Его огонь горит для меня. Том 1 (СИ)

Глава 14

Утро следующего дня выдалось пасмурным, самочувствие практически вернулось к норме, а завтрак придал сил. По настоянию Келая я всё-таки провела первую половину дня в постели с книжкой по географии.

Итак, в этом мире было всего три континента и очень, очень много воды. Одно полушарие почти целиком представляло из себя океан, на картах разной точности были набросками отмечены некоторые острова, судя по всему, необитаемые, не имеющие названий, а лишь порядковые номера.

Второе полушарие делили между собой три континента — Минхатеп располагался в южной части и был очень засушливым. Судя по картинкам, большая часть его была песчаной пустыней.

Карастель, основной континент, по которому и был назван этот мир, делился между тремя государствами. Альмендрия была огромной вытянутой с востока на запад страной, занимающей две трети всей земной массы. На севере континент был обрамлён горной грядой, и только в одном месте горы чуть отступали от Северного моря, там в огромной бухте находился Ковен, город-государство, принадлежащий магам.

Расположение Ковена по параллели соответствовало Сарканé, второму по значению городу Альмендрии. Далее на запад континент сужался, и после Итáри, третьего по размеру и самого западного города империи, шла граница с Шемальяной, небольшим государством, славящимся своими ремесленниками и учёными.

На севере раскинулся второй по размеру континент — Северное Плато. Огромная территория с рваным южным краем и полностью скрытым в вечных льдах севером. У варваров была сложная клановая система, поэтому как такого государства они не имели, у них было Собрание глав кланов, на котором решались все важные вопросы.

В Альмендрии и Минхатепе была монархия, в Шемальяне выборный пожизненный правитель, который не передавал власть по наследству, а среди варваров — можно сказать, что и демократия. По крайней мере, каждый клан выбирал главу и эти главы уже собирались для принятия решений на Собрании.

Что касается расовых особенностей, отмечалось, что варвары обладают феноменальной силой и, как правило, рыжеволосые. Остальные нации черноглазые и темноволосые. В Ковене есть маги всех национальностей и даже представители разных миров, поэтому он крайне космополитичен и никакой единой нации там нет.

Время до обеда я потратила на книги, а после плотной еды немного вздремнула, так что к вечеру я уже изнывала от скуки, но Синнай сказал, что гостей стоит ожидать только после ужина. К счастью, он ошибся, и Тамила с Эмилой и Эделикой пришли как раз до него, чтобы составить мне компанию. Девушки мне понравились, обе были живые и любопытные, даже чересчур непосредственные.

— Алина, Эр для огневика очень сдержанный, тебе повезло. — это Эмила.

— И красивый, ну согласись, что красивее него разве что Эддар и может быть Даттон. — добавила Эделика.

— Нет, глупости не говори, Даттон Киллару в подмётки не годится. — ответила ей сестра.

— Киллар был бы симпатичным, если бы не уши. — сморщилась Эделика.

— Нормальные у него уши! — возмутилась Эмила.

— Не кричи, с такими ушами услышит и прибежит. — хмыкнула вторая двойняшка.

— И пусть прибегает. — Эмила прикусила нижнюю губу и улыбнулась. Девочки захихикали, и перепалка сошла на нет. Сёстры у Эддара были красивые — тонкие, стройные, высокие и гибкие, каждая с копной густых кудрявых волос и большими чёрными глазами, обрамлёнными длинными ресницами.

— Так странно, что вы больше похожи на Ринара, чем на родного брата.

— Мы с Эром в отца, а Эд — в маму. Эр тоже кудрявый, если волосы отрастут, но он всегда коротко стрижётся, поэтому не видно. Военные, ничего не понимают в мужской красоте!

— И Эддар за ними! Ладно Эр, он вырос в казарме, но наш-то уже нахватался, он в Эровой десятке уже неотъемлемый одиннадцатый элемент.

— Я видела несколько поединков. Очень впечатляет.

— Мы тебя тоже видели, но познакомиться не успели. Эр не разрешает ходить на дуэли смотреть, поэтому мы аккуратненько, одним глазком.

— Эда тренируют они все, особенно Аркай. Вообще, он из них самый сильный боец, поэтому мы, конечно, впечатлились, когда Эр выиграл.

Мне не очень хотелось продолжать эту тему, но девушки были настойчивы.

— Я видела, как они танцевали на балу. Эр от Алины глаз не отрывал, даже не взглянул в сторону Ангалаи, вы бы видели, какими пятнами она пошла, когда эта парочка ушла с бала. Просто бальзам на мою душу. — глаза у Тамилы горели огнём, а руки сжались в маленькие кулачки.

— Может, наконец-то это собьёт с неё спесь. — судя по всему, Эделика тоже Ангалаю не жаловала. Видимо, в этом мире девочки тоже предпочитают дружить против других девочек.

