Звездные Рыцари

Глава 8

Восемьдесят девять инициированных на базе. И среди них мне нужно выбрать себе команду…

Комендант не скрывал, что рассчитывает на меня и на мой опыт. Он знал кто я и знал, кто такие Ястребы. А также он знал моего отца. Да, мы с ним лично не пересекались, но в Голодных играх на Арлекине Грейн тоже был. И общался с моим отцом, когда экспедиционный корпус Золотой Лиги высадился на планету, а все выжившие коменданты и эсквайры-инструкторы вместе с инициированными первого этапа грузились на транспортники и улетали с Мертвого мира.

Более того, Грейн знал моего отца и раньше, они сталкивались несколько раз ранее, когда Ястребы были всего лишь одним из кланов, который предоставлял своих рыцарей и стражей для нужд Золотой лиги. При этом Леонард Грейн уважал моего отца, по крайней мере, его соболезнования звучали вполне искренне.

Согласно протоколу, во время первого этапа Голодных игр, на ожидание полного прибытия выживших инициированных на базы, исходя из особенностей высадки, отводилось до четырнадцати суток. Именно столько времени, согласно расчетам, было необходимо инициированным, чтобы добраться до ближайшей базы. Сухая статистика показывала, что через две недели шансы на выживание инициированных вне базы практически равнялись нулю.

А вот дальше, в период от четырнадцати до тридцати суток, то есть до месяца, комендант имел право, по собственному разумению, отпускать группы инициированных во «внешний» мир. Преимущественно, на разведку.

Полное обучение, после которого инициированные могли более-менее сносно функционировать, заканчивалось через два месяца с начала высадки. С этого момента и начинались полноценные попытки зачистки территории для организации плацдарма. И всё это выполнялось при четкой координации опорных баз. Базы с первым номером управляли своими секторами, но обычно общее руководство брала на себя «Альфа-1», руководство которой и решало вопросы, связанные с ротацией контингента между базами, а также планирование и осуществление зачисток.

Всё вышеперечисленное было возможно при «идеальных» условиях, которые, как показывала практика просто невозможны на Мертвых мирах. Обычно, проблемы начинались на этапе коммуникаций секторов, в нашем же случае мы «споткнулись» уже на первом этапе, не имея возможности связаться с «Браво-1».

— Как ты знаешь, регламентом строжайше запрещено участвовать в вылазке как мне, так и эсквайру-инструктору Фридриху.

Комендант вернулся за стол. Он бросил себе в кружку ещё ложку растворимого кофе, залив его горячей водой из чайника. Увидев мой взгляд, он улыбнулся:

— Ещё?

— Не откажусь, — кивнул я и получил ещё одну кружку кофе.

— Так вот, — продолжил он, когда закончил с горячими напитками. — В эту разведмиссию не можем пойти ни я, ни эсквайр-инструктор. Не будь у меня в распоряжении тебя, всё было бы гораздо сложнее. Мне пришлось бы самостоятельно формировать группу, находить ей лидера, объяснять задачи, плюс максимально прорабатывать детали. Но, слава Бессмертному Императору, у меня всё же есть ты, и поэтому моё участие в организации этой вылазки будет только рекомендательным. Смотри сюда.

Он развернул ко мне древний лучевой монитор, который выглядел как здоровенный короб на подставке. При этом качество изображения было ужасным: на чёрном фоне — корявые зеленые символы, при огромном размере пикселя. Но, по крайней мере, можно было прочитать, что написано. Еще одна старая технология, которая может функционировать в условиях повышенного энергетического фона Мертвого мира.

— Это база данных, находящихся сейчас на базе инициированных. Я отобрал десять лучших на мой взгляд кандидатов, но при желании ты можешь посмотреть весь список. По итогу изучения списка я разрешаю тебе взять с собой четырёх человек.

— Всего четырёх? — нахмурился я, глядя на командора.

