Боевая магия не для девочек – 2

Глава 12. Другая жизнь

Я шла по улице с бумажкой в руках. С тем самым адресом от Рико. Решила – почему бы и нет. Если меня приглашают, это лучше, чем искать гостиницы, особенно в моей ситуации, когда опасность может подстерегать за каждым углом.

Я шла туда, а Бен тихо шел за мной.

Мы не то, чтобы поругались… я не знаю даже, как назвать.

Я бы и хотела с ним поругаться, поспорить, что-то объяснить, но сил на это не было. Не понимала, как мне с Беном справиться. Выходило, что никак. Это невозможно.

Но и принять все это я тоже не могла. Даже о себе переживать не выходило, все мысли только о нем. Он сейчас снова куда-то влезет, причем, в этот раз особенно серьезно, вот прям по уши. И мне ничего с этим не сделать.

«Что ты собираешься делать?» – спросила я еще там, в Карагоне, собирая свои вещи.

«Я не могу сказать», – покачал головой он. – «Пока рано».

Что-то до крайности самоубийственное – это я и так видела в его глазах. Он не побоится влезть в самое пекло. Я почти понимала, что он задумал, но даже самой себе признаваться в этом не хотелось.

Бен проводил меня до двери.

Он сказал – это дом одного из сотрудников Госбезопасности. Семейная пара средних лет, почти совсем взрослые дети – старшая дочь уже вышла замуж и живет отдельно, а младшая, примерно моего возраста, и сын-подросток – живут с родителями. Здесь все маги, он природник, она – менталист, дети – не знаю…

Бен почти всю дорогу шел шага на три за мной, но, когда я остановилась у двери и постучала, он подошел ближе, встал почти за моей спиной, словно показывая, что я пришла не одна. Ох, я большая девочка, Бен, я сама справлюсь… но все равно было приятно, пожалуй. Он переживает за меня.

Мне открыла женщина.

– Добрый день, сеньоры, – она окинула нас взглядом и улыбнулась. Хозяйка, ее магию я ощущала. – Это же вы Мария? – она протянула мне руку. – Я Патриция. Заходите, мы ждали вас. А вы с вашим другом вместе?

Я чуть неловко оглянулась.

– Я только проводить, – сказал Бен. – Не буду вас беспокоить. Мне еще по делам надо… вот, в Госбезопасность.

– Но чай выпить зайдете? – предложила Патриция, разглядывая нас. – Давайте хоть познакомимся.

Я уверена, она видела нас обоих насквозь.

– Вы менталист? – тихо спросил Бен.

И Патриция засмеялась.

– Вы боитесь менталистов? У вас неплохая своя защита, молодой человек. Вы Бенедикто?

– Да, Бенедикто Гарсиа, – он протянул руку.

Патриция пожала с улыбкой.

– Я не вижу ваши мысли, – сказала она. – Только совсем уж поверхностное немного проскакивает, и то очень смутно, общим настроем. Если вы соберетесь и прикроетесь сознательно, то я не увижу совсем ничего.

Бен чуть смутился, кивнул.

– Я не боюсь, – сказал он, на меня глянул. – Просто не хотел мешать.

Мы ведь почти не разговариваем, и Бен будет чувствовать себя неловко. Или дело в другом? Я вдруг подумала – что, если у него действительно есть план? Если это изначально какой-то план, а не просто безумный всплеск упрямства?

Подумала – вот сейчас он ушел со мной, собрал часть своих вещей, но много оставил. Да, конечно, это у меня пока немного, я недавно пришла с одним рюкзаком, и с ним же сейчас ушла. А у него накопилось за годы учебы. Конечно, Бен всегда мог прийти и забрать потом, сейчас не было времени, он пошел провожать меня, и таскать по всему городу все свои вещи – смысла особо нет… И все же.

– А мои мысли вы видите, сеньора? – спросила я. Может быть, не очень вежливо, но хотелось знать.

Патриция улыбнулась.

– Да, – сказала спокойно. – Вы пока прикрываться не умеете совсем. Это дело практики. Но это не значит, что я слышу ваши мысли постоянно, поверьте, для любого менталиста нет никакого интереса – постоянно слушать все это. Все мы сами прикрываемся изнутри, иначе среди постоянного шума жить невозможно. Заходите. Давайте так: я сейчас покажу Марии ее комнату, а вы, Бенедикто, подождите в гостиной. Потом немного посидим, попьем чай. Вы же никуда не опаздываете?

