За Гранью

Глава 10

Дни летели один за одним. Наместник мало времени проводил дома, но старался всегда ужинать вместе с нами. Несмотря на то, что он дал добро на работу Марки в качестве помощницы по хозяйству, настоял, чтобы ужинала она вместе с нами и за столом не прислуживала. К моему облегчению он назначил ей такое же содержание, что она получала в замке Моркелеба.

Мои дни стал чуть более разнообразными, чем раньше. Каждое утро начиналось с прогулки на одном из гардов, по очереди. Я их обоих полюбила, такие умные и преданные животные и не могли заслужить другой реакции. Еще мне удалось уговорить Адлин ощипывать саласок — местных некрупных птичек, что-то вроде наших кур иначе, чем они это делали. Они привыкли окунать птицу в кипяток и тогда снимать оперение. Я же уговорила делать это сухим способом, времени процедура стала занимать побольше, это да, но зато я стала ближе к мечте о нормальной подушке! Теперь ценные пух и мягкие перья собирали, проветривали и уже скоро можно будет приступать к изготовление первых подушек и даже одеял, так много материала собралось. Решила, что первым делом сделаю подарок Ланистру в качестве благодарности за его гостеприимство и доброе отношение.

В Востгратисе существовал большой рынок, на котором торговали как приезжие торговцы, так и местные крестьяне излишками подсобного хозяйства. Многие горожане не имели возможности содержать животных и огород, поэтому были вынуждены покупать необходимые продукты. Я с удивлением обнаружила огромный выбор прекрасных тканей, которые ввозили из Лерейны и даже из-за Груанских гор. И если первые поставляли обработанные магически ткани, то малхоры были крупнейшими поставщиками натуральных шерстяных. Но цены оказались заоблачными. Простым людям, ориентируясь на зарплату Марки, эти блага не доступны. Не жалея, потратила два драха на отличную плотную ткань для будущих подушек и одеял. Пришлось еще купить сразу ткань на наволочки и пододеяльники. В доме помощника наместника такого добра не водилось — укрывались шкурами, которые даже постирать было невозможно, их просто чистили и проветривали время от времени. Еще потребовалось купить нитки и иголки. Что оказалось настоящей редкостью. По неизвестной мне причине местные дамочки не увлекались рукоделием и предпочитали платить за пошив одежды отдельным мастерицам, коих в столице по пальцам пересчитать. Одежда горожан преимущественно мешковатая, минимум трудозатрат.

Когда все было готово, по согласованию с Адлин, сняла Марку с обычных работ и мы приступили к изготовлению. Первым делом объяснила ей, как правильно управляться с иглой. Потренировавшись на небольшом клочке материала, приступили к дальнейшей работе. Мне не было жаль времени на обучение Марки, ведь мне нужна помощница, а она подходит на эту роль идеально. Показала ей как кроить наперник и наволочки, девушка все схватывала на лету. Поначалу она не понимала, что получится в итоге, но работа двигалась. Когда мы набили первую подушку, восторгам не было предела. Не только ее, но и моим. Наконец-то! Настоящая подушка! С одеялом посложнее. Пришлось повозиться. Если просто набить пером, то это не одеяло, а непонятно что получится! Поэтому распределив равномерно наполнитель и разложив одеяло на большом столе, мы стали его простегивать небольшими ромбами. Вот теперь получилось превосходно! К сожалению, с периной придется повременить, и так получилось даже больше того, на что я рассчитывала. Целых три подушки, одно большое одеяло для Ланистра и два поменьше для нас с Мартой. Размер старались делать одинаковым, чтобы ввести первый стандарт. Мягкий набор для Ланистра Марка отнесла в его комнату. Таким образом, мужчину ждал сюрприз.

Я уже собиралась ложиться спать, когда услышала непонятные крики. Решила узнать в чем дело.

— Что это такое? — вопрошал Ланистр, тряся одеялом. — Откуда? Где взяли?

— Ну вот! — запричитала Адлин. — Накликали беду на мою голову, а я как знала, как знала. Простите, лир, сейчас же уберу и заменю на прежнее, не беспокойтесь, — и женщина потянулась за одеялом, но мужчина ловко отдернул руку.

— Зачем старое? Не нужно мне старое! Вы лучше отвечайте, где это достали? — слегка даже повысил голос он.

— Так все лира Фейроника с Маркой. Это они саласок ободрали, и сами все сделали, — пожаловалась экономка.

— Лиры? — переспросил Ланистр. — Сами?

— Сами, сами, — закивала бедная женщина, напуганная реакцией хозяина, за все время ни разу не повысившего на нее голоса.

— Ланистр, какие-то проблемы? — наконец-то обозначила свое присутствие в комнате я.

— Пойдем в кабинет, — предложил он и отправился в ту сторону, не выпуская одеяла из рук.

— Как вы смогли добиться такой мягкости и тепла одновременно? Я никогда раньше таких одеял не встречал, а вот это, — потряс он подушкой, которую до того зажимал под мышкой, — это вообще что-то невообразимое!

— Мне жутко надоело спать на соломенном тюфяке, без подушки и укрываться шкурой! Это, — взяла одеяло у него из рук, — то, к чему я привыкла. Думаю, многие здесь не откажутся от подобного нововведения, предлагаю наладить производство и продавать их.

— Я точно не откажусь! — заявил мужчина, снова отбирая у меня одеяло. — Стоит только один раз воспользоваться и каждый захочет такое для себя. Какова цена? Дорого обходится?

— Да почти бесплатно, — рассмеялась я, — внутри пух и мелкое перо саласок, которых только у вас в доме готовят ежедневно, а значит и ощипывают. Странно, что вы до такого не додумались раньше.

