Злодейка твоего романа

Глава 2

Я смотрела на дракона и понимала: этого упрямца уговорить не удастся. Но первый шаг сделан. Отступать поздно.

Вдруг сейчас случится чудо и сюжет романа, наконец, изменится?

— Нет, милорд, — ответила, глядя в глаза Белтона. – Ни о каких чувствах речи быть не может. Напротив, я бы хотела просить вас проявить доброту к бедной девушке, пойти мне навстречу и отменить нашу помолвку.

Надо было видеть его лицо в этот момент!

Ха! Я мысленно улыбнулась, довольная эффектом, который произвели мои слова на дракона. У бедняги разве что челюсть вниз не спланировала. Он вытаращился на меня, и всего на несколько секунд лед в карих глазах дал трещину. Во взгляде милорда промелькнул намек на какие-то чувства. Не любовь, конечно. Да мне ее от него и не надо. Но удивление, затем раздражение и непонимание происходящего.

— Разорвать помолвку? – уточнил он осипшим голосом.

— Да.

— Вы не невинны?

А вот это уже хамство! И как у него язык повернулся задать подобный вопрос леди? У меня даже ладонь зачесалась от желания приложить ее, да покрепче, к щеке дракона.

— Я не давала вам повод для оскорблений, — ответила с достоинством.

Белтон подобрал челюсть и приосанился, но, кажется, теперь немного иначе взглянул на меня.

— Тогда почему?

— Я вас не люблю, — отчеканила с вызовом. – А вы не любите меня.

— Ха! – только и сказал милорд. – Много ли вы знаете семейных пар, кто женился по любви? Вы, леди Фанни, верно, на досуге начитались любовных романов?

Я промолчала, а Белтон продолжил:

— Мне нужен этот брак, и вы меня вполне устраиваете в качестве супруги. Даже не думайте, что я пойду на поводу ваших глупых, женских штучек. Свадьба состоится, как и было договорено. Ничто на свете не заставит меня изменить свое решение.

Ах, так, подумала я. Ну, дракон, ты меня вынудил! Я очень не хотела идти на крайние меры, но придется. Жить-то ой как хочется!

Белтон отвернулся и поднял было руку, чтобы щелкнуть пальцами и снять полог, но я успела произнести:

— Если вы не согласитесь на мои условия, я сделаю все, чтобы его величество узнал о маленькой тайне, которая хранится в часовне вашего фамильного склепа!

Фраза произвела эффект взорвавшейся бомбы! Сначала лорд Белтон застыл и несколько секунд стоял, таращась в пространство (видимо, собирался силами и пытался понять, откуда у меня такая опасная информация), затем резко повернулся и уставился на меня потемневшим от ярости взором.

Ой, мама родная, промелькнуло в голове. Надо было преподнести информацию как-то помягче, а не вот так…

Но он сам меня вынудил! Мог ведь пойти навстречу девице? Так нет, начал умничать и качать права. Вот и вышло то, что вышло.

Лицо у дракона сделалось страшным. Под кожей милорда проступила черная чешуя, которая, впрочем, спустя несколько секунд исчезла. Зато я смогла в полной мере насладиться видом разгневанного Белтона. Жених стремительно шагнул на меня, и в какой-то миг я успела испугаться, решив, что пришел мой конец, даже раньше, чем было описано в сюжете романа! Но нет. Дракону удалось взять себя в руки. Он наклонился надо мной, пылая от злости, и спросил:

— Что вы такое говорите, леди Фанни?

— Мне показалось, мы поняли друг друга! – Я не отвела взгляд, хотя, что уж говорить, коленки под всеми этими грудами юбок и подъюбников мелко задрожали. Вид у Белтона был опасный и внушительный. Хорошо, что я знала – дракон слишком благороден, чтобы замарать руки и тронуть женщину. И все же, мне было страшновато.

— Женщины порой говорят, не подумав, — бросил милорд. Кажется, он взлелеял надежду, будто я ляпнула первое, что в голову пришло. И просто так совпало, что ляпнула удачно.