Бен тихо засопел, глянул на меня. Я так же молча пожала плечами. Да не буду же я возражать сейчас и выгонять Бена на улицу. Кто знает, может, он даже расскажет что-то, что поможет мне его понять.

Моя комната небольшая, но светлая, чем-то вдруг напомнила мне мою комнату дома, даже чуть кольнуло сердце. Совсем немного времени прошло, как я из дома уехала, но теперь совсем другая жизнь.

– Это старая комната моей старшей дочери, – сказала Патриция. – Она вышла замуж недавно. Вам здесь будет удобно. Можете оставаться столько, сколько понадобится, хоть до следующего лета, пока не надумаете уехать поступать в Дорнох или куда-то еще. К слову сказать, я как раз Дорнох и закончила, отец эстелиец, а мать деларийка, много родственников в Деларии. В Дорнохе очень хорошая подготовка. Так что если поедете – точно ничего не потеряете. Разве что год времени, но за этот год здесь, думаю, вы обзаведетесь знакомствами и связями, это тоже всегда на пользу.

– Наверно, мне стоило сразу ехать туда, – я вздохнула. – Было бы куда меньше проблем.

Патриция улыбнулась, головой покачала.

– Никто не знает, как могло бы быть, если бы мы поступали иначе. Возможно, именно сейчас все правильно. Самое глупое и бессмысленное – это сожалеть о том, что уже невозможно изменить. Нужно думать о том, как жить дальше, и о том, что важно для вас сейчас.

Если бы не пришла в Карагону, то не встретила бы Бена.

И вообще…

Патриция так посмотрела на меня, что я невольно вздрогнула. Можно ли сказать ей? Думаю, скрывать нет смысла. Она менталист, и нам с ней жить вместе, может быть, еще долго.

– Я очень переживаю за Бена, – сказал я. – Он решил уйти со мной и бросить Карагону.

– Он уже забрал документы? – спросила Патриция. – Вы видели приказ об отчислении?

По-деловому так.

Я чуть замерла, задумалась.

– Вроде нет. То есть приказ мне никто не показывал, конечно. А документы… Пока не успел еще. Мы были сегодня у ректора Морено, потом… да, я пошла собирать вещи, а он пошел за мной.

– М-м… – Патриция как-то многозначительно хмыкнула. – Я знаю, что у Бена какие-то договоренности с Госбезопасностью. Возможно, вы зря боитесь. Или, я бы сказала, боитесь не того.

Не того – да, это возможно. Что-то мне совсем не легче от этого.

Бен в историю с шитаинскими тварями планирует основательно влезть. Куда основательнее, чем сейчас. Меня вот пристроили в тихое место, чтобы под присмотром была. А он… Бен сейчас рванет спасать мир.

Что он собирается сделать? То есть у меня предположения есть, но от всего этого совсем плохо становится.

– Располагайтесь пока, – сказала Патриция. – Я пойду, поставлю чай. У нас кухарка, вы можете завтракать, обедать и ужинать с нами, мы всегда будем вам рады. Если захотите что-то лично для себя – Лурдеш вам поможет.

Потом мы сидели в гостиной, пили чай.

Бен поглядывал на часы, не то, чтобы нервно, но немного напряженно.

Понятно, что поводов для волнений сейчас хватало, но мне все же казалось, дело в другом.

– Вы куда-то опаздываете, Бенедикто? – спросила Патриция.

– Нет, – он качнул головой, но вышло слегка испуганно. На меня глянул, и я поняла, что да. Даже если не опаздывает, то точно сейчас попьет чай и побежит. – Просто обещал еще зайти к майору Торресу сегодня вечером.

– Вечером? Думаю, вы успеете, – мягко улыбнулась Патриция. – А сами вы, Бенедикто, уже нашли, где будете жить?

Он сглотнул и как-то подобрался, словно нашел и решил, но говорить об этом сейчас не очень настроен.

– Да… – кивнул он. – Я… ну, мне от полиции нашли комнату. Все нормально.

– Что ж… – Патриция пожала плечами. – Мне сначала показалось – вы вместе. Если захотите, вы можете тоже пожить у нас. Не волнуйтесь, вы нас не стесните, у нас большой дом, места хватит.