— И сколько же потребовалось птичек?

— Конечно, много. Тут есть два варианта. Либо организовать скупку пуха у населения, либо ферму по выращиванию саласок, тогда можно продавать и мясо и изготавливать одеяла и подушки.

— И вы готовы этим заниматься? — удивился Ланистр.

— Да с удовольствием! — весело ответила я, — Марка, уверена, мне поможет. Немного драхов у меня есть, для начала хватит, а там посмотрим.

— У меня есть дом за городом, он старый и ветхий, но там большой участок земли. На первое время сойдет, как считаете?

— Правда? — не удержавшись я порывисто обняла его и поцеловала в щеку. — Спасибо!

— Марка! Марка! У меня отличные новости! — поспешила я обрадовать подругу. И не видела, как господин помощник наместника задумчиво смотрит мне вслед, приложив ладонь к щеке.

Первым делом было решено поехать посмотреть, что за дом, в каком он состоянии, как далеко находится и тому подобное. Сама, конечно же, верхом на Триниталфе — моем любимце, только тсс! чтобы Странниф не услышал. Взяла с собой Нарка с Маркой. Они поехали в экипаже, решено было, что туда я еду на Триниталфе, а обратно на Страннифе, чтобы никому обидно не было. Гардики такие чувствительные оказались. Кхара собрала нам тормозок и отправились. Нарк, после короткого объяснения сразу понял, куда нужно ехать. Выехав за городские ворота, мы направились на юг по накатанной дороге. Весь путь после городских ворот занял около получаса, и правда совсем недалеко. Дома здесь попадались крайне редко, земля была необжитой. Поля и сады больше располагались с другой стороны города. Отчего так — не знаю.

Участок Ланистра оказался огромным и совершенно не облагороженным. Похоже, помощнику наместника совершенно не интересно заниматься сельским хозяйством. Очень порадовал широкий ручей, что протекал здесь же, в пределах границ владений Ланистра. Да здесь можно не только саласок, но и кого покрупнее разводить! Много растительности, вода недалеко — красота!

Дом, что приютился в тени больших раскидистых деревьев и вправду оказался, мягко говоря, ветхим. А если не приукрашивать — то развалюха развалюхой! Бревенчатый, крытый когда-то давным-давно соломой, окна маленькие. Весь покосился и вот-вот развалится. Входить внутрь не рискнул никто.

— Нарк, у тебя есть знакомые, которые не боятся работы? — во время обеда в тени дерева спросила я.

— Есть конечно, да только на тяжелую работу сил уже не хватит ни у кого, — задумчиво ответил Нарк.

— Ну так у них, наверняка, есть дети или внуки. Неужто не найдем никого? — удивилась я.

— Не переживайте, лира, обязательно отыщем хороших работников. А что делать-то нужно будет?

— Построить новый дом взамен этого, — махнула рукой в сторону развалюхи, — еще огородить большой загон, внутри навес от непогоды. Будем саласок разводить. Кто-то должен кормами заняться, покупать все невыгодно будет, а у нас столько земли плодородной. Это на первое время, — откусив подорожник и запивая все взваром сказала я.

— Фейроника, надо бы с лиром Ланистром документ какой подписать, а то ведь на его земле будем трудиться, а как потом обернется никто не знает. — Подала очень умную мысль Марка. Ведь и правда, что-то я расслабилась, Ланистра-то я знаю всего ничего, вроде человек порядочный, а там кто знает?

— А ведь и правда! Марка, ты гений! А кто этим занимается?

— Стряпчего надобно, — выдал умную мысль Нарк. — Знаю я одного, давнишний мой знакомец, работает на Широкой улице, можем завтра же к нему и заявиться.

— Нужно сначала с наместником это обсудить, — остудила я его пыл, — за спиной Ланистра я ничего делать не буду! Нехорошо это.

Почти вся светлая часть дня прошла в полезном планировании, что да как, да где. Вопрос "на что?", к счастью, помогла решить Лионелия, сама того не зная.

Разговор с Ланистром прошел лучше, чем можно было ожидать. Мужчина согласился предоставить мне участок в аренду на сто лет с правом выкупа за двести драхов в любой момент. Двести драхов прямо сейчас у меня есть, но тратить их пока не хочется, пригодятся еще. Аренда будет мне обходиться в один драх в период. То есть шесть драхов в год. В общем, условия для меня крайне выгодные. На Лирасе не было привычного мне деления на месяцы, только на периоды: ледень — зима, чернотроп — ранняя весна, живень — весна, пламень — лето, хлебород — ранняя осень и проливень — осень, сезон дождей.

На следующий день знакомый Нарка лир Стиран Роленд приготовил договор, который мы с Ланистром подписали. Читала и писала я уже очень хорошо, сказывалась постоянная практика. Никаких подводных камней и кривотолков не заметила, как ни вчитывалась. Итак, первый камень заложен.

Стоимость среднего домика в Востгратисе колебалась от пятидесяти до ста драхов. Узнала об этом у Адлин. Примерно прикинула, что строительство даже небольшого обойдется мне не меньше, чем в тридцать. Поэтому решено было начать не с дома, а с хозяйственных построек и закупки птицы. И, не откладывая, нужно закупать семена на посадку, время самое благоприятное, терять нельзя. Чтобы уже сейчас начать производство, будем скупать пух, перо у населения.

