Алиса и проклятый Зверь

Глава 5

Я наняла для охраны чудовище с самым скверным характером, который только возможно представить. Чудесно! И выбора нет. Брыкаться в моём положении глупо. Сказала в сердцах — найму другого стража, но даже верни Ярхан деньги, я бы не успела этого сделать. Стюарт обнаружил пропажу, и теперь по городу сновали наёмники в поисках мисс Дей. Бедный мой братец, ему наверняка пришлось потратить аванс графа, чтобы оплатить труд ищеек.

— Тут пишут, тебя брат потерял, — Ярхан сорвал с доски объявлений листок с моим портретом. — От него бежишь?

— От него, — буркнула из седла и отвернулась.

— Я думал, ты от жениха слинять решила.

Рано обрадовалась, что чудище не любопытен. Рассказывать ему о причине побега у меня не было ни малейшего желания.

— Хватит болтать, — прорычала. — Меня ищут, — натянула капюшон на лицо. — Надо убираться отсюда.

— Надо, — Ярхан забрался в седло и отправил лошадку вперёд.

Сказать, что вдвоём здесь тесно — ничего не сказать. Я почти на бёдрах у чудища сидела, а в пятую точку упиралось, что-то твёрдое… Что это — даже думать не хотела.

— Не прижимайтесь ко мне! — моему терпению пришёл конец.

— А ты не ёрзай, а то нарвёшься.

— Что?! — пискнула.

— Перестань проверять меня на прочность. Расслабься и сиди смирно.

Вместо ответа у меня из груди вырвалось возмущённое бульканье. Нахал ведь!

Медленные покачивания в седле и близость мужчины не способствовали спокойствию. Невыносимо! К щекам снова хлынул жар.

— Проедем по тихой улочке к городским воротам, — заговорил Ярхан. — А там посмотрим.

— Угу…

Моё лицо превратилось в раскаленную сковородку.

Город окружён высокой каменной стеной, на «свободу» можно попасть только через ворота. Там нас с чернобуркой ждал сюрприз. Ожидаемо.

Издалека приметил — на выезде оживлённо. Целая очередь из телег, всадников и пеших организовалась. Досмотр. Чтобы нас не заметили, пришлось спешно разворачиваться.

Я направил лошадку вперёд по узкой тихой улочке. Надо подумать, как проскочить мимо наёмников. Чернобурка вздрагивала от любого звука, натягивала капюшон на лицо и прижималась ко мне круглой попкой. Не специально, конечно. А жаль…

Чёрт! Так я до кошачьей пасхи соображать буду.

— Может быть, хватит мозолить глаза горожанам? — Алиса не выдержала. — Двое всадников на одной лошади, с капюшонами на лицах — слишком приметно.

— Стоять на месте ещё опаснее. Поверь.

Сказал и натянул поводья. Лошадь остановилась.

— В чём дело? — девочка снова заёрзала на крепком стояке.

— Цыц! — ущипнул её за бедро.

— Ой!

— Притихни, дай мне подумать.

Я смотрел на запряжённый экипаж, который стоял в конце улицы. Нарядная карета, нарядные кони — свадьба у кого-то. Сценарий спектакля родился в голове за несколько секунд.

— Есть план, — сообщил лисичке, — но ты должна делать, что скажу. Без вопросов.

— Между нами не настолько доверительные отношения, — она фыркнула. — Я должна знать подробности.

— Хочешь выбраться из города?

— Хочу.

— Тогда делай, что говорю. Подробности по ходу пьесы.

Я развернул лошадь и придавил ей бока — пошла, родная.

Нам нужна украшенная карета и возница. Разжиться этим добром я мог только у своего старого знакомого — Сема. За услуги этот проныра дерёт втридорога, но зато рот держит закрытым при любых обстоятельствах.

До дома Семуэля добрались быстро и на неприятности по пути не нарвались. Похоже, удача на нашей стороне. Уже неплохо.

— Подождёшь меня здесь, чернобурка, — я привязал лошадь у ворот старого дома.

— Нет! Я не останусь одна, — запищала.

— Я с тебя глаз не спущу, — пообещал. — Просто стой рядом с лошадью. Я скоро.

Обсуждать подробности плана при девочке не стоило. Моя задумка ей не понравится. И это слабо сказано.

