Второй шанс попаданки. Теперь элита

Глава 24

Конечно, я понимала, что это еще не конец и эта дама меня наверняка где-то подкараулит. И от этой мысли стало немного не по себе. Алек, мне, конечно, рассказал, что видел, как она общается с лаборанткой, плюс ее фальшивые документы… Странно это. Как она могла обмануть оба наших эмпатических дара? А если не обманывала, то зачем фальшивка?

Так, если исходить из того, что наши дары в порядке, для чего тогда надо делать фальшивые документы на свое же собственное имя?

Во-первых, артефакт на входе не показал, что это фальшивка, верно? Или показал, но Зееру об этом “забыли” сообщить. Этот вопрос надо уточнить, но предположим, что не показал. Алек сам сказал, что его артефакт был слишком далеко, так что гарантии нет. Но как быть с тем, что удостоверение заполнено небрежно, а один из краев немного погнут? Его пытались расправить, но это не магический документ.

Но ведь в нем все равно есть магия! Более того, судя по ее эмоциям, эта самая моя предполагаемая сестра знала, что документ поддельный.

И ведь опять такой момент: пока глазами не посмотришь, фальшивку не определишь. Прямо как с замаскированным коридором, ага. А местные лишь на магию рассчитывают, вот и не видят очевидного, так сказать.

Но подделка… Мне все время казалось, что с ней что-то не так. Ведь как стараются сделать фальшивки? Их стараются сделать максимально похожими на оригинал, верно? Ведь это логично: если ты подделываешь удостоверение личности, то хочешь, чтобы его приняли за настоящее. Тогда ты его заполняешь аккуратно, а не исправляешь неверную букву в фамилии, а края не мнешь. Более того сделать руну, которая укрепит документ, чтобы он не мялся, могу даже я. У меня так все обложки тетрадей и блокнотов укреплены, потому что до плотных картонных обложек тут не додумались.

И что выходит? А выходит то, что это все очень похоже на проверку. А если точнее, проверку бдительности, наверное. Но кого и от кого?

Если проверяют, допустим, возможность нахождения в Академии человека с поддельными документами, то почему она прошла сюда по настоящим и только мне и Алеку продемонстрировала поддельные? Или все же прошла она по поддельным, и об этом либо не сообщили, либо артефакты проверки не работают.

“Вот оно!” – я прищелкнула пальцами и тут же написала Алеку, чтобы он проверил артефакты, которые отдал своим охранникам.

Но если предположить, что она действительно Вима Финар, а я ее потерянная сестра (боже, какой мексиканский сериал!), она ведь не врала в этом, даже в том, что уверена, что я ее сестра, то это не может быть официальной проверкой.

Сначала у меня даже закралась мысль, что это из Службы магической безопасности или из Королевской службы дознания кто-то проверяет работу Алека в Подгорной. Но если это не так, а это не так, учитывая ее контакты с лаборанткой, да и то, что она моя сестра, тоже не в пользу версии официальной проверки, то выходит, что проверяют преступники.

Проверяют возможность прохода в Академию по поддельным документам! А значит что? Значит готовится массовая заброска людей. Одного-двух можно и так протащить – отвлечь охрану или и вовсе через подземные коридоры. Есть же ведь у них и дальние входы в галереи, наверное, а не только тот, что мы нашли.

И как ведь хорошо все складывается: лаборантка с артефактного факультета вполне могла подменить или повредить артефакты проверки. Наверняка, это сделано давно, возможно, еще до приезда Алека, пока предыдущий начальник Службы безопасности лежал в лекарне. Влезть в его кабинет могли именно тогда. Но они ждали подходящего времени, когда по Академии будут ходить толпы народу, ведь во время учебного процесса группа незнакомцев в каком-нибудь значимом количестве, то есть не двое-трое, а, скажем, полтора-два десятка, привлечет слишком много внимания.

Сейчас же, ходи где хочешь, делай, что хочешь – никто ничего и не заметит!

Конечно, я своими выводами поделилась с Алеком. Мне главное было ему написать, а дальше пусть он сам думает, проверяет. Можно было это лично сказать, но вечером мы встречаемся с Приром, а когда пойдем спать, боюсь, может быть поздно. Ведь если сюда действительно готовится заброска большой группы преступников, то планируется что-то серьезное.

– Ты долго будешь отвлекаться? – недовольно спросила Тена, когда я убрала свой переговорный артефакт.

– Извини, я… – махнула рукой, после нескольких секунд тщетных попыток придумать отговорку.