С помощью Нарка быстро нашлись десять семей, нуждающихся в жилье. Им было предложено обосноваться на новом месте. Построить дом и в придачу получить участок земли для обработки. За возможность пользоваться землей они обязуются работать на меня семь дней в десятину по восемь часов в день каждый взрослый старше шестнадцати лет и по три часа каждый достигший двенадцати. И, поверьте, это далеко не кабальные условия, как может показаться на первый взгляд. Совершеннолетие для людей на Лирасе наступает в двенадцать. Подумать только, в двенадцать лет! То есть уже можно жениться, возрастных ограничений для работы вовсе нет. Детей отправляют на различные виды работ чуть ли не с пеленок. Также за проступки полная мера ответственности наступает тоже с совершеннолетием, а до того ответственность ложится на родителей.

Купить землю в Востгратисе не так-то просто, даже при наличии денег. Свободной земли нет. Вся он принадлежит империи или в собственности у людей. Получили они ее чаще всего за какие-нибудь заслуги и теперь могут передавать наследникам. Но чтобы продать должны спрашивать разрешения у наместника. Понятия "феодальное право" на Лирасе нет. Но то, что я предложила своим работникам очень на него смахивало. Однако люди остаются свободными и могут переехать в любое время. Но я надеялась, что, вложившись в строительство дома и обустройство участка, они этого не захотят.

Все согласные на переезд — знакомые Нарка. Уже давно поженившись, были вынуждены жить с родителями и многочисленными родственниками под одной крышей. Сами имели детей и стремились выпорхнуть из гнезда. Естественно, обрадовались предложенной возможности. С главой каждого семейства лично заключила договор. Правда, никто из них не умел ни читать, ни писать, так что это было скорее формальность для меня. Но, на всякий случай, на подписание пригласила несколько свидетелей, при которых совершалась процедура. Договор был зачитан и принят без обсуждений.

В одиночку строить дом — дело хлопотное и небыстрое. Поэтому на общем совете решили делать все вместе, по очереди. В общей сложности я располагала двенадцатью взрослыми работниками и двумя подростками. Всего у переселенцев имелось двадцать восемь детей. Лишь у одной семьи одна трехлетняя девочка, прочие же имели по три — четыре ребенка. От ответственности за такую ораву слегка кружилась голова. Мужчины работали практически без отдыха. Я, понимая, что чем раньше они построятся, тем быстрее переедут была заинтересована в скорейшей постройке домов. Лир Ланистр разрешил рубить лес в разумных пределах. Первое время разрешила им строить дома семь дней в десятину. Остальные три они работали по двенадцать часов, прерываясь лишь на обед и ужин, возводя два крытых загона для саласок. Один поменьше — для молодняка, второй для остальных. Еще недалеко от ручья возвели капитальный навес с большим столом и лавками. Здесь же был выкопан большущий подвал, в котором решила устроить ледник. Один из мужчин вызвался сложить печь. Не стоит забывать об амбарах для зерна и сараях для сена.

Первый дом был закончен за шесть дней. В него переехала самая возрастная семья. Глава семейства — Роднис, его жена Биса и четверо детей (шестнадцать, четырнадцать, двенадцать и трехлетняя малышка). При всем при этом Бисе Было всего тридцать. Напомню, что браки в Востгратисе заключались с двенадцати лет. Теперь старшие из детей по максимуму помогали взрослым. Все торопились. Нужно было как можно скорее разбивать и засевать поля. Весна в самом разгаре. Пока строился первый дом мужчины были вынуждены ночевать в старом доме. Все опасались, что он развалится, таким ветхим выглядел. Поэтому решено было потесниться и ночевать в новострое. Леса заготовили впрок, поэтому второй и третий дома, по сути, простые небольшие срубы построили в следующую десятину. У меня же уже были готовы загоны и навес.

Остро вставал вопрос пропитания. Пока съестные припасы привозились из города, выходило очень накладно и жутко неудобно. На общем собрании было решено один день посвятить охоте и собирательству. Нарк посоветовал привлечь к охоте гардов. Интересный опыт. Решила попробовать.

Все это время я ежедневно ездила туда-сюда, из города в поместье и обратно. Сегодня встала еще раньше обычного, Нарк с Маркой уже были готовы. Вчера за ужином рассказала о предстоящих планах Ланистру, и он вызвался ехать с нами. Удивил, честно говоря. Прибыв на место, увидели, что все женщины и дети приготовили корзины и мешки для находок, мужчины же вооружились. У многих было подобие арбалетов, у кого-то длинные копья. У каждого за поясом огромный тесак. Ланистр взял с собой рэлв. Так он сам назвал небольшое ружье. Как оно работает обещал показать в лесу. Марка решила идти с женщинами, а я с мужчинами. Четко оговорили, куда собирателям заходить категорически нельзя, чтобы никто не пострадал.

— Ну что, Талф, покажешь мне, как умеешь охотиться? — тихонько похлопывая гарда по шее, спрашивала я. Странниф шагал рядом. Кроме меня верхом был только Ланистр. Внезапно Странниф вздернул уши, замер на миг и ринулся вперед, в самую чащу. Талф с секундным опозданием побежал следом. От неожиданности чуть не вывалилась из седла. Странниф продирался сквозь чащу и Триниталф в пылу погони, похоже, совсем забыл, что я на нем сижу! Уже дважды ветки хлестали меня по лицу, а от одной особенно большой лишь чудом уклонилась. И все же мы опоздали. Странниф прижимал за длинную шею к земле большое мохнатое животное. Оно билось и вырывалось, издавая высокие звуки.

— Фейроника, вы в порядке? — Ланистр нас догнал и сейчас держался рядом.

— Я в порядке. Почему Странниф медлит? Зачем мучает животное?

— Это ихниш, своим криком он зовет на помощь. Если не спугнем, сюда должно прийти его стадо. Ваш гард очень умно поступает.