Она так смотрела, что совершенно ясно – знает больше.

Бен смутился вдруг.

– Нет, простите. Я не… – и так вздохнул, словно собрался с силами. – Вы же присмотрите за Мари? Пока все не уляжется, ей опасно выходить из дома одной.

Так, словно собирается меня оставить, а сам…

Вот тут даже сердце кольнуло, даже рука дрогнула, я поспешила поставить чашку с чаем на стол.

– А ты куда собрался? – спросила я.

– Я… – у него чуть подбородок дернулся, поджал губы, долго молча на меня смотрел. – Прости. Я не могу сказать пока.

– Бен!

Он тоже отставил чай, поднялся, собираясь уйти.

– Я не могу пока ничего сказать. Мари, пожалуйста, не спрашивай. И будь осторожней. Все будет хорошо, правда. Ты…

– Ты с ума сошел?! Что ты задумал?

Все выходило так, словно он прощался.

– Ничего. Не надо, не вмешивайся. Это ведь точно не твое дело…

– Не мое дело?! – возмутилась я, вскочила на ноги. – Бен! Или ты объяснишь мне, или я иду к Торресу, в Госбезопасность, куда угодно! К дяде Рико! И пусть мне объясняют, куда ты собрался влезть! Кто-то там точно знает. И если ты не объяснишь мне, я буду разбираться с этим сама. Мы уже один раз с Миро отбили тебя у каких-то работорговцев! Если придется – пойдем снова. Я точно пойду.

– Я тоже отбил тебя у Сильвы, мы квиты, – мрачно сказал он. И видно, как ему неловко сейчас.

– Ты думаешь, это меня остановит?

Бен глубоко вдохнул, выдохнул. Сглотнул неловко, покусал губу. Думаю, про меня он все понимал тоже. Если раньше еще какие-то иллюзии были, то сейчас точно не осталось.

– Давай так, – сказал он. – Я сейчас иду просто поговорить, обсудить, у меня есть кое-какие мысли. Неважно. Сейчас просто к Торресу, поговорить. Завтра я собирался к Алестеру Морейре. Если ты так хочешь, пойдем вместе. Может быть, как раз он тебе все правильно объяснит… ну… в смысле, что он в любом случае объяснит лучше меня. А сегодня отдыхай, ладно? Не ходи никуда. Тебе после нападения нужно больше лежать и отдыхать. Я зайду за тобой утром. Обещаю.

* * *

Нам открыл дворецкий.

Ну, может не дворецкий, но весьма серьезный слуга, который окинул нас внимательным взглядом.

– Синьор Морейра ожидает вас?

– Да, – решительно кивнул Бен. – Мы договорились, что я зайду утром.

Нас проводили в гостиную. Хотя я прямо видела, как дворецкий не одобряет визиты в такую рань, да еще и нас он, очевидно, не принимал всерьез. Но сейчас это последнее, что меня волновало.

– Подождите здесь, – велел он, кивнув на диванчики.

Гостиная просторная, светлая, как и весь дом. Два дивана напротив друг друга, чуть под углом, кресло, небольшой столик между ними. Мы уже были здесь, но сейчас все видится иначе.

Слишком рано?

Сели рядом, Бен взял меня за руку. Не знаю, где он ходил вчера и где провел ночь, но с утра выглядел так, словно не спал, такой взъерошенный, осунувшийся немного. Слегка виноватый. «Пойдем?» – тихо предложил он. И вот…

Обижаться на него долго я не могла. Хотя бы потому, что понимала причины, понимала что он переживает за меня. И сейчас он явно что-то задумал, сидит напряженно. И почти понимаю, что сейчас будет, они вместе с Морейрой расскажут, как необходимо Бену в какое-то темное дело влезть. Я почти готова поспорить, что прямо вот в логово тех работорговцев, делающих големы из живых людей. И это страшно, меня слегка трясет. Бен держит мою руку, осторожно поглаживает большим пальцем.

И только вдруг всю напряженность этого утра ломает детский смех где-то рядом. И топот маленьких ножек.

Я даже вздрогнула от неожиданности. Хотя чего уж, у них же ребенок, года полтора или около того.

А топот все ближе, он прямо сюда несется. Радостно смеясь и изредка повизгивая.