— Всего четырёх, — не моргнув глазом, подтвердил он и тут же добавил: — Да, я знаю, что тебе преподавали тактику малых групп. Но всё это, — он провёл рукой, обведя кабинет, — сильно отличается от обычного мира. Точно так же, как и отличается контингент, который есть у нас в распоряжении. Если ты посмотришь на мой список, — кивнул он на монитор, — то из десятки, которую я предложил, всего двое прошли воинскую службу. А остальные имеют хоть какие-то зачаточные навыки обращения с оружием.

— Всего два человека с военным прошлым из восьмидесяти семи? — удивился я.

В ответ комендант неожиданно засмеялся.

— А как ты думал, эсквайр Виктор? В большинстве своём люди — чрезвычайно рациональные и разумные существа. Представим обычного военного Золотой Лиги. Я говорю о нашем государстве, потому что в других всё может быть по-другому. Так вот, обычный военный имеет неплохое жалование — среднюю зарплату по меркам нашего сообщества, но гигантскую, если рассматривать низшие слои населения. При этом он получает множество льгот, а в конце службы — ещё и пенсию, недостижимую мечту для множества производственных миров, где люди иногда не доживают и до тридцати. Кто из них в здравом уме будет рисковать собственной жизнью ради иллюзорного шанса стать Одарённым и при этом ещё нужно умудриться выжить? Также обстоят дела и с другими людьми, которые умеют хоть немного думать.

Он серьёзно посмотрел на меня, и его лицо стало чрезвычайно серьёзным.

— Виктор, я открою тебе, возможно, самую страшную тайну нашего времени. Так получается, что в рыцари идут, в большинстве своем, худшие представители человечества. За редким, очень редким исключением. Таким, как ты, эсквайр. Да, в дальнейшем кланы прилагают все силы, дабы буквально выковать из новорождённого одарённого хорошего рыцаря и достойного человека. Но иногда внутреннюю суть уже не изменить. А ещё… — он на секунду замолчал, раздумывая, продолжать ли ему дальше. — В кое-каких имперских подразделениях простые человеческие качества, такие как доброта и сострадание к ближним, считаются слабостью. И поэтому, кто-то может считать их действия в боевых конфликтах неоправданной жёсткостью и даже жестокостью. Ну а кто-то — потрясающей эффективностью. Есть разные точки зрения, и не все они популярны.

Комендант замолчал, а я, глядя на его лицо, внезапно понял, почему при двенадцати пережитых Голодных Играх он до сих пор является комендантом рядовой базы «Браво-7». Кажется, его мысли и принципы были далеки от той самой «эффективности», о которой он только что говорил. Хотя это могли быть только мои предположения.

Из глаз коменданта ушла задумчивость, и он встряхнул головой, будто сбрасывая с себя неприятные мысли.

— Итак, пять людей вместе с тобой, Виктор. Это всё, чем я могу позволить себе рискнуть.

При этих словах моё лицо исказила невесёлая улыбка, и он утвердительно качнул головой.

— Да, эсквайр Виктор. Это большой риск, но процедура требует именно этого. Учитывая общее количество инициированных на моей базе, я очень хотел бы, чтобы вы вернулись живыми. Поэтому чем смогу — помогу. А сейчас почитай информацию, которую я тебе дал, и можешь задавать вопросы.

Он пододвинул мне странное пластиковое устройство, которое было проводом прикреплено к этому допотопному компьютерному монстру.

— Это называется «мышка». Колёсиком ты можешь прокручивать список. А нажав левую кнопку на нужном имени, ты откроешь более подробное досье на каждого из инициированных.

Я взял странное приспособление, которое в жизни никогда не видел, и попытался с ним справиться. Получилось. Первым в списке я увидел уже знакомого мне Вальтера Кронинга. Нажав на его имя, я прочитал краткую биографию и характеристики. Отметил при этом, что Вальтер не солгал мне практически ни в чём.

