Черный Маг Императора 24

Глава 21

К дому Нарышкиных вела дорожка, которая была выложена из светлого камня. В свете нежно-голубых фонарей она выглядела очень эффектно. Разумеется, мне уже приходилось видеть ее не один раз, но сегодня у меня было такое ощущение, что дорожка смотрится как-то особенно торжественно.

— Ты себе уже подготовил место под вертолет? — спросил Лешка, когда мы подходили к дому.

— Почти, — ответил я и посмотрел на деда. — Осталось выбрать один из двух вариантов.

— Это уже легче, — хохотнул княжич. — Смотри, скоро будет. Нужно ведь не только с местом для площадки определиться, но еще ее и подготовить как следует. Тоже время потребуется.

— Ничего страшного, — усмехнулся я. — Если не успеем, то он пока в вашем московском поместье постоит. У вас там площадка большая, хоть целую вертолетную эскадрилью расставляй.

Как только мы подошли к входной двери, она мгновенно распахнулась, и на пороге появился Семен. Неизменный дворецкий семьи Нарышкиных в Белозерском доме. Я знал его уже не первый год, однако он совершенно не менялся.

Черный фрак, белоснежная рубашка и то же надменное выражение лица. Вот кстати, может быть, выражение лица немного поменялось. Такое ощущение, что он стал еще надменнее. Помнится мне, Градовский как-то отыскал в его загашнике несколько бутылок коньяка…

Вот интересно, сохранилось бы это выражение лица, если бы я ему намекнул, что пьянствовать в одиночестве вредно, или нет? Сложный вопрос. Вполне возможно, что одним коньяком его не пробьешь.

Сразу за дверью нас встречал Иван Нарышкин вместе со своим отцом.

— Наконец-то! — громким радостным голосом поприветствовал нас князь. — Тимофей Игоревич, Максим… Проходите пожалуйста. Все наше семейство в сборе и уже заждалось нашего юного героя!

В этот момент я как раз пытался снять пальто, а у меня это не очень-то и получалось. Обычно мне это удавалось намного лучше, но сегодня… В мундире и со шпагой на боку, которая то и дело задиралась вверх… В общем, я думаю, что как раз сейчас я выглядел не очень геройски.

Пока Семен помогал мне справляться с одеждой, дед уже разделся и здоровался с Лешкиным отцом и Иваном, который сегодня просто весь светился от радости. Мне кажется, таким довольным я его еще не видел ни разу. Впрочем, было от чего пребывать в хорошем настроении, все-таки не каждый раз тебя возвращают на должность императорского черного мага. Тем более, когда ты сам себя уже списал со счетов.

— Герои обычно не путаются в пальто, — пробурчал я, когда наконец справился со своей верхней одеждой.

— Зато они ловко расправляются с проклятьями и готовят прекрасные эликсиры! — подмигнул мне Лешка, который стоял в этот момент рядом со мной.

— Максим! Дружище! — сказал подошедший ко мне Иван, который обнял меня и сдавил в объятиях похлеще Хорнборна. — Как же я рад тебя видеть!

— И я тебя, — ответил я, обняв Лешкиного брата в ответ. — Ты сегодня прекрасно выглядишь.

— Благодаря тебе, Макс! — Ваня отпустил меня и схватил за плечи. — Ты даже себе не представляешь, что значит чувствовать себя снова в полной силе! Ты вернул мне жизнь, Темников! Настоящую жизнь!

Честно говоря, от такого внимания я даже немного растерялся. Тем более, что Нарышкины ведь уже отблагодарили меня, а тут снова… Да что там скрывать… Мне было не то что не по себе, а даже как-то неудобно. Впервые в жизни я чувствовал себя так, как сегодня. Обычно подобные мероприятия проходили как-то более буднично, даже если в мою честь поднимали тосты.

Сегодня же в каждом слове и даже в общей атмосфере этого дома ощущалось, что все затеяно ради меня. Так невольно и правда можно почувствовать себя героем…

— Что значит почувствовать? — возмутился Дориан. — Это самое малое, что они для тебя могли сделать, мой мальчик. Лешка в мундире, Ванька в мундире… Между прочим, князь мог и ордена нацепить по такому случаю. Поставь ему на вид при случае.

— Угу, обязательно, — ответил я, пока нас с дедом провожали в большую столовую.

Там нас встретила Лешкина мама и Наталья, сестра княжича. По правде говоря, я не думал, что и она сегодня здесь будет. Похоже Николай Федорович сказал чистую правду — этим вечером в Белозерске собралось все семейство.