— Мне сказать подробнее? – уточнила, а сама покосилась в сторону сопровождавшего нас с драконом лакея. Последний стоял, удивленно глядя на Белтона, но пока не предпринимал попыток встать на мою защиту. И, подозреваю, не предпримет. Кто он против дракона? Да Белтон в его сторону дыхнет второй ипостасью, и будет у Тилни в музыкальном салоне вместо слуги длинный кусок человеческого угля. Так себе картина.

— Я даже знаю, что тайна принадлежит не вам. Но вы ее тщательно оберегаете, — произнесла чуть тише и проникновеннее. – Желаете получить описание предмета, который хранится в малахитовой шкатулке с серебряным изображением двуглавого дракона? – Я вопросительно изогнула бровь и увидела, как Белтон распрямил спину, глядя на меня, как на злобную ведьму.

— Итак, может, мы все же договоримся? – продолжила спокойно. – Уж как-нибудь переживете без батюшкиных месторождений драконьей крови. Вам ведь она нужна, не я?

— Кто вам рассказал о шкатулке? – прошипел Белтон.

— Я не буду раскрывать своих осведомителей и подставлять под удар, — парировала, вспомнив, что по книге эту тайну должна была в итоге раскрыть не я, а ненаглядная дракона. Только что поделать, если Белтон не оставил мне выбора.

— Все равно я сам узнаю, — процедил жених, сверкая глазами.

«Ничего ты не узнаешь!» — почти весело подумала я, а у самой даже от сердца отлегло, и коленки перестали стучать друг об друга. Я поняла, что дракон согласится.

— Итак, мы же разрываем помолвку? – попросила вежливо.

Он стиснул зубы так, что мне стало жаль их. Не ровен час – раскрошит. А как там с регенерацией клыков у этих чешуйчатых? Не помню. Этот момент в книге я как—то упустила.

— Хорошо, — произнес Белтон. – Дайте мне неделю, и я все улажу. А заодно, если получится, договорюсь с вашим батюшкой о добыче драконьего огня без брачного союза.

— Попробуйте, — смилостивилась я, ликуя в душе.

У меня получилось! Я заставила Белтона играть по моим правилам! То ли еще будет! Держись чужой мир!

— Надеюсь, это все? – спросил жених.

— Ну, если вы не хотите посмотреть третий этаж… — протянула я.

Белтон не захотел. Он громко щелкнул пальцами, и тишина наполнилась звуками, на которые я, оказывается, прежде и не обращала внимания. Это и щелканье стрелок в напольных часах, и гомон разговора, доносившийся откуда-то снизу – так сразу и не понять, то ли слуги переговариваются, то ли через камин слышно, как чета Тилни развлекают беседой Уиндема. Слышала и ветер, шумевший за окном.

Да, порой полезно побыть немного в тишине.

Белтон, скрепя зубами, предложил мне свою руку. Под пристальным и, что уж скрывать, облегченным взглядом лакея, мы выплыли из музыкального салона, чтобы вскоре вернуться вниз. Я лично хотела проследить, чтобы дракон переговорил с лордом Тилни.

«Еще неделя, — подумала с облегчением. – Какая-то жалкая неделя и я обрету свободу, а значит, буду жить!»

Ступая подле жениха, я едва удерживалась, чтобы не начать пританцовывать.

Но этикет… Правила поведения…

Поэтому я шла и мысленно отплясывала подобие чечетки.

Уже оказавшись в зале, первым делом поймала настороженный взгляд леди Гарриет. Улыбнувшись матушке, я отпустила руку дракона, приготовившись услышать, как он просит лорда Тилни поговорить с ним наедине в кабинете. Но Белтон меня удивил. Вместо этого дракон поспешил откланяться, сославшись на очень важные дела, о которых, якобы, позабыл.

Он несколько раз извинился, затем вместе с кузеном, они покинули особняк.

Мне пришлось продолжить играть роль невесты. Вместе с родителями Фанни, я проводила дракона до дверей, не удержавшись, чтобы, улучив момент, тихо не спросить у жениха:

— Не вздумайте меня обмануть!

