Черный Маг Императора 24

Глава 23

После случившегося я не мог уснуть еще несколько часов и сон сморил меня, когда за окном уже начало светлеть. Точнее говоря, в какой-то момент я просто отключился. Это было неудивительно. Странно, что мне вообще удалось заснуть. После такого насыщенного воскресенья…

Слишком много событий для одного дня. По большому счету их бы растянуть на неделю, чтобы я успел все переварить как следует. Однако в этом смысле мне вообще редко везет и если уж что-то наваливается, то все одновременно. Как сегодня, например. Не знаешь, о чем и думать на ночь глядя.

Хотя… Что скрывать, в основном мои мысли крутились вокруг разговора с Чернопятовым. По сравнению с этим событием все остальные немного меркли, о чем я очень сожалел. Мне было бы гораздо приятнее смаковать победу над гневодревом и праздничный ужин у Нарышкиных, на котором мне дали родовую клятву. Однако не судьба. Своим неожиданным визитом Макар испортил такой замечательный во всех смыслах день.

Поначалу мысли об этой встрече кружили в моей голове как карусель, подгоняя одна другую и мешая сосредоточиться. Но понемногу я успокоился и привел их в относительный порядок. Это было довольно непросто. После разговора с Чернопятовым у меня появилось слишком много вопросов, на которые я хотел бы получить ответы.

Вот начать хотя бы с его предложения, которое он мне сделал. Насчет предательства Вороновой и обещанную за эту награду. Хотя предательство это не очень подходящее слово для этого, правильнее было бы назвать его предложение убийством. Неужели он думал, что я на это пойду? Странно, если так.

— Ничего странного в этом не вижу, — высказал свое мнение Дориан. — За ту награду, которую он тебе предложил, очень многие темные уложили бы в могилу с десяток человек, если не больше. Так что в твоем случае — это считай что даром.

— Даже обсуждать это не собираюсь, — ответил я и в очередной раз перевернулся на другой бок. — По-твоему, я должен был убить Софью, чтобы получить взамен перстень? Так поступают все темные маги?

— По-разному поступают… — задумчиво сказал Мор. — У всех свои собственные взгляды на подобные вещи. Так что каждому свое, как известно.

— Да и наврал он про этот перстень, — пробурчал я и высунул из-под одеяла одну ногу. Сегодня прямо какая-то беда, то холодно, то жарко.

— Это другой вопрос, — не стал спорить мой друг. — Ответа на него мы с тобой уже не узнаем. Чернопятов мог как наврать, так и сказать правду. Может быть, этот Перстень Жнеца и существует на самом деле, кто его знает? Говорю же, поискать о нем информацию будет не лишним. Спрос карман не тянет.

— Если кого-то из вас интересует мое скромное мнение, то я впервые слышу о таком артефакте, — подал голос Красночереп. — Ни один из моих прежних хозяев ни разу не упоминал о чем-то подобном. Между прочим, один из них…

— Помолчи, Красночереп, сто раз уже рассказывал, — прервал его Дориан. — Знаем, что твой бывший хозяин был некромантюга каких мало.

— Конечно, не таким сильным как вы с Максимом, — поспешил добавить живой артефакт.

— Ясное дело, — хмыкнул Мор. — Еще бы ты сказал что-то другое, кровосос.

— Вот видишь, и Красночереп говорит, что впервые слышит об этом артефакте, — сказал я и спрятал ногу обратно под одеяло, потому что снова стало холодно и неуютно. — Я же тебе говорил — врет, собака. Думал, что я поведусь на его обещания. Кстати… Даже если предположить, что такое колечко и правда существует, то идти на союз с таким мерзавцем как он, значит заранее согласиться на то, что тебе воткнут нож в спину. Рано или поздно — это другой вопрос.

— Допустим, ты прав, — многозначительно сказал Мор, явно ожидая от меня вопроса на этот счет.

Я не заставил его долго ждать и спросил:

— Что значит «допустим»? У тебя есть сомнения на этот счет? — от возмущения я перевернулся на спину и открыл глаза, уставившись в потолок. — То есть, по-твоему, убивать людей и забирать их души, чтобы продлить себе существование, это хорошо? Так поступают все нормальные люди, правильно я тебя понимаю?

— Обычные люди нет, а некроманты… В общем, ты понял… — ответил он. — Кстати, если бы я хотел вернуть артефакт, который был моим смыслом жизни, а потом его кто-то стащил… Знаешь, Макс, я вот не могу тебе дать гарантий, что не стал бы поступать как он.

— Ты насчет слов Чернопятова о том, что Вороновы похитили у него Вороний Амулет? — уточнил я и не получив ответа продолжил свою мысль: — Я в это не верю. Очередное вранье. Сказано просто ради того, чтобы сбить меня с толка.