И вдруг влетает в гостиную и бегом вокруг диванов, словно за ним кто-то гонится. И по дуге вокруг диванов, прячется за дальним от двери, хихикая. Няня его догоняет, может быть?

Но нет, там Морейра. Удивительно, но его топот почти не слышно, притом, что он точно не маленький мальчик. И вот влетает в комнату с разбега и тут же, ни мгновения не сомневаясь и толком не обращая внимания нас, лишь на бегу чуть усмехнувшись Бену, перемахивает вдруг одним прыжком через оба дивана и столик между ними. Практически через нас, мы пригнулись… пусть оттолкнувшись, но я даже не представляла, что такое возможно. Вот у кого физподготовка отличная! И там, за диваном, хватает ребенка. Тот визжит и смеется.

Мы с Беном привстали, выглядывая обалдело слегка.

А там такая борьба – маленький Морейра пытается извернуться и укусить большого Морейру за руку.

– Не пугайтесь, – весело говорит большой Морейра. – У нас тут просто ежеутренняя охота на упыря. Сейчас доловим…

И подхватывает сына на руки, быстро кружит. Потом сажает себе на шею. И маленький Морейра тут же пытается его за лысую макушку укусить, но не получается.

– Доброе утро, – говорит женщина.

И не заметила, как она вошла, пока охоту наблюдала. Красивая и так по-женски мягкая, простое светло-голубое платье, длинные волосы заплетены в косу.

– Доброе утро, сеньора! – Бен тут же вскочил на ноги.

– Не стоит, Бен, сидите. Нам сейчас кофе принесут. Хотите кофе? – она подошла ближе и протянула мне руку. – Ива Морейра. Мы ведь не знакомы.

Улыбнулась.

Я руку пожала. Чуть неловко, на самом деле, даже не знаю отчего.

– Мария Армандо.

– Вы смелая девушка, Мария. Думаю, боевая магия – это как раз ваше.

Я немного смущенно улыбнулась.

– Пока все непросто… – и вздохнула.

Ива пожала плечами.

– Никогда не сомневайтесь в себе. Мне тоже всегда говорили, что некромантия неженское дело. Но, как видите… – и чуть развела руками. – Лес, давай его мне, я пойду няне отнесу. Богдан, иди ко мне.

И протянула руки.

Маленький Морейра тяжело вздохнул, куснул напоследок большого Морейру за ухо, причем, судя по тому, как у того дернулся глаз – куснул основательно. И пошел к маме на руки. Прижался, обнял ее за шею.

– Видишь, у нас гости, нам с ними нужно поговорить, – тихо сказала Ива ему на ухо. – Идем, посидишь с няней немного, я скоро вернусь. Хорошо?

Тот кивнул, что-то тихо буркнул.

– Мы не очень вовремя? – спросил Бен.

– Да нет, как раз, – сказала Ива. – Мне сейчас еще в морг надо, там ночью что-то интересное привезли, хотят, чтобы я посмотрела. Так что как раз успеем поговорить, и я на работу потом. Просто эти двое, – она кивнула на мужа, – любят побегать с утра, упырей ловят. У нас всегда так. Я даже не знаю, кому из них больше побегать нравится.

И как-то совсем не похожа Ива на некроманта, которого в морге что-то интересное ждет. Да и Лес Морейра сейчас не очень похож на серьезного сотрудника Госбезопасности.

Пока Ива пошла отдавать маленького упыря няне, Лес плюхнулся на диван напротив, вытянул ноги, покусанное ухо потер. Он босиком, на левой ноге нет мизинца и такой широкий кривой шрам… Вот все же работа боевого мага оставляет следы, несмотря на всю магическую силу.

– Значит так, – Морейра потер колени ладонями. – С вами, Мари, мы вопрос решим, уже почти все согласовали. У вас очень хороший уровень магии, такой не часто встречается. И будет целесообразно оставить вас в Эстелии, а не отпускать учиться в Дорнох. Потому что если уедете, то, скорее всего, не вернетесь. Сделаем заявку на целевое обучение от Госбезопасности, потом, после окончания нужно будет три года отработать на корону. Работа у нас интересная и платят хорошо, поэтому лично я проблем не вижу. Как вы на это смотрите?

Как я могу на это смотреть?

Да и он, в принципе, точно не ожидал отказа с моей стороны.

– Да, конечно, – сказала я. – Кто же будет отказываться от таких перспектив.