Оставив Алису за невысоким забором, я зашагал к крыльцу обветшавшего дома. Сем когда-то тоже дрался на ринге, а потом его покалечили, и быстрые деньги остались в прошлом. Нынче Семуэль зарабатывает, катая молодожёнов по городу на расфуфыренной карете.

— Открывай! — я грохнул кулаком по двери, старые доски крякнули.

Пару минут отборной ругани внутри дома — и на крыльце появился мой знакомый. Сем выглядел хреново — зверское похмелье налицо, то есть на лице.

— Чего тебе? — бедолага дышал ядрёным перегаром.

— Карета нужна. На час.

— Полсотни.

— Ты охренел?!

— Нет, так нет, — Семуэль пожал плечами и собрался закрыть дверь.

— Погоди, — я поставил ногу на порог, глянул на беспокойно озирающуюся по сторонам лисичку за забором. — Сорок, и по рукам.

— Сорок пять.

— Идёт.

Пришлось заставить Сема привести себя в порядок. Вышло не так уж плохо, а запах перегара от него даже к месту. Коротко обрисовал ему план действий, выслушал его конское ржание и едва сдержался, чтобы не пересчитать зубы веселящемуся засранцу. Ни хрена смешного…

— …Всё запомнил? — отвесил Семуэлю дружеский подзатыльник.

— А то! — на его губах появилась кривая похотливая улыбка.

— Зубы выплюнешь, — пообещал ему тихо, но крайне убедительно. — Твоё дело лошадьми управлять.

— Понял-понял, — гоготнул Сем.

Алиса глазами-блюдцами наблюдала, как мы с Семуэлем запрягаем свадебный экипаж. Одна лошадка наша, вторая — местный экземпляр — опытная кляча, не раз возившая молодожёнов по улицам.

— Что это значит? — осторожно поинтересовалась у меня лиса.

— Я просил не задавать вопросов, — попытался задавить её любопытство в зачатке.

— Не понимаю, — она пожала плечами, — вы считаете, внутрь свадебной кареты наёмники не заглянут?

— Главное, чтобы среди них не оказалось твоего брата.

— О, можно не переживать, — чернобурка махнула ручкой. — Мистер Стюарт Дей никогда не опуститься до такой утомительной штуки как досмотр.

— Охрененная новость, мисс! — я широко улыбнулся. — Значит, представление удастся на славу.

— Представление?

— Не задавай вопросов.

— Вам бы в цирке выступать, — недовольно пробурчала девочка.

Вслух говорить не стал, но, боюсь, таких номеров в цирке не показывают.

— Прошу, — я распахнул перед Алисой дверь кареты. — Поехали, — отдал команду Сему и забрался внутрь.

Экипаж тронулся, я выдохнул. Вроде, всё просчитал. Семуэль не подведёт — должно получиться. Я волновался только по поводу лисички. Не взбрыкнула бы она в ответственный момент.

Девочка устроилась на жёстком сиденье и едва ли не в стенку вросла — чтобы только от меня подальше. Молчала, а в глазах мелькали вопросы. Много.

— Кто этот человек? — кивнула, намекая на Сема. — Ему можно доверять?

— Можно.

Лиса насупилась. Забавная. Одежда, которую я раздобыл, ей совершенно не шла. Неряшливо пошитые тряпки из грубой ткани знатной красавице не к лицу.

Я глянул в окно — до городских ворот оставалось немного.

— Вы мне объясните? Я ничего не понимаю…

Хорошо, что не понимаешь, девочка. Иначе выпрыгнула бы из кареты на полном ходу.

Семуэль встал в очередь желающих покинуть город, а я задёрнул шторки на окнах.

— Дай знать, — стукнул кулаком в стенку, за которой сидел возница.

— Помню, — глухо отозвался Сем.

— Вы должны мне объяснить! — лису уже потряхивало.

Пожалуй, да. Пора начинать плавно подводить её к сути спектакля. Чернобурке выпить бы для храбрости, но с собой ни капли пойла. Поздно я спохватился.

— Стонать громко умеешь? — стянул с себя куртку, бросил на пол.

— В к-ка-аком смысле? — щёки красавицы вспыхнули.

— В том самом. Мужик был у тебя?

— Вы негодяй! — лиса попыталась добраться до двери.