Мы с подругой уже позанимались рунными построениями и сейчас просто сидели в зале и медитировали, прогоняли через себя магическую энергию. Это полезно, чем быстрее она идет, тем скорее ты сможешь напитать силой созданную руну.

Ну, точнее, это Тена медитировала, а я вот ей мешала своим постоянным шебуршением и сообщениями Алеку. Пусть тут и нет на переговорном артефакте звука нажимаемых кнопок, но все равно когда пишешь – это бесшумно делать не получается.

– Все в порядке? Кто это девушка выяснили?

Когда я только встретилась с подругой, она хотела меня допросить, но я предложила сначала позаниматься. Мне многое хотелось обдумать, перед тем, как что-то кому-то рассказывать.

– Она говорит, что она моя сестра, представляешь? – я в итоге решила сказать почти правду, потому что если эта девица начнет у всех выспрашивать, этот факт все равно вскроется. А если я придумаю какую-то другую версию, то это будет странно и очень подозрительно.

– Сестра? Но ты же сирота, вроде?

– Ну да, – я лишь покачала головой. – Она утверждает, что я на ее сестру очень похожа – одно лицо.

– Ну, такое случается, – недоуменно протянула Тена. – Я читала.

– Я ей так и сказала.

– Но знаешь, я когда-то читала одну статью в газете, так там говорилось о сестрах, которых разлучили в детстве и они в итоге нашли друг друга во взрослом возрасте.

Я аж поморщилась. Все в стиле реалити-шоу моего старого мира. Но мне такое никогда не нравилось.

– Сомневаюсь, что тут случилось нечто похожее. Ее сестра пропала чуть более полугода назад, так что они обе были взрослыми. К тому же меня не Аха Финар зовут – это я тебе точно говорю.

– Ну да, – вздохнула подруга. – А представь, как бы это было здорово – воссоединение сестер!

Я опять поморщилась, но исключительно про себя, потому что вся моя интуиция и дар предчувствия вопили, что это чертовски плохая идея, воссоединение, в смысле. Не хотелось мне ни под каким соусом признавать, что она моя сестра.

Что-то там было не то, в том городе. Уже сейчас, анализируя свое поведение сразу после выписки из лекарни, я пришла к выводу, что меня из Иплеса что-то прямо гнало. Я была очень растеряна, я не знала, что мне делать, но оставаться там не могла физически, это было страшнее леса, страшнее Рощи и всех ее демонов вместе взятых.

Одна мысль вернуться вызывала тошноту. И я не преувеличиваю.

Оттого я так тщательно маскировалась и путала следы, когда возвращалась туда за продуктами и чтобы уехать. И только покинув город, я смогла наконец выдохнуть.

И дело ведь было не в том, что за мной кто-то там следил. Нет, это неприятно, конечно, слегка пугает, но не более того. Я вообще не из пугливых. Тем более я тогда не знала, что была на волосок от того, чтобы повторить судьбу пропавших девушек.

Так что дело, скорее всего, было в чем-то ином. В чем-то, возможно, связанным с моим окружением до того, как я попала под повозку. Кстати, сама ли я под нее попала – это до сих пор вопрос вопросов, ведь моя так называемая сестра как-то связана с нашими преступниками.

– Ты меня извини, что мешаю тебе заниматься, просто меня немного выбила из колеи вся эта ситуация.

– Да уж, я понимаю. Не бери в голову! Но согласись, явление сестры, которой у тебя не было и нет – это очень странно. Как думаешь, что она от тебя хотела?

Что хотела, что хотела? Уверена, что она еще найдет способ со мной пообщаться и как минимум проверить на наличие даров богов. При Алике она вряд ли бы решилась это сделать.

– Не знаю, но мне кажется, что она какая-то аферистка.

– Кстати да, тебе же ведь недавно дворянство дали…

– Денег-то не дали, – пожала плечами я.

– У аристократии много других привилегий. Так что будь аккуратна, возможно, ей действительно от тебя что-то надо, – задумчиво протянула Тена. Я только кивнула благодарно, но ничего не ответила.

А ведь мысль-то интересная. Только почему Алек мне ничего по поводу привилегий аристократии не говорил? Надо бы об этом где-нибудь почитать.

Вечером мы встретились с Алеком и Приром и набросали план действий. Моя мысль, что в Академию пытаются протащить порядка пары десятков человек с неизвестными целями, была принята единогласно. Более того, королевский дознаватель тоже привел доводы в пользу этой версии.

