кого.

В общем, под легкий падающий снег и утренние тучи мы со всех ног ломанулись до следующей точки контроля. Маруся некоторое время привыкала к скоростному бегу, так как ей тяжеловато давалась концентрация духовной силы именно в ногах. Но через полчаса она могла вполне комфортно бежать со скоростью около сорока километров в час.

Такая скорость устраивала нас ещё потому, что из-за заснеженной дороги мы часто путали её направление и сходили с курса. Приходилось возвращаться и телекинезом разгребать снег, чтобы понять, куда она идёт. Снега за ночь навалило прилично. Но примерно через два с половиной часа мы стояли у следующего Дота.

Строение оказалось идеальной копией предыдущего. И оно нас порадовало двумя изменёнными, с которыми собственноручно разобралась Маруся, нашинковав их, как капусту на разделочной доске. Она настолько вошла в раж своим первым убийством монстров, что на привале потребовала «пропустить даму вперёд» на следующей охранной точке.

Поэтому мы напились воды из местного бака-накопителя и сразу двинулись дальше. Теперь мы уже добрались за полтора часа, наловчившись не путать по снегу дорогу. Только следующий Дот, хоть и был копией предыдущих, но оказался намертво закупорен. Я уже хотел грубо вскрыть его телекинезом, как ко мне обратилась Руся:

— Крондо, стой! Дай я!

Девушка подошла к металлической двери, схватила катану двумя руками и, напитав её духовной силой до легкого свечения, тремя ловкими ударами прорубила себе проём под свой рост.

— За мной не ходить! Я сама! — крикнула она нам и вошла внутрь.

— О-ой! Крондо-сан! Может, домой пойдём? Мы тут бесполезный балласт, — гоготнул японец.

— Давай подойдем ближе, — не разделяя его веселья, сказал я. — Ей, конечно, нужно тренироваться в боевых условиях, но чрезмерная самоуверенность к сатанисту может привести… — покачал я головой и двинулся ко входу.

— Понимаю. Этих изменённых я даже не чувствую, не то что взять под контроль, — идя за мной, напомнил Хикару.

Мы подошли к воротам, и тут раздался грохот. Я сразу же ломанулся в проём, что вырезала девушка. Но не тут-то было! Я в него с трудом протиснулся! Вот же! А когда пролез, оставляя царапины на броне, — грохот прекратился. Мы с Хикару подбежали к лестничному проёму наверх и удивлённо уставились на медленно спускающуюся девушку. Её лицо было в брызгах крови, улыбаясь, как последняя маньячка, она взмахом отряхнула катану от крови и убрала её за спину.

— Ну прямо как шинигами, когда забрала грешника, — хихикнул японец.

— Я же сказала. Я-са-ма, — приподняв бровь и продолжая улыбаться, отчеканила она.

А до меня только сейчас дошло — тут же кромешная тьма! Как она видит⁈ Этот вопрос я удивлённо и озвучил.

— Когда тело укреплено, то и глаза в темноте видят в сером свете, — пожала она плечами и прошла мимо нас на выход. — Чего встали? Пошлите к следующему. Тут больше ничего нет. Только пару целых смартфонов подобрала. Может, будет полезно потом.

Мы с зомбяком переглянулись и поняли, что она успела проверить все двери на первом этаже. Как её учителя, мы были немного в шоке от её скорости, но не менее горды за плод наших трудов.

Останавливаться на привал мы не стали. Девушка только вымыла снегом лицо и высушила его очищающим баллончиком. Так как я летел один, после предыдущего Дота, было принято решение навесить поклажу на меня. Мне было всё равно, я-то не бегаю, как угорелый, — мне это без надобности. Поэтому я без препираний принял функцию грузчика.