Немного помолчали. Мысль, которую только что подкинул мне для размышления мой друг, была неприятной. Как он мог всерьез такое предположить? А я уверен, что все было именно так. Даже если я сейчас прямо спрошу Мора об этом, и он скажет, что ничего подобного он не думал, это будет не так.

Еще как думал. Иначе вообще не стал бы упоминать этот момент в разговоре и обращать на него мое внимание. Однако ни о чем спрашивать Дориана не пришлось. Разумеется, он прекрасно знал, какие мысли были в моей голове, и решил заговорить сам.

— Ты только не торопись с выводами, мой мальчик, — сказал он. — Я не утверждаю, что все на самом деле так, но вполне допускаю мысль о том, что в принципе это возможно. Почему бы и нет? Согласись, когда не знаешь наверняка, то нет ничего плохого в том, чтобы рассматривать разные версии.

— То есть ты хочешь сказать, что Вороновы воры и убийцы? — спросил я у него и поерзал на кровати, поправив подушку, которую положил себе за спину, чтобы удобнее было опираться на спинку кровати. — Они стащили у Чернопятова Вороний Амулет, потом убили его, но справедливость восторжествовала и отец Софьи тоже был казнен. Правильно я тебя понимаю?

— Неправильно, — ответил Дориан. — И вообще — не нервничай и просто подумай об этом спокойно. Все может зависеть от точек зрения, ведь так? Софья может тебе чего-то недоговаривать с одной стороны, а Макар — с другой. В какой-то мере у них у обоих есть в этом своей резон, так как каждому нужна твоя помощь. Если ты заметил, кто-то из них должен умереть, чтобы второй был счастлив, а в такой ситуации можно сказать разные вещи. Смекаешь, о чем я тебе говорю? Хотя, конечно, я больше склонен придерживаться той точки зрения, что девчонка не врет. Просто, как старший товарищ, я должен был тебе дать почву для размышлений.

— Вот спасибо, удружил! — пробурчал я и почесал щеку. — До этого момента все было просто и понятно, а теперь… Вечно напустишь тумана, а мне потом думай.

— Не за что, мой мальчик, — усмехнулся Мор. — На то тебе и голова, чтобы думать. Согласись, будет неправильно, если вдруг выяснится, что все это время ты помогал не тому, кому нужно, и тебя просто использовали.

— Ладно, закрыли пока вопрос. Это я могу проверить при личной встрече с Вороновой, — сказал я после недолгих размышлений. — Просто спрошу ее об этом прямо, и все. Может быть, Красночереп уловит ее мысли.

— Я постараюсь, хозяин, — отозвался артефакт-вампир.

— Если вдруг у меня возникнут какие-то сомнения, я всегда могу использовать дар старика с книгой и задать ей этот вопрос. Но это в самом крайнем случае. Пока будем считать, что Софья говорит правду, — я вспомнил лицо девушки в тот момент, когда она мне рассказывала эту историю, и еще сильнее утвердился в своем мнении. — Во всяком случае, я ей верю и очень рад тому, что Чернопятов не может до нее добраться.

— Вот это да, — тут же согласился Дориан. — Если этот гаденыш не врет, то новость хорошая. Значит Голицын все-таки позаботился о безопасности Вороновой, иначе Макару не было бы смысла к тебе приходить.

— Звучит логично, — кивнул я. — Но непонятно, зачем он мне об этом вообще говорил? Думаешь, заранее предполагал, что я соглашусь? Или просто сболтнул лишнего?

— Не думаю, — после некоторых размышлений ответил Мор. — Такие как Чернопятов лишнего не болтают, поверь. Он слишком мудр для этого. Мне кажется, с его стороны это было сделано умышленно. Причем причин для этого сразу несколько.

— Каких же, интересно знать?

— Во-первых, чтобы ты сам так думал, — ответил мой друг. — Ты же не знаешь, правда это или нет, верно? Причем, что в одном, что в другом случае ты не будешь уверен до конца. Значит в этом смысле Чернопятов ничего не терял. Может быть, заранее предположил, что если ты откажешься, то не поверишь ему. Или после его слов ты уверил себя в том, что девчонка в безопасности?

— Допустим, — согласился я. — Звучит вполне логично. Что еще?

— Во-вторых, может быть, ему действительно сложно добраться до нее, поэтому он в принципе решил действовать через тебя, — высказал очередное предположение Дориан. — Однако, при этом, не значит, что он не может убить. Вопрос цены и риска. Все-таки у Софьи есть меч и она неплохо умеет фехтовать. Вполне возможно, что Макар знает и о том, и о другом, поэтому предпочитает напрасно не рисковать.