Вторым и последним кандидатом с военным прошлым оказался Александр Ройтер. В отличие от Вальтера, он не был добровольцем — он был осуждённым. Вот только причины его заключения, — а срок у него был пожизненный, — были сокрыты за надписью: «Информация отсутствует».

— Как это может быть? — указал я на интересующий меня момент.

— Это обычное дело, — пожал плечами комендант. — Эта информация не является обязательной для раскрытия и никак не влияет на выполнения человеком своей задачи. Хотя если ты посмотришь на описание его навыков, то, возможно, кое-какие мысли и придут тебе в голову.

Я взглянул на то, о чём говорил комендант, и тут же понял его.

«ФАЙЛ ОБЪЕКТА»

Имя: Ройтер, Александр

Возраст: 51 год

Гражданство: Золотая Лига

Клан: неизвестен (удалён из реестра)

Категория: Участник Голодных Игр / Осуждённый / Приоритет В (контроль рекомендован)

Боевые навыки:

— Инфильтрация / незаметное проникновение: эксперт

— Подрывное дело (в т.ч. нестандартные заряды): высший уровень допуска

— Скрытное устранение целей: эксперт

— Работа в одиночку / автономные миссии: подтверждённая эффективность

— Ориентирование на местности: совершенство

— Ближний бой: владеет нестандартными методиками

— Дальний бой: обученный снайпер

— Психоустойчивость: высокая, нестабильная в случае провокаций

— Участие в психотренировках: не рекомендовано

Психологический профиль (фрагмент):

«Подавленное сочувствие. Структурное мышление. Нет реакции на моральную дилемму. Верность при соблюдении личного кода. Возможен срыв при оскорблении чести или попытке вторжения в личные границы.»

Примечание:

Данные о предыдущем служебном положении, биографии и обстоятельствах заключения — засекречены.

По внутреннему протоколу ЗЛ — «потенциально ценен при полном контроле и строгой иерархии».

— Спецназовец? — я посмотрел на коменданта.

Но он отрицательно покачал головой.

— Скорее, диверсант.

— С такими навыками и таким прошлым он не создаёт проблем?

Фотографии в личном деле отсутствовали. Я попытался вспомнить, видел ли я кого-то похожего за эти четыре дня, но ничего в голову не пришло.

— Наоборот. С ним нет ни одной проблемы. Исключительно спокойный и уравновешенный индивид. Хотя… — комендант прищурился, — это как раз и вызывает подозрение.

— Обученный снайпер… — ткнул он пальцем в монитор. — Соответствует написанному?

— О да, эсквайр. Ещё как соответствует. Думаю, он стреляет даже лучше меня.

— Ясно, — кивнул я и перешёл к следующим именам, хотя дальше были сплошные разочарования.

Из знакомых попалось лишь имя Гарео — татуированного задиры, который приставал ко всем и каждому. Как оказалось, состоя в одной из уличных банд, он успел попрактиковаться с оружием. В списке ещё был сантехник, который очень любил ходить по выходным в тир с детьми; вдова фермера, которая знала, с какой стороны браться за ружьё, дабы охранять скот от хищников, и ещё несколько человек, из которых заинтересовал меня только последний.

— Преподаватель бальных танцев? — недоумённо посмотрел я на коменданта. — Серьёзно?

Я снова вернулся взглядом к экрану, попытавшись найти в его навыках хоть что-то, что позволило бы мне понять, почему он вообще попал в этот список. Вот только хобби — кулинария, пешие походы и шахматы — характеризовали его хоть и как разностороннего человека, но точно далёкого от военных операций.

— А это самородок, эсквайр. Так иногда бывает, — весело рассмеялся комендант, как будто пошутил очень смешную шутку. — Этому парню была прямая дорога в имперскую космопехоту, но где-то по жизни он свернул не туда.

— Что вы имеете в виду? — всё ещё не понимал я.