Талф навострил уши. Странниф заволновался, видно было, что ему тоже хочется поучаствовать в охоте, а приходится держать ихниш. Быстро приняв решение, он моментально перегрыз горло пойманному животному и сейчас явно прислушивался. Гарды переглянулись, и я поняла, что лучше держаться покрепче. Это оказалось верным решением, потому что уже в следующий момент оба сорвались с места и помчались вперед. Через несколько метров гарды разделились и чуть позже стало понятно зачем. Они старались зайти с двух сторон к нескольким ихнишам. Краем глаза я заметила Ланистра, он явно понял план и теснил диких животных с третьей стороны. Сейчас мне представилась возможность рассмотреть их получше. Довольно высокие, много шерсти, которая свисает практически до земли, безрогие, но с длинной шеей, животные достигали полутора-двух метров в холке. Передвигались они группой. Охотники сейчас пытались загнать пятерых. Гарды выглядели жутко. Они скалились, а учитывая размеры их зубов, зрелище было устрашающее. Шерсть на голове встала дыбом, уши торчком. Не хотела бы я оказаться на месте бедных ихнишей.

По какому-то неведомому сигналу, Ланистр выстрелил в одно из животных, Странниф бросился к другому, а Талф к третьему. Когда гард подо мной сильно наклонился, я все же не удержалась и вылетела из седла. Уже падая, услышала еще один выстрел. Падение не было мягким, спиной ударилась о какую-то корягу. Учитывая рост Талфа, дух вышибло знатно. Повернула голову на движение справа. На меня несся огромный ихниш. Все, поняла я, это конец. Животное, гораздо крупнее лошади, может затоптать меня насмерть довольно быстро. К тому же я отметила, что в момент атаки, ихниш тоже использует огромные острые зубы, которые сейчас были направлены на меня.

От страха все представлялось будто в замедленной съемке. В момент, когда огромные зубы дикого животного должны были встретиться с моей мягкой плотью, его отбросил сильным ударом Талф. Ихниш отлетел на пару метров, где был убит точным выстрелом. От облегчения закружилась голова. Ланистр подбежал ко мне.

— Ты как? — взволнованным голосом спросил он, не замечая, что перешел на «ты» — Плохая идея была брать тебя на охоту! Всегда знал, женщинам в лесу не место!

— Ах, женщинам в лесу не место?! — мгновенно завелась я. — Со мной все в порядке! — оттолкнув его руку, поднялась на ноги. Мир резко покачнулся, но помог Талф, подставивший шею, к которой я благодарно прислонилась. Гард тихонько заржал и потерся о меня носом. Подошедший Странниф ткнул его в бок мордой, на что первый даже не отреагировал. Талф продолжал ластиться ко мне. Такое поведение было не то чтобы ему несвойственно, просто момент не самый подходящий.

— Милый, что с тобой, — обхватила голову гарда руками и смотрела прямо в глаза. Талф избегал моего взгляда. Я уж не знала, что и думать.

Ланистр в это время добил двух ихнишей. Итого на небольшом участке леса лежали четверо мертвых животных. У двух была перегрызена глотка, двое застрелены. Пятый смог убежать. Еще один, загрызенный Страннифом, лежал неподалеку.

— Он извиняется, чувствует свою вину, — вытирая нож травой, ответил мужчина.

В это время к нам присоединились двое мужчин из деревни.

— Лира, — обратился один из них ко мне, — надо бы убитых животных к домам перенести, а то зверье набежит, не отобьемся.

— Правильно говоришь, в этих лесах не только ихниши водятся. На запах крови много кто прибежать может, — согласился наместник. — Позови еще кого-нибудь, нужно носилки придумать, не по земле же их волочь. А что с тем, первым?

— Так ветками накрыли и лежит пока. Указаний-то не было.

В общем, следующий час был потрачен на изготовление из веток наипростейших волочек, на которые грузили по одному убитому животному и тащили к домам. Меня тоже отправили домой одной из первых. Справедливости ради скажу, что не сильно сопротивлялась. Очень устала, плюс последствия падения, да и вся эта кровь вокруг. Талф не отходил от меня ни на шаг, хотя я его ни в чем не винила. Скорее уж сама виновата. По возвращении в деревне никого не застали. Женщины еще не вернулись, да и рано еще их ждать. Пришлось закатать рукава и заниматься грязной работой. Двое мужчин остались здесь же, со мной. Быстро разожгли костер, натаскали воды. Ихнишей нужно было безотлагательно разделывать, иначе мясо быстро испортится. Пригодился и навес с большим столом и погреб с ледником. Никто не рассчитывал на такую богатую добычу, за это спасибо гардам.

— Хороший день сегодня, давно я так не отдыхал, — уже поздно вечером, сидя около костра с тарелкой ароматного мяса проговорил Ланистр.

— Это точно, — не могла не согласиться я. — День хороший, только насчет отдыха я бы поспорила.

Женщины набрали много съедобных кореньев и лечебных трав, что-то разложили на открытом месте для просушки, что-то развесили под навесом. Сейчас все уставшие, но довольные переговаривались, сидя у костра. Дети, набегавшись за день, уже спали. Кроме ихнишей, мужчины смогли поймать десяток цаярсов и подстрелить несколько диких птиц. Все пребывали в отличном настроении, особенно после того, как я объявила, что все добытое они могут разделить между собой. Таким поступком я хотела укрепить их моральный дух, подстегнуть рабочее настроение. Ну и, к тому же, всем известно, что сытый и довольный рабочий гораздо эффективнее голодного и злого.

— Большая удача семью ихнишей извести, — к нам подсел Крилон, один самых молодых переселенцев, — теперь оставшиеся, скорее всего, уйдут вглубь леса.

— А что в этом хорошего? — не поняла я.