Это можно было бы счесть паранойей, но ведь у него наметан глаз, и когда этот самый глаз выхватывает активное подозрительное шевеление новоприбывших, которые собираются в группы, ходят вместе…

Нет, дело даже не в этом. Подозрительные люди сплошь состояли из магов возрастом двадцати пяти-тридцати лет на вид. Вряд ли они являются родителями студентов. И ходят они вместе, будто строем. По крайней мере, у меня сложилось такое ощущение, когда я их увидела в кафе, куда мы зашли с Теной после неудавшейся медитации. Организованная группа это, очень организованная, ага.

– Может, какие-то военные или наемники? – предположила я. – На обычных гражданских старших братиков и сестричек они не очень похожи.

– Скорее воспитанники Ельбы, боевое крыло, – подумав, ответил Прир, а Зеер кивнул подтверждающе.

– Я думала, что в приютах только девочки живут…

– В приютах – да, но когда у девочек определяется хороший магический потенциал и способности к боевой магии, то их отправляют в специальные заведения. Можно сказать, секретные лагеря, где из них готовят боевых магов. Ты именно с такими в столичной Академии столкнулась.

– Как-то меня они не впечатлили, – пожала плечами я. – Но я спрашивала про мальчиков.

– А мальчиков туда же забирают из обычных городских приютов. Опять же, когда у них определяется магический дар, – ответил Алек. – Эта полувоенная структура, чем-то похожа на боевой факультет Академии, но с более жестким уставом, если так можно выразиться.

– То есть из них готовят фанатичных боевиков, готовых выполнить любой приказ, я правильно поняла? – на мой вопрос мужчины синхронно кивнули, а я закатила глаза.

Где-то я это уже слышала и видела, и я даже знаю, где именно. Секта с боевым крылом – вот, что это. И не важно, каким богом это прикрывается, что вкладывают в голову молодым адептам, у руководства этих сект всегда меркантильные интересы.

– Есть предположения, зачем их здесь так много? Готовится захват чего?

– Ну не Академии же! – Алек потер переносицу, встал, прошелся до окна.

– Нет, такими силами Академию не захватить, хотя я бы не исключала варианта, что у них есть пособники среди студентов боевого факультета. Да и других тоже.

– М-да, и такое может быть. У тебя есть мысли, что это может быть, что их цель?

– Думаю, это не что, а кто.

– Кто-то из студентов? – нахмурился Прир. – Это не логично. Почему сейчас?

– Не студентов, кто-то из родителей. Здесь они без своей охраны, поскольку на территории Академии особый пропускной режим, так сказать. А то, что тут этой самой охраны можно по пальцам пересчитать, почему-то не учитывается, – ответил Зеер.

– Проще простого захватить какого-нибудь директора банка и потребовать выкуп? Или же какого-нибудь носителя секретов, неважно, каких, и допросить с пристрастием? – добавила я.

– А мне вторая идея нравится больше, – задумавшись ответил Прир. Мы с Зеером удивленно на него посмотрели, но до него только через пару секунд дошло, что он что-то не то сморозил. – Нет, не в том плане, что надо кого-нибудь допросить с пристрастием, мне просто кажется, что второй вариант более вероятен.

– Кстати о допросах, а может все-таки захватить и допросить? – я перевела взгляд на Алека.

– Ага, на каком основании? Мы вроде как сами не банда, должны действовать по закону, – скривился тот.

– Тогда давай я попробую поговорить с этой якобы моей сестрой, раскручу ее на откровенность?

– Нет! – оба мужчины воскликнули это одновременно.

– Почему?

– Да потому, что не надо тебе с ней общаться, – буркнул Зеер.

– Очень информативно!

– Нет, серьезно, Ната, – тут уже в дискуссию вступил Прир, – это может быть слишком опасно. А учитывая то, что мы не понимаем их целей, не знаем, какими силами они реально обладают и какими артефактами располагают, тебе не стоит к ним приближаться.

– Кстати об этом… – сменила тему я, потому что не верила, что Вима Финар не попытается еще раз со мной пообщаться. Надо просто сделать так, чтобы это общение проходило у всех на виду, а не где-нибудь в темном закоулке или в подземелье. – Может, пытать никого и не будут, а как мы и предполагали, захотят что-то сделать с помощью ритуала.

– Тоже возможно. Но что мы можем? – спросил Прир. – Новых заготовок ритуалов мы не нашли, а для того, чтобы обыскивать всю Академию, у нас банально нет временных и людских ресурсов.

– Есть у меня одна идея, – криво усмехнулась я.

– Мне уже даже страшно, – вздохнул Алек.

– Мне почему-то тоже, – поддержал его дознаватель.