Морейра кивнул.

– Хорошо. Немного подождать стоит, Морено пока в ужасе от истории с семьей де Сильвы, да и в целом от того, что произошло, и что в Карагону можно поступить таким образом, подделав результаты. Наши менталисты говорили с ним, он действительно не знал. А вы документы подделали. И он логично довольно считает, что если де Сильве нельзя, то и вам тоже. Да и в целом у него очень традиционные взгляды на то, что женщинам стоит сидеть дома и заниматься детьми. Но сейчас он немного остынет и мы вас в Карагоне восстановим. Морено ворчит, но категорично на ваш счет не высказывается, у вас, все-таки, действительно отличные данные, глупо зарывать в землю.

– Спасибо, – осторожно сказала я. Что мне сказать?

Морейра улыбнулся.

– Теперь с тобой, Бен. Сегодня в двенадцать готов? Или дать тебе время отдохнуть и хоть хорошо отоспаться перед аттестацией?

Бен чуть подобрался, на меня виновато глянул.

Аттестацией?

– Да, я готов сегодня.

– Хорошо, – кивнул Морейра. – Я считаю, что маг должен быть готов всегда. Если ты что-то умеешь, то умеешь, если нет, пара лишних дней все равно не поможет. А Бен не сказал вам, Мари? Мы вчера решили, что ему стоит пройти независимую аттестацию и получить начальную лицензию, какую выдают небольшие училища. Конечно, с такой ограничений на работу больше, чем с лицензией Карагоны, но это лучше, чем ничего. Ну и главное – с лицензией мы сможем официально подписать контракт.

Вот сейчас… У меня похолодело внутри.

Я так и знала.

Они что-то планируют. Вернее, не что-то, я почти понимаю. Они явно планируют участие Бена в этом деле с тварями. И я…

Бен осторожно сжал мою руку.

– И что будет потом? – спросила я. – Если контракт… Бен… – я повернулась к нему. – Что вы собираетесь делать?

– Лезть в логово к голодным тварям, – сказала Ива у меня за спиной, возвращаясь с подносом на котором стояли чашки с кофе. – Мы примерно понимаем, что они делают, но до сих пор не знаем – где. И чем больше тянем, тем больше людей может пострадать. Они соберут армию. Нам стоит разобраться как можно скорее.

– А Бен?

– Бен сыграет роль наживки, – спокойно сказал Морейра. – Его уже пытались похитить. Мы постараемся сделать, чтобы вторая попытка им удалась. Конечно, сейчас все будет под контролем, мы будем следить. Будем готовы вмешать сразу и вытащить его оттуда. Но нам нужно узнать место куда его привезут.

Нет… так невозможно!

– Вы не можете с ним так!

– Почему? – спросил Морейра. – Бен взрослый, вполне совершеннолетний мужчина, обладающий неплохой подготовкой. Даже три года Карагоны – это хорошо. Он добровольно, по своей инициативе готов рискнуть. Это наша работа, Мари. Вот все это. Мы, конечно, можем послать к ним кого-то другого, обычного взрослого человека без магии, какие пропадают у нас последнее время. Так будет лучше? Только у обычного человека шансов вылезти из этого живым почти не будет. А у Бена… ну, шансов куда больше, он может защититься, на ненго и внешняя защита хорошо ляжет. А брать опытного мага… Я бы с удовольствием сыграл в этом сам, но меня, в здравом уме, никто похищать не станет.

Он развел руками.

Да, я понимаю, но… вот так, вдруг, смириться почти невозможно. Я боюсь за Бена.

Нет…

Ива поставила кофе на столик и села рядом с мужем.

– А я могу пойти вместе с Беном? – спросила, понимая, что все равно не смогу остаться в стороне.

– Нет, – сказал Морейра. – Вам вместе идти не стоит. Бен закончил три курса, проходил практику, а вы только приехали учиться. Для вас это слишком опасно, при том, что ничего нового ваше участие не даст.

– Мы хорошо работали с Беном в паре! – попыталась я. – Когда ходили за гарпиями. Он ставит щиты, я бью. Я сильнее могу ударить!

Морейра вздохнул, взял чашку, отпил немного.