— Есть такие люди, которые рождены для обращения с оружием, даже если сами не знают об этом в течение всей своей жизни. Вот Олег Собин— один из них. На первых же тестовых стрельбах он выбил девяносто восемь из ста. Притом, что, как указывает его биография и как говорит он сам, винтовку он взял в руки в первый раз в жизни. Я думал, что это случайность, но, как оказалось, нет. Он действительно прирождённый стрелок. И да, мне жалко предлагать его в такой опасный рейд. По-хорошему, ему бы воспользоваться всем временем, которое есть у нас в запасе. Но я не могу саботировать инструкции. Он отлично подготовлен физически и имеет талант. Он один из немногих инициированных, которые уже что-то из себя представляют.

— Можно я просмотрю весь список? — осторожно поинтересовался я у коменданта.

— Валяй! — махнул рукой Грейн. — Времени у тебя полно. До обеда еще есть время, а от обязательных работа я тебя освобождаю. Да и вечерние медитации тебе, как я понял, уже не сильно и нужны.

Я задумчиво кивнул в ответ. Распорядок жизни в «Браво-7» был довольно жесткий, устроенно здесь всё было по-военному и это было оправдано. Всё ради эффективности и выживания. Утренний подъем, завтрак и занятия с эсквайром-инструктором до обеда. После — работы на благо лагеря. Сейчас заключались они в продолжении расконсервации посадочного модуля «Браво-7».

В первый же день пребывания здесь я понял, что у нашей базы определённые проблемы. Посадочный модуль базы приземлился неудачно. Хотя, как сказал Грейн, он хотя бы упал на берег, а не рухнул в воды полноводной реки, что протекала совсем рядом от места посадки.

Так вот, у посадочного модуля «Браво-7» при спуске на Скверну не открылись сразу два парашюта — скорость снижения получилась выше запланированной, вся конструкция потеряла стабильность уже в воздухе и модуль ударился о грунт, при этом часть модулей деформировало, а двери заклинило. При этом он еще опустился на склоне оврага, из-за чего вся конструкция сместилась, а два контейнера-лепестка съехали вниз и опрокинулись. Один из них — оружейный. Гидравлическая система компенсации была повреждена, и сейчас весь модуль напоминает скрюченную гусеницу, часть которой торчит в воздухе.

Изначально, конструкторы предусматривали два варианта развертывания баз. Первый — «как есть», то есть прямо в месте приземления, с минимальными передвижениями конструкций модуля. Это был идеальный вариант, который конечно же, получался не всегда.

Второй вариант — это был как раз наш случай, когда посадочный модуль сел «коряво» и место для базы было выбрано в другом месте. В этом случае очевидно, что блочные контейнеры модуля нужно было переместить в новое место. Для этого у нас были ручные гидравлические подъемники и лебедки, а также два маломощных, но вертких погрузчика. Дизельных, с воздушным запуском, ведь эта древняя технология работала без электричества, что позволяло технике функционировать в местном повышенном энергетическом фоне. Вот только три из четырех топливных танков посадочного модуля лопнули при посадки и драгоценное топливо ушло в землю. Поэтому работы по развертыванию базы проходили чрезвычайно медленно, а физическая сила инициированных была чрезвычайно востребованно. Благо, что даже беззвездный инициированный человек сильно превосходил обычного человека в этом параметре.

Ну а после ужина и до отбоя было время медитации. Необходимого ритуала для всех Звёздных рыцарей. Начиная от эсквайра и заканчивая магистром. К слову… горят, что даже единственному существующему среди рыцарей гроссмейстеру — Императору, также приходится медитировать время от времени.

Каждый вечер, когда зелёное солнце Скверны клонилось к горизонту, и в небе загорались первые фрагменты далеких созвездий, в центре «Браво-7» начинается ритуал.

Все, без исключения инициированные сидели в тишине на голой земле, скрестив ноги, с прямыми спинами и закрытыми глазами. Дыхание ровное, всё внимание устремлено внутрь себя, туда, где еле тлеет пробудившийся Источник. Туда, где впоследствии разгорятся Звезды, которые при определенном везении и упорстве в дальнейшем сформируются в Созвездия.