— Стоять! — рявкнул и усадил её на место.

Вижу — не было мужика. Придётся действовать нежнее.

— Я не буду стонать, — заявила, поджав губы.

— Послушай, или ты делаешь, что говорю, или нам крышка.

— Всевышний… — побледнела. — Просто стонать?

— И чем громче, тем лучше.

— А-а…

Вышло отвратительно. Похоже, девочка даже пальцами себя ни разу не ласкала. Так криво изображать удовольствие можно только ничего о нём не зная.

В стенку грохнул кулак Сема. Сигнал — наша очередь через одного. Пора.

— Ложись. Быстро! — скомандовал, но чернобурка не шелохнулась.

Смотрела на меня остекленевшими глазами и не шевелилась. Именно этого я и боялся. Ответственный момент, шок, провал спектакля… Хрен!

Дёрнул девчонку на себя и уложил на сиденье.

— Прекратите! — рычала, пытаясь отбиваться.

— Тише… — навалился на неё, осторожно коснулся лица ладонью. — Это совсем не то, что должны услышать снаружи. Понимаешь?

Алиса кивнула, и на её глазах навернулись слёзы.

— Я не обижу. Не сделаю больно. Клянусь тебе, — гладил её по волосам, борясь с желанием по-звериному вылизать невинный ротик. — Постарайся довериться мне.

Согласия во взгляде девочки более чем достаточно. На слова или действия с её стороны уже не рассчитывал. Устроившись спиной к двери кареты, я ослабил вязки на своих штанах. Прекрасный вид откроется тому, кто решит сюда заглянуть. Мой голый зад и стройные девичьи ножки — большего не надо. Осторожно задрал юбку лисы, она жалобно запищала.

— Громче, лисичка. Давай…

— А-а-а!

Чёрт! Совсем не то!

План трещал по швам, мои нервы тоже. Провалить дело и отдать Алису наёмникам я не мог. Значит, придётся убивать, а потом бежать, и преследовать нас будут уже не наёмные шавки её брата, а королевские солдаты. Положить кучу народа перед городскими воротами — ни хрена не шутки, а тяжёлое преступление.

Не может сыграть, придётся пережить. Дюжину минут назад я не собирался оставлять девчонку без нижнего белья, но теперь планы изменились. Стянул с неё панталоны — не пискнула. Только лицо ладошками закрыла. Чёрт возьми… Я почувствовал себя насильником. Вот что-что, а баб против их воли никогда не брал.

Преодолев слабое сопротивление, вклинился между ног красавицы и охренел — да она мокрая! Выходит, лисёнок сама не против?.. Строит из себя ангела, а течёт, как… Даже в мыслях не смог назвать её «сучкой». Член ломился от боли, яйца гудели. Волк внутри меня рвал и метал — требовал трахаться.

Прости, мохнатая шкура, не сегодня.

Я накрыл розовую влажную плоть девочки ладонью, давая ей привыкнуть к новым ощущениям. Задрожала и явно не от страха.

— Не сделаю больно, — повторив обещание, развёл пальцами нежные складочки.

Миниатюрная лиса — красавица. Набухшая горошина и аккуратная дырочка — смотреть и то удовольствие.

— Что вы?.. — Алиса дёрнулась у меня в руках, когда собрал языком сок с губ между её ножек.

— Сладкая, какая, — подсунул ладони под упругую попку и потянул красавицу на себя.

Дурея от вкуса девчонки, вылизывал её и рычал. Хрупкое тело выгнулось, и я, наконец, услышал первый искренний стон. Тихий. Алиса запустила пальчики мне в волосы, сама прижала к себе. Дышать лисичка стала часто и отрывисто, дрожала, а всхлипывала несмело.

Плохо стараюсь.

Добавил жары в поцелуи. Погружая язык внутрь истекающей соком дырочки, ласкал пальцем налившуюся горошину. Быстрее, жёстче… Давай, маленькая моя. В голос, давай!

— А-а-а!

Девчонка выдала честный и громкий крик — у меня в ушах зазвенело. Одним возгласом дело не ограничилось — всхлипы и стоны лисички звучали для меня песней. Подмахивая бёдрами, она тёрлась о моё лицо, получая первое удовольствие с мужчиной. Этот момент я буду помнить, пока не сдохну! И сдохну — не забуду...

