Земля: Выживание

Глава 22

Ворота лагеря подрагивали под порывами ветра, мчащегося сквозь городские улицы. По периметру, даже днем, медленно водили лучами прожекторы, правда в это время суток, они делали акцент на окнах ближайших зданий.

Механизм устройства на одной из вышек всё ещё заедал, рывком уходя вправо и застывая буквально на пару секунд. Сколько не просил Никаноров с этим разобраться, но техники просто разводили руками. Не было специальной поворотной муфты, и в поле, как сообщали, это просто так не починить.

За сеткой-рабицей, прямо на въезде, торчали носы двух БТР-ов, мокрые от капель дождя, очень похожие на тюленей, выброшенных на берег. Недалеко от них, сидели экипажи машин. По их виду можно было сказать, что они расстроены. Судя по всему, буквально недавно бойцы чистили транспорт. Но тут пошел дождь, и, скорее всего, их старания пойдут прахом.

— Наши возвращаются! — первой заметила двойку машин дозорная на одной из вышек, и постучала прикладом автомата по кривому ограждению, давая сигнал бойцу ниже.

Из теней переулка, размазанных усталым солнцем, скрывающимся в надвигающихся тучах, выплывали две боевые машины. Впереди шел экипаж Ворона, бодро двигаясь зигзагом по дороге, огибая руины и мертвые кузовы автомобилей.

За ними виднелся ещё БРТ, уходивший на зачистку ранее, вместе со своей парой. Вот только он был один, а второго на горизонте не наблюдалось.

«И в этот раз вернулись не все» — мелькнула мысль у дозорной, от чего внутри растеклось щемящее чувство негодования.

Раздался шипящий звук рации, и короткий сигнал приема. После чего оттуда раздался голос Ворона:

— Открывайте ворота. — сказал он, когда их небольшая цепь была уже в ста метрах от лагеря.

Никаноров сидел в головной машине, у него были сложены на груди руки. Горячий воздух немного обжигал его легкие, совсем чуть-чуть отдавая металлом и растворимым кофе, который пили ребята из термосов. Сам же командир молча слушал конец доклада команды, которую они как раз и ездили вытаскивать из внезапно образовавшейся задницы.

— Квартал справа зачистили. Встретили пару подобий гнезд где сидели серые гаммы. По дороге ещё уничтожили полтора десятка бет. Они очень уж неудачно забрели в узкую улицу, удалось накрыть перекрестным огнем с машин. — докладчик говорил ровно. — Выживших по пути не встретили, а ближайшие супермаркеты пустые. Все, что нашли — в машине за нами. — кивнул он.

— Сколько? — спросил Никаноров, даже не повернув головы в направлении, куда показывал мужчина, раздумывая, а стоили ли те припасы таких жертв?

— Семь коробок еды длительного хранения: консервы и лапша быстрого приготовления. И четыре упаковки воды. — мужчина почесал переносицу, после чего добавил. — Ну и во второй машине было всякого… но мы не успели забрать.

Никаноров кивнул. Даже то, что им удалось перенести хоть часть — уже успех. Пусть изначально у них были совсем другие задачи.

Ворота закрылись за въезжающим транспортом, после чего, за ними, сильно ухнула цепь по металлической обшивке. Механики-водители БТР-ов припарковали машины в зоне разгрузки, и к ним тут же устремились люди из взвода Пальмы.

Одни бодро выгружали запасы, а другие помогали переносить раненных. По забористому мату, было понятно, что Хан уже тут, он прибежал вместе с другими бойцами их медицинской службы.

Спустя каких-то пять минут, все люди разбежались по своим траекториям, как шарики ртути на столе. Из импровизированной кухни тянуло бульоном, и те кто были рядом, могли заметить, как над кастрюлей плясал пар. На вышках перекликались сменные, отдавая в рацию короткие «Чисто».

— Всем в штаб. — сказал Никаноров, как только отошел от машины метров на десять. — Надо бы обсудить планы.

Они ввалились в большую палатку. Сразу перед глазами предстала карта города, на которой было проставлено очень много меток разными цветами маркера.

Ворон, вместе с командиром резервного отделения встали полукругом около стола. В углу шипела небольшая тепловая пушка, сушившая влажный от дождя воздух. Рядом с ней стояла Пальма, и что-то делала руками сверху, издалека казалось что она просто их греет. А на самом столе, около увесистой красной папки, лежала россыпь многогранных черных кубиков, собранных в одной из последних вылазок.