Медитация не является религией или техникой. Это жизненная необходимость любого одаренного. После инициации Источник внутри каждого одарённого начинает пульсировать… но его пульсация хаотична. Без настройки это огонь, который пожрёт свой физический сосуд. Без воли и упорства он распадётся и деформируется. Без постоянного повторения и совершенствования он умрет.

Некоторые считают, что Звезда внутри человека это сам по себе живой организм. Её нужно кормить. Дышать с ней. Обращать к ней мысли и уделять время. Никто не может точно объяснить, как это работает. Некоторые утверждают, что слышат музыку, другие видят сложные геометрические узоры, третьи чувствую вкус ветра и запах солнца. Но абсолютно все, кто пренебрегает своим Источником, либо сошли с ума, либо сгорели изнутри, либо угасли в тишине.

Для Звёздных рыцарей медитация — часть пути, как дыхание для воина, как кровь для жизни тела. Без неё невозможно продвинуться, невозможно заглянуть внутрь Созвездия. Всё, что незримо — не откроется никогда, а всё, что уже выстроено — останется хрупким и пустым.

Если же опираться на сухое описание медитации с научной точки зрения, то в моих учебниках оно звучало примерно так:

Определение медитации:

Медитация одаренного — это осознанная практика фокусировки ментальной активности и воли, направленная на стабилизацию Источника и активацию низкоэнергетических частиц элериума, равномерно распределённых по всей Вселенной.

Физико-энергетическая основа:

Аномалия № 17, известная как «элериумная пыль», присутствует в любом гравитационно устойчивом пространстве во Вселенной в низкой концентрации (0.00001–0.0002 ед/м³ по шкале Энергетического Фона).

Прим. На планетах, называемых «Мертвыми мирами» концентрация элериума аномально выше.

Через медитацию инициированный способен:

— резонировать с фоном элериума на частоте, соответствующей его уникальному Источнику;

— мобилизовать рассеянные частицы и направить их в стабилизацию ядра и формированию Звезды;

— выравнивать внутренние поля и снижать пульсации, предотвращая перегрев и «самоиспарение»;

Функции и результаты:

1. Формирование и/или укрепление Звезды;

2. Ускорение восстановления после боевой нагрузки;

3. Поддержание стабильности структуры Созвездия;

4. Повышение чувствительности к элериуму в окружающей среде;

5. Предотвращение деградации или спонтанной мутации Источника (зафиксировано в 14,2% случаев после отказа от медитации).

Методология:

Рекомендуется вечерняя медитация продолжительностью 48–242 мин., в зависимости от индивидуальных особенностей одаренного, в условиях частичного экранирования от внешнего фона (внутренний круг, подавители шума, стабилизаторы поля). До формирования первой Звезды обязательно присутствие инструктора.

Поэтому, каждый вечер на базе звучит одна и та же, сдержанная, почти грубая фраза, которую одновременно повторяют тысячи наставников по всей огромной Галактике, в разных государствах, на разных планетах и на разных языках. Везде начальная фраза звучит одинаково:

«В круг. Время слушать Звезды.»

За этими мыслями я закончил просмотр всех досье. Забавная насмешка Вселенной, на самом деле. Ведь большинство инициированных — это обычные люди, предыдущая деятельность которых никак не была связана с войной либо же боевыми операциями. Учитывая, что основной упор на первых этапах Голодных Игр делался на огневую мощь, для максимальной эффективности хорошо было бы получить обычных, неодарённых солдат с опытом ведения боевых действий, закалённых психологически и физически. Но этого по понятным причинам нельзя было сделать. Поэтому имеем то, что имеем.

Из почти сотни одарённых — два, всего два полноценных бойца! Причём со вторым ещё нужно пообщаться. Интуиция мне подсказывает, что что-то с ним явно не так.