— Такое тоже возможно, — вновь кивнул я. — Есть и третий вариант?

— Само собой, — ответил Мор. — В-третьих, все может оказаться именно так, как и сказал тебе Чернопятов. Возможно, это правда, и он действительно не может добраться до Вороновой. Так что существует как минимум три варианта и каждый из них может быть верным.

Мой друг был прав. Как бы мне не нравилась одна версия или другая, все три вполне могли иметь право на жизнь. Единственное, в чем я пока был однозначно уверен — Дориан правильно оценил сказанную Макаром фразу о том, что Софья в безопасности. Это была не ошибка, как я подумал вначале, а сделано им вполне себе умышленно.

В любом случае, об этом разговоре однозначно должен был узнать Дракон. По идее, он должен хоть немного пролить свет на этот вопрос. Поэтому для себя я уже решил, что завтра же утром все расскажу. Лучшего всего в обед, когда времени будет больше всего.

Было и еще несколько вопросов, которые меня занимали…

Собственно говоря, жизнь Софьи и то, что, по его словам, она умирает. Но в этом я сильно сомневался. Очень сильно. Думаю, это было сказано, чтобы склонить меня к нужному для него решению. Но это я постараюсь выяснить.

Кроме того, сам Вороний Амулет и его местонахождение. Об этом тоже нужно будет спросить у главы тайной канцелярии. Может быть, есть какие-то новости насчет артефакта, о которых я не знаю.

Больше всего меня интересовало вот что — Чернопятов знает о его местонахождении или нет? Известно ли ему, кто его украл? Если предположить, что Макар в курсе и о Бобринском ему известно, то тогда… Что тогда? Хороший вопрос.

Такое предположение было у меня и раньше. Еще с момента пропажи артефакта из тайной канцелярии. Никакой ясности с тех пор не появилось. Однако сегодня ночью кое-что случилось и все заиграло новыми красками.

Одно дело, если у Чернопятова по-прежнему нет ничего, и другое, если он уже завладел Вороньим Амулетом. Либо не завладел, но не видит для себя в этом особой проблемы. В таком случае у него на пути всего одна преграда… Воронова… Нет, завтра обязательно нужно звонить Голицыну, а дальше будет видно.

Я взбил подушку, перевернул ее так, чтобы прижаться щекой к прохладной стороне и вновь забрался под одеяло. От всех этих мыслей у меня начала болеть голова, и если я не хотел, чтобы она разболелась еще сильнее, то мне нужно было постараться заснуть.

Вот только сделать это было непросто. Как только я перестал думать о Чернопятове, мне тут же вспомнился гневокамень. Что это за очень редкая штука, интересно знать, и чем она мне может быть полезна?

Придумывая различные полезные свойства, я уже начал было засыпать, как в комнату ворвался Градовский. Призрак разбудил меня своими громкими воплями, от которых не было никакого спасения, только ради того, чтобы сообщить о том, что Макар от него удрал. Точнее сказать, он его просто не нашел. Нигде в округе его не было.

— Вот же кому делать нечего… — сквозь сон пробурчал разбуженный им Дориан. — Я уж думал опять что-то случилось… До утра искать Чернопятова… Идиот…

Это было последнее, что я помню перед тем, как окончательно отключиться и получить несколько часов заслуженного отдыха. Больше меня в эту ночь никто не беспокоил. Петр Карлович не орал, Чернопятов не приходил и даже коты не устраивали своих привычных гонок по дому, без которых не обходилась ни одна ночь.

Лишь только утром я вздрогнул от прикосновения деда, который пришел меня будить. Ясное дело, что после такой напряженной ночи будильника я не услышал.

Голова раскалывалась так, что я с большим трудом смог оторвать ее от подушки и заставить себя отправиться в душ, чтобы хоть немного прийти в себя. Самое сложное в таких ситуациях — подняться с постели и оказаться в ванной, а дальше уже вода сделает свое целебное дело.

Вот как сегодня, например. Окончательно боль из головы не ушла, но мне стало намного лучше. По крайней мере, думалось мне теперь легче, а мысли перестали казаться тягучими как кисель. Я даже нашел в себе силы на яичницу из пары яиц, а чашка горячего кофе окончательно сделала свое дело и помогла мне хоть немного прийти в себя.

Под стать моему настроению была и сегодняшняя погода. Серое мрачное небо, готовое в любой момент пролиться дождем, сырость и туман над дорогой. Терпеть такое не могу. Еще и понедельник…

— О чем думаешь? — спросил меня дед, когда мы проделали четверть пути. — Что-то ты какой-то слишком мрачный. Мы вчера вроде бы не поздно вернулись. Не хочется в школу?