— Чем она вам так не угодила? — я с невинным видом прихлебнула травяного отвара. В конце концов, мне Ангалая тоже не понравилась, я тоже хочу против неё дружить.

— Понимаешь, Алина, статус фаворитки при императоре очень своеобразен. С одной стороны, фаворитка никогда не станет женой, для прохождения обряда невинность — обязательное условие. Также как император никогда не сможет взять в жёны вдову. Это старинный обычай, завет предков, который нельзя нарушить. Условий всего два — наличие магических способностей или определённой реакции крови и невинность. К сожалению, дар Эра настолько силён и специфичен, что для него невесту искали по реакции крови. Ни одна из наших подходящих магичек его огню противостоять не может. Искали в разных мирах, не только в вашем, но у вас оказалось немало подходящих невест. Есть теория, согласно которой люди в немагических мирах обладают высокой резистентностью к магии. Ну, собственно, мы не знаем точно, как получается: отсутствие магии так влияет или, наоборот, она уходит из мира, когда население становится резистентным.

— Магия — это генетическая особенность. Нельзя приобрести способности или получить их. Они либо есть, либо нет. У нас с Эмилой есть небольшие лекарские способности, как и у Тамилы. Женщины, как правило, именно к целительной магии склонны, магия воды тоже встречается. А вот огневички — редкость, их за историю мира и было-то всего несколько штук, большая часть из них, кстати, стали императрицами.

— Можно вопрос?

— Конечно, Алина.

— Судя по количеству детей у каждого императора, у вас должно быть очень много родственников. Они проживают при дворце?

— Родственников мужчин кроме Эра и Эда у нас нет. Уже несколько веков всю нашу линию истребляют, Алина. Мальчиков и так рождалось не так много, отцу невероятно повезло иметь целых четверых сыновей, у него самого был всего один брат и три сестры. Наши тёти и дяди были убиты, только одна умерла своей смертью от старости, но она была обычным человеком, без способностей.

— А двоюродные?

Эделика грустно покачала головой, а Эмила поджала губы.

— На нас ведётся охота. Тот заговор, который ты помогла разоблачить, пролил свет на многие смерти. И мы хотели выразить тебе огромную признательность за то, как ты поступила. Но, к сожалению, некоторые покушения так и не были раскрыты, а какие-то из смертей действительно могли быть трагической случайностью.

— Раньше смерть забирала только тех, кто не хотел жить во дворце, но сейчас наши убийцы среди нас. Братья сделали очень многое для обеспечения нашей безопасности, как видишь, даже с тобой у нас не было возможности познакомиться раньше.

— Наверное, это очень тяжело. Жить с оглядкой и не чувствовать себя в безопасности даже в собственном доме. Я здесь всего неделю по вашим меркам, но нервы уже сдают.

— Проблема в том, что ты не знаешь, кому доверять. Вернее, мы можем доверять только друг другу, а это всегда обижает достойных, понимаешь? Эр не может доверять никому, кроме Эда, своей десятки и Шаритона. После истории с Тавервелем даже это может быть пересмотрено.

— И если внутренних врагов раньше можно было сдерживать, то год назад Минхатеп просто сошёл с ума. Шпионы, провокаторы, пропагандисты среди людей, страна на грани гражданской войны, людей подстрекают к бунту и смене власти. Эринар внушает людям ужас, и совсем не помогает то, что он не всегда может сдержать огонь, когда злится. — заметила одна из сестёр.

— И среди всего этого хаоса он вынужден жениться на иномирянке, да ещё и рыжей. Видишь ли, из-за особенностей варваров рыжих и светловолосых у нас не жалуют. Они гораздо сильнее физически, чем люди других континентов. К счастью, из-за междоусобиц договориться они не могут и хоть сколько-то серьёзную армию против нас не выставляют. Иначе они бы поработили весь мир, Алина. — добавила вторая.

— На сколько же они сильны?

— Даже у Аркая не было бы шансов в драке с варваром один на один.

Невольно присвистнув, я представила человека, против которого у Аркая «не было бы шансов». Воображение нарисовало настоящего монстра.

— И что же делать?

— Искать истоки заговоров, бороться, проводить работу с населением. Проблема в том, что любые начинания люди начали воспринимать в штыки. И сложно понять, что сейчас может помочь. Кроме того, Эринар совсем молодой правитель, а отец порой был излишне жесток, что создало определённую репутацию. — грустно сообщила Эделика.