— Ихниши — плотоядные и очень умные животные. Они по-своему даже переговариваются. Ты же слышала, как один на помощь звал, — подключился к разговору Ланистр.

— Мой батя рассказывал, что четверо ихнишей в течении нескольких лет разоряли поля и крали домашних животных у целой деревни. И потом, в лесу, где они поселяются, цаярс переводится. А убить их очень тяжело. А как сегодня — без жертв, вообще равносильно чуду, — пояснил Крилон.

— Так это нам сегодня повезло даже больше, чем я думала! — воскликнула я. — Зато мясо у них отличное! — улыбнулась мужчинам.

— Как есть отличное, лира, ваша правда.

Спиртного никто не употреблял, но и без этого у всех было отличное настроение. Несколько женщин запели веселую песню и многие начали танцевать. Я сидела и хлопала в такт песне. Марка подружилась со многими женщинами и сейчас сидела с ними чуть в стороне. На время я отвлеклась на танцующих, где с удивлением заметила необычную пару: Ланистра с Маркой. Девушка раскраснелась, волосы в свете костра отливали золотом. Танец нисколько не был интимным. Никаких прикосновений. Все движения на расстоянии, много прыжков и притопываний, но все равно создавалось ощущение, что эти двое у костра одни. Так-так, интересно, — улыбнулась я.

Все разошлись, когда окончательно стемнело. Возвращаться ночью в город не хотелось, а что делать? Дорога заняла времени больше обычного. Ланистр, сославшись на усталость, сел в повозку к Марке, а я ехала на Талфе. Он никак не мог успокоиться, даже отказался от хорошего куска мяса на ужин.

Дома заснула, едва голова коснулась подушки.

Живень подходил к концу. Дома построены, поля засеяны, куплена тысяча саласок, многие уже сидят на яйцах. Причем купить их оказалось не так просто, как может показаться. Пришлось скупать у большого количества людей понемногу, потому что найти столько в одном месте не представлялось возможным. Недалеко построили еще один крытый загон, где решила провести эксперимент. Мужчины наловили мне два десятка цаярсов, решила попробовать их разводить в домашних условиях. Натолкнула меня на это как раз невозможность купить большое количество продуктов одномоментно. Выяснилось, что массовых производств просто не существует. Человеку из капиталистической страны с развитыми рыночными отношениями осознать это оказалось сложно.

В это же время произошло еще одно странное событие. Вечером за ужином Ланистр завел разговор о причинах, по которым я приехала в Востгратис. Он до сих пор не знал о моем иномирном происхождении и, естественно, о непростых и непонятных даже мне отношениях с Адриэйном я тоже рассказывать не торопилась. Так что отделалась уклончивыми ответами. На следующий день, совершенно случайно вернувшись домой раньше, мне показалось, что я видела Крегерха, отъезжающим от дома Ланистра. Но, когда я спросила об этом, наместник категорически отрицал, что Крегерх был здесь. Это, конечно же, вызвало удивление, но я была очень загружена заботами в моей деревне (так про себя называла поместье Ланистра), что не придала этому значения.

Марка с Нарком не прекращали искать на рынке торговцев саласками и предлагали сдавать нам пух, предварительно оговорив, как именно должна быть ощипана птица. Цену мы назначили невысокую, но все равно отказавшихся не было. И даже то, что ощипывать нужно было немного иначе, чем все привыкли, никого не отпугивало. Лишняя монетка в хозяйстве не помешает, а альтернатива — компостная яма.

За шесть десятин мы смогли изготовить из покупного материала три десятка одеял и около сотни подушек. Продавать это на рынке я категорически не хотела! Слишком дорогой товар. Было решено открыть небольшой магазинчик недалеко от рынка. Идея магазинчика тоже нова для Востгратиса. Все здесь продавалось и покупалось на открытом рынке, выставленное на прилавке. Мне же эта идея не понравилась. И даже то, что именно на рынке торговали дорогими тканями и даже украшениями из драгоценных металлов, не смогло меня переубедить. Себестоимость одной подушки при условии покупки набивного материала равнялась примерно одному сидраху, то есть половине драха, включая материал на наперник и одну наволочку, шедшую в комплекте. Одеяло, конечно же, требовало много бОльших усилий и затрат. Если исключить трудозатраты, то обходилось оно примерно в три-четыре раза дороже, в зависимости от размера.

В магазине решено было продавать подушки по цене два драха за штуку, одеяла же по десять драхов. В общем, цену мы заломили немаленькую, то есть удовольствие это оказалось недоступно беднякам, только довольно состоятельным.

Сначала я хотела подарить первые наборы друзьям наместника и его деловым партнерам, в качестве рекламы. Но Ланистр сам меня отговорил. Он сказал, что мой труд невероятно ценен и раздаривать его нечего. Мужчина позвал несколько состоятельных семей к нам в гости с ночевкой. Тут-то они и опробовали нововведение и, конечно, сразу же захотели узнать, что, где, почем, ну в общем, вы поняли.

Первые клиенты поступили по большей части по их протекции. Вся партия была распродана в десятину. Марка постоянно работала в магазине. А я в деревне. Секрет изготовления новых товаров держался в строгом секрете. Конечно, никто не мог помешать человеку вскрыть подушку и понять, что там внутри. Этого мы остановить не могли.