После того, как все обменялись приветствиями, начали рассаживаться. Во главе стола сидел князь, а нас с дедом, как почетных гостей, усадили в этот вечер по левую и правую руку от старшего Нарышкина. Еще один момент, который заставлял меня нервничать. Сидишь, а на тебя все смотрят, как будто чего-то ждут. Вот же…

Кстати, стол тоже был накрыт с особой тщательностью и это сразу бросалось в глаза. Обычно все было как-то попроще, а сегодня же всего было слишком. Слишком много хрусталя, слишком много серебряных приборов и посуды, слишком много канделябров со свечами и всякое такое прочее.

Наконец-то все расселись и пришло время первого тоста, который сказал князь в честь моего деда и семьи вообще. Причем говорил довольно долго. С чувством, с расстановкой… В какой-то момент дед не выдержал, посмотрел на меня и прослезился.

По нему было видно, что ему очень приятно слушать Лешкиного отца. Во всяком случае, приятнее чем мне самому, это сто процентов. Как по мне, можно было ограничиться и более скромным приемом.

Однако, как только приступили к еде, напряжение немного спало. Хотя нет, правильнее сказать, что это я немного расслабился. По сути, кроме меня никто особо не напрягался. Всем было достаточно комфортно.

Вообще я заметил, что совместное принятие пищи как-то сближает. Вот я, например. С удовольствием лопал наваристый суп из белых грибов с какими-то ароматными травами, который был таким вкусным, что я забыл обо всем на свете. Нужно отдать должное поварам Нарышкиных, давненько я не ел чего-либо с таким удовольствием. Даже Серафима Андреевна заметно уступала.

Однако вскоре Николай Федорович решил напомнить очередным тостом по какому поводу мы здесь собрались и заставил покраснеть мои уши. Сказал, что он теперь передо мной в неоплатном долгу, который останется в родовой книге Нарышкиных. Теперь не только я, но и мои наследники смогут попросить его семью об услуге. Ограничений по времени долг не имеет.

В тот момент, когда он это говорил, в столовой наступила полнейшая тишина. Я знал, как это называется — родовая клятва. Впервые в жизни ее произносили в моем присутствии, причем давали моему роду.

— Не роду, а тебе, мой мальчик, — обратил мое внимание на эту деталь Дориан. — Это важно, Макс. Слушай внимательно, что говорит князь — тебе и твоим наследникам. Даже если бы у тебя был родной брат, к нему это не имело бы абсолютно никакого отношения.

Да, согласен, важное дополнение. Честно говоря, если бы не Мор, то я бы не обратил внимание на это.

— Мы в неоплатном долгу перед тобой, — закончил свой тост князь и поднял бокал с вином. — Хочешь что-то сказать?

— Спасибо, — ответил я и посмотрел на радостного Ивана. — Просто это было в моих силах.

— Похвально, — кивнул Николай Федорович, посмотрел на меня и улыбнулся. — Скромность украшает юношу, но сегодня мы сделаем исключение из правил. Не будем преуменьшать твои заслуги, так как все здесь сидящие знают, что ты сделал и насколько это было сложно. Ты сделал то, что не могли сделать лучшие маги Империи и это не просто слова. Я знаю, что я говорю, Максим…

Князь ненадолго замолчал, обвел взглядом свою семью. В этот момент княгиня как раз достала откуда-то платок, что смахнуть несколько слезинок. Лешкин отец подмигнул ей, вновь посмотрел на меня и продолжил:

— Я рад, что когда-то давно вы пересеклись с моим младшим сыном. Тем самым лишний раз подтверждая правило, что все происходящее — к лучшему. Твое здоровье, Максим!

— Благодарю вас, — смущенно сказал я, чувствуя, как начинает гореть мое лицо от неожиданных слов князя. — Это очень много значит для меня.

— Спасибо, Макс! — поднял бокал Иван.

— За Максима! — подхватили остальные и подняли свои бокалы.

В этот момент мое смущение ушло, а вместо него пришло какое-то спокойствие и радость. Я почувствовал, что меня окружают пусть не родные, но чем-то близкие люди, которые желают мне добра. Приятно, что уж тут…

После этого тоста я наконец-то расслабился окончательно. За столом смеялись, шутили, а особенно выделялся Иван, которого сегодня было просто не унять. Он сыпал веселыми историями и вообще излучал ауру счастливого, довольного жизнью человека.