— Итак, что мы имеем. — Ворон ткнул пальцами в карту. — Здесь мы зачистили территорию, в случае необходимости — сможем использовать как резервный маршрут для прохода конвоев. — мужчина потер ладони друг о друга, в каком-то предвкушении. — А ещё нам удалось снять около километра кабеля, и найти два ящика автомобильных запчастей в грузовике.

Когда Ворон закончил короткий доклад, который не успел сделать утром, он сразу перевел свой взгляд на Пальму, ожидая от неё инициативы и дальнейшего доклада по своей части. Но женщина была настолько увлечена, что даже не повернулась к своим сослуживцам.

— Пальма? — спокойно позвал её Никаноров. Но никакой реакции на оклик не последовало. От чего он слегка прикрикнул, чтобы привлечь её внимание:

— Пальма, ты с нами⁉ Доклад!

Женщина спохватилась, и пробежала взглядом по присутствующим, смотрящих на неё с детскими усмешками на лицах.

— Я думала, что моя очередь после Хана. — с нотками вины в голосе сказала та, и направилась к столу.

— Нет, у него двойка тяжелых, его не будет. — покачал головой капитан, который вернул себе спокойные нотки в голос так же быстро, как и вскипел до этого.

— По моей части все без изменений, принимаем на склад добытое. — Пальма засунул руку в подсумок, и достала оттуда блокнот, в котором что-то бегло посмотрела. — Провели сверку склада и вещей, готовых к отправке. Вывод — все на месте, все в порядке. Готовы принимать конвой, послезавтра все сделаем быстро. Думаю, что сможем через неделю выдвигаться на базу, если темпы разбора не упадут.

Женщина тяжело выдохнула, и добавила. — Но у нас нет никакой тяжелой техники, так что очень многое ещё останется тут.

— Понял тебя… — протянул Никаноров, слегка пожевывая губы.

Капитан провёл ладонью по отросшей щетине. В глаза же продолжала упрямо лезть усталость, но мозг пока ещё успевал работать так как было нужно. — Ворон, передай на посты, чтобы смотрели в оба. К завершению нашей миссии, мне очень не хочется сюрпризов. Особенно непредвиденных. — сказал он.

— Сделаем. — коротко ответил тот.

— Что по связи сегодня? — спохватился капитан, кидая молниеносный взгляд на техника, одного из подчиненных покинувшего их Рыбки.

— Со штабом выходим по часам, как всегда, строго в восемь утра и восемь вечера. — доложил мужчина средних лет, у него на погонах виднелись несколько лычек, намекая на звание. — По местности работает гораздо более устойчиво, у всех, кто с рациями, постоянная связь с операционным штабом. Зона до километра. Плюс-минус сотня метров. — дополнил техник.

— Ладно. — Валентин взял маркер и проставил на карте три жирных точки. — Здесь. — ткнул он в первую. — Усилить контроль над зоной, особенно по камерам, которые туда достают. Не нравится мне этот проход. — капитан сделал несколько крутящих движений маркером в руке, после чего указал на вторую точку. — А вот тут, обязательно проверить ограждения. Это на тебе, Пальма, как поняла?

— Есть, все сделаю командир. — ответила женщина, явно припоминая свой прошлый косяк, и в этот раз внимательно слушала речь своего начальника.

— А вот на этом месте. — показал мужчина на последнюю метку. — Разместите снаряженную машину. Кажется, что ближайшие нападения Альф будет оттуда.

Молчаливые и суровые глаза его подчиненных, были лучшим ответом из возможных. В этот момент, где-то снаружи хлопнул металлический звук. Он был похож на упавшую крышку, скорее всего на кухне. Слышался спешный бег какого-то солдата, особенно это было понятно по звуку бьющихся друг о друга канистр, который тот куда-то относил.

Ветер, ворвавшийся под полог палатки, принёс с собой глухие смешки. Это молодые бойцы спорили о том, в чём будут варить макароны, если котёл опять забит несъедобной кашей. Всё это было их нынешней жизнью, которая распласталась по бетону тонким слоем, но чувствовалось, что она пока ещё не сдавалась.

— Свободны. — сказал Никаноров, и люди, едва заметно подрагивая от усталости, разошлись: кто на вышку, кто к столовой, а кто и к складу.