– У нас есть координаты внешнего входа в подземелье, верно?

– Думаешь, ритуалы там? – спросил Прир, которому мы, конечно, все рассказали. – Вообще, это логично. Но идти туда с ними воевать…

– Не надо воевать. Если они сюда притянули внешних боевиков, значит у них острая нехватка людей.

– И что?

– А то, что они надеются на скрытность хода, вряд ли они его охраняют. А сейчас это делать и подавно опасно, слишком много тут ошивается посторонних.

– И ты думаешь, что они оставят ход вообще без охраны? Магическая защита там наверняка есть. И представь, сколько людей окажется в коме, если прервать ритуалы.

– Вы слишком полагаетесь на магию.

– А что ты предлагаешь? – заинтересовался Алек.

– Вот скажите, что будет, если кровавый ритуал уничтожить немагическим способом?

– А каким?

– Неважно каким, любым. Что будет?

Мужчины опять переглянулись. Потом до Прира, кажется, начало медленно доходить.

– Возможно, подчеркиваю, только возможно, что отката не будет или он будет слабее.

– Но надо попробовать.

– Так какой у тебя все-таки план?

– Проверить тоннель и затопить, например. Я бы его обрушила, но боюсь, что этого не получится сделать незаметно. И уж точно за несчастный случай не сойдет. Если затопить, ведь ритуал прекратится?

– Возможно, – Алек постучал пальцами по тем книгам, что ему прислали из Храма. – Но мы не можем этого сделать до того, как его проверим. И если они там…

– Можно пойти между четырьмя и пятью утра, в волчий час, как у нас говорят. Я поспорить готова, что в это время там никого не будет.

– Ты в любом случае не пойдешь.

– Еще как пойду и даже перенесу на бумагу каждый ритуал, который мы найдем. Пусть специалисты выясняют, что они хотели сделать – лишним не будет.

– Тебя придется защищать.

– Ничего со мной не случится. Я не буду отходить далеко от вас. Но это надо сделать этой ночью, я прямо чувствую, как время уходит.

– Согласен, – кивнул Алек.

Он хоть предчувствия и ощущал не так ярко, но все же он эмпат и у него тоже была эта грань дара. Вот только Приру мы ничего сказать не могли, потому что раскрывать наши способности не собирались. Но учитывая ситуацию, вряд ли он думает иначе. До конца родительских праздников осталось четыре дня – а это не так уж и много. Все должно случиться завтра или послезавтра. И надеюсь, что мы успеем что-то сделать хотя бы с ритуалами.

– И еще… – я обвела мужчин взглядом, остановилась на Алеке. – Надо сделать так, чтобы способ уничтожения ритуала был как можно менее магическим.

– Да мы уже поняли твою задумку.

– Нет, даже если говорить о затоплении, все надо сделать так, чтобы если вы магией и пользовались, то далеко от ритуалов и, желательно, вообще от коридора.

Тут они оба задумались. Алек зашелестел какими-то бумагами на столе, нашел карту, стал ее внимательно разглядывать.

– Вообще, вход находится чуть в низине, а дождь идет уже третий день, но…

– Можно попробовать установить руну, притягивающую воду, – ответил Прир. – Я не смогу, это высшая рунистика, но ты-то сможешь. И это достаточно далеко от ритуалов, если они там есть.

– Руна будет собирать хоть какой-то приличный объем воды несколько часов, – ответил Алек. – Значит надо установить руну прямо сейчас и тогда к пяти-шести утра мы сможем затопить подземелье, открыв проход. Но если там будут ходить посторонние, то они увидят, что рядом собирается вода, а потом и руну могут обнаружить.

– Я не думаю, что они сегодня туда пойдут.

– Им все нужно будет проверить, так что пойдут.

– Ночью, но скорее всего в первую половину ночи. Воду в низине могут не заметить.

– Вообще, что-то в твоих словах есть. Я схожу установлю.

– Тебя могут увидеть, – покачала головой я.

– Ната, меня не увидят, уж поверь, все-таки я высший боевой рунолог, но кто-то постоянно об этом забывает, – криво усмехнулся Алек.

Ох, как он меня осадил! И правильно сделал, кстати, а то вообразила из себя самую умную. А ведь двое сидящих рядом мужчин гораздо лучше понимают и в магии, и в местных реалиях.

Чисто по-женски хочется обидеться – я его девушка, он так поставил на место! Но как профессионал, я его понимаю. А сейчас у нас вопрос не наших личностных взаимоотношений, а предотвращения преступления – это намного важнее.