Вскоре пришел черед уток, которых сегодня было сразу две. Одна была запечена с яблоками, а вторая жареная и к ней полагалось несколько видов соусов. Вместе с утками еще был ростбиф, свиной окорок…

В общем до десерта я еле дотянул. По правде говоря, я успел порядком проголодаться за то время, пока мы с Рябининой бегали по болотам, и лопал с большим аппетитом. Однако к моему большому разочарованию, я даже не смог попробовать всех блюд, которые Нарышкины приготовили для сегодняшнего ужина. Хорошо хоть перед десертом решено было сделать небольшой перерыв и я смог немного перевести дух.

Лешкин отец вместе с дедом отправился в кабинет князя, чтобы сыграть партию в шахматы и поговорить о жизни, а мы с Лешкой и Иваном вышли во двор, чтобы немного освежиться и подышать прохладным вечерним воздухом. Говорили о всякой ерунде. В основном про школу, конечно же.

Я вот поделился секретом, который сегодня узнал от Яны Владимировны. Тот самый, про сторожевой кактус. Правда о гневодреве говорить ничего не стал. Все-таки это только наша с ней тайна и ребятам знать о ней необязательно.

У Лешки тут же появилась идея, что с этим кактусом можно придумать какую-нибудь забавную штуку. Заколдовать его, чтобы он мог говорить какие-нибудь обидные ругательства всякий раз, когда мимо растения кто-то проходит.

— Нет, так не интересно, — покачал головой Иван, который тоже решил поучаствовать в этой затее. — Будет галдеть целыми днями. Пусть лучше говорит что-то только тогда, когда Щекина видит. Думаю, Компоненту это понравится.

— Еще бы! — хохотнул Лешка. — Самое главное, чтобы Рябинина не догадалась чьих это рук дело. Макс же говорит это секрет.

— Так вы осторожно, — подбодрил нас Ваня. — С ругательствами не перегибайте. Пусть кактус выбирает выражения и все будет в порядке.

Время летело незаметно. Вскоре пришел черед десерта, на который подали вишневое суфле, настолько нежное, что дрожало от одного взгляда. Затем еще немного поговорили в гостиной и пришло время прощаться.

Лешкина мама с сестрой остались дома, а мы всей мужской компанией отправились пешком к нашему дому. Было забавно наблюдать за компанией из пяти человек, за которой по дороге медленно тащится пара внедорожников с охраной князя.

Когда мы подошли к нашему дому, дело шло к полуночи. Однако я не чувствовал себя уставшим и готов был совершить еще одну аналогичную прогулку прямо сейчас. Незабываемый для меня вечер. Один из тех, которые я запомню на всю свою жизнь, и дело здесь не в родовой клятве, полученной мной от Нарышкиных. Просто… Это было что-то другое…

— Ну вот видишь, а ты волновался, — сказал Лешка, пожимая мне руку на прощание. — Я же говорил, что все будет классно.

Да, волноваться действительно не стоило, княжич прав. Более того, всего каких-то несколько часов, а семья Нарышкиных открылась для меня несколько иначе, чем раньше. Не знаю, как это объяснить, но я чувствовал, что кое-что изменилось… По крайней мере по отношению ко мне.

Перед тем как окончательно разойтись, Лешка спросил, не нужно ли меня забрать завтра утром, однако я отказался. Зачем нарушать добрую традицию, которая сложилась у нас с дедом? В последнее время я его видел не так уж часто. Все какие-то дела…

Значит нужно пользоваться любой возможностью побыть с ним рядом. Хоть я и не любил, когда он начинал мне намекать о том, что жизнь не вечна, но эти законы я изменить был не в силах. Я могу делать лишь одно — пытаться максимально продлить его жизнь, и думаю, что совместные поездки со мной тоже для него своего рода Эликсиры Жизни.

Какой же сегодня выдался тяжелый денек. Давненько у меня таких не было. Эти праздничные ужины выматывают не меньше гневодеревьев, вот что я скажу. Перед тем как забраться под одеяло, я посмотрел на часы, которые показывали, что уже первый час ночи.

Это означало, что спать мне осталось всего ничего. Через каких-то несколько часов дед разбудит меня и скажет, что пора собираться в «Китеж». Собственно говоря, именно по этой причине я решил, что будет лучше сегодня остаться в своей комнате, а не отлеживаться в Берлоге.

Я сильно устал и опасался, что могу отрубиться в пещере и не проснуться в положенное время. На Люфика надежда слабая, этот крендель и сам не прочь задремать при первом удобном случае. Думаю, не стоит удивлять деда моим внезапным отсутствием в комнате.