И только Ворон, едва ли успел отойти на двадцать метров в сторону казарм, как мимо него пролетел один из молодых бойцов. А вдалеке, около западного входа, показалось странное движение, рядом с которым он заметил людей Хана.

— Товарищ капитан! — голос срывался на легкий крик. Илья, молодой помощник Никанорова, ещё не успел вбежать в палатку, а уже размахивал руками. — Там… просили доложить… срочно…

— Дыши спокойно и ровно. — сказал хозяин помещения, чуть вскидывая ладонь вверх, обрывая поток рвущихся слов. — Давай доклад по существу.

— Девятки вернулись! — выпалил Илья. — Ходили на юго-восток, пробежаться по аптекам для Хана, как вы и приказывали. — сказал парнишка, и шумно выдохнул.

— Илья. — сурово посмотрел на него Валентин. — Мы не в театре. Хватит театральных вздохов. Дальше то что?

— Там это, километр от нас, может чуть больше, доложили что новые мародеры появились. — голос паренька приобретал все более и более уверенные нотки, и он перешел к конструктивной форме доклада. — Видели два десятка человек. Но может быть их гораздо больше.

Илья засунул руку в карман, и вытащил смятый листок, с которого начал зачитывать. — Две машины, пикапы. Небольшой микробус, где-то мест на десять. Побитые, но вполне на ходу. Опознавательных знаков никаких не было, но на руках у них белые повязки.

— А с чего ты взял, что это не мирные люди, или наши товарищи с других станций? — спросил Никаноров.

— Стреляли. — сказал Илья и сглотнул. — Наши разведчики, девятки, начали их обходить по дуге, и дали несколько сигналов, чтоб проверить их принадлежность. Даже с белым флагом выходили… — парень немного замешкался, подбирая слова. — Так те сначала заныкались в здании, а потом как начали палить по нашим, что те в ближайшие карманы попрятались… бой завязался.

— Раненые есть? — живо спохватился капитан.

— Да, есть. — грустно выдохнул докладчик, и опустил взгляд в пол. — Пару бойцов зацепило, но там чистые, сквозные. Ребята Хана сказали, что все будет хорошо, но лучше бы их все равно на базу отправить.

Никаноров глубоко набрал воздух в грудь, предвкушая, как их начальник медицинской службы опять будет выносить ему мозг на вечернем собрании. Но капитану удалось быстро собраться с мыслями, обращаясь к своему помощнику:

— Почему по рации не доложили?

— Она на западном села. Уже меняют у Пальмы. — коротко ответил Илья.

— А где их командир, почему ты докладываешь? — добавил капитан, пытаясь немного привести в порядок всю цепочку случившихся событий.

— Их командир ранен, к вам шел его заместитель на доклад. Но всех забрал Хан, как узнал, что я в курсе вопроса. — бодро выдал рапорт молодой парень.

Никанорова вполне устроил такой ответ, и он вернулся к главной теме. — А что с теми, пробовали вести переговоры? Или что-то вообще от них было слышно? — мужчина говорил ровно, но стиснутая челюсть выдавала крайнюю степень раздражения произошедшем.

— Только маты какие-то, да команды короткие: «вправо», «влево», «расход», «сбор». Один, высокий, в черной снаряге, скорее всего полицейская. У него была красная лента на рукаве, он там всем заправлял.

— Куда смогли дойти наши? Можешь показать, где они встретились с этой группой? — спросил капитан, показывая рукой на карту.

— Здесь. — ткнул Илья в одно из мест, которое было через два квартала от них.

— Скорее всего их тоже интересует торговый центр… — задумчиво пробурчал себе под нос Валентин. — Ладно, пусть потом ко мне зайдет их командир, как подлатают.

Мужчина быстро подхватил рацию рукой, и уставшим голосом сказал:

— Ворон, зайди ко мне, срочно. — после чего откинул её на стол, и сел на один из складных стульев, чуть-чуть прикрывая глаза. — Илья, свободен пока что.

Парень немного постоял на пороге, как если бы хотел ещё что-то добавить, но только кивнул, и вышел за пределы штабной палатки, усаживаясь на какие-то ящики, стоящие совсем недалеко. Ветер шевелил полиэтилен, лежащий рядом с его ногами. А капли дождя, с некоторой обидой падали на его ладони. Ближе к кухне, кто-то в этот момент сильно закашлялся. А рядом с ним быстрым шагом прошла фигура, откидывая полог штаба, и скрываясь внутри.