— И отнюдь не помогает то, что Эр совсем не хочет этой роли, не идёт на контакт с людьми. Для изменения их мнения придётся проводить огромную работу, а он не желает даже начинать. — Эмила горестно вздохнула, а мне стало не по себе. В какую же передрягу я умудрилась вляпаться? Если на их род действительно ведётся такая охота, то мои шансы выжить в этой мясорубке близятся к нулю. У девочек хотя бы есть братья и другие защитники, возможно, возлюбленные, а я совершенно одна в этом мире.

— Он военный, а не дипломат. Отец никогда не обучал его так, как Эральта, у Эра акцент был на боевую магию, а не магию управления или подавления. И хотя чему-то, конечно, Шаритон его научил, но всё равно.

— Мы так далеко ушли от темы. — я решила напомнить им, с чего начинался разговор. — Вы так и не рассказали почему не любите Ангалаю.

— Ох, и правда. Ангалая — просто любовница, но ведёт себя так, будто она императрица, и все должны ей подчиняться и ноги целовать. При этом не гнушается подставить или унизить соперницу. Нас она не трогает, но Тамилу очень сильно травила, ведь происхождение и остальные характеристики у Тамилы подходящие. Успокоилась только после того, как Тамила стала встречаться с Даттоном. А теперь сместит фокус на тебя.

— Но ведь у императора всё равно рано или поздно будет жена.

— Видимо, вариант с рано её не устраивает, только с поздно.

— А Ринар? Неужели он не видит её характер?

— А ему всё равно, если честно, то он со своими любовницами времени не проводит, посещает их иногда и только. Даже не разговаривает с ними особо. — пожала плечами Эделика.

— Это как-то совсем дико. Неужели он ни разу не был влюблён?

— Был, в Раззону. — Эмила ответила очень тихо, а Эделика грозно на неё посмотрела.

— Эмила, не смей! Это дело Эра, он сам расскажет, если захочет.

— И где эта девушка сейчас?

— Погибла. — Эделика ответила лаконично, пытаясь поставить точку в разговоре, но воображение нарисовало жуткую картинку сгорающей в огне девушки. Бррр. Видимо, что-то отразилось на моём лице, потому что Эмила принялась с жаром защищать брата.

— Эр не виноват, она его предала!

— Что случилось?

— Это дело Эра и он сам расскажет, если захочет. — голос у Эделики стал твёрдым, и все собравшиеся поняли, что больше подробностей не будет.

— Но Ринар всего полгода как император, неужели Ангалая успела так сильно всех достать?

— Да. Тамиле она подлила ядовитую кислоту в баночку с шампунем. Другой девушке насыпала битого стекла в обувь, третью опоила возбуждающим зельем, и та публично вешалась на стражников, а с одним из них даже переспала на глазах у зрителей. — Эмила покраснела от таких подробностей, а потом подняла на меня серьёзный печальный взгляд.

— Будь осторожна. Проверяй все вещи перед использованием, не принимай подарков. Есть можешь спокойно, за это отвечают слуги, и у Маррона есть целая система проверки от ядов, которую он держит в секрете даже от нас. Горничная тоже надёжна, после последнего покушения со слугами провели дополнительную работу. Проблема в том, что служанке, которая несла тебе шкатулку, сделали внушение, обойдя ментальную защиту.

— На слугах есть ментальная защита?

— Конечно. Кроме того, они приносят клятвы верности.

— Почему на мне такой защиты нет? А что, если мне кто-то сделает внушение?

— На тебе Поводок Слуги, на тебя нельзя сделать другое внушение, кроме того, Эр сказал, что требование заботиться о нём он озвучил.

— Да, но это заклинание работает как-то странно. Я же кинжал в него воткнула уже после того, как он мне приказал о нём заботиться. Нет, что-то здесь не так!

— Алина, на Поводке Слуги ты даже если захочешь не сможешь вред ему принести. Поэтому ты и про заговор ему рассказала.

— Это не так! Я могла бы промолчать, если бы захотела! — возмутилась я.

— Поводок Слуги вызывает желание подчиняться. Ты захотела рассказать ему о покушении потому, что тебе хочется заботиться о нём. — мягко, как ребёнку, пояснила Эделика.

— Нет. Я могу сопротивляться его приказам, по крайней мере некоторым. — я вскочила с места и заходила по комнате. — Вы ошибаетесь, я в любом случае рассказала бы о заговоре! Вне зависимости от того, против кого бы его замышляли, потому что это планирование убийства, это преступление.

— Хорошо, не нужно так волноваться, Алина. — примирительно ответила она, но было видно, что она осталась при своём мнении.

— Вы действительно считаете, что все мои хорошие поступки в отношении Ринара в будущем будут продиктованы этим заклинанием? Но это же бред! — но сомнения уже проникли в мои мысли. Он приказывает танцевать — я танцую, он приказывает заботиться — я забочусь.