Подошло время, наши саласки успели подрасти и теперь годились на убой. Магазинчик, на вывеске которого местные умельцы изобразили птичку, лежащую на подушке, разделили на две части перегородкой, пристроили подсобное помещение. Здесь решено было продавать мясо саласок и цаярсов, кои плодились довольно шустро, а ели тот же корм, что и птички. Необходим ледник. Как его устроить в условиях теплой погоды на улице и даже без подвала — этот вопрос меня мучил очень долго, пока я не решила посоветоваться с Ланистром. Выход нашелся быстро. Он просто пригласил знакомого мага, который за умеренную плату согласился изготовить шкаф, в котором всегда была бы определенная температура, около нуля. Правда, этот шкаф нуждался в постоянной магической подпитке, а я становилась зависима от услуг мага.

И все же дело двигалось. У меня оставалось все меньше свободного времени, и дорога на ферму и обратно стала заметно надоедать. В деревне появились две новые семьи, их дома еще не были закончены, прочие же новоселье справили, огороды разбили как себе, так и мне. Потихоньку рабочий режим налаживался. Поля засеяли частично зерновыми, частично корнеплодами — кроскатами, мрэей, торином и прочими. Все они годились в пищу и людям и животным. Мрэя — частый гость на моем столе, очень похожа на морковь внешне, а вот вкус совершенно другой. Даже затрудняюсь описать. В сыром виде немного острая на вкус, но без неприятного запаха, а в отварном размягчается и можно намазать на хлеб как паштет. Мне этот овощ полюбился сразу же. Торин — по вкусу ничем не отличается от свеклы. Цвет белый, хочешь — вари, хочешь — жарь, хочешь — так ешь. Благодаря мне на столе Ланистра зачастили блюда из яиц, которые прежде практически никто не употреблял. Новые рецепты, которыми я смогла поделиться, пришлись по душе и хозяину, и слугам.

После первых продаж удалось отложить приличную сумму. Доход стал постоянным, покупать нужно было лишь ткань, набивная часть собиралась сама собой. Магазинчик пользовался популярностью. Цены на мясо мы поставили рыночные, но нашим большим плюсом было наличие холодильного шкафа, к тому же мы могли в короткие сроки поставить крупную партию, чего не мог предложить ни один прочий торговец. Налаженное дело больше не требовало от меня постоянного присутствия. В деревне меня с успехом могла заменить Фло — дородная женщина, мать четверых детей. Несмотря на отсутствие какого бы то ни было образования, понимала меня с полуслова. Обучить ее чтению, письму и счету заняло не много времени. И теперь она стала моим полным заместителем, я назначила ее управляющей на ферме. Для многих мужчин оказалось немыслимым, что эту должность заняла женщина, но и этот вопрос был быстро разрешен. Муж Фло — медведе подобный Элдрин, который боготворил свою жену и чуть ли не на руках носил, используя тяжелые аргументы, смог быстро успокоить всех несогласных. Некоторым понадобилась медицинская помощь, самым несговорчивым. Ну и я тоже подключилась. Фло мне нравилась, работать с ней оказалось очень легко, поэтому всем, кому что-то не нравится, было предложено покинуть деревню. Все остались.

Еще одна вещь, вызывающая мое сильное беспокойство — астрономические счета от мага, который раз в десятину заряжал магической энергией холодильный шкаф. С ростом оборота и увеличением числа покупателей его счета тоже подрастали. Такая зависимость не должна продолжаться, решила я. Нужно искать выход. За подобными размышлениями проходила моя дорога в деревню. На гарде я держалась уже очень уверенно, к тому же, я им полностью доверяла. Так что могла просто расслабиться и довериться умному животному, размышляя о своем.

Приехав в деревню, увидела скорбные лица.

— Фло, что случилось? Почему такое настроение? — соскакивая с гарда, обратилась к поджидающей меня женщине.

— Ой, лира! Горе! Лихомань приключилась! За ночь трое детишек слегли. Не выживут, как есть не выживут! — запричитала обычно спокойная и собранная помощница.

— У кого дети заболели?

— У Фрола с Силаной младший второй день уже не поднимается, у Флина с Рори Дженс вчера на поле упал, так и перенесли его в дом, в себя не пришел. А Лари с Эвансом в том году малышку схоронили, а сейчас Тиша тоже слег. Ох, и горе — то! — снова запричитала Фло.

— Целителя вызвали?

— Да где ж это видано, чтобы целитель к простым черносошникам приехал? А если и согласится, мы с ним ни за что не расплатимся! Они ж лечат только богатеев.

— Так, пошли первым делом к Лари с Эвансом, разберемся, — я надеялась, что смогу чем-то помочь.

В доме, где болеет двухлетний ребенок и, к тому же, все уверены в его скорой смерти обстановочка та еще. Эванс встретил нас на улице. На мужчине лица не было. Молча кивнул и отошел от входа. В комнате царил полумрак. Воздух был горячим и спертым. Все окна плотно закупорены. Подошла ближе. Лари на нас не реагировала, крепко держала сына за руку, тихонько подвывала и раскачивалась в такт.

Потрогала лоб мальчика, огненный, к тому же на его теле было множество высыпаний. Все лицо, ручки были покрыты большими гнойными нарывами. Чудесно, и как здесь справляются с детскими инфекциями? Похоже на корь, плохо, очень плохо.

— Фло, у остальных те же признаки?

— Да, лира.

— Значит, так. Лари, — слегка потормошила женщину, — мне нужна твоя помощь.

— Лира, позвольте мне побыть с моим мальчиков в последние часы! — И она снова зарыдала.

— Ну-ка прекрати истерику! — прикрикнула на нее. — Ты почему его раньше времени хоронишь? Что сделали для лечения?

Вопрос оказался риторическим.

Первым делом распахнула окно настежь, стало гораздо светлее и легче дышать. Если у всех одинаковые симптомы, нужно перенести их в одно место и исключить возможность заражения остальных.

— Фло, распорядись, чтобы принесли чистой воды. Много. Всю воду нужно прокипятить. Еще нужны чистые тряпки.