Он встретил мой взгляд и как—то неприятно улыбнулся, отчего у меня по спине пробежали мурашки с добрых телят величиной.

Что-то было не так!

— Как жаль, что вы так быстро уходите! – попенял братьям лорд Тилни. – Я надеялся, мы проведем время за игрой в вист.

— В следующий раз, милорд, — ответил ему с поклоном Белтон. – Даю слово, что мы обязательно сыграем. Но сейчас у меня и вправду появилось важное дело. – Дракон бросил на меня еще один быстрый взгляд, затем поцеловал руку леди Тилни, взял у слуг плащ, шляпу и трость, и покинул дом.

Я подошла к окну и проводила взглядом драконов.

— Что ты ему уже наговорила, Фанни? – спросила матушка, встав рядом со мной. – Почему лорд Белтон ушел столь поспешно?

— Ты же сама слышала – у него появилось очень важное дело, — ответила я и улыбнулась.

Кажется, я поняла, что это за дело такое. Только ничего у него не выйдет. Он не на ту напал. Я кое—что предусмотрела. Правда, не думала, что пригодится так скоро.

Зато теперь мне стало понятно, почему драконы так торопливо уехали.

— Мне не нравится эта твоя улыбка, — отчеканила леди Тилни, всем своим видом показывая, как она недовольна мной.

— Я была сама любезность, поверь, — ответила и, дождавшись, когда кузены сядут в экипаж, отошла от окна, довольно щурясь, как кошка, добравшаяся до сметаны.

***

— Хитрая маленькая бестия! – прорычал Теодор Белтон, едва карета, покачнувшись, начала свой путь от дома семейства Тилни. – А казалась такой влюбленной! Такой податливой!

Белтон бросил быстрый взгляд в окно на особняк своей невесты и стиснул руки в кулаки.

— И все же, дорогой кузен, твое раздражение не повод отправиться к фамильному склепу, — усмехнулся Уиндем. – А девушка… — Габриэль призадумался. – Мне она не показалась бестией.

— Знал бы ты то, что знаю я! – ответил Тео и сверкнул взглядом.

— Но что мы собираемся делать на кладбище? – не переставая посмеиваться, уточнил Уиндем. – Хочешь попросить благословения на брак у почивших предков?

— Смешно, — процедил в ответ лорд Белтон. – Нет. Планирую проверить нечто важное.

— Настолько важное, что мы сорвались с ужина, в то время как ты хотел сегодня переговорить с лордом Тилни и уточнить некоторые детали свадьбы?

— Ты сам ответил на свой вопрос, — произнес дракон и, откинувшись на спинку сиденья, закрыл глаза, всем своим видом предлагая завершить начатый разговор.

Уиндем только плечами пожал, продолжая улыбаться.

— А мне она понравилась, — вдруг сказал Габриэль. – Я вообще уважаю женщин с характером. Не понимаю, как может нравиться та, кто постоянно смотрит тебе в рот и мечтает угодить? С подобной женой будет просто скучно жить. В браке оба должны гореть, но не сгорать, и уж ни в коем случае, не тлеть. С леди Фанни ты будешь гореть.

— Уже горю, — буркнул Тео. – Только, видишь ли, дорогой кузен, у нас с тобой разные взгляды на брак и на жен в том числе. Меня бы устроила спокойная леди, которая родила бы мне несколько наследников и не мешала жить. – Дракон открыл глаза и посмотрел на брата. – И поверь, леди Фанни еще две недели назад была именно такой. Она мило улыбалась, смотрела на меня, как на божество и с такой радостью во взоре приняла предложение, что я решил: вот оно, счастье. Только я забыл, насколько коварны бывают женщины. И, кажется, все без исключения.

— Позволь поинтересоваться в этом случае, что же такого сказала тебе леди Фанни, что ты сейчас едва держишь себя в руках, чтобы не обратиться прямо в салоне экипажа? – спросил Габриэль.

Несколько секунд лорд Белтон медлил с ответом. Затем посмотрел на Уиндема и скрепя сердце, признался:

— Она попросила меня разорвать нашу помолвку.