— Командир, что случилось, только что ж встречались. — сказал Ворон, стоило ему только попасть внутрь.

— Проходи. — пригласил жестом Никаноров, и встав со своего места, очередной раз склонился над картой. — Вот по этой линии, обязательно, обращаю внимание, обязательно! — поднял он палец вверх. — Усилить всё направление, поставить растяжки. И на дальний пост выставить снайперов, чтобы держали зону под постоянным контролем.

— Сделаю, товарищ командир. Но что случилось? — задумчиво уточнил боец.

— Могут быть гости, видели очередное подобие банды, только что вернулись девятки, разведчики. Есть раненые. Подробности будут на вечернем собрании. — сухо сказал капитан.

Ворон понял что сейчас дополнительной информации не будет, и вытянулся по струнке. — Разрешите выполнять?

— Разрешаю. — бросил его командир, задумываясь над тем, что делать дальше.

Ночь легла на лагерь стремительно, как одеяло, утяжелённое намокшей ватой. Прожекторы за подтёками дождя поменялись на тусклые «ведра». Рассеянный свет мягко терялся в глубинах тьмы. По периметру шуршали двойки дозорных, тихо общающихся друг с другом, местами даже посмеиваясь.

В самом сердце лагеря ровно работали генераторы. Металл никогда не остывал и вздрагивал тонкими шипящими звуками, когда на него падали капли воды.

Кухня к этому моменту была закрыта, оставляя в темноте лишь небольшой проем, откуда тянулась линия света, и можно было ощутить тепло с забористым запахом специй. Где-то внутри храпел усталый повар, совсем без стеснения — этому тоже нашлось место.

Никаноров не спал, медленно вышагивая вдоль периметра. Его маршрут уже был привычным, и выверенным до автоматизма. Сначала по центральной части, затем медицинский блок. А за ним уже ворота, вышки и склад.

Он старался держать своих людей всегда в тонусе, заранее проверять их готовность к внештатным ситуациям. На каждом углу, где ему встречались караульные, они действовали вполне по уставу и по их внутренним правилам.

Капитан был доволен тем, как несли свою службу бойцы. С небольшой улыбкой мужчина слушал звук камней под подошвами, в них была какая-то иссохшая влага, ободряющая его этой ночью.

Но мысли, которые крутились в голове, ставили ему совсем не радостную «музыку». Недалеко от них шастали неизвестные. И, почти сто процентов, что эти «неизвестные», пришли сюда не с добрыми намерениями. Внутри мужчина надеялся, что они, увидев укрепленный лагерь, не рискнут сюда соваться. Но кто знает, что у придурков, пользующихся сложившимся хаосом, в голове?

— Командир? — окликнул его старый боец с вышки.

— Да, я это, я. — сказал Никаноров. — Что там у тебя?

— Тишина. Только метрах в ста пробегали пару теней, но уходили куда-то в сторону. — старик хмыкнул.

— Смотри в оба, не пропусти ничего. — сказал Валентин. — Предчувствие больно нехорошее.

Он прошёл ещё десяток шагов и остановился около высокой ограды. Его уши, привыкшие к одной и той же ночной симфонии, уловили слишком чуждую ноту для этой ночи. Гулкие хлопки из темноты, прямо напротив, буквально через улицу. Не было слышно других звуков столкновения, от этого становилось ещё тревожнее.

Он не на миг не задумывался, и что было сил закричал.

— Тревога! Всем в ружье! — и все вокруг завертелось. — Движение на западе, сектор три-два и три-три! Все по местам!

Сняв с пояса рацию, он четким и глухим голосом приказал:

— Ворон вместе со своей группой и группой Пальмы — ко мне, живо. У вас минута.

Лагерь вскинулся похожий на зверя. Бойцы зашевелились, следом понеслись один за другим доклады в оперативный центр. Защелкали предохранители на пулеметах, расположенных в ближайшей вышке.

Прожекторы работали на полную мощность, рассеивая тени неизвестности. Никаноров смотрел в сторону, где были выстрелы, надеясь, что у него прорежется рентгеновское зрение, и он увидит, что же там, за забором. Как вдруг прямо рядом с ним, напротив, раздалась стрельба, а рация на поясе стремительно ожила.

— Командир, докладывает пятый патруль, видят неизвестную группу людей!

— Брать живыми, если сопротивляются, стрелять на поражение. — Быстро ответил капитан оперативному центру, и повернул голову в сторону приближающейся команды Ворона и Пальмы.