Едва я подумал об этом, как мгновенно заснул. Могу ошибаться, но кажется, что моя голова даже не успела коснуться подушки, как я провалился в темноту и отключился. Никаких снов я не видел. Вместо них просто темнота, в которой мне было уютно, тепло и комфортно.

Хотелось как можно дольше побыть в ней, прежде чем придет время просыпаться. От мысли, что впереди у меня еще много часов отдыха, стало еще теплее. Вот только это ощущение покоя длилось недолго. По моим ощущениям прошло всего несколько минут, как какая-то сила начала поднимать меня вверх.

Где-то там вверху тьма начинала рассеиваться и сквозь нее проникал яркий свет. Собственно говоря, именно к нему меня и тянуло. Что-то подсказывало мне, что не стоит подниматься и лучше остаться внизу. Вот только не выходило… Какая-то неведомая сила тянула меня вверх и я был не в силах ей сопротивляться.

Чем выше я поднимался, тем все холоднее мне становилось, и в какой-то момент свет ударил мне в глаза. Вместе с ним пришел громкий окрик Дориана:

— Макс, проснись! Просыпайся, черт тебя подери! Проклятый мальчишка!

Следом за голосом пришел резкий холод. Как будто меня окатили ведром ледяной воды. Я мгновенно открыл глаза, сбросил с себя одеяло и сел на кровати, пытаясь понять, что происходит. Если это был просто сон, то он был слишком реальным.

— Наконец-то! — услышал я облегченный возглас Петра Карловича.

Затем снова голос Мора:

— Вставай, Макс, Градовский что-то суетится!

Я несколько раз моргнул и посмотрел на призрака, который висел прямо передо мной.

— Что-то происходит, хозяин! — сказал он. — Я не знаю кто это, но за твоим окном кто-то есть.

— Демоны? — спросил я и начал шарить по груди, проверяя есть ли на мне Темный Саван. Если мои подозрения верны, то он должен быть горячим, а если я его не чувствую — может быть, артефакта там нет?

Однако защищающий меня оберег был на месте, и никаких намеков на присутствие демонов не давал.

— Нет, там не демон! — тем временем занервничал Градовский. — Чем-то похож на призрака, но тоже не он! Там человек! Летающий полупрозрачный человек!

Я посмотрел на окно своей комнаты и почувствовал, что явно что-то не так. Не знаю, что именно, однако у меня не было никаких сомнений в словах Петра Карловича. Каким бы странным иногда не был мой призрак, но без особой необходимости будить меня среди ночи и говорить, что за окном таится опасность, он бы не стал.

В любом случае, это я успею узнать и позже, а пока я решил, что самым правильным решением будет немедленно уйти в некрослой. Именно это я и сделал. Всего каких-то несколько секунд, и я уже был в другом измерении. Заспанный, в одних трусах, не до конца понимающий, что происходит, однако в безопасности.

Я смотрел на окно, ожидая, когда из него появится мой нежданный гость, а сердце в это время колотилось так, что будто вот-вот собиралось выпрыгнуть из моей груди и поскакать по полу. Секунды превратились в минуты, минуты в часы и вот сквозь окно в комнату медленно влетел чей-то силуэт, а по моей спине пробежали мурашки…

Полупрозрачный силуэт, смазанные черты лица, и самое главное — бледно-розовое сердце. Градовский был абсолютно прав, конечно же это был не призрак. Такое мне доводилось видеть лишь один раз, в тот вечер, когда на меня напал Чернопятов и хотел прикончить при помощи спектров. Неужели это он?

Зараза… Помнится мне, что в тот раз от моего прикосновения к этому бледно-розовому сердцу Чернопятова разорвало в клочья. Где-то в глубине души я даже надеялся, что опасения Софьи окажутся напрасными и он действительно погиб. Но нет… Не погиб… Живучий, сволочь…

Мы смотрели с ним друг на друга и нас разделяло всего несколько шагов. Мое сердце молотило, как швейная машинка, и я был уверен, что он знает о моем присутствии. Понятия не имею, видит он меня или нет, но точно знает. Не могу объяснить почему.

Ну что, значит нужно действовать как в тот раз, заставить его вновь разлететься на части. Другого выхода я не видел, а так это заставит его надолго исчезнуть. По-моему, отличный вариант. Я сделал осторожный шаг вперед, поднял руку и в этот момент услышал тихий голос:

— Максссим… Я знаю ты слышишшшь меня… Нам надо поговорить…