Кузен открыл рот в удивлении. Затем быстро закрыл его и улыбнулся.

— Видимо, девица разговаривала с отцом по поводу помолвки, и он ей отказал. Только вот я ума не приложу, в чем дело? Что могло произойти за несколько дней? Почему ее взгляд стал другим? – Белтон выдержал паузу и еле слышно прошептал, вопрошая: — Почему она сама неуловимо изменилась?

Габриэль прищурил глаза.

— Так в чем проблема? Она тебя не устраивает в новом образе, найди другую.

— А как же драконий огонь? – тут же живо поинтересовался Белтон. – У лорда Тилни самое богатое месторождение этого элемента. И мне оно крайне необходимо. Я бы даже сказал, оно нужно нашему роду.

— И?

— А старик Тилни не желает продавать земли, так как они, видите ли, идут в качестве приданного к этой рыжей бестии, — продолжил дракон. – Я ведь первым делом, до того, как решился посвататься, пытался выкупить у сэра Джонатана этот участок. Я предлагал огромные деньги, но старик сразу сообразил в чем дело и завел со мной беседу о своей незамужней юной дочери.

— Подобно всем родителям, лорд Тилни пытается устроить счастье для единственного дитя, — одобрил Габриэль. – Хотя, девица вполне может выйти замуж и без всяких земель. Разве ты не заметил, Тео, что леди Фанни удивительно хороша собой? – уточнил кузен.

— Терпеть не могу рыжих, — ответил Белтон.

— И что ты намерен предпринять? – спросил Уиндем. – Уступишь леди? Разорвешь помолвку?

— Нет и еще раз нет, — твердо произнес Теодор. – Я всегда получаю то, что хочу. А я хочу ее земли. И если она, увы, идет к ним приложением, придется жениться.

Остаток пути кузены молчали. Уиндем рассматривал в окно проплывавший город, готовившийся ко сну. А Белтон то и дело вспоминал свою огненноволосую невесту, чувствуя, как в бессильной ярости сжимается сердце.

Но вот и кладбище. Здесь были похоронены первые представители рода Белтон – самые сильные из драконов.

Когда экипаж остановился у ворот, не дожидаясь, когда перед ним распахнут дверцу, Теодор выбрался наружу.

— Ждите здесь, — приказал он кучеру и слугам.

— Мне пойти с тобой? – предложил Уиндем.

— Думаю, не стоит, — ответил Белтон и направился за резные ворота.

Он прошел мимо сторожки смотрителя, не обнаружив на месте самого старика Гилбрейта, приглядывавшего за захоронениями. Уверенным, торопливым шагом Белтон шел по дорожкам, не глядя на скорбные изваяния, венчавшие фамильные склепы не менее благородных семейств. Он остановился только перед каменным строением, больше похожим на маленький дворец. Это и была усыпальница Белтонов.

— Ну, леди Фанни, — прошептал дракон, — мы еще посмотрим, кто кого, — добавил он и, улыбнувшись, вошел в склеп, но уже спустя пять минут выбежал оттуда, грозно сверкая глазами. Белтона била нервная дрожь. Он едва держал себя в руках, чтобы не поддаться гневу и не обратиться прямо посреди кладбища.

— Маленькая, рыжая бестия! – прорычал он, пыхнув дымом.

Быть такого не может!

Дракон закрыл глаза и собрал всю силу воли в кулак.

Не иначе как леди Фанни успела побывать в склепе, потому что тайна, которую хранили черные драконы рода, скорее всего, была перепрятана.

Бесценная шкатулка исчезла!

— Глупая девчонка, — прорычал Теодор, отчаянно надеясь, что его невесте хватило такта и ума не совать свой нос в шкатулку. Иначе беды не избежать.

Но не только этот вопрос волновал дракона. Он отчаянно хотел бы знать, кто тот смертник, который выдал тайну, особенно если учесть, что знали о ней всего несколько человек.

И всем им Белтон до сегодняшнего дня доверял как себе.