– Вы же понимаете, Мари, что это задание не убить всех, а добраться до той лаборатории, где они опытами занимаются, и не умереть при этом. Тут как раз защита и нужна. Устойчивость нужна. Бить самим стоит лишь в самых крайних случаях, когда другого выхода нет. Потому что если вы ударите, то они ответят, а сил у них точно больше, чем у вас. Хотя бы потому, что их точно много, они на своей территории и понимают, что делают.

– Вместе больше шансов.

– Не больше, – сказал Морейра. – Вернее, все зависит от ситуации. Если в бою, то да. Если вот в таком деле… Более слабый партнер может стать проблемой. Вы более уязвимы, чем Бен, а значит, ему придется вас прикрывать. Он сам еще не настолько опытен и силен, чтобы думать о двоих.

– Если они используют ментальное подавление, то вдвоем, в связке, противостоять проще, – вдруг сказала Ива. – Надо Маклина позвать, настроить защиту и сигналки свои установить. Здесь хорошие менталисты, но Маклину я доверяю больше.

– Вы с ним спелись! – фыркнул Морейра. – Тогда сама зови, меня он слушать не станет. Скажет, это не дело Деларии, он не имеет права лезть. Но, на самом деле, дело международное, учитывая Шитаин и Олунхай. А для тебя сразу прибежит.

Ива улыбнулась так, чуть снисходительно.

– Позову, конечно. Маклин любит серьезный подход, а ты иногда ведешь себя, как олень. Но я договорюсь. И, кстати, правильные сигналки, двусторонние, между ними стоит настроить в любом случае, Маклин поможет. Даже на расстоянии связь ощущается все равно. А там… – она вздохнула. – Думаю, любое средство сгодится, которое поможет не провалиться в бессознательное состояние.

Морейра нахмурился, отпил еще кофе, долго на Иву смотрел.

– Значит, контракты оформляем на обоих, – сказал он задумчиво. – На Мари простой, не магический контракт, внештатное сотрудничество с Госбезопасностью. Но ее мы в самое пекло пускать и не будем. На Бена стандартный контракт найма, простую лицензию он получит, тут можно не сомневаться. Кстати, – он повернулся к Бену, – если все пройдет нормально и вылезешь живым из этого, то тысяч десять тебе заплатят, а там, может, еще премиями что докинут.

Бен даже вздрогнул, моргнул, посмотрел удивленно.

– У нас хорошо платят, – сказал Морейра. – Но и работа серьезная, риск серьезный. Для Мари без лицензии будет меньше, но ее потом с таким контрактом проще протолкнуть на целевое обучение. Так будет прямое подтверждение, что мы не просто по знакомству ей помогаем, а все серьезно. То есть, ребята, задачи у вас будут разные, но дело общее. И давайте договоримся сразу – с момента подписания контракта все, как в армии. Есть приказ, и его нужно исполнить. Никакой дури, вся дурь до или после, а во время исполнения задания действовать строго по инструкции. Отступать от инструкции допустимо только при наступлении обстоятельств непреодолимой силы, когда уперлись в тупик, а не когда кажется, что сделать по-своему будет правильно. Говорят – не лезть, вы не лезете. Говорят – бежать вперед и не обращать внимания на то, как рядом умирают люди, вы бежите. Это понятно?

Что-то очень жесткое, стальное скользнуло в голосе.

– Понятно, – Бен кивнул, чуть насупился, но он точно сделает все, как надо.

Я тоже кивнула.

– Мари? – все же Морейру мое молчаливое согласие не устроило.

– Понятно, – сказала я.

– Хорошо, – согласился он. – Значит, вот… сейчас история такая… Всем, кто встретится и хоть немного заинтересуется, будете это рассказать. Всем без исключения, даже Рику. Мари выгоняют из Карагоны, ты, Бен, ушел с ней. Из принципа, упрямства, по дури, так вышло. Но мы тут предложили тебе сдать на лицензию, чтобы совсем уж твое обучение не пропало. И с этой лицензией Торрес возьмет тебя на работу. Мари мы предложим работу в архивах, как и обещали. Потом, на будущий год, у вас в планах пойти в Дорнох. Мари просто поступит на первый курс, Бена возьмут по программе повышения квалификации, лицензия у него уже будет. Все это похоже на правду, вполне достоверно, так что вопросов быть не должно. Сегодня вечером, после получения лицензии, неплохо бы отметить это дело в «Кашалоте», чтобы точно донести новости до всех. Где-то там точно есть человек, который за развитием событий следит. И о подготовке он знать не должен. Вы оба просто стараетесь держаться на плаву, цепляетесь за любую возможность. Понятно?