И да, комендант проделал хорошую работу. Отобранный им десяток был лучшим вариантом из всех. Ну, кроме одного, точнее одной.

— Юлия Дарис, — озвучил я своё пожелание.

Я откинулся на кресло стула, закончив изучать досье. Комендант, который в этот момент, уткнувшись в свой коммуникатор, что-то пытался там делать, посмотрел на меня с лёгкой улыбкой.

— Думал про неё, — кивнул он головой. — Но в итоге решил не включать её в рекомендованный список.

Он улыбнулся ещё шире, глядя на меня с прищуром.

— И думаю, ты мне сам сейчас скажешь, почему я так поступил.

— Потому что историческое фехтование катастрофически далеко от сражений с тварями мёртвых миров? — вернул я коменданту его улыбку.

— Совершенно верно, — сказал он. — Видишь, ты сам всё понимаешь.

— Понимаю, — медленно кивнул я. — Но всё-таки хочу её попробовать. У вас же должно быть в комплекте поставки холодное оружие? В любом случае, я бы хотел получить один меч для себя, — я невесело улыбнулся. — Сапёрная лопатка — вещь хорошая, но думаю, что вы сможете предложить мне кое-что получше.

Комендант ещё некоторое время молча смотрел на меня, как будто принимая какое-то решение, и в итоге утвердительно кивнул.

— Найдётся. В отличии от тяжёлого вооружения, которое находится в долбаном контейнере, который мы никак не можем отцепить от модуля, — мечи у меня находятся прямо здесь.

Он ткнул пальцем себе за спину, в перегородку.

— Все пять штук.

— Пять штук? — я даже не старался скрыть удивления. — Это на расчётные триста-четыреста человек инициированных?

Комендант смотрел на меня недоумённо, как на дурака, а потом внезапно рассмеялся.

— Эсквайр Виктор, ну ты прямо как ребёнок.

Он ткнул пальцем в стоящий на столе монитор.

— Ты только что сам всё видел. Сколько из этих людей способны хотя бы понимать, с какой стороны браться за меч?

— И тем не менее… — я нахмурился. Никогда не любил, когда надо мною смеются. — Как я уже сказал, сапёрная лопатка не самое лучшее оружие ближнего боя. Но, как показал мой личный опыт, она оказалась гораздо эффективнее винтовок.

— Ты прав, эсквайр, — улыбка медленно сошла с лица коменданта. — Всё так. В умелых руках Звёздного рыцаря меч, копьё или что-нибудь другое является ультимативным оружием. Но при этом ты сам знаешь лучше меня, что любое оружие у рыцаря индивидуально: изготавливается под его руку на заказ и стоит неприлично дорого. А какой главный девиз Голодных игр? Ну, после того, который гласит «не сдохнуть»? Правильно — максимальная эффективность при минимальной стоимости. Именно так и никак иначе.

Я удручённо покачал головой.

— Знаю. Но не понимаю. Элериум — это же самое ценное вещество во Вселенной. Почему сюда не отправляются лучшие люди и лучшее снаряжение?

Комендант глубоко вздохнул, и взгляд его стал абсолютно серьёзным.

— Тебе сложно поверить, эсквайр, но, как я уже сказал, я пережил двенадцать Голодных Игр. А до меня прошли сотни лет, в каждой из которых шли эти игры одни за другими. Люди собирали статистику. Поверь мне, ни у кого нет желания провалиться. Сам знаешь, что последний не получает ничего. Да и первый после «десятины» императора получает сплошные крохи. Все заинтересованы в очистке Мёртвых миров и добыче элериума, абсолютно все. Так вот нынешняя система показала свою эффективность. Именно с такими ресурсами, как сейчас, достигаются наилучшие результаты. Чего в этом больше — психологии или просто везения, я не знаю, но факт остаётся фактом. Именно с этими винтовками, пулемётами, гранатами и конфигурациями базы человечество раз за разом очищает новые Мёртвые миры, в результате которых получают ценнейший ресурс. И нет, Эсквайр, я сейчас говорю не об элериуме. Я говорю о Звёздных рыцарях. Именно они являются ценнейшим ресурсом во всей Вселенной.