— И это тоже, — не стал спорить я. — Но в меньшей степени. Тут вот какое дело…

Дед нахмурился сразу же после того, как услышал фамилию Чернопятова, и с каждой минутой делался все мрачнее. Ясное дело, что ночной визит Макара понравился ему так же сильно, как и мне.

— Тебе нужно было сразу же разбудить меня, — сказал он, после того как я закончил. — Что за привычка обо всем сообщать уже по факту?

На самом деле я понятия не имел, чем бы мне дед помог. Наоборот. Я бы только еще больше испугал его, если бы разбудил. Ему я об этом, разумеется, говорить не стал.

— Извини, деда, — ответил я и решил приврать для пользы дела. — Как-то не подумал. У меня голова сильно разболелась после того, как он ушел, и я практически сразу заснул. Проснулся уже утром, когда ты меня разбудил.

— Извини… — проворчал он, затем помолчал немного и спросил: — Что думаешь по этому поводу?

Я ответил. Причем перечислил все варианты, которые мы обсуждали с Дорианом. В тот момент, когда я высказал предположение, что Чернопятов мог и не соврать насчет принадлежности артефакта, дед посмотрел на меня и удивленно хмыкнул:

— Хм… Взрослеешь, Максим. Всего год назад ты бы сказал, что это невозможно.

— Я и сейчас считаю, что это крайне сомнительно, — ответил я и посмотрел в окно, за которым клубился густой туман. — Я верю Софье. Однако как вариант, он имеет право на жизнь.

Некоторое время мы молчали.

— Что думаешь делать? — спросил дед.

— Для начала позвонить Голицыну и все рассказать, а дальше будет видно, — ответил я. — Я думаю, ему точно известно об охране Вороновой больше моего. Ну а что касается Чернопятова… Ему потребуется время, чтобы вновь вернуться в свою прежнюю форму, которой я лишил его этой ночью. Кто знает, может быть, за это время удастся отыскать Вороний Амулет? Все может измениться.

Дед кивнул в ответ, соглашаясь с тем, что я мыслю в правильном направлении, и с моим решением сообщить Василию Юрьевичу о ночном происшествии он согласен. Кроме того, дед сказал, что ни о каком Перстне Жнеца он и слыхом не слыхивал, чему я был не удивлен. Он никогда особо не увлекался артефактами.

Остаток пути мы проделали молча. Каждый думал о своем. Дед, наверное, прокручивал в голове те же мысли, которые были у меня сегодня ночью, а вот я думал о другом… Чтобы восстановить хотя бы ту форму, которой я его лишил, Чернопятову понадобятся новые души, а значит кто-то лишится жизни…

— Отпустить его просто так было бы еще большей глупостью, — сказал Дориан. — Выкинь эту мысль из своей головы. Что за привычка все время надумывать себе всякие глупости?

— Это не совсем глупости…

— Глупости! — убежденно сказал Мор. — С людьми все время происходит какая-нибудь ерунда. Кто-то смеется, кто-то плачет, кто-то живет, а кто-то умирает! Ты в этом не виноват, так устроена жизнь! На некоторые вещи нужно смотреть проще и принимать их как неизбежные. Вот это как раз такой случай, понял?

— Вроде бы… — сказал я, наблюдая за тем, как в тумане начинают появляться очертания школьной ограды, а вместе с этим мне становилось спокойнее.

Так происходило довольно часто. В этом смысле «Китеж» каким-то образом действовал на меня как успокоительное средство, за стенами которого я чувствовал себя намного лучше. Даже самые негативные мысли приобретали более светлый оттенок.

Да и вообще, Дориан прав… Какие-то вещи все-таки происходят, это неизбежно… Однако при этом я поймал себя на мысли, что мое желание разделаться с Чернопятовым стало сильнее.

Я понятия не имею, кто является истинным владельцем Вороньего Амулета, но я знаю одно — ради своего собственного благополучия Софья людей убивать бы не стала!

— Согласен с тобой, мой мальчик, — поддержал меня Дориан. — С этой точки зрения Воронова явно выигрывает. Хотя… Вообще-то она девчонка решительная…

— Ты серьезно? — невольно напрягся я.

— Шучу, конечно! Но надо же тебя хоть как-то повеселить! — хохотнул Мор. — Вон, смотри-ка как ты оживился! Сразу стал сам на себя похож, приятно смотреть. А то сидишь, думаешь непонятно о чем. Лучше бы подумал о гневокамне, который тебя сегодня ждет.

Тоже мне… Шутник выискался…