– Да, – в этот раз мы ответили оба.

– Хорошо. Пейте кофе и давайте уже, у нас у всех полно дел.

И вроде бы уже все решили, но я не смогла удержаться все равно.

– А могу я тоже попробовать на лицензию сдать? – даже сама удивилась, откуда у меня такая наглость. Просто вся эта семейная обстановка, кофе – наверно, располагает. А мне ужасно хочется доказать, что я тоже чего-то стою. Глупо, наверно, я понимаю, что ничего не выйдет. Но хоть попытаться.

Морейра удивленно вскинул бровь.

– Вы не сдадите, Мари. Это я и так могу сказать наверняка. Бен сдаст, я уверен, за три года Карагоны программу среднего училища он точно освоил. А вы даже толком не начали. Дело не в сложности заданий, там ничего сложного. Большинство училищ ничему сложному не учат. Когда силы совсем немного, действие должно быть максимально простым и эффективным. Шарахнуть огнем вы, конечно, шарахнете. Но все, что касается контроля – это дело опыта. Исключительно опыта. Особенно выполнение заданий под психологическим давлением. Там есть такой этап, когда бьют магическим ужасом, и нужно не поддаваться, спокойно, хладнокровно собрать пирамидку, – Морейра усмехнулся. – В общем, на этом основное количество плохо подготовленных претендентов и режется, паника, истерика, этому сложно противостоять. Кстати, совершенно серьезно очень рекомендую взять запасные штаны. Даже тем, кто успешно проходит, нередко требуется переодеться.

Бен как-то напряженно поджал губы.

– И не стоит смущаться, – сказал Морейра. – С физиологией иногда сложно справиться, если ты не природник. Но если смог взять себя в руки и довести дело до конца, даже если при этом заблевал все вокруг и обоссал штаны, то ты молодец. И не стоит смущаться, там, на полигоне, видели всякое. Важен результат, физиология потом перестроится, с опытом.

Бен кивнул снова.

– Но попробовать я могу? – решила не отступать я.

Морейра засмеялся даже.

– Да пробуйте. Мне что, жалко, что ли? Это хороший опыт. Штаны тоже не забудьте.

* * *

– Ты же заранее знал? – спросила я, наблюдая, как Бен режет колбасу кружочками. – Ты не забирал документы из Карагоны?

Бен поднял на меня глаза, чуть нахмурился.

Мы сидели на склоне, прямо в траве, у нас небольшой пикник и поздний завтрак на природе. Отсюда потрясающий вид, и до полигона не так далеко. Полигоны всегда за чертой города.

Купили хлеба, колбасы и сыра, немного зелени и пару помидоров. И это было бы так хорошо и приятно, если бы не…

А ведь так теперь всегда будет.

Я вдруг осознала именно сейчас – теперь так будет. Если я останусь в боевой магии, то все это будет моей постоянной работой. Будет частью моей жизни. Испытания, задания, риск, постоянное напряжение, вероятность погибнуть самой и страх за тех, кто рядом. От этого никуда не деться. Это теперь никуда не уйдет и навсегда со мной.

И вот такие минуты тишины…

– Документы я пока не забирал, – сказал Бен, сглотнул, кадык дернулся. – Но подробностей не знал заранее. Да и сейчас пока все еще неопределенно. Так Морейра говорил, что разберется с этим, и с ректором поговорит. Посмотрим. Сейчас важно на лицензию сдать, а потом… потом вот все это. Важно справиться. Но… Я…

Он замялся. Видно, как очень хотел сказать, что все будет хорошо, но никак не выходит. Все это очень сложно.

– Тебе страшно? – спросила я. Может, зря, Бен смутился, у него разом покраснели уши… – Мне очень. Все это так… Я понимаю, что не готова к такому была.

Бен слабо улыбнулся, потянулся ко мне, взял за руку.

– Мне тоже страшно, – сказал тихо. Честно.

И никаких слов о том, что все будет хорошо. Потому что никто не знает, как будет.

Тихо, только ветер шумит листочками дикой оливы, где-то еще стрекочут кузнечики… облака в небе… Немного тишины для нас.