Голос Сема с улицы вернул меня к жизни — сердце отчаянно заухало в груди. Возница старался говорить громче — сейчас сюда пожалуют гости. Душу обожгло болью. Думать невыносимо, что кто-то, кроме меня, увидит лисичку такой… Сразу после того, как она кончила в первый раз — растерянная, с затуманенным взглядом. Зверь внутри меня скалил зубы, готовый вырваться наружу и загрызть любого, кто посмеет нарушить границы личного. Слишком личного.

Разогнулся и, закрыв собой девочку, сдёрнул штаны со своей задницы. Член остался в плену ткани. Не пугать же каменным стояком лису, она и так натерпелась. Она лежала, вцепившись пальцами в подол платья, с красными от стыда щёчками, но смотрела мне в глаза. И вот сюрприз — во взгляде Алисы я не нашёл отвращения или ненависти.

— Всё хорошо?

— Я… Да… — шепнула, облизав пересохшие губы.

Тогда едем дальше.

Закинул её ножки себе на бёдра и прижался гудящим от возбуждения членом к горячей промежности. Ткань моих дорожных брюк моментально пропиталась соками Алисы. Самозабвенно изображая жаркий трах, я сходил с ума от того что нельзя в неё, сейчас. Толкнуться внутрь, почувствовать, какая она узенькая там, горячая. Моя…

Ни хрена не моя!

Лисичка кричала. Задыхаясь, цеплялась за мои запястья и бесстыже требовала ещё. Кто бы знал, как я хотел исполнить её желание! Сам рычал и стонал, а перед глазами только темнота и пляшущие звёзды.

— Э! — мою спину обдало осенним холодом. — Охренеть! На выход для досмотра.

Дверь кареты хлопнула.

Остановиться я не смог, пока лиса не кончила второй раз. Чертовски хотелось закрепить результат глубоким поцелуем. Таким, чтобы всю спину мне расцарапала. Горячая девочка. Но я не решился. Рожа у меня, прямо скажем, не поцелуйная. Одно дело — поддаться порыву страсти и получить удовольствие, и совсем другое — лизаться с таким чудовищем, как я.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Алиса торопливо одёрнула юбку и попыталась сесть. Вышло не очень — ошарашенная случившимся, она никак не могла прийти в себя. Я помог ей усесться и получил по рукам. Лиса сердито сопела и на меня больше не смотрела — спрятала раскрасневшееся лицо под капюшоном, снова вжалась в стенку кареты. Маленький испуганный комочек.

Чёрт…

— Вы там сдохли, что ли?! — дверь кареты приоткрылась.

Матерясь, я потянул дверцу на себя. Какого хрена Сем молчит?!

— Эй, брат! Погоди, — наш хмельной возница пошёл по сценарию. — Может, обойдёмся без досмотра? Ты сам всё видел.

— Чего я там видел?! — возмутился наёмник. — Голый зад? Пусть выходят.

— Там родственник мой, — Семуэль перешёл на громкий шёпот. — Женился сегодня. Понимаешь?

— У меня приказ все экипажи досматривать.

— Ты глянь, сколько здесь народа! — Сем напирал. — Пошумела парочка, да… Теперь всем интересно — кто они такие. В городе пальцем показывать станут. Брат, пожалей молодых.

— У меня приказ, — наёмник не сдавал позиции. — Ищем одну богатую курицу.

Я сжал зубы и тихо зарычал. Волк внутри меня повторил эмоцию. Безумно хотелось вырвать свинье язык за «курицу» в адрес мисс Дей.

— Откуда ей взяться в моей карете? — пьяно заявил возничий. — Да ещё и… Ну, ты понял. Благородная дама до такого не опустится.

— Куда направляетесь?

— В лес ближайший их отвезу, чтобы не смущали никого воплями. Родственник мой с жены долго не слезет. Хорошо она его промариновала до свадьбы.

— Тридцать золотых — и валите.

Я с облегчением выдохнул. Убивать наёмников на глазах у нескольких десятков горожан не придётся. Семуэль — красавец, талантливо сыграл.

Экипаж тронулся, я повернул голову и посмотрел на Алису. Надо что-то сказать... Набрал воздуха в грудь.

— Молчите, прошу… — прошептала. — Ни слова.