Следующие три охранно-контрольные точки мы прошли за шесть часов, или за восемь местных. И было принято решение вернуться к катеру, чтобы скинуть найденную электронику, которая, возможно, может оказаться полезной в расследовании катастрофы. Нашли мы немало: пять смартфонов, целый серверный блок и пару кристаллических накопителя информации. Тащить всё это пришлось, соответственно, мне.

Но проблема состояла не в этом, а в том, что катер мы искали до самых сумерек, ибо нам пришлось проделать около ста пятидесяти километров по берегу острова. Нам нужно будет оставить ориентир на кольцевой дороге, чтобы впредь не пришлось долго плутать.

— Там, между прочим, есть походная жаровня, на каком-то топливе. Так что сегодня пируем! — воодушевился Хикару, отряхивая катер от снега.

— Хоть я и не голодная, но было бы замечательно. С утра поела только сухое мясо, — скривила девушка носик.

— Разбирайтесь. А я пошел искать дрова, — вздохнул я и скинул рядом с катером всю поклажу.

— Зачем это? — удивился зомби.

— Я люблю огонь. Глаза греются, — усмехнулся я.

— Понятно. Кое-кто скучает по дому, — хихикнул он в ответ.

Пару небольших деревьев я приметил за пару километров вдоль берега. Поэтому, зная дорогу, я пулей рванул в ту сторону. Деревья были сантиметров семь у основания, но этого мне хватит, чтобы насытить свои глаза приятным светом дома. Никогда бы не подумал, что скажу такое.

На всё про всё у меня ушло минут пятнадцать. Я их просто грубо выкорчевывал с корнями, взял в каждую руку и волоком понёс в сторону катера. Ребята за это время успели только загрузить в катер найденное и выгрузить часть продуктов.

Я попросил Русю нарезать деревья на равные поленья и принялся за костер.

— И как на нём готовить? Подставки-то нет, — сказал Хикару, держа в руках котелок.

— Вот и готовь на этой печке. А это… для освещения, — улыбнулся я.

— Мы как будто с вами выбрались на природу, отдыхать, — засмеялась Руся. — Не хватает только алкоголя и гитары.

— И шашлычка-а-а… — мечтательно облизнулся я, на что девушка засмеялась ещё больше. Я в это время, улыбаясь, начал вглядываться в темный горизонт и не поверил своим глазам.

— Смотрите! — ткнул пальцем в светящуюся белым точку.

— Это корабль что ли? — прищуриваясь, спросила девушка.

Я вытащил из рюкзака Хикару прицел, вгляделся в точку и констатировал:

— Это авианосец. Далеко стоят. Не знаю, километров пятнадцать.

— Ну-ка дай посмотреть, — взяла у меня прицел девушка.

— Повезло, что вечером снег перестал идти. Значит, они стабильно находятся на этом месте, — отозвался японец, поджигая печь на топливе. Девушка вернула мне трубу и обрадовалась:

— Это же замечательно!

— Мне кажется, они нас заметили. Оптика у них всяко лучше нашей, — сказал я и вернул прицел в рюкзак.

— Ну, значит, завтра возвращаемся. После разведки, — сказал Хикару.

Это событие, хоть и не такое радостное, но подняло всем настроение до самого конца ужина. Маруся вообще лучилась чуть ли не счастьем за сегодняшний день. Ведь она теперь не чувствовала себя хрупкой и беззащитной. А наши планы идут по намеченному пути.

После ужина, глубокой ночью, я закинул в костёр оставшиеся дрова, и мы отправились спать. Маруся заняла удобное место возле двигателя, который мы на час запустили ручным стартером, чтобы немного прогреть салон. Постелив себе пару пуховиков, она легла поперек салона в самом конце. С её ростом она разместилась там вполне удобно. Хикару занял переднее пассажирское сидение. А я, как самый высокий, распластался на полу, головой к девушке, подложив под голову какую-то сумку.

Пока я засыпал, в голове крутился зудящий вопрос: «Почему бы мы не вернулись без Маруси?». У базы явно происходит что-то опасное.