Я смотрел на непривычно серьёзного Коменданта и молчал. Мне просто нечего было возразить на его монолог. И да, по части оружия Звёздных рыцарей, — он прав. Каждый из них имел своё личное оружие. Более того, при переходе на новые ранги, с повышением мощи, это оружие часто менялось, так как старое уже просто не выдерживало новой силы рыцаря. Чего стоило легендарное копьё клана Ястребов — Астральное Жало, которое осталось вместе с моим отцом на Арлекине… Да даже у меня, эсквайра, был свой меч, к которому я привык за годы тренировок и который по какой-то причине мне запретили взять с собой на Скверну.

И если мой меч был всего лишь жалкой поделкой, рассчитанной на минимальные силы одарённого с несформировавшейся Звездой, то потеря Астрального Жала была поистине трагедией как для клана Ястребов, так и в масштабе всего государства. Подобные артефакты были единичными, и их ценность просто не могла быть выражена в деньгах.

— Конечно же, учебных мечей у вас нет? — уточнил я, переводя тему.

— Верно, они здесь ни к чему, — кивнул комендант. — Обучать фехтованию с нуля на Мертвом мире никто не будет. А эти пять клинков рассчитаны на тех, кто имеет силы и, главное, желание сойтись с тварями Мёртвых миров в рукопашную.

— Пока мне нужно два. Возможно, понадобится три.

— Александр, значит.

Это был не вопрос, а утверждение коменданта.

— Верно, — кивнул я. — Оценку его снайперским навыкам вы дали. Я же попытаюсь понять, каков он в ближнем бою. Итак, мне нужен Кронинг, Ройтер, Собин и Дарис.

— Всё-таки Юлия, — улыбнулся своим мыслям комендант. — Что ж, это твоё право. Право лидера. Пойдём.

Он отгородился от меня спиной и нажал на панели обычный механический кодовый замок. Дверь со щелчком открылась, и мы зашли в смежное помещение, которое оказалось складом.

Я раньше никогда не видел командный модуль изнутри, но предполагал, что именно здесь находится сердце базы и самые ценные материалы, и не ошибся. Большая часть пространства, непосредственно примыкающего к жилищу коменданта занимал здоровенный допотопный агрегат, от которого шло слабое излучение элериума, почти теряющиеся на общем фоне.

— Передатчик, — видя мою заинтересованность, кивнул комендант. — Как видишь, огромный и неуклюжий. Не всегда работающий в местных условиях, но всё же средство связи. Запитан от элериума. Разработан Император знает сколько столетий назад, подозреваю, что конкретно этот экземпляр тогда же и произведен. Ведь с тех пор его конструкция практически не менялась. «Работает — не трогай». Еще одни девиз Голодных игр. Так что этот древний монстр при удачном расположении звезд, — комендант горько усмехнулся, — позволяет нам связаться с окрестными базами. И это ещё один повод для начала рейдов. Элериум чрезвычайно дорог, и кристалл, который выделяют на каждую базу, способен поддерживать работоспособность этого агрегата не дольше двух месяцев.

Посчитав, что он объяснил достаточно, комендант прошёл дальше. Я последовал за ним. На металлических стеллажах, надёжно зафиксированные ремнями, находились контейнеры с незнакомыми мне метками. Часть стеллажей пустовала. Судя по всему, они уже пошли в дело.

Комендант затормозил впереди меня и, наклонившись, с лёгким двойным щелчком отстегнул крепёжные ремни и откинул металлическую крышку ящика. Внутри, на ребре, в специальных креплениях лежало пять коротких клинков армейской модификации силового оружия ближнего боя, названных в честь своих далёких-далёких предков с самой Земли — «Gladius».