Стол, на котором разделывали птицу, обрабатывали раз в день от бактерий не только кипятком, но и протирали отваром стель-травы. Кто-то из женщин знал, что это помогает предотвратить появление плесени и гниения. Отлично, это может пригодиться и сейчас. Хуже-то уже просто некуда!

Одна из новеньких — Мелиса сама подошла ко мне.

— Лира, моя бабушка была травницей в деревне, я кое-что знаю, обучилась у нее. Если бы собрать листьев горили, отвар от жара помогает.

Гориль — ягода, я уже видела ее в лесу. Правда, сами ягоды еще не созрели, но листья точно есть.

— Элдрин! — кликнула я мужчину, который крутился неподалеку. — Иди с Мелисой в лес, нужно найти кусты горили, и все, что она еще скажет.

— Конечно, лира, — поклонился Элдрин.

Больных перенесли в дом Эванса и Лари. Одиннадцатилетний Дженс, трехлетняя Мара, и двухлетний Тиш оказались в одной комнате. У всех были схожие симптомы, горячка до потери сознания и гнойные высыпания. Выгнав из помещения всех, кроме матерей, распорядилась поддерживать комнату в чистоте, окна закрывать запретила. Детей обтирали чистой прохладной водой, гнойники обрабатывали крепким настоем стель-травы. Уже к вечеру заметила, что они стали подсыхать. Вернувшаяся Мелиса приготовила отвар из листьев и недозрелых плодов горили. Совершенно точно зная, что при температуре нужно пить как можно больше, распорядилась поить больных по чуть-чуть, но часто. Дома, где больные находились до этого, тоже категорически приказала проветрить, промыть и обработать стель-травой. В остальных домах тоже рекомендовала провести уборку и развесить пучки этой травы по комнатам. К ночи объявился еще один пациент — четырехлетний сын Фло — Ритер. Его перенесли к остальным.

Этой ночью я не вернулась в дом Ланистра, просто не смогла отойти от маленьких пациентов. Женщины немного приободрились, занятые делом. Не думаю, что кто-то верил, что предпринимаемые нами действия смогут спасти детей, но бездействовать никто из них не мог. К утру Дженс пришел в себя. Это была победа, пусть небольшая. Его нарывы подсыхали быстрее остальных. Новые не образовывались ни у кого. У малышей с температурой было сложнее, но у всех удалось ее опустить с критических отметок. Никто не был без сознания. Матери смотрели на меня с надеждой, боясь верить, что все обойдется. Я и сама не верила.

Еще один день прошел в борьбе за жизнь детей. Дженс впервые после болезни попросил есть, для него сварили бульон из саласки, добавив чуть-чуть овощей. Он явно шел на поправку. Я уже просто валилась с ног, но уезжать не хотела.

— Лира, вам нужно отдохнуть, — Элдрин подошел ко мне на улице, — поезжайте, женщины эту ночь подежурят сами.

— Нет, Элдрин, я останусь, не могу уехать сейчас.

— Лира, а если и вы заболеете? Ведь не едите и не отдыхаете уже сколько времени?

— Лира, Элдрин прав, — подключилась к разговору Мелиса, — мы все вам благодарны за надежду, но и за вас мы тоже боимся. Поезжайте сегодня. Вам нужен отдых.

— Ладно, но, если чье-то состояние ухудшится или еще кто-то заболеет, тут же посылайте за мной!

Быстро умывшись теплой водой, подошла к Страннифу. Он уже ждал неподалеку, накормленный, напоенный и вычищенный. Как это удалось простым людям — не спрашивайте.

— Ну что, поехали домой, — потрепала его по голове, гард прянул ушами и потерся носом о мою руку.

До города Странниф шел мягким шагом, так что я даже смогла подремать немного, к городу подъехали практически затемно. Миновав ворота и около половины пути по городу заметила на небе огромную черную тень. Гард забеспокоился, забил копытами, пытаясь вырваться.

— Что с тобой? Странф, тшш, успокойся, все в порядке, это лишь туча, — пыталась успокоить его. Животное навострило уши и было готово рвануть с места. У меня на душе тоже поселилась тревога. Через мгновение смогла рассмотреть в небе огромный хвост летающего ящера. Да это же лиран! Интересно, кто пожаловал к наместнику? То, что гости именно к наместнику нисколько не сомневалась. За все время, прожитое в Востгратисе ни разу не встречала ни одного лирана. Интересно, кто бы это мог быть? Успокоив немного Страннифа продолжила путь к дому Ланистра. Уже на подъезде черная тень метнулась к земле и передо мной предстал Крегерх собственной персоной.

— Приивет, — протянул он. — Неважно выглядишь, — нахмурившись, он осмотрел меня со всех сторон, будто я товар в витрине магазина.

— И я рада тебя видеть, — саркастически ответила, — если ты не против, хотелось бы принять ванну и поужинать. Я вот-вот умру от голода. К тому же, я не спала прошлой ночью и неизвестно, смогу ли не заснуть прямо в ванной!

— И чем же таким ты была занята прошлой ночью? — угрожающе прорычал Крегерх.

— Даже не хочу предполагать, о чем ты подумал, — закатила я глаза. Решила просто продолжить путь, тем более ехать осталось не так долго.

— Стоять! — рявкнул лиран, от чего гард замер, как вкопанный.

— Странниф! Ну-ка пошли домой! — попыталась я воззвать к совести животного, но тщетно. Как мне уже было известно, гарды признавали силу, а в этом поединке мне с Крегерхом не сравниться.

— Крегерх, я жутко устала! Чего ты от меня хочешь? Лети, куда собирался! — накинулась на нежданного гостя.

— Правда? Ты мне позволяешь? Ну что ж, благодарю, — издевательски поклонился он, — только разреши мне составить тебе компанию, — и, не дожидаясь ответа, запрыгнул на гарда позади меня. При этом практически вытеснил меня из широкого седла и крепко прижался к спине.

— Что ты делаешь? — взвизгнула я.

— Не нервничай, дорогая, просто не хочу пугать местных жителей, а пешком идти лень, — поводья он взял в свои руки, Странниф послушно зашагал в знакомом направлении.

Приехав к дому Ланистра, Крегерх спрыгнул первым, помог спуститься мне, хотя его никто об этом не просил! Отдав гарда Нарку, мы вошли в дом.

— Лира Фейроника! Где ж вы пропадали-то? — к нам навстречу вышла Адлин. — Ралион, — поклонилась женщина, поняв, наконец, кто перед ней.

— Где Ланистр? — не здороваясь спросил нахал. — Иди, дорогая, не смею тебя задерживать, жду к ужину, — ослепительно улыбнулся мне лиран.

— Адлин, распорядись насчет ванны, пожалуйста, — попросила я и поспешила наверх, в свою комнату.

Приведя себя в порядок, решила не злить ралиона и спуститься к ужину вниз, хотя едва стояла на ногах от усталости. Еще меня настораживало, если не сказать пугало его странное поведение, так не похожее на прежнего всегда доброжелательного Крегерха.

Лиран с наместником тихо разговаривали, сидя в гостиной внизу. При моем появлении оба поднялись.

— Теплых звезд, — поприветствовала хозяина дома, — лир Ланистр, а где Марка?

— Она с Адлин, обещала присоединиться к ужину. Что-то случилось? Почему ты не вернулась вчера ночевать?

— Так-так, а вы, значит, на ты уже перешли? — не к месту вмешался Крегерх.

Кинула на него быстрый взгляд. Что происходит с этим лираном? Что за нападки на пустом месте?

— В деревне эпидемия. Четверо детей заболели. Старалась им помочь, а сегодня меня просто насильно отправили отдыхать.

— И правильно сделали! На тебе же лица нет! Что с детьми? — наместник тоже решил не обращать внимания на выпад лирана.

— Горячка, гнойные высыпания. Нам удалось локализовать болезнь, один из заболевших вроде идет на поправку, но утверждать еще рано.

— И ты все это время оставалась там, рискуя заразиться?! — вмешался в разговор Крегерх.

— А что мне оставалось делать? Бросить их умирать? Их матери уже практически похоронили своих детей! Никто не ждет выздоровления! От горячки дети теряют сознание!

— Ну, есть разные растения, которые могут сбить горячку, но это сложно, гораздо проще вызвать целителя, — недоуменно произнес Крегерх.

— Сложно? Дети умирают! Ты понимаешь? Никто не может позволить себе целителя! Люди в Востгратисе не рассчитывают ни на кого, кроме себя! — От усталости я не смогла сдержаться и сорвалась.

— И что же ты предлагаешь? Заставить магов, которые учились по десятку лет в академии помогать всем бесплатно?

— Почему бесплатно? Им могла бы платить империя.

— Империя должна платить за лечение людишек?! — недоумевал лиран.

— Людишек… — Я устало опустилась на край стула. — В этом вся проблема. Крегерх, у тебя есть знакомые, у которых недавно родился ребенок, маленький, несколько лет от роду.

Лиран задумался:

— Ну, дети у нас — редкость. Но, да, есть пара примеров.

— Как зовут младшего ребенка твоих друзей?

— Вилларин, — даже воспоминание о маленьком лиранчике заставило мужчину улыбнуться. — Ему четыре года.

— Крегерх, — тоже улыбнулась я, — представь, что ты приходишь в гости к родителям Вилларина, а его родители мечутся от горя. Ведь их ребенок болен неизвестно чем, страдает, а помочь ему нельзя. Что ты предпримешь?

— Как это нельзя помочь?! Я тут же вызову целителя, а то и несколько. Всегда можно найти выход! Нельзя же дать ему погибнуть! Но, Фейроника, к чему это все?

— То есть ребенок твоих знакомых — ценность, которой нужно дорожить и не дать погибнуть? — уточнила я.

— Естественно!

— Ты удивишься, Крегерх, но для любого из людишек, — голосом выделила последнее слово, — их дети — тоже величайшая ценность!

— Но людей очень много! Они могут родить себе еще детей! — продолжал недоумевать лиран.

— Что же ты не успокаивал каана, когда лиран Адриэйна все никак не вылетал этими самыми словами? Сказал бы ему, что ничего страшного, родят с сари Лионелией нового наследника.

— Что ты несешь?! — вскипел Крегерх! — За такие слова можно и с жизнью расстаться! Это уже на грани измены!

— Ты прекрасно знаешь о моем отношении к Адриэйну, так что не стоит так распаляться. Все это я сказала лишь для примера, потому что твои слова о человеческих детях мне так же неприятно слышать, как и тебе мои примеры. А теперь, прошу меня извинить, но я спать!

Больше ничего не стала добавлять. Просто встала и вышла, направляясь в свою комнату. Боже, как же безумно я устала! Но несмотря на это в моей голове, не прекращая, крутились мысли о том, как можно было бы помочь людям. Не одному-двум, а многим. В конце концов, я тоже человек, не дай Бог мне придется остаться на Лирасе, рано или поздно я захочу семью, детей. И я как-то не готова полагаться на случай, пронесет не пронесет, выживет или нет мой ребенок.

Уже в комнате поняла, что так и не поела. Вернуться? Ну уж нет, все завтра.