Какая же я дура! Вместо того, чтобы поставить первоочередной задачей снятие Поводка Слуги, я на полном серьёзе решила выселить из дворца его любовниц! Насколько я вообще могу доверять себе? Какие мои поступки продиктованы моими личными желаниями и склонностями, а какие — заклинанием?

— Шаритон говорил, что заклинание работает неправильно, что я сохранила разум и волю. То есть большинство людей теряют волю и разум? Теряют личность? Он просто пытался стереть мою личность, сделать из меня куклу? И я теперь даже не могу с уверенностью сказать почему я совершила тот или иной поступок?

В комнате повисла тишина. Дурнота подкатила к горлу. Как-то долго до меня доходила такая простая истина. Ринар попытался уничтожить меня, а я с ним целовалась? Я подошла к окну и схватилась за подоконник. Спокойно. Вдох. Выдох. До тех пор, пока я жива, я могу бороться за то, что считаю правильным. Истерика не поможет. Слёзы не помогут.

Пальцы заломило от напряжения, и я приняла решение. Двойняшки правы, доверять нельзя никому, кроме родных, а значит я должна затаиться и выбраться из этой ситуации, как только представится возможность. Но в случае возникновения такого шанса я должна быть готова, морально, физически, финансово. Союзников у меня нет, зато есть враги, та же Ангалая с удовольствием смешает меня с грязью при случае. Вдох. Выдох.

Успокоив дыхание, я вернулась за стол. Тяжёлая пауза затягивалась, но я не собиралась облегчать девушкам совесть. Тамила не выдержала первой.

— Я много рассказывала девочкам об игре в крокодила. Мне очень понравилось в прошлый раз, было по-настоящему весело. Очень бы хотелось сыграть снова.

— Да, в моём мире множество подобных игр.

— Было бы очень интересно попробовать! Синнай пригласил сегодня парней, чтобы поиграть. Мы думали, что тебя это развлечёт.

— Вы знаете, на сегодня у меня другое предложение.

Сегодня, мои дорогие господа, вы будете показывать мне как вы врёте. Если уж я только сейчас осознала, что нахожусь в стане врага, то неплохо было бы его изучить. Правил игры озвучивать заранее я не стала, решила дождаться остальных. Келай и Синнай были первыми, кто пришёл. Помимо них пришли ещё два лекаря, Варрас и Элехир. Из десятки Ринара пришли трое: Итан, Даттон и Сарлем.

Поняв, что для моих целей маленькая гостиная покоев не подходит, я убедила всех переместиться в малую столовую, где мы с комфортом расселись вокруг стола, а я его возглавила. Вместо карточек я использовала клочки бумаги, а правила были простыми и понятными. И я объявила сезон Мафии открытым.

Игра произвела фурор. Приглашённые взрывались эмоциями, создавали коалиции, ломали чужие и меняли свои планы. Азарт игры захватил их настолько, что они едва могли себя контролировать и уж точно не думали о том, что я за ними наблюдаю. Келай оказался очень хорошим лгуном, а вот Сина можно было читать, как раскрытую книгу.

Двойняшки оказались неплохими актрисами, но набор ужимок у них был сильно ограничен, уже спустя три игры я научилась их вычислять. У Сарлема был прекрасный самоконтроль, а вот Даттон поддавался эмоциям. Итан был в шоке, что Тамила легко смогла обводить его вокруг пальца, и, кажется, всерьёз задумался о её вероломности.

Сам он врал довольно посредственно, так что не одна невеста раскусывала его игру, но обижался он только на неё. Тамила была хорошим соперником, но было видно, что ей нравится быть только мафией, становясь горожанином, она словно потухала, поэтому её тоже было несложно вычислить. Что касается лекарей, то они показали себя лучше. Все, кроме Синная, хорошо держали лицо, были спокойными и довольно ровными в своём поведении. Видимо, профессия накладывает отпечаток.

Мы успели сыграть четыре раза, когда мои лекари вдруг вспомнили, что я нарушаю постельный режим, а за окном глубокая ночь. Вся компания жаждала продолжить завтра, но я была непреклонна. Музыкальные вечера чередуются с игровыми, только так и никак иначе.

Ни Хашшаль, ни Эддар, ни Ринар не почтили вниманием наши посиделки, но это было к лучшему, и если касательно Эда я не могла сказать точно, но остальных двоих я видеть не хотела. Шаль в моих глазах потерял статус приятеля и напарника, я уяснила насколько легко и просто он меня прирежет в случае необходимости или просто приказа.

Ночью я виделась с сестрой. Лене я смогла бы рассказать больше, но не захотела. Ощущение эйфории, исходящее от неё, было настолько сильным, что я предпочла греться в лучах её благодарности, а не вываливать на неё свои проблемы. Рано или поздно я расскажу ей всё и воспользуюсь её советами, но сейчас я хочу, чтобы она была счастлива.