Алая нить судьбы (СИ)

Глава 24

— Тер Гарри! Какая неожиданность! — громко проговорил Сошка, — проходите, давно вас не было в вашей же конюшне. Поглядите какой у нас здесь порядок, намедни делали уборку, даже вон с тех дальних углов смели всю паутину!

Тер Гарри важно прошёлся по чисто выметенному полу, провёл толстыми пальцами по деревянным перекладинам и обернулся к Сошке.

— Это хорошо, что ты так тщательно следишь за моим имуществом, Сошка. Ты молодец, заслужил монетку, лови, — и кинул конюху пару медек. — Я вот зачем к тебе пришёл. Весь день не видел твоего дружка барда Эльку. Мне нужно с ним поговорить. Не знаешь, куда он мог подеваться?

— Он здесь был, потом сказал, надо срочно в город сходить, после ужина обещал вернуться, то есть вскорости должен объявиться.

Хозяин таверны понятливо покивал и потребовал:

— Ты вот что сделай. Как только он придёт, пусть отправляется в главный зал, к тому же его сегодня ждут постояльцы с очередным выступлением. Этот шельмец поди обо всём забыл, побывав в доме шелье. Возгордился, кажись. Не дело это, даже не пришёл ко мне, не рассказал, как всё там было, — ворчал тер Гарри, выходя за ворота конюшни, его самолюбие явно было задето.

Сошка отправился следом. Ирина проследила, как конюх выглянул наружу, а после плотно прикрыл створку. Только после этого она вышла из денника и махнула другу:

— Сошка, мы здесь!

— Ух, как я испугался, что теру Гарри уже доложили о вас, — воскликнул Сошка, подходя к нам поближе.

— Нужно дождаться, когда все будут в таверне, и выходить. Ждать ночи не имеет смысла, нужно убегать сейчас, — сказала Зара, выходя следом за мной и сжимая в руках котомку, — чувствую, что времени всё меньше и тиски тревоги сжимают сердце.

— Не верить тебе невозможно, — тут же став максимально серьёзным, заявил конюх, — я вещи только свои соберу. Вот, — вытащил он из-за пазухи свёрток, — здесь пара кусков хлеба, два яйца. Съешьте сейчас, а то вона, Зару шатает.

— Я уже всё взял, — сказала Ирина, принимая свёрток с перекусом, — у тебя там немного вещей было.

— Так вещи — это ерунда. Там под половицей я припрятал кое-что накопленное тяжким трудом у тера Гарри, оставлять никак не след, — и, бормоча что-то под нос быстро поднялся наверх.

Ирина и Зара вернулись в денник и сели на мягкое сено. В тишине съели нехитрое угощение, и Ира решила уточнить кое-что у травницы:

— Зара, я ведь правильно всё понял, ты хочешь, чтобы я пошёл к дому, где держат одарённых, и предложил им медового взвара?

— Да, верно понял, — кивнула женщина, подбирая полы платья с пола и отряхивая мелкий сор, — в напиток я добавлю сон-траву, и все уснут. Тебе стоит убедить стражников отнести кувшин внутрь здания и напоить всех охранников.

Ирина сидела и внимательно слушала женщину, думая, что на словах выходит гладко, но как оно получится на самом деле — большой вопрос.

Неосознанно погладила татуировку под рукавом и подумала, что всё на неё свалившееся отдаляет её от поисков Егора дальше и дальше. Найдёт ли она его когда-нибудь в этом странном, диком мире? Стало так тоскливо, что выть захотелось. Сдержав эмоции усилием воли, прикрыла веки и сделала вид, что задремала.

Сошка вернулся минут через десять, что так долго модно было делать в каморке?

— Пока доску отодрал, да чтобы тихо, умаялся, — словно отвечая на её мысли, заговорил конюх, плюхаясь рядом с ними на стог душистой соломы.

— Посидим чутка, я немного вздремну, — причмокнул он губами, — и выдвинемся.

И мгновенно провалился в сон.

— Умеют же люди, — покачала головой Зара.

Они отдыхали ровно тридцать минут, Сошка, по обыкновению, проснулся мгновенно и бодро произнёс:

— Пойду проверю, как там постояльцы и тер Гарри. Он вечером уже не должен покидать таверну, но на всякий случай стоит убедиться. И забыл совсем, пару свечей возьмите, — добавил он, не оглядываясь.

Ирина проводила взглядом вышедшего из стойла Сошку и тоже поднялась, чтобы размять немного затёкшее тело и взять свечки из короба у ворот.

— Зара, просыпайся, — окликнула она дремавшую женщину, — пора собираться.

Травница, широко зевнув, подала руку Элю, чтобы помог встать.

Сошка вернулся довольно быстро и, пройдя мимо денника, где прятались Ирина с Зарой, махнул им рукой и сказал:

— Следуйте за мной.

Троица выбралась наружу через отодвигаемую доску в задней стене конюшни.

На удивлённый взгляд Ирины, конюх развёл широкими ладонями и извиняющимся голосом произнёс:

— На всякий случай сделал, а вдруг пожар и ворота обвалятся? Надо всегда иметь второй выход.

Оказавшись у задней стены конюшни, Сошка уверенно повёл их через дорогу прямо в виднеющийся зазор между домами напротив конюшни.

— Сократим путь, — пояснил он, хотя его никто ни о чём не спрашивал, полностью ему доверившись.

Улицы ночного города были плохо освещены, а уж внутренние дворы или переходы между домами так и вовсе утопали в густой тьме.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Разбойникам выходить ещё рано, время удачное мы выбрали, — бодро и негромко говорил Сошка, ведя их быстрым шагом в одному ему известном направлении.

Минут через сорок, по внутренним ощущениям Ирины, когда она изрядно устала, Сошка тихо сказал:

— Мы почти пришли, во-он тот дом, в самом конце улицы, совершенно точно нежилой, нам к нему.

Ира остановилась, чтобы посмотреть куда указывал друг и только тут ощутила, насколько вокруг неё изменился воздух, а точнее запахи. Совершенно точно воняло смесью навоза, отходов и ещё чем-то сладковато-гнилостным.

— Сошка, тут пахнет хуже, чем в свинарнике! — воскликнула Ира, и не сдержавшись, прикрыла нос ладонью.

— Терпи, Элька, — фыркнул тот в ответ, впрочем, совершенно беззлобно, — пока мы здесь, стоит привыкнуть и не ворчать. Ты же не хочешь оказаться в допросной у аконьеров?

Ира отрицательно затрясла головой, уж лучше она пройдёт испытание запахами, чем пытки в застенках неизвестного, и оттого страшного врага, носящего грозное название «аконьеры».

— Ну тогда, чего встали? Пойдёмте скорее, — поторопил их Сошка и первым поспешил вперёд.

Дом был страшен, зиял провалами окон и даже в темноте ночи казался чудовищно загаженным. Откуда у Иры взялось это ощущение, она не могла сказать точно, но отчего-то была уверена, что при свете дня это строение отпугнёт даже самого смелого рыцаря.

— Идите за мной, — махнул рукой бывший уже конюх и толкнул хлипкую калитку, жалобно скрипнувшую от такого бесцеремонного обращения.

Свечки, взятые Ирой с собой, пригодились: внутри дома было ещё темнее, чем на улице.

— Старайтесь у окон не светить, — предупредил Сошка, оглядываясь, — хотя дом стоит на отшибе, и навряд ли мы кого заинтересуем, но, тем не менее, поостерегитесь.

Ирина боялась, что внутри будет вонять, но всё оказалось не таким ужасным, как думалось. Пахло больше сыростью, плесенью и немного гнилым деревом. Терпимо. Внутри лачуга была пуста, даже завалящей табуретки не было. Оглядевшись, Ира поняла, что это место покинули давным-давно и отсюда вынесли всё, что только можно было, даже доски на полу, и то разобрали.

— Я пойду в лес, — сказала травница, выглянув в одно из окон, — нужно успеть добраться до места, пока луна не вошла в полную силу.

— Хорошо, — кивнул Сошка и предложил, — тебе помочь, может?

— Нет, сама справлюсь, — махнула на него рукой Зара, — вы с Элькой лучше травы сухой натаскайте, спать на голом полу нет никакого желания. Ещё лупунку бы собрать, — пробормотала она совсем тихо, отворяя хлипкую дверь лачуги.

— Пойдём, дружище, — окликнул Сошка Иру, — можешь сбросить вещи вон в тот угол, ничего им не сделается